Главная / Стихи / Проза / Биографии

Поиск:
 

Классикару

На ножах (Николай Лесков)


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87  88  89  90  91  92  93  94  95  96  97  98  99  100  101  102  103  104  105  106  107  108  109  110  111  112  113  114  115  116  117  118  119  120  121  122  123  124  125  126  127  128  129  130  131  132  133  134  135  136  137  138  139  140  141  142  143  144  145  146  147  148  149  150  151  152  153  154  155  156  157  158  159  160  161  162  163  164  165 


- Да, позвольте!.. - начал было Висленев и опять расхохотался. - Вона! Ну смешливы же вы!

- Вы, отец Евангел, не говорите, пожалуйста... Я вас принял за тетушку, Катерину Астафьевну...

- Для чего так? я на нее не похож!

- Ну, вот подите же! я хотел с ней пошутить...

- Ну и что же: это ничего.

- Это меня ваш подрясник ввел в заблуждение: мне показалось, что это тетушкино платье.

- А у нее разве есть такое платье?

- Кажется... то есть я думаю...

- Нет; у вашей тетушки такового платья нет.

- А вы разве знаете?

- Разумеется, знаю: у нее серое летнее, коричневое и черное, что из голубого перекрашено, а белое, которое в прошлом году вместе с моею женой к причастью шила, так она его не носит. Да вы ничего: не смущайтесь, что пошутили, - вот если бы вы меня прибили, надо бы смущаться, а то... да что же это у вас у самих-то чепец помят?

- Представьте, это корова...

- А, а! буренка! она один раз пьяному казаку весь хохол на кичке съела, а животина добрая... питает. Вы из Питера?

- Да, из Питера.

- Ученый?

- Ну, не очень... Висленев рассмеялся.

- Что так? Там будто как все ученые. К литературе привержены?

- Да, я писал.

- Статьи или изящные произведения?

- Статьи. А вы с дядюшкой много читаете?

- Одолеваем-таки. Изящную литературу люблю, но только писателей изящных мало встречаю. Поворот назад чувствую.

- Как поворот назад?

- А как же-с: разве вы его не усматриваете? Помните, в комедии господина Львова было сказано, что "прежде все сочиняли, а теперь-де описывают", а уж ныне опять все сочиняют: людей таких вовсе не видим, про каких пишут... А вот и отец Филетер идет.

В это время на тропинке показался майор Форов. Он был в старом, грязном-прегрязном драповом халате, подпоясанном засаленными шнурами; за пазухой у него был завязан ребенок, в левой руке трубка, а в правой книга, которую он читал в то самое время, как дитя всячески старалось ее у него вырвать.

- Чье ж это у него дитя? - полюбопытствовал Висленев.

- А это солдатское... работницы Авдотьи. Ее, верно, куда-нибудь послали; впрочем, ведь Филетер Иваныч детей страшно любят. Перестань читать, Филетер: вот тебя гость ждет.

Форов взглянул, перехватил в одну руку книгу и трубку, а другую протянул Висленеву.

- Торочку вы не видали? - спросил он.

- Нет, не видал.

- А она к вам пошла. Вы по какой улице шли: по Покровской или по Рождественской?

- По Рождественской.

- Ну, значит, просмотрели.

- А она в чем: в каком платье?

- А уж я ее платьев не знаю. А журналов новых, отец Евангел, нет: был у Бодростиной, был и у Подозерова, а ничего не добыл. Захватил книжонку Диккенса "Из семейного круга".

- Что ж, перечитаем: там "Габриэль и Роза" хороши.

- А теперь пойдем закусить, да и в дорогу. Вы любите закусывать? - отнесся он к Висленеву.

- Не особенно, а впрочем, с вами очень рад.

- А вам разве не все равно, с кем есть?

- Ну, не все равно. Да что же вы не спросите, кто мне шляпу обработал?

- А что же мне в этом за интерес? Известно, что если у кого ризы обветшали, так значит ремонентов нет.

- Чего ремонентов! это ваша корова!

- Ну и что ж? Плохого князя и телята лижут.

