Главная / Стихи / Проза / Биографии

Поиск:
 

Классикару

Свои люди -- сочтемся. (Александр Островский)


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 


Аграфена Кондратьевна. Ох, дешевы, батюшка, дешевы; и сама знаю, что

дешевы, да что ж делать-то? ',

Липочка. Фи, маменька, как вы вдруг! Полноте! Ну, вдруг приедет – что

хорошего!

Аграфена Кондратьевна. Перестану, дитятко, перестану; сейчас перестану!

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ .

Те же и Устинья Наумовна,

Устинья Наумовна (входя). Здравствуйте, золотые! Что вы невеселы - носы

повесили?

Целуются.

Аграфена Кондратьевна. А уж мы заждались тебя.

Липочка. Что, Устинья Наумовна, скоро приедет?

Устинья Наумовна. Виновата, сейчас провалиться, виновата! А дела-то

наши, серебряные, не очень хороши!

Липочка. Как? Что такое за новости?

Аграфена Кондратьевна. Что ты еще там выдумала?

Устинья Наумовна. А то, бралиянтовые, что жених-то наш что-то мнется.

Большов. Ха, ха, ха! А еще сваха! Где тебе сосватать!

Устинья Наумовна. Уперся, как лошадь,– ни тпру, ни ну; слова от него

не добьешься путного.

Липочка. Да что ж это, Устинья Наумовна? Да как же это ты, право!

Аграфена Кондратьевна. Ах, батюшки! Да как же это быть-то?

Липочка. Да давно ль ты его видела?

Устинья Наумовна. Нынче утром была. Вышел как есть в одном шлафорке; а

уж употчевал – можно чести приписать. И кофию велел, и ромку-то, а уж

сухарей навалил – видимо-невидимо. Кушайте, говорит, Устинья Наумовна! Я

было об деле-то, знаешь ли,– надо, мол, чем-нибудь порешить; ты, говорю,

нынче хотел ехать обзнакомиться-то; а он мне на это ничего путного не

сказал.– Вот, говорит, подумамши, да посоветамшись, а сам только что

опояску поддергивает.

Липочка. Что ж он там спустя рукава-то сантиментальничает? Право, уж

тошно смотреть, как все это продолжается.

Аграфена Кондратьевна. Ив самом деле, что он ломается-то? Мы разве хуже

его?

Устинья Наумовна. А, лягушка его заклюй, нешто мы другого не найдем?

Большов. Ну, уж ты другого-то не ищи, а то опять то же будет. Уж

другого-то я вам сам найду.

Аграфена Кондратьевна. Да, найдешь, на печи-то сидя; ты уж и забыл,

кажется, что у тебя дочь-то есть.

Большов. А вот увидишь!

Аграфена Кондратьевна. Что увидать-то! Увидать-то нечего! Уж не говори

ты мне, пожалуйста, не расстроивай ты меня. (Садится.)

Большое хохочет. Устинъя Наумовна отходит с Липочкой на другую сторону

сцены.. Устинья Наумовна рассматривает ее платье.

Устинья Наумовна. Ишь ты, как вырядилась,– платьице-то на тебе какое

авантажное. Уж не сама ль смастерила?

Липочка. Вот ужасно нужно самой! Что мы, нищие, что ли, по-твоему? А

мадамы-то на что?

Устинья Наумовна. Фу ты, уж и нищие! Кто тебе говорит такие глупости?

Тут рассуждают об хозяйстве, что не сама ль, дескать, шила,– а то,

известное дело, и платье-то твое дрянь.

Липочка. Что ты, что ты! Никак с ума сошла? Где у тебя глаза-то? С чего

это ты конфузить вздумала?

Устинья Наумовна. Что это ты так разъерепенилась?

Липочка. Вот оказия! Стану я терпеть такую напраслину. Да что я,

девчонка, что ли, какая необразованная!

Устинья Наумовна. С чего это ты взяла? Откуда нашел на тебя эдакой

каприз? Разве я хулю твое платье? Чем не платье – и всякий скажет, что

платье. Да тебе-то оно не годится, по красоте-то твоей совсем не такое

надобно,– исчезни душа, коли лгу. Для тебя золотого мало: подавай нам шитое

жемчугом. – Вот и улыбнулась, изумрудная! Я ведь знаю, что говорю!

Тишка (входит). Сысой Псович приказали спросить можно ли, дескать,

взойти. Они тамотка, у Лазаря Елизарыча

Большов. Пошел, зови его сюда, и с Лазарем.

Тишка уходит.

Аграфена Кондратьевна. Что ж, недаром же закуска-то приготовлена – вот

и закусим. А уж тебе, чай, Устинья Наумовна, давно водочки хочется?

Устинья Наумовна. Известное дело – адмиральский час – самое настоящее

время.

Аграфена Кондратьевна. Ну, Самсон Силыч, трогайся с места-то, что

так-то сидеть.

Большов. Погоди, вот те подойдут – еще успеешь.

Липочка. Я, маменька, пойду разденусь.

Аграфена Кондратьевна. Поди, дитятко, поди.

Большов. Погоди раздеваться-то,– жених приедет.

Аграфена Кондратьевна. Какой там еще жених,– полно дурачиться-то.

Большов. Погоди, Липа, жених приедет.

Липочка. Кто же это, тятенька? Знаю я его или нет?

Большов. А вот увидишь, так, может, и узнаешь.

Аграфена Кондратьевна. Что ты его слушаешь, какой там еще шут приедет!

Так язык чешет.

Большов. Говорят тебе, что приедет, так уж я, стало быть, знаю, что

говорю.

Аграфена Кондратьевна. Коли кто в самом деле приедет, так уж ты бы

путем говорил, а то приедет, приедет, а бог знает, кто приедет. Вот всегда

так.

