Главная / Стихи / Проза / Биографии

Поиск:
 

Классикару

История одного города (Михаил Салтыков-Щедрин)


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40 


- И на кой черт я не пошел прямо на стрельцов! - с горечью восклицал Бородавкин, глядя из окна на увеличивавшиеся с минуты на минуту лужи, - в полчаса был бы уж там!

В первый раз он понял, что многоумие в некоторых случаях равносильно недоумию, и результатом этого сознания было решение: бить отбой, а из оловянных солдатиков образовать благонадежный резерв.

На седьмой день выступили чуть свет, но так как ночью дорогу размыло, то люди шли с трудом, а орудия вязли в расступившемся черноземе. Предс- тояло атаковать на пути гору Свистуху; скомандовали: в атаку! - передние ряды отважно бросились вперед, но оловянные солдатики за ними не после- довали. И так как на лицах их, "ради поспешения", черты были нанесены лишь в виде абриса и притом в большом беспорядке, то издали казалось, что солдатики иронически улыбаются. А от иронии до крамолы - один шаг.

- Трусы! - процедил сквозь зубы Бородавкин, но явно сказать это зат- руднился и вынужден был отступить от горы с уроном.

Пошли в обход, но здесь наткнулись на болото, которого никто не по- дозревал. Посмотрел Бородавкин на геометрический план выгона - везде все пашня, да по мокрому месту покос, да кустарнику мелкого часть, да камню часть, а болота нет, да и полно.

- Нет тут болота! врете вы, подлецы! марш! - скомандовал Бородавкин и встал на кочку, чтоб ближе наблюсти за переправой.

Полезли люди в трясину и сразу потопили всю артиллерию. Однако сами кое-как выкарабкались, выпачкавшись сильно в грязи. Выпачкался и Боро- давкин, но ему было уж не до того. Взглянул он на погибшую артиллерию и, увидев, что пушки, до половины погруженные, стоят, обратив жерла к небу и как бы угрожая последнему расстрелянием, начал тужить и скорбеть.

- Сколько лет копил, берег, холил, - роптал он, - что я теперь делать буду! как без пушек буду править!

Войско было окончательно деморализировано. Когда вылезли из трясины, перед глазами опять открылась обширная равнина и опять без всякого приз- нака жилья. По местам валялись человеческие кости и возвышались груды кирпича; все это свидетельствовало, что в свое время здесь существовала довольно сильная и своеобразная цивилизация (впоследствии оказалось, что цивилизацию эту, приняв в нетрезвом виде за бунт, уничтожил бывший гра- доначальник Урус-Кугуш-Кильдибаев), но с той поры прошло много лет, и ни один градоначальник не позаботился о восстановлении ее. По полю пробега- ли какие-то странные тени; до слуха долетали таинственные звуки. Проис- ходило что-то волшебное, вроде того, что изображается в 3-м акте "Русла- на и Людмилы", когда на сцену вбегает испуганный Фарлаф. Хотя Бородавкин был храбрее Фарлафа, но и он не мог не содрогнуться при мысли, что вот-вот навстречу выйдет злобная Наина...

Только на осьмой день, около полден измученная команда увидела стре- лецкие высоты и радостно затрубила в рога. Бородавкин вспомнил, что ве- ликий князь Святослав Игоревич, прежде нежели побеждать врагов, всегда посылал сказать: иду на вы! - и, руководствуясь этим примером, команди- ровал своего ординарца к стрельцам с таким же приветствием.

На другой день, едва позолотило солнце верхи соломенных крыш, как уже войско, предводительствуемое Бородавкиным, вступало в слободу. Но там никого не было, кроме заштатного попа, который в эту самую минуту расс- читывал, не выгоднее ли ему перейти в раскол. Поп был древний и скорее способный поселять уныние, нежели вливать в душу храбрость.

- Где жители? - спрашивал Бородавкин, сверкая на попа глазами.

- Сейчас тут были! - шамкал губами поп.

- Как сейчас? куда же они бежали?

- Куда бежать? зачем от своих домов бежать? Чай, здесь где-нибудь от тебя схоронились!

Бородавкин стоял на одном месте и рыл ногами землю. Была минута, ког- да он начинал верить, что энергия бездействия должна восторжествовать.

- Надо было зимой поход объявить! - раскаивался он в сердце своем, - тогда бы они от меня не спрятались.

- Эй! кто тут! выходи! - крикнул он таким голосом, что оловянные сол- датики - и те дрогнули.

Но слобода безмолвствовала, словно вымерла. Вырывались откуда-то вздохи, но таинственность, с которою они выходили из невидимых организ- мов, еще более раздражала огорченного градоначальника.

- Где они, бестии, вздыхают? - неистовствовал он, безнадежно озираясь по сторонам и видимо теряя всякую сообразительность, - сыскать первую бестию, которая тут вздыхает, и привести ко мне.

Бросились искать, но как ни шарили, а никого не нашли. Сам Бородавкин ходил по улице, заглядывая во все щели - нет никого! Это до того его озадачило, что самые несообразные мысли вдруг целым потоком хлынули в его голову.

"Ежели я теперича их огнем раззорю... нет, лучше голодом поморю!.." - думал он, переходя от одной несообразности к другой.

И вдруг он остановился, как пораженный, перед оловянными солдатиками.

С ними происходило что-то совсем необыкновенное. Постепенно, в глазах у всех, солдатики начали наливаться кровью. Глаза их, доселе неподвиж- ные, вдруг стали вращаться и выражать гнев; усы, нарисованные вкривь и вкось, встали на свои места и начали шевелиться; губы, представлявшие тонкую розовую черту, которая от бывших дождей почти уже смылась, отто- пырились и изъявляли намерение нечто произнести. Появились ноздри, о ко- торых прежде и в помине не было, и начали раздуваться и свидетельство- вать о нетерпении.

