Лестница в небеса Николоса Мадуро1. Закон Сельвы Этой ночью ,как и а детстве, ему снились джунгли,называемые на латиноамериканском континенте сельвой.Дремучие и непроходимые джунгли,с разноцветными попугаями в ветвях, раскачивающимися на лианах обезьянами, обвивающими стволы дерев подвижными узорчатыми змеями,мохнонаногими пауками - птицеловами и устремляющимися по свои неотложным делам муравьями - листорезами. В тенистых дебрях сельвы,в её изумрудной глубине, бесшумно крался на мягких лапах ягуар,чьи глаза сверкали в темноте отраженным светом Луны. Там все двигалось, шевелилось,копошилось , поедало друг друга и , укоренясь, вытягивало соки из жертвы, которая была просто- напросто предыдущим звеном в цепи умирающего и нарождающегося ,но лишь только для того ,чтобы стать для кого-то пищей или питательным основанием для роста,цветения,созревания плодов. ... Николасу снилось, что,продираясь сквозь чащобу, он рубит ветви ,взмахивая мечом,подобно тому,как размахивают мачете кубинские гаучо при уборке сахарного тростника.Он продвигался вперед,обливаясь потом, он волок на голове тяжеленный шлем ,на плечи давил доспех кирасы,тяжел, как гиря, был и меч из толедский стали.Куда он прорубался? И что ему было нужно от этих джунглей?Того он и сам не знал. Его конь сдох,укушенный ядовитой змей,его оруженосца растерзал крокодил и доели пираньи, когда они искали брод через широкую мутную реку. Но он должен был дойти. И вот последняя рассеченная лезвием ветвь пала к его ногам... Николоса всё чаще посещало это навязчивое сновидение и сидя с Силией Флорес на террасе асиенды за утренним кофе, он пробовал угадать,что бы могла значить пригрезившееся ему аллегория.Не то чтобы он он был столь суеверен и намеревался соотносить свои действия с гороскопами и предсказаниями гадалок,но в том не было никакой мистики,как кончил жизнь пламенный подвижник мировой революции Лев Троцкий. Правда, не с абсидиановым ножом в груди вонзённым жрецом Храма Солнца,а с острём ледоруба в голове.Че Гевару и вовсе поймали за воровством картофеля на чужом поле.Голод выгнал неистового борца с гринго из джунглей.И хозяйка огорода ,за свободу которой он боролся, его же и застукала...Заскорузлый социалист Милошевич, обводнивший Сахару Каддафи,преданный своими же генералами Саддам Хусейн...Печальный паноптикум.И пусть некий американист с бородкой и лысиной вождя пролетариата, да и картавящий , как он, насмехался над Николосом, размышляющим вслух по поводу вылетевшей откуда -то птички, когда он пришёл поклониться на могилу отравленного врагами Болеварианской республики Уго Чавеса! Но та птичка была не просто знаком, это был дух Уго, напутствующий Николоса на благие дела. А то что бы ей вится вокруг его головы и чирикать в уши!"Надо делиться!Надо делиться!" -насвистывала птаха.Но разъезжающие в сверкающих лимузинах нувориши не желали делиться с обитателями облепивших подножия гор фавел. Оттуда по чисто выметенным, вылизанным улицам Каракоса, где даже капли помета порхающих с пальмы на пальму попугаев тут же сметались в совок , где даже неряшлевые гринго не решались бросить пустую банку из под колы, обертку от жвачки или окурок сигары мимо урны; из этих трущоб, таящих застоявшиеся запахи пота рабов кофейных плантаций и сборщиков каучука,потоками прорвавшей канализации расползались воришки- карманники, проститутки и торговцы кокаином... ...Свежий ветерок с океанического побережья шевелил страничку лежащей на столике развернутой книги. На ночь Силия читала "Осень патриарха" Габриэля Гарсиа Маркеса" со страницы на развороте смотрел улыбчивый усатый колумбиец. Когда в таких же, как у писателя, подковообразных усах Николоса стал появляться алюминй седины, жена ткнула наманикюренным ногтем в портрет Нобелевского лауреата и сказала: "Вы становитесь похожи". Может быть и так, но Николас в отличии от его антагониста Дональда с рыжим чубчиком и замашками мультяшного героя Дональда Дага не грезил наградами Шведской академии.Да и какие могут быть восторги респектабельных шведов по поводу "диктатора" в ответ на скачок цен на электронику.устроившего спекулянтам "варфаламеевку"пересадившего диссидентов?Ну а то, Солнце поднималось над горной цепью.Гора Авила,подобно поросшей мхом майяйской пирамидой возвышалась над красными черепичными крышами Каракаса. Но разлегшийся в долине город "красных крыш" с некоторых пор пророс удивительными новообразованиями. Впрочем, пока Николас вдыхал ароматный дым сигары и хотя в его клубах ему и виделись сцены покушения на его персону,протянув руку к бутылке текилы, он нацедил в стакан с предусмотрительно положенным в него служанкой из креолок Хуаной кубик льда, но на этот раз видение, возникшее перед ним, не было мгновенным и туманным, а было совершенно отчетливым: он увидел себя мальчонкой, дрожащим от холода на ледяном ветру плоскогорья, и увидел рядом свою мать
Подобно майяйским пирамидам утопающие в зелени... Затягиваясь гаванской сигарой , Николас наблюдал на экране тпелеввизора смену кадров новостной нарезки... Конкистадор.Тупак Омаро В сталагмитовой чащобе построек новейшего времени можно отыскать самую старую — колониальную — зону столицы. Там угадывается центральная площадь имени Симона Боливара — национального героя, освободителя страны от гнета испанской короны. Площадь окружают невысокие, в один-два этажа, крытые черепицей дома с узорными коваными решетками на окнах. В обширных внутренних двориках-патио растут манговые и гранатовые деревья. Свое имя венесуэльская столица получила от названия индейского племени каракас, некогда обитавшего на склонах горы Авила. Много крови пролилось на плодородные земли долины, прежде чем пришельцы-завоеватели окончательно укрепились здесь и почувствовали себя в безопасности. А теперь орлиные профили Гуайкапуро, Терепайми, Манауре и других индейских вождей-касиков вычеканены на памятных медалях, за которыми охотятся иностранные туристы. Типичный сегодняшний «каракеньо» — житель Каракаса — невысок, курчав, смуглокож. «Все мы — немного кофе с молоком»,— говорят венесуэльцы, потомки белых завоевателей и коренных жителей — индейцев. До двадцатых годов нынешнего века «Го
© Copyright: Юрий Николаевич Горбачев 2, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
