Главная / Стихи / Проза / Биографии

Поиск:
 

Классикару

Свои люди -- сочтемся. (Александр Островский)


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 


Рисположенский. Что же прикажете, Самсон Силыч: закладную или купчую?

Большов. Ас чего процентов меньше, то и варгань. Как сделаешь все в

акурате, такой тебе, Сысой Псоич, могарыч поставлю, просто сказать, угоришь.

Рисположенский. Уж будьте покойны, Самсон Силыч, мы свое дело знаем. А

вы Лазарю-то Елизарычу говорили об этом деле или нет? Я, Самсон Силыч,

рюмочку выпью. (Пьет.)

Большов. Нет еще. Вот нынче потолкуем. Он у меня парень-то дельный, ему

только мигни, он и понимает. А уж сделает-то что, так пальца не подсунешь.–

Ну, заложим мы дом, а потом что?

Рисположенский. А потом напишем реестрик, что вот, мол, так и так, по

двадцати пяти копеек за рубль: ну, и ступайте по кредиторам. Коли кто больно

заартачится, так можно и прибавить, а другому сердитому и все заплатить...

Вы ему заплатите, а он– чтобы писал, что по сделке получил по двадцати пяти

копеек, так, для видимости, чтобы другим показать. Вот, мол, так и так, ну,

и другие, глядя на них, согласятся.

Большов. Это точно, поторговаться не мешает: не возьмут по двадцати

пяти, так полтину возьмут; а если полтины не возьмут, так за семь гривен

обеими руками ухватятся. Все-таки барыш. Там что хоть говори, а у меня дочь

невеста, хоть сейчас из полы в полу да с двора долой. Да и самому-то, братец

ты мой, отдохнуть пора; проклажались бы мы лежа на боку, и торговлю всю эту

к черту. Да вот и Лазарь идет.

ЯВЛЕНИЕ ОДИННАДЦАТОЕ

Те же и Подхалюзин (входит).

Большов. Что скажешь, Лазарь? Ты из городу, что ль? Как у вас там?

Подхалюзин. Слава богу-с, идет помаленьку. Сысою Псоичу! (Кланяется.)

Рисположенский. Здравствуйте, батюшка Лазарь Елизарыч! (Кланяется.)

Большев. А идет, так и пусть идет. (Помолчав.) А вот ты бы, Лазарь,

когда на досуге баланц для меня исделал, учел бы розничную по панской-то

части, ну и остальное, что там еще. А то торгуем, торгуем, братец, а пользы

ни на грош. Али сидельцы, что ли, грешат, таскают родным да любовницам; их

бы маленичко усовещевал. Что так, без барыша-то, небо коптить? Аль сноровки

не знают? Пора бы, кажется.

Подхалюзин. Как же это можно, Самсон Силыч, чтобы сноровки не знать?

Кажется, сам завсегда в городе бываю-с, и завсегда толкуешь им-с.

Большов. Да что же ты толкуешь-то?

Подхалюзин. Известное дело-с, стараюсь, чтобы все было в порядке и как

следует-с. Вы, говорю, ребята, не зевайте: видишь чуть дело подходящее,

покупатель, что ли, тумак какой подвернулся, али цвет с узором какой барышне

понравился, взял, говорю, да и накинул рубль али два на аршин.

Большов. Чай, брат, знаешь, как немцы в магазинах наших бар обирают.

Положим, что мы не немцы, а христиане православные, да тоже пироги-то с

начинкой едим. Так ли, а?

Рисположенский смеется.

Подхалюзин. Дело понятное-с. И мерять-то, говорю, надо тоже

поестественнее: тяни да потягивай. только, только чтоб, боже сохрани, как не

лопнуло, ведь не нам, говорю, после носить. Ну, а зазеваются, так никто

виноват, можно, говорю, и просто через руку лишний аршин раз шмыгануть.

Большой. Все единственно: ведь портной украдет же. А? Украдет ведь?