- Что скажете, служивые? - спросил Бородавкин.

- Избы... избы... ломать! - невнятно, но как-то мрачно произнесли оловянные солдатики.

Средство было отыскано.

Начали с крайней избы. С гиком бросились "оловянные" на крышу и мгно- венно остервенились. Полетели вниз вязки соломы, жерди, деревянные спи- цы. Взвились вверх целые облака пыли.

- Тише! тише! - кричал Бородавкин, вдруг заслышав около себя какой-то стон.

Стонала вся слобода. Это был неясный, но сплошной гул, в котором нельзя было различить ни одного отдельного звука, но который всей своей массой представлял едва сдерживаемую боль сердца.

- Кто тут? выходи! - опять крикнул Бородавкин во всю мочь.

Слобода смолкла, но никто не выходил. "Чаяли стрельцы, - говорит ле- тописец, - что новое сие изобретение (то есть усмирение посредством лом- ки домов), подобно всем прочим, одно мечтание представляет, но не долго пришлось им в сей сладкой надежде себя утешать".

- Катай! - произнес Бородавкин твердо.

Раздался треск и грохот; бревна, одно за другим, отделялись от сруба, и по мере того, как они падали на землю, стон возобновлялся и возрастал. Через несколько минут крайней избы как не бывало, и "оловянные", ожесто- чившись, уже брали приступом вторую. Но когда спрятавшиеся стрельцы, после короткого перерыва, вновь услышали удары топора, продолжавшего свое разрушительное дело, то сердца их дрогнули. Выползли они все вдруг, и старые и малые, и мужеск и женск пол, и, воздев руки к небу, пали сре- ди площади на колени. Бородавкин сначала было разбежался, но потом вспомнил слова инструкции: "При усмирениях не столько стараться об ист- реблении, сколько о вразумлении" - и притих. Он понял, что час триумфа уже наступил и что триумф едва ли не будет полнее, если в результате не окажется ни расквашенных носов, ни свороченных на сторону скул.

- Принимаете ли горчицу? - внятно спросил он, стараясь, по возможнос- ти, устранить из голоса угрожающие ноты.

Толпа безмолвно поклонилась до земли.

- Принимаете ли, спрашиваю я вас? - повторил он, начиная уж закипать.

- Принимаем! принимаем! - тихо гудела, словно шипела, толпа.

- Хорошо. Теперь сказывайте мне, кто промеж вас память любезнейшей моей родительницы в стихах оскорбил?

Стрельцы позамялись; неладно им показалось выдавать того, кто в горькие минуты жизни был их утешителем; однако, после минутного колеба- ния, решились исполнить и это требование начальства.

- Выходи, Федька! небось! выходи! - раздавалось в толпе.

Вышел вперед белокурый малый и стал перед градоначальником. Губы его подергивались, словно хотели сложиться в улыбку, но лицо было бледно, как полотно, и зубы тряслись.

- Так это ты? - захохотал Бородавкин и, немного отступя, словно желая осмотреть виноватого во всех подробностях, повторил: - Так это ты?

Очевидно, в Бородавкине происходила борьба. Он обдумывал, мазнуть ли ему Федьку по лицу или наказать иным образом. Наконец придумано было на- казание, так сказать, смешанное.

- Слушай! - сказал он, слегка поправив Федькину челюсть, - так как ты память любезнейшей моей родительницы обесславил, то ты же впредь каждый день должен сию драгоценную мне память в стихах прославлять и стихи те ко мне приносить!

С этим словом он приказал дать отбой.

Бунт кончился; невежество было подавлено, и на место его водворено просвещение. Через полчаса Бородавкин, обремененный добычей, въезжал с триумфом в город, влача за собой множество пленников и заложников. И так как в числе их оказались некоторые военачальники и другие первых трех классов особы, то он приказал обращаться с ними ласково (выколов, одна- ко, для верности, глаза), а прочих сослать на каторгу.

В тот же вечер, запершись в кабинете, Бородавкин писал в своем журна- ле следующую отметку:

"Сего 17-го сентября, после трудного, но славного девятидневного по- хода, совершилось всерадостнейшее и вожделеннейшее событие. Горчица ут- верждена повсеместно и навсегда, причем не было произведено в расход ни единой капли крови".

"Кроме той, - иронически прибавляет летописец, - которая была пролита у околицы Навозной слободы и в память которой доднесь празднуется тор- жество, именуемое свистопляскою"...

Очень может статься, что многое из рассказанного выше покажется чита- телю чересчур фантастическим. Какая надобность была Бородавкину делать девятидневный поход, когда Стрелецкая слобода была у него под боком и он мог прибыть туда через полчаса? Как мог он заблудиться на городском вы- гоне, который ему, как градоначальнику, должен быть вполне известен? Возможно ли поверить истории об оловянных солдатиках, которые будто бы не только маршировали, но под конец даже налились кровью?


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40 

Скачать полный текст (395 Кб)
Перейти на страницу автора


Главная / Стихи / Проза / Биографии       Современные авторы - на серверах Стихи.ру и Проза.ру

TopList
Rambler's Top100
Rambler's Top100
© Русский литературный клуб. Все произведения, опубликованные на этом сервере, перешли в общественное достояние. Срок охраны авторских прав на них закончился и теперь они могут свободно копироваться в Интернете. Информация о сервере и контактные данные.