Главная / Стихи / Проза / Биографии

Поиск:
 

Классикару

Дядюшкин сон (Федор Достоевский)


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28 


- Знаю-с, вы прикажете меня вывести своим людишкам! Не беспокойтесь, я и сама дорогу найду. Прощайте, выдавайте замуж кого хотите, а вы, Наталья Дмитриевна, не извольте смеяться надо мной; мне наплевать на ваш шоколад! Меня хоть и не пригласили сюда, а я все-таки перед князьями казачка не выплясывала. А вы что смеетесь, Анна Николаевна? Сушилов-то ногу сломал; сейчас домой принесли, тьфу! А если вы, Фелисата Михайловна, не велите вашей босоногой Матрешке вовремя вашу корову загонять, чтоб она не мычала у меня каждый день под окошками, так я вашей Матрешке ноги переломаю. Прощайте, Марья Александровна, счастливо оставаться, тьфу! - Софья Петровна исчезла. Гости смеялись. Марья Александровна была в крайнем замешательстве.

- Я думаю, они выпили-с, - сладко произнесла Наталья Дмитриевна.

- Но только какая дерзость!

- Quelle abominable femme!

- Вот так уж насмешила!

- Ах, какие они неприличности говорили-с!

- Только что ж это она про сговор говорила? Какой же сговор? - насмешливо спрашивала Фелисата Михайловна.

- Но это ужасно! - разразилась наконец Марья Александровна. - Вот эти-то чудовища и сеют пригорошнями все эти нелепые слухи! Удивительно не то, Фелисата Михайловна, что находятся такие дамы среди нашего общества, - нет, удивительнее всего то, что в этих самых дамах нуждаются, их слушают, их поддерживают, им верят, их...

- Князь! князь! - закричали вдруг все гости.

- Ах, боже мой! ce cher prince!

- Ну, слава богу! мы теперь узнаем всю подноготную, - прошептала своей соседке Фелисата Михайловна.

Глава XIII

Князь вошел и сладостно улыбнулся. Вся тревога, которую четверть часа назад Мозгляков заронил в его куриное сердце, исчезла при виде дам. Он тотчас же растаял, как конфетка. Дамы встретили его с визгливым криком радости. Вообще говоря, дамы всегда ласкали нашего старичка и были с ним чрезвычайно фамильярны. Он имел способность забавлять их своею особою до невероятности. Фелисата Михайловна даже утверждала утром (конечно, не серьезно), что она готова сесть к нему на колени, если это ему будет приятно, - "потому что он милый-милый старичок, милый до бесконечности!" Марья Александровна впилась в него своими глазами, желая хоть что-нибудь прочесть на его лице и предугадать выход из своего критического положения. Ясно было, что Мозгляков нагадил ужасно и что все дело ее сильно колеблется. Но ничего нельзя было прочесть на лице князя. Он был такой же, как и давеча, как и всегда.

- Ах, боже мой! вот и князь! а мы вас ждали, ждали, - закричали некоторые из дам.

- С нетерпеньем, князь, с нетерпеньем! - пропищали другие.

- Мне это чрезвычайно лест-но, - шепелявил князь, подсаживаясь к столу, на котором кипел самовар. Дамы тотчас же окружили его. Возле Марьи Александровны остались только Анна Николаевна да Наталья Дмитриевна. Афанасий Матвеич почтительно улыбался. Мозгляков тоже улыбался и с вызывающим видом глядел на Зину, которая, не обращая на него ни малейшего внимания, подошла к отцу и села возле него на кресла, близ камина.

- Ах, князь, правду ли говорят, что вы от нас уезжаете? - пропищала Фелисата Михайловна.

- Ну да, mesdames, уезжаю. Я не-мед-ленно хочу ехать за гра-ни-цу.

- За границу, князь, за границу! - вскричали все хором. - Да что это вам вздумалось?

