Главная / Стихи / Проза / Биографии

Поиск:
 

Классикару

Воскресение (Лев Толстой)


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87  88  89  90  91  92  93  94 


- Это все Виктор, - сказал Масленников, улыбаясь, - он удивительно остер, когда в ударе.

- А еще, - сказал Нехлюдов, - сейчас в остроге сидят сто тридцать человек только за то, что у них просрочены паспорта. Их держат месяц здесь.

И он рассказал причины, по которым их держат.

- Как же ты узнал про это? - спросил Масленников, и на лице его вдруг выразилось беспокойство и недовольство.

- Я ходил к подсудимому, и меня в коридоре обступили эти люди и просили...

- К какому подсудимому ты ходил?

- Крестьянин, который невинно обвиняется и к которому я пригласил защитника. Но не в этом дело.

Неужели эти люди, ни в чем не виноватые, содержатся в тюрьме только за то, что у Них просрочены паспорты и...

- Это дело прокурора, - с досадой перебил Масленников Нехлюдова. - Вот ты говоришь: суд скорый и правый. Обязанность товарища прокурора - посещать острог и узнавать, законно ли содержатся заключенные. Они ничего не делают: играют в винт.

- Так ты ничего не можешь сделать? - мрачно сказал Нехлюдов, вспоминая слова адвоката о том, что губернатор будет сваливать на прокурора.

- Нет, я сделаю. Я справлюсь сейчас.

- Для нее же хуже. C'est un souffre-douleur {Это страдалица (франц.).}, - слышался из гостиной голос женщины, очевидно совершенно равнодушной к тому, что она говорила.

- Тем лучше, я и эту возьму, - слышался с другой стороны игривый голос мужчины и игривый смех женщины, что-то не дававшей ему.

- Нет, нет, ни за что, - говорил женский голос.

- Так вот, я сделаю все, - повторил Масленников, туша папироску своей белой рукой с бирюзовым перстнем, - а теперь пойдем к дамам.

- Да, еще вот что, - сказал Нехлюдов, не входя в гостиную и останавливаясь у двери. - Мне говорили, что вчера в тюрьме наказывали телесно людей. Правда ли это?

Масленников покраснел.

- Ах, ты об этом? Нет, mon cher, решительно тебя не надо пускать, тебе до всего дело. Пойдем, пойдем, Annette зовет нас, - сказал он, подхватывая его под руку и выказывая опять такое же возбуждение, как и после внимания важного лица, но только теперь уже не радостное, а тревожное.

Нехлюдов вырвал свою руку из его и, никому не кланяясь и ничего не говоря, с мрачным видом прошел через гостиную, залу и мимо выскочивших лакеев в переднюю и на улицу.

- Что с ним? Что ты ему сделал? - спросила Annette у мужа.

- Это a la francaise {по-французски (франц.),}, - сказал кто-то.

- Какой это a la francaise, это a la zoulou {по-зулусски (франц.).}.

- Ну, да он всегда был такой.

Кто-то поднялся, кто-то приехал, и щебетанья пошли своим чередом: общество пользовалось эпизодом Нехлюдова как удобным предметом разговора нынешнего jour fixe'a.

На другой день после посещения Масленникова Нехлюдов получил от него на толстой глянцевитой с гербом и печатями бумаге письмо великолепным твердым почерком о том, что он написал о переводе Масловой в больницу врачу и что, по всей вероятности, желание его будет исполнено. Было подписано: "Любящий тебя старый товарищ", и под подписью "Масленников" был сделан удивительно искусный, большой и твердый росчерк.

- Дурак! - не мог удержаться не сказать Нехлюдов, особенно за то, что в этом слове "товарищ" он чувствовал, что Масленников снисходил до него, то есть, несмотря на то, что исполнял самую нравственно грязную и постыдную должность, считал себя очень важным человеком и думал если не польстить, то показать, что он все-таки не слишком гордится своим величием, называя себя его товарищем.

LIX

Одно из самых обычных и распространенных суеверий то, что каждый человек имеет одни свои определенные свойства, что бывает человек добрый, злой, умный, глупый, энергичный, апатичный и т. д. Люди не бывают такими. Мы можем сказать про человека, что он чаще бывает добр, чем зол, чаще умен, чем глуп, чаще энергичен, чем апатичен, и наоборот; но будет неправда, если мы скажем про одного человека, что он добрый или умный, а про другого, что он злой или глупый. А мы всегда так делим людей. И это неверно.

Люди, как реки: вода во всех одинакая и везде одна и та же, но каждая река бывает то узкая, то быстрая, то широкая, то тихая, то чистая, то холодная, то мутная, то теплая. Так и люди. Каждый человек носит в себе зачатки всех свойств людских и иногда проявляет одни, иногда другие и бывает часто совсем непохож на себя, оставаясь все между тем одним и самим собою. У некоторых людей эти перемены бывают особенно резки. И к таким людям принадлежал Нехлюдов. Перемены эти происходили в нем и от физических и от духовных причин. И такая перемена произошла в нем теперь.

То чувство торжественности и радости обновления, которое он испытывал после суда и после первого свидания с Катюшей, прошло совершенно и заменилось после последнего свидания страхом, даже отвращением к ней. Он решил, что не оставит ее, не изменит своего решения жениться на ней, если только она захочет этого; но это было ему тяжело и мучительно.

На другой день своего посещения Масленникова он опять поехал в острог, чтобы увидать ее.

Смотритель разрешил свидание, но не в конторе и не в адвокатской, а в женской посетительской. Несмотря на свое добродушие, смотритель был сдержаннее, чем прежде, с Нехлюдовым; очевидно, разговоры с Масленниковым имели последствием предписание большей осторожности с этим посетителем.

