Почему война не ускорится.Автор: Тим Кирби Несмотря на изменение риторики, у России нет причин для массированного наступления, пишет Тим Кирби. Недавно пресс-секретарь президента Дмитрий Песков начал называть конфликт в Украине не «специальной военной операцией», а «войной». Это, конечно, стало главной темой для обсуждения, ведь эскалация - это всегда захватывающая тема, а ситуация в небе над Киевом действительно обострилась. В последнее время российские удары стали более масштабными и жёсткими: они наносят удары по порту в Одессе и кораблям, по объектам производства беспилотников, которые считались «безопасными» из-за близости к гражданскому населению в Киеве, и уничтожают сотни заправочных станций, на которых украинские военные пополняли запасы топлива на вражеской территории. Короче говоря, россияне начали атаковать цели, которые на протяжении многих лет конфликта считались «запретными». Аналитики обещали что-то «масштабное» летом 2026 года, и, возможно, это оно и есть, а не наступление в «красных стрелках», которое так ждали СМИ. В обозримом будущем этот конфликт по-прежнему будет называться специальной военной операцией, даже если политики начнут отказываться от этой терминологии. Эскалация здесь происходит по горизонтали, а не по вертикали, но давайте разберёмся, почему так происходит. Главное, что нужно помнить о том, почему это не перерастёт в тотальную войну, заключается в том, что президент Путин очень законопослушен и придаёт большое значение соблюдению правовых норм. Слова господина Пескова и ратифицированный российский закон - это две разные вещи. Госдума не проголосовала за объявление войны в традиционном понимании этого слова. Хотя из-за предыдущих терактов россияне, безусловно, рассматривали такую возможность, и, возможно, сейчас готовятся документы для объявления войны, которые могут быть подписаны в любой момент. Но независимо от того, ведется ли подготовка к тотальной войне, президент Путин решится на масштабное расширение только при наличии ратифицированной законодательной базы, а не «импровизированных» заявлений. Если новых законов нет, значит, полномасштабного массированного наступления не будет. После многих десятилетий у власти Владимир Владимирович не объявит внезапно «тотальную войну, потому что я так сказал». Он действует совсем иначе. Но если соответствующий законопроект будет одобрен Думой, это уже совсем другая история. А пока законодательная база остается прежней. Существует распространённый квазимиф о том, что «Путин находится под давлением» и вынужден мобилизовать Россию из-за воинствующих ястребов, населения в целом, военного руководства или всех этих факторов сразу. На самом деле лидер любой могущественной страны находится под давлением множества группировок на протяжении всего срока своего правления. Когда же Путин не находился под давлением? Общественное мнение в России имеет значение и отслеживается, но Россия - это православная цивилизация, где Слово Божье интерпретируется несколькими экспертами внутри Церкви, с которыми соглашается остальное общество. Россия - не протестантская страна, где каждый читает Библию, находит в ней свою истину и объявляет себя всезнающим экспертом. Граждане России, которые могут не понимать логику войны, спокойно относятся к тому, что «возможно, чего-то не знают», и верят в решения императора. Население лояльно, терпеливо и придерживается православного отношения к власти, о котором говорилось выше. Но тем, кто не может поверить, что россияне до сих пор не восстали против «нерешительности» Кремля, стоит задать себе вопрос: в случае войны между Мексикой и США стали бы вы штурмовать столицу, требуя капитуляции, потому что бензин немного подорожал, а у вас пропал доступ к Tik Tok? Если вспомнить начало войны, то западные лидеры не ожидали, что украинская сторона двинется на Москву. Они были уверены, что конфликт и санкции, оправданные этой борьбой, превратят «рубль в труху» или доведут российскую экономику «до полного краха». Западные политики всё ещё застряли в эпохе холодной войны, а Советский Союз проиграл её не в военном, а в идеологическом и экономическом плане. Таким образом, в 2022 году казалось, что дело не столько в наступлении под предводительством господина Зеленского в зелёной рубашке, сколько в валюте, ценах на нефть и санкциях, которые должны были сломить Россию. Владимир Владимирович прекрасно об этом