- За гра-ни-цу, - подтвердил князь, охорашиваясь, - и, знаете, я особенно хочу туда ехать для но-вых идей.

- Как это для новых идей? Это об чем же? - говорили дамы, переглядываясь одна с другой.

- Ну да, для новых идей, - повторил князь с видом глубочайшего убеждения. - все теперь едут для новых и-дей. Вот и я хочу получить но-вы-е и-деи.

- Да уж не в масонскую ли ложу вы хотите поступить, любезнейший дядюшка? - включил Мозгляков, очевидно желая порисоваться перед дамами своим остроумием и развязностью.

- Ну да, мой друг, ты не ошибся, - неожиданно отвечал дядюшка. - Я, дейст-ви-тельно, в старину к одной масонской ложе за границей при-над-лежал и даже имел, в свою очередь, очень много великодушных идей. Я даже собирался тогда много сделать для сов-ре-мен-ного прос-вещения и уж совсем было положил в Франкфурте моего Сидора, которого с собой за границу повез, на волю от-пус-тить. Но он, к удивлению моему, сам бежал от меня. Чрезвычайно странный был че-ло-век, потом вдруг встречаю его в Па-ри-же, франтом таким, в бакенах, идет по буль-вару с мамзелью. Поглядел на меня, кивнул го-ло-вой. И мамзель с ним такая бойкая, востроглазая, такая за-ман-чивая...

- Ну, дядюшка! Да вы, после этого, всех крестьян отпустите на волю, коли этот раз за границу поедете, - вскричал Мозгляков, хохоча во все горло.

- Ты совершенно уга-дал мои желания, мой милый, - отвечал князь без запинки. - Я именно хочу их отпустить всех на во-лю.

- Да помилуйте, князь, ведь они тотчас же все убегут от вас, и тогда кто вам будет оброк платить? - вскричала Фелисата Михайловна.

- Конечно, все разбегутся, - тревожно отозвалась Анна Николаевна.

- Ах, боже мой! Не-уже-ли они и в самом деле убегут? - вскричал князь с удивлением.

- Убегут-с, тотчас же все убегут-с и вас одного и оставят-с, - подтвердила Наталья Дмитриевна.

- Ах, боже мой! Ну так я их не от-пу-щу на волю. Впрочем, ведь это я только так.

- Эдак-то лучше, дядюшка, - скрепил Мозгляков.

До сих пор Марья Александровна слушала молча и наблюдала. Ей показалось, что князь совершенно о ней позабыл и что это вовсе не натурально.

- Позвольте, князь, - начала она громко и с достоинством, - вам отрекомендовать моего мужа, Афанасия Матвеича. Он нарочно приехал из деревни, как только услышал, что вы остановились в моем доме.

Афанасий Матвеич улыбнулся и приосанился. Ему показалось, что его похвалили.

- Ах, я очень рад, - сказал князь, - А-фа-насий Матвеич! Позвольте, я что-то при-по-минаю. А-фа-насий Мат-ве-ич. Ну да, это тот, который в деревне. Charmant, charmant, очень рад. Друг мой! - вскричал князь, обращаясь к Мозглякову, - да ведь это тот самый, помнишь, давеча еще в рифму выхо-дило, Как бишь это? Муж в дверь, а жена... ну да, в какой-то город и жена тоже по-е-хала...

- Ах, князь, да это, верно, муж в дверь, а жена в Тверь, - тот самый водевиль, который у нас прошлого года актеры играли, - подхватила Фелисата Михайловна.

- Ну да, именно в Тверь; я все за-бы-ваю.{] Charmant, charmant!} Так это вы тот самый и есть? Чрезвычайно рад с вами позна-ко-миться, - говорил князь, не вставая с кресел и протягивая руку улыбающемуся Афанасию Матвеичу. - Ну, как ваше здоровье?

- Гм...

- Он здоров, князь, здоров, - торопливо ответила Марья Александровна.