Рисположенский. Украдет, Самсон Силыч, беспременно, мошенник, украдет;

уж я этих портных знаю.

Большов. То-то вот; все они кругом мошенники, а на нас слава.

Рисположенский, Это точно, Самсон Силыч, а то вы правду говорить

изволите.

Большов. Эх, Лазарь, плохи нынче барыши: не прежние времена.

(Помолчав.) Что, "Ведомости" принес?

Подхалюзин (вынимая из кармана и подавая). Извольте получить-с.

Большов, Давакось, посмотрим. (Надевает очки и просматривает.)

Рисположенский. Я, Самсон Силыч, рюмочку выпью. (Пьет, потом надевает

очки, садится подле Большова и смотрит в газеты.)

Большов. (читает вслух). "Объявления казенные и разных обществ: 1, 2,

3, 4, 5 и 6, от Воспитательного дома". Это не по нашей части, нам крестьян

не покупать. "7 и 8 от Московского новерситета, от Губернских правлений, от

Приказов общественного призрения". Ну, и это мимо. "От Городской

шестигласной думы". А ну-тко-сь, нет ли чего! (Читает.) "От Московской

городской шестигласной думы сим объявляется: не пожелают ли кто взять в

содержание нижеозначенные оброчные статьи". Не наше дело: залоги надоть

представлять. "Контора Вдовьего дома сим приглашает..." Пускай приглашает, а

мы не пойдем. "От Сиротского суда". У самих ни отца, ни матери.

(Просматривает дальше.) Эге! Вон оно куды пошло! Слушай-ко, Лазарь!

"Такого-то года, сентября такого-то дня. по определению Коммерческого суда,

первой гильдии купец Федот Селиверстов Плешков объявлен несостоятельным

должником; вследствие чего..." Что тут толковать! Известно, что вследствие

бывает. Вот-те и Федот Селиверстыч! Каков был туз, а в трубу вылетел. А что,

Лазарь, не должен ли он нам?

Подхалюзин. Малость должен-с. Сахару для дому брали пудов никак

тридцать, не то сорок.

Большов. Плохо дело, Лазарь. Ну, да мне-то он сполна отдаст

по-приятельски.

Подхалюзин. Сумнительно-с.

Большов. Сочтемся как-нибудь. (Читает.) "Московский первой гильдии

купец Антип Сысоев Енотов объявлен несостоятельным должником". За этим

ничего нет?

Подхалюзин. За масло постное-с, об великом посту брали бочонка с три-с.

Большов. Вот сухоядцы-то, постники! И богу-то угодить на чужой счет

норовят. Ты, брат, степенству-то этому не верь! Этот народ одной рукой

крестится, а другой в чужую пазуху лезет! Вот и третий: "Московский второй

гильдии купец Ефрем Лукин Полуаршинников объявлен несостоятельным

должником". Ну, а этот как?

Подхалюзин. Вексель есть-с!

Большов. Протестован?

Подхалюзин. Протестован-с. Сам-то скрывается-с.

Большов. Ну! И четвертый тут, Самопалов. Да что они, сговорились, что

ли?

Подхалюзин. Уж такой расподлеющий народ-с.

Большов (ворочая листы). Да тут их не перечитаешь до завтрашнего числа.

Возьми прочь!

Подхалюзин (берет газету). Газету-то только пакостят. На все купечество

мораль эдакая.

Молчание.

Рисположенский. Прощайте, Самсон Силыч, я теперь домой побегу: делишки

есть кой-какие.

Большов. Да ты бы посидел немножко.

Рисположенский. Нет, ей-богу, Самсон Силыч, не время. Я уж к вам завтра

пораньше зайду.

Большов. Ну, как знаешь!

Рисположенский. Прощайте! Прощайте, Лазарь Елизарыч! (Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ ДВЕНАДЦАТОЕ

Большов и Подхалюзин.