Липочка. Ну, так я, маменька, останусь. (Подходит к зеркалу и

смотрится, потом к отцу.) Тятенька!

Большов. Что тебе?

Липочка. Стыдно сказать, тятенька!

Аграфена Кондратьевна. Что за стыд, дурочка! Говори, коли что нужно.

Устинья Наумовна. Стыд не дым– глаза не выест.

Липочка. Нет, ей-богу, стыдно!

Большов. Ну закройся, коли стыдно.

Аграфена Кондратьевна. Шляпку, что ли, новую хочется?

Липочка. Вот и не угадали, вовсе не шляпку.

Большов. Так чего ж тебе?

Липочка. Выдти замуж за военного!

Большов. Эк ведь что вывезла!

Аграфена Кондратьевна. Акстись, беспутная! Христос с тобой!

Липочка. Что ж,– ведь другие выходят же.

Большов. Ну и пускай их выходят, а ты сиди у моря да жди погодки.

Аграфена Кондратьевна. Да ты у меня и заикаться не смей! Я тебе и

родительского благословенья не дам.

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Те же и Лазарь, Рисположенский и Фомииишна (у дверей)

Рисположенский. Здравствуйте, батюшка Самсон Силыч! Здравствуйте,

матушка Аграфена Кондратьевна! Олимпиада Самсоновна, здравствуйте!

Большов. Здравствуй, братец, здравствуй! Садиться, милости просим!

Садись и ты, Лазарь!

Аграфена Кондратьевна. Закусить не угодно ли? А у меня закусочка

приготовлена.

Рисположенский. Отчего ж, матушка, не закусить; я бы теперь рюмочку

выпил.

Большов. А вот сейчас пойдем все вместе, а теперь пока побеседуем

маненько.

Устинья Наумовна. Отчего ж и не побеседовать! Вот, золотые мои, слышала

я, будто в газете напечатано, правда ли, нет ли, что другой Бонапарт

народился, и будто бы, золотые мои...

Большов. Бонапарт Бонапартом, а мы пуще всего надеемся на милосердие

божие; да и не об том теперь речь.

Устинья Наумовна. Так об чем же, яхонтовый?

Большов. А о том, что лета наши подвигаются преклонные, здоровье тоже

ежеминутно прерывается, и един создатель только ведает, что будет вперед: то

и положили мы еще при жизни своей отдать в замужество единственную дочь

нашу, и в рассуждении приданого тоже можем надеяться, что она не острамит

нашего капитала и происхождения, а равномерно и перед другими прочими

Устинья Наумовна. Ишь ведь, как сладко рассказывает, бралиянтовый.

Большов. А так как теперь дочь наша здесь налицо, и при всем том,

будучи уверены в честном поведении и достаточности нашего будущего зятя, что

для нас оченно чувствительно, в рассуждении божеского благословения, то и

назначаем его теверита в общем лицезрении.– Липа, поди сюда.

Липочка. Что вам, тятенька, угодно?

Большов. Поди ко мне, не укушу,– небось. Ну, теперь ты, Лазарь, ползи.

Подхалюзин. Давно готов-с!

Большов. Ну, Липа, давай руку! Липочке. Как, что это за вздор?

Липочка С чего это вы выдумали?

Большов. Хуже, как силой возьму!

Устинья Наумовна. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!

Аграфена Кондратьевна. Господи, да что ж это такое?

Липочка. Не хочу, не хочу! Не пойду я за такого противного.

Фоминишна. С нами крестная сила!

Подхалюзин. Видно, тятенька, не видать мне счастия на этом свете!

Видно, не бывать-с по вашему желанию!

Большов (берет Липочку насильно за руку и Лазаря). Как же не бывать,

коли я того хочу? На что ж я и отец, коли не приказывать? Даром, что ли, я

ее кормил?

Аграфена Кондратьевна. Что ты! Что ты! Опомнись!

Большов. Знай сверчок свой шесток! Не твое дело! Ну, Липа! Вот тебе

жених! Прошу любить да жаловать! Садитесь рядком да потолкуйте ладком – а

там честным пирком да за свадебку.

Липочка. Как же,– нужно мне очень с неучем сидеть! Вот оказия!

Большов. А не сядешь, так насильно посажу да заставлю жеманиться.

Липочка. Где это видано, чтобы воспитанные барышни выходили за своих

работников?

Большов. Молчи лучше! Велю, так и за дворника выдешь. (Молчание.)

Устинья Наумовна. Вразуми, Аграфена Кондратьевна, что это за беда

такая.

Аграфена Кондратьевна. Сама, родная, затмилась, ровно чулан какой. И

понять не могу, откуда это такое взялось?

Фоминишна. Господи! Семой десяток живу, сколько свадьб праздновала, а

такой скверности не видывала.

Аграфена Кондратьевна. За что ж вы это, душегубцы, девку-то опозорили?

Большов. Да, очень мне нужно слушать вашу фанаберию. Захотел выдать

дочь за приказчика, и поставлю на своем, и разговаривать не смей; я и знать

никого не хочу. Вот теперь закусить пойдемте, а они пусть побалясничают,

может быть и поладят как-нибудь.

Рисположенский. Пойдемте, Самсон Силыч, и я с вами для компании рюмочку


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 

Скачать полный текст (125 Кб)
Перейти на страницу автора


Главная / Стихи / Проза / Биографии       Современные авторы - на серверах Стихи.ру и Проза.ру

TopList
Rambler's Top100
Rambler's Top100
© Русский литературный клуб. Все произведения, опубликованные на этом сервере, перешли в общественное достояние. Срок охраны авторских прав на них закончился и теперь они могут свободно копироваться в Интернете. Информация о сервере и контактные данные.