- Вы, Филетер Иваныч, чудак.

- Ну вот и чудак! Я чудак да не красен, а вы не чудак да спламенели не знай чего. Пойдемте-ка лучше закусывать.

- Только вина, извините, у меня нет, - объяснил Форов, подводя гостей к не покрытому скатертью столу, на котором стоял горшок с вареным картофелем, студень на поливеном блюде и водочный графинчик.

- Да у тебя и в баклажке-то оскудение израилево, - заметил Евангел, поднимая пустой графин.

- Что ж, нарядим сейчас послание к евреям, - отвечал Форов, вручая работнице графин и деньги.

- А я ведь совсем водки не пью, - сказал Висленев. - Вы не обидетесь?

- Чем это?.. Я издавна солист и аккомпанемента не ожидаю, один пью.

- Отец Евангел разве тоже не пьет?

- Не пью-с, - отвечал отец Евангел, разбирая у себя на ладони рассыпчатую картофелину.

- Мы пошлем за вином, Филетер Иваныч, если вы позволите?

- А сделайте милость, хоть за шампанским.

- Только если вы меня считаете, то я ведь и вина никакого не пью, - отвечал отец Евангел.

- Будто никакого?

- Вина решительно никакого.

- Ну рюмку хересу.

- Ну, так и быть: для вас рюмку хересу выпью.

Работница побежала, сдав опять своего ребенка Филетеру Ивановичу, и через несколько минут доставила вино и водку. Форов выпил водки и начал ходить по комнате.

- А что же вы, Филетер Иваныч, не закусываете? - заговорил Висленев.

- Истинные таланты не закусывают, - отвечал, не глядя на него, Форов. Висленеву показалось, что майор с ним почему-то сух. Он ему это заметил, на что тот сейчас же отвечал:

- Я, сознаюсь вам, смущен, что это вы за птицу привезли, этого господина Горданова?

- А что такое?

- Да он мне не нравится.

- С каких это пор? Вы, кажется, с ним вчера соглашались?

- Да мало ли что соглашался? С иным и соглашаешься, да не любишь, а с другим и не согласен, да ладишь,

- Так вы вот какой: вы единомышленников, значит, немного цените?

- Да вы к чему мне это говорите? Мыслит всяк для себя.

- А партия?

- Партия? Так это значит я ее крепостной, что ли, что я ради партии должен подлеца в честь ставить?.. А чтоб она этого не дожидалась, сия партия!

- А Горданов прекрасный и очень умный человек.

- Не знаю-с, - отвечал майор. - Знаю только, что он целый вечер точно бурлацкую песню тянул "а-о-е", а живого слова не выберешь.

- Он говорил резонно.

- Да что же резонно, все его резоны, это, я говорю, все равно, что дождь на море, ничего не прибавляют. Интересно бы знать его дела и дела... Слышишь, отец Евангел, этот Горданов мужичонкам землишку подарил, да теперь выдурить ее у них на обмен хочет.

- Т-е-е-с! - сделал укоризненно, покачав головою, отец Евангел, у которого рот был изобильно наполнен горячим картофелем.

- Да это кто же вам сказал, что таковы гордановские намерения?

- Да ведь вы же Подозерову об этом говорили. И вы сами еще, милостивый государь, за такое дело взялись?.. Нехорошо!..

- Врет ваш Подозеров.

- Что-о? Подозеров врет? Ну это, во-первых, в первый раз слышу, а во-вторых, Подозеров мне и не говорил ничего.

- Подозеров сам-то очень хорош.

- Человек рабочий и честный, хотя идеалист.

- Очень честный, но никогда ни на что честное и в университете не умел откликнуться.

- А на что откликаться-то в университете, когда там надо учиться?

- Мало ли на что там в наше время приходилось откликаться! А ему какое дело, бывало, ни представь, все разрезонирует и выведет, что в нем содержания нет.

- Да ведь какое же, в самом деле, содержание можно найти в деле о бревне, упавшем и никого не убившем?

- Ну, я вижу, вы совсем подозеровский партизан здесь!