Большов. Вот ты и знай, Лазарь, какова торговля-то! Ты думаешь, что!

Так вот даром и бери деньги. Как не деньги, скажет, видал, как лягушки

прыгают. На-ко, говорит, вексель. А по векселю-то с иных что возьмешь! Вот у

меня есть завалящих тысяч на сто, и с протестами; только и дела, что каждый

год подкладывай. Хоть за полтину серебра все отдам! Должников-то по ним,

чай, и с собаками не сыщешь: которые повымерли, а которые поразбежались,

некого и в яму посадить. А и посадишь-то, Лазарь, так сам не рад: другой так

обдержится, что его оттедова куревом не выкуришь. Мне, говорит, и здесь

хорошо, а ты проваливай. Так ли, Лазарь?

Подхалюзин. Уж это как и водится.

Большов. Все вексель да вексель! А что такое это вексель? Так, бумага,

да и все тут. И на дисконту отдашь, так проценты слупят, что в животе

забурчит, да еще после своим добром отвечай. (Помолчав.) С городовыми лучше

не связывайся: все в долг да в долг; а привезет ли, нет ли, так слепой

мелочью да арабчиками, поглядишь – ни ног, ни головы, а на мелочи никакого

звания давно уж нет. А вот ты тут, как хошь! Здешним торговцам лучше не

показывай: в любой анбар взойдет, только и дела, что нюхает, нюхает,

поковыряет, поковыряет, да и прочь пойдет. Уж диво бы товару не было,–

каким еще рожном торговать. Одна лавка москательная, другая красная, третья

с бакалеей; так нет, ничто не везет. На торги хошь не являйся: сбивают цены

пуще черт знает чего; а наденешь хомут, да еще и вязку подай, да могарычи,

да угощения, да разные там недочеты с провесами. Вон оно что! Чувствуешь ли

ты это?

Подхалюзин. Кажется, должен чувствовать-с.

Большов. Вот какова торговля-то, вот тут и торгуй! (Помолчав.) Что,

Лазарь, как ты думаешь?

Подхалюзин. Да как думать-с! Уж это как вам угодно. Наше дело

подначальное.

Большов. Что тут подначальное: ты говори по душе. Я у тебя про дело

спрашиваю.

Подхалюзин. Это опять-таки, Самсон Силыч, как вам угодно-с.

Большов. Наладил одно: как вам угодно. Да ты-то как?

Подхалюзин. Это я не могу знать-с.

Большев (помолчав). Скажи, Лазарь, по совести, любишь ты меня?

(Молчание.) Любишь, что ли? Что ж ты молчишь? (Молчание.) Поил, кормил, в

люди вывел, кажется.

Подхалюзин. Эх, Самсон Силыч! Да что тут разговаривать-то-с, Уж вы во

мне-то не сумневайтесь! Уж одно слово: вот как есть, весь тут.

Большов. Да что ж, что ты весь-то?

Подхалюзин. Уж коли того, а либо что, так останетесь довольны: себя не

пожалею.

Большов. Ну, так и разговаривать нечего. По мне, .Лазарь, теперь самое

настоящее время; денег наличных у нас довольно, векселям всем сроки подошли.

Чего ж ждать-то? Дождешься, пожалуй, что какой-нибудь свой же брат, собачий

сын, оберет тебя дочиста, а там, глядишь, сделает сделку по гривне за рубль,

да и сидит в миллионе, и плевать на тебя не хочет. А ты, честный-то


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 

Скачать полный текст (125 Кб)
Перейти на страницу автора


Главная / Стихи / Проза / Биографии       Современные авторы - на серверах Стихи.ру и Проза.ру

TopList
Rambler's Top100
Rambler's Top100
© Русский литературный клуб. Все произведения, опубликованные на этом сервере, перешли в общественное достояние. Срок охраны авторских прав на них закончился и теперь они могут свободно копироваться в Интернете. Информация о сервере и контактные данные.