- Ну да, это и видно, что он здо-ров. И вы все в де-ревне? Ну, я очень рад. Да какой он крас-но-щекий, и все смеется...

Афанасий Матвеич улыбался, кланялся и даже расшаркивался. Но при последнем замечании князя не утерпел и вдруг, ни с того ни с сего, самым глупейшим образом прыснул от смеха. Все захохотали. Дамы визжали от удовольствия. Зина вспыхнула и сверкающими глазами посмотрела на Марью Александровну, которая, в свою очередь, разрывалась от злости. Пора было переменить разговор.

- Как вы почивали, князь? - спросила она медоточивым голосом, в то же время грозным взглядом давая знать Афанасию Матвеичу, чтоб он немедленно убирался на свое место.

- Ах, я очень хорошо спал, - отозвался князь, - и, знаете, видел один очарова-тельный сон, о-ча-ро-ва-тель-ный сон!

- Сон! Я ужасно люблю, когда рассказывают про сны, - вскричала Фелисата Михайловна.

- И я тоже-с, люблю-с очень-с! - прибавила Наталья Дмитриевна.

- О-ча-ро-вательный сон, - повторял князь с сладкой улыбкой, - но зато этот сон вели-чайший секрет!

- Как, князь, неужели и рассказывать нельзя? Да это, должно быть, удивительный какой-нибудь сон? - заметила Анна Николаевна.

- Ве-ли-чайший секрет, - повторял князь, с наслаждением подзадоривая любопытство дам.

- Так это, должно быть, ужасно интересно! - кричали дамы.

- Бьюсь об заклад, что князь стоял во сне перед какой-нибудь красавицей на коленях и объяснялся в любви! - вскричала Фелисата Михайловна. - Ну, признайтесь, князь, что это правда! Миленький князь, признайтесь!

- Признайтесь, князь, признайтесь! - подхватили со всех сторон.

Князь торжественно и с упоением внимал всем этим крикам. Предложения дам чрезвычайно льстили его самолюбию, так что он чуть-чуть не облизывался.

- Хотя я и сказал, что мой сон - величайший секрет, - отвечал он наконец, - но я принужден сознаться, что вы, сударыня, к удивлению моему, почти совер-шенно его от-га-дали.

- Отгадала! - с восторгом вскричала Фелисата Михайловна. - Ну, князь! Теперь как хотите, а вы должны нам открыть, кто такая ваша красавица?

- Непременно откройте!

- Здешняя иль нет?

- Миленький князь, откройте!

- Душенька князь, откройте! хоть умрите, да откройте! - кричали со всех сторон.

- Mesdames, mesdames!.. если вы уж хотите так на-сто-ятельно знать, то я только одно могу вам открыть, что это - самая о-ча-ро-вательная и, можно сказать, самая не-по-рочная девица из всех, которых я знаю, - промямлил совершенно растаявший князь.

- Самая очаровательная! и... здешняя! кто ж бы это? - спрашивали дамы, значительно переглядываясь и перемигиваясь одна с другой.

- Разумеется, те-с, которые здесь первые красавицы считаются-с, - проговорила Наталья Дмитриевна, потирая свои красные ручищи и посматривая своими кошачьими глазами на Зину. Вместе с нею и все посмотрели на Зину.

- Так как же, князь, если вы видите такие сны, так почему ж бы вам наяву не жениться? - спросила Фелисата Михайловна, оглядывая всех значительным взглядом.


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28 

Скачать полный текст (273 Кб)
Перейти на страницу автора


Главная / Стихи / Проза / Биографии       Современные авторы - на серверах Стихи.ру и Проза.ру

TopList
Rambler's Top100
Rambler's Top100
© Русский литературный клуб. Все произведения, опубликованные на этом сервере, перешли в общественное достояние. Срок охраны авторских прав на них закончился и теперь они могут свободно копироваться в Интернете. Информация о сервере и контактные данные.