- Напротив, я совсем других убеждений, чем Подозеров...

- А не пора ли нам с тобой, друже Филетер, и в ход, - прервал отец Евангел.

- Идем, - отвечал Форов и накинул на себя вместо халата парусинный балахон, забрал на плечи торбу, в карман книгу и протянул Висленеву руку.

- Куда вы? - спросил Иосаф Платонович.

- Туда, к Аленину верху.

- Где это, далеко?

- А верст с десяток отсюда, вот где горы-то видны между Бодростинкой и Синтянинским хутором.

- Что ж вы там будете делать?

- В озере карасей половим, с росой трав порвем, а в солнцепек читать будем, в лесу на прохладе.

- Возьмите меня с собой.

Отец Евангел промолчал, а Форов сказал:

- Что ж, нам все равно.

- Так я иду.

- Идемте.

- А гроза вас не пугает?

- Нас - нет, потому что мы каждый с своей точки зрения жизнью не дорожим, а вот вы-то, пожалуй, лучше останьтесь.

- А что?

- Да гроза непременно будет, а кто считает свое существование драгоценным, тому жутко на поле, как облака заспорят с землей. Вы не поддавайтесь лучше этой гили, что говорят, будто стыдно грозы трусить. Что за стыд бояться того, с кем сладу нет!

- Нет, я хочу побродить с вами и посмотреть, как вы ловите карасей, как сбираете травы и пр., и пр. Одним словом, мне хочется побыть с вами.

- Так идем.

Они встали и пошли.

Выйдя на улицу, Форов и отец Евангел тотчас сели на землю, сняли обувь, связали на веревочку, перекинули себе через плеча и, закатав вверх панталоны, пошли вброд через мелкую речку. Висленев этого не сделал: он не стал разуваться и сказал, что босой идти не может; он вошел в реку прямо в обуви и сильно измочился.

Форов вытащил из кармана книжку Диккенса и зачитал рассказ о Габриэле и Розе.

Шли они, шли, и Висленеву показалось, что они уже Бог знает как далеко ушли, а было всего семь верст.

- Я устал, господа, - сказал Висленев.

- Что ж, сядем, отдохнем, - отвечал Евангел. И они сели.

- Скажите, неужели вы всегда и дорогой читаете? - спросил Висленев.

- Ну, это как придется, - отвечал Форов.

- И всегда повести?

- По большей части.

- И не надоели они вам?

- Отчего же? Самая глупая повесть все-таки интереснее, чем трактат о бревне, упавшем и никого не убившем.

- Ну так вот же я вам подарок припас: это уж не о бревне, упавшем и ни- кого не убившем, а о бревне, упавшем и убившем свободу.

И с этим Висленев вынул из кармана пальто и преподнес Форову книжку из числа изданных за границей и в которой трактовалась сущность христианства по Фейербаху.

- Благодарю вас, - отвечал майор, - но я, впрочем, этого барона фон Фейербаха не уважаю.

- А вы его разве читали?

- Нечего у него читать-то, вот горе.

- Он разбирает сущность христианства.

- Знаю-с, и очень люблю эти критики, только не его, не господина Фейербаха с последователями.


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87  88  89  90  91  92  93  94  95  96  97  98  99  100  101  102  103  104  105  106  107  108  109  110  111  112  113  114  115  116  117  118  119  120  121  122  123  124  125  126  127  128  129  130  131  132  133  134  135  136  137  138  139  140  141  142  143  144  145  146  147  148  149  150  151  152  153  154  155  156  157  158  159  160  161  162  163  164  165 

Скачать полный текст (1631 Кб)
Перейти на страницу автора


Главная / Стихи / Проза / Биографии       Современные авторы - на серверах Стихи.ру и Проза.ру

TopList
Rambler's Top100
Rambler's Top100
© Русский литературный клуб. Все произведения, опубликованные на этом сервере, перешли в общественное достояние. Срок охраны авторских прав на них закончился и теперь они могут свободно копироваться в Интернете. Информация о сервере и контактные данные.