- Видеться можно, - сказал он, - только, пожалуйста, насчет денег, как я просил вас... А что насчет перевода ее в больницу, как писал его превосходительство, так это можно, и врач согласен. Только она сама не хочет, говорит: "Очень мне нужно за паршивцами горшки выносить..." Ведь это, князь, такой народ, - прибавил он.

Нехлюдов ничего не отвечал и попросил допустить его к свиданию. Смотритель послал надзирателя, и Нехлюдов вошел за ним в пустую женскую посетительскую.

Маслова уже была там и вышла из-за решетки тихая и робкая. Она близко подошла к Нехлюдову и, глядя мимо него, тихо сказала:

- Простите меня, Дмитрий Иванович, я нехорошо говорила третьего дня.

- Не мне прощать вас... - начал было Нехлюдов.

- Но только все-таки вы оставьте меня, - прибавила она, и в страшно скосившихся глазах, которыми она взглянула на него, Нехлюдов прочел опять напряженное и злое выражение.

- Зачем же мне оставить вас?

- Да уж так.

- Отчего так?

Она посмотрела на него опять тем же, как ему показалось, злым взглядом.

- Ну, так вот что, - сказала она. - Вы меня оставьте, это я вам верно говорю. Не могу я. Вы это совсем оставьте, - сказала она дрожащими губами и замолчала. - Это верно. Лучше повешусь.

Нехлюдов чувствовал, что в этом отказе ее была ненависть к нему, непрощенная обида, но было что-то и другое - хорошее и важное. Это в совершенно спокойном состоянии подтверждение своего прежнего отказа сразу уничтожило в душе Нехлюдова все его сомнения и вернуло его к прежнему серьезному, торжественному и умиленному состоянию.

- Катюша, как я сказал, так и говорю, - произнес он особенно серьезно. - Я прошу тебя выйти за меня замуж. Если же ты не хочешь, и пока не хочешь, я, гак же как и прежде, буду там, где ты будешь, и поеду туда, куда тебя повезут.

- Это ваше дело, я больше говорить не буду, - сказала она, и опять губы ее задрожали.

Он тоже молчал, чувствуя себя не в силах говорить.

- Я теперь еду в деревню, а потом поеду в Петербург, - сказал он, наконец оправившись. - Буду хлопотать по вашему, по нашему делу, и, бог даст, отменят приговор.

- И не отменят - все равно. Я не за это, так за другое того стою... - сказала она, и он видел, какое большое усилие она сделала, чтобы удержать слезы. - Ну что же, видели Меньшова? - спросила она вдруг, чтобы скрыть свое волнение. - Правда ведь, что они не виноваты?

- Да, я думаю.

- Такая чудесная старушка, - сказала она.

Он рассказал ей все, что узнал от Меньшова, и спросил, не нужно ли ей чего; она ответила, что ничего не нужно.

Они опять помолчали.

- Ну, а насчет больницы, - вдруг сказала она, взглянув на него своим косым взглядом, - если вы хотите, я пойду и вина тоже не буду пить...

Нехлюдов молча посмотрел ей в глаза. Глаза ее улыбались.

- Это очень хорошо, - только мог сказать он и простился с нею.

"Да, да, она совсем другой человек", - думал Нехлюдов, испытывая после прежних сомнений совершенно новое, никогда не испытанное им чувство уверенности в непобедимости любви.

Вернувшись после этого свидания в свою вонючую камеру, Маслова сняла халат и села на свое место нар, опустив руки на колена. В камере были только: чахоточная владимирская с грудным ребенком, старушка Меньшова и сторожиха с двумя детьми. Дьячкову дочь вчера признали душевнобольной и отправили в больницу. Остальные же все женщины стирали. Старушка лежала на нарах и спала; дети были в коридоре, дверь в который была отворена. Владимирская с ребенком на руках и сторожиха с чулком, который она не переставала вязать быстрыми пальцами, подошли к Масловой.

- Ну, что, повидались? - спросили они.

Маслова, не отвечая, сидела на высоких нарах, болтая не достающими до полу ногами.

- Чего рюмишь? - сказала сторожиха. - Пуще всего не впадай духом. Эх, Катюха! Ну! - сказала она, быстро шевеля пальцами.

Маслова не отвечала.

- А наши стирать пошли. Сказывали, нынче подаяние большое. Наносили много, говорят, - сказала владимирская.

- Финашка! - закричала сторожиха в дверь. - Куда, постреленок, забежал.

И она вынула одну спицу и, воткнув ее в клубок и чулок, вышла в коридор.

В это время послышался шум шагов и женский говор в коридоре, и обитательницы камеры в котах на босу ногу вошли в нее, каждая неся по калачу, а некоторые и по два. Федосья тотчас же подошла к Масловой.

- Что ж, али что не ладно? - спросила Федосья, своими ясными голубыми глазами любовно глядя на Маслову. - А вот нам к чаю, - и она стала укладывать калачи на полочку.


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73  74  75  76  77  78  79  80  81  82  83  84  85  86  87  88  89  90  91  92  93  94 

Скачать полный текст (930 Кб)
Перейти на страницу автора


Главная / Стихи / Проза / Биографии       Современные авторы - на серверах Стихи.ру и Проза.ру

TopList
Rambler's Top100
Rambler's Top100
© Русский литературный клуб. Все произведения, опубликованные на этом сервере, перешли в общественное достояние. Срок охраны авторских прав на них закончился и теперь они могут свободно копироваться в Интернете. Информация о сервере и контактные данные.