осведомлён, а поскольку идеология Запада стала отвратительна даже для большинства самих западных стран, то настоящее «поле битвы» - это экономика. Россия не только пережила двадцать пакетов санкций, но и процветает, ускользая от глобалистского планирования. Но, возможно, этому разрыву нужно время, чтобы укорениться. Может быть, с точки зрения Кремля, то, как меняется экономический мир, им на руку, так зачем торопиться? Почему бы не спешить, если всё идёт как по маслу? Почему бы не уберечь солдат от опасности и не заняться настоящей борьбой - экономическим развитием? Если Россия добивается успеха на капиталистическом фронте медленной войны, где государство играет ведущую роль, то нет фундаментальных причин менять эту позицию. Говоря о защите солдат, можно сказать, что советские инженеры, которые строили многоквартирные дома с учётом военной стратегии, были блестящими специалистами. Каждое здание в основном выстояло после невероятных испытаний, и каждый подвал превратился в бункер, но поскольку эти здания находятся за пределами собственно России, их оборонительная конструкция использовалась против Кремля с самого начала СВО. До сих пор просто не существует безопасного способа быстро зачистить какой-либо город/село, особенно если просто стереть его с лица земли с помощью бомбардировок. Эта война велась для того, чтобы спасти Донбасс, а не уничтожить его. Слова Пескова о войне не меняют эту реальность. Учитывая эту проблему, у русских нет возможности продвигаться так быстро, как того хотят эксперты, и это не может быть настоящей войной на территории, где Кремль хочет спасти местных жителей. У этого автомобиля нет второй передачи, он просто едет медленно. Одна из причин недавней горизонтальной эскалации со стороны России в плане выбора целей, но при этом сохраняющегося опасения перед вертикальной эскалацией, заключается в том, что Кремль понимает, насколько мы близки к ядерной войне. Кроме того, они знают, насколько злобны, безумны и самовлюблённы представители "коалиции Эпштейна". Даже если вся история с российским шпионом рядом с Эпштейном - фейк, они знают, с кем имеют дело. Наивность, с которой россияне относятся к Западу, порой поражает, и отчасти из-за неё начался этот конфликт, но сейчас кажется, что все маски сброшены и руководство России смотрит в глаза демонам, правящим ЕС. Если эти слуги теневого финансирования в Брюсселе проиграют эту шахматную партию, они вполне могут в приступе ярости перевернуть доску и обречь человечество на ядерный пожар. Это ещё одна причина, по которой роза под любым другим названием действительно будет пахнуть так же сладко, а недавние заявления Пескова - не повод начинать рыть бомбоубежище. Одна из ключевых стратегических целей, которую мы можем вывести из действий Кремля, заключается в том, что он не хочет, чтобы началась ядерная война в какой бы то ни было форме. Когда дело доходит до эскалации конфликта, Кремль был и остается «самым здравомыслящим в комнате». Кремль готов играть вдолгую, чтобы избежать ядерной войны. Европе нужно тихо уйти в ночь. Аресты, увольнения, протесты во Львове и Киеве - лето 2026 года выдалось непростым для режима Зеленского. Его людоловы, репрессии и масштабные военные провалы\приоритеты пиара в этой войне начинают приближаться к критической массе. Если коллективный Запад и мечтал о дестабилизации большой страны в Восточной Европе, то в случае с Украиной ему это определенно удалось. Сколько ещё Зеленский сможет удерживать на плаву этот тонущий корабль? Ответа на этот вопрос никто не знает, но когда вы видите сломанные паруса, пожары на палубе и людей, вычерпывающих воду из вражеского галеона, нет смысла идти на абордаж. Сейчас нужно просто стоять и стрелять. Никогда не знаешь, когда последняя капля станет последней каплей для киевского верблюда, но он явно перегружен. Большая эскалация, ожидавшаяся летом 2026 года, действительно произошла, но она распространилась горизонтально, добавив в поле зрения России множество запретных целей. Однако, несмотря на изменение риторики, у России нет причин для масштабного наступления. На каждый удар в лицо Россия отвечает пулей. Характер войны, или специальной военной операции, радикально не изменится до тех пор, пока не будет принят закон об объявлении тотальной войны, в чем на данный момент нет необходимости. Эта война по-;прежнему будет недружественной по отношению к СМИ.
|
