Меж двух Солнц

— Мириады галактик, мириады звёзд. Каким прекрасным мне это казалось тогда... Как хотел я очутиться посреди открытого космоса, чтобы насладиться этой непостижимой красотой, чтобы сложить о ней песни, чтобы тот, кто слышал их, тоже мечтал, как и я.

А сейчас я завидую тому, кто стоит на твёрдой земле на своей планете и взирает оттуда в эту бесконечную красоту, ему неведомую, ту, которую он никогда не сможет узреть всю. Да, я завидую ему, я завидую тому, у кого среди всего этого множества звёзд есть своя, и вокруг неё летает та планета, где ребёнком он сделал свой первый шаг.

Я смотрю в удаляющуюся черноту, где была ты и куда я никогда не смогу вернуться.

Я странник ушедшей цивилизации, который обрёл мечту и потерял жизнь.

\ Так думал капитан одного из семи тысяч восьмидесяти трёх военных кораблей, стоя у иллюминатора. Он был капитаном девять дней. Многонациональная эскадра, в которую он входил, сопровождала не столь многочисленные пассажирские и грузовые суда. Все они плыли в неизвестном направлении. Через несколько мгновений он уже был у визиофона:

— Объявляю совещание открытым. В этот нелёгкий для всех нас момент я призываю вас собрать в кулак всё своё мужество и прекратить всяческие споры. Правительствам всех государств будет предоставлено пятиминутное обращение к своим гражданам, большим временем мы не располагаем. Буду краток.

Закрытое специальное заседание учёных, проанализировав известные нам планеты, пришло к выводу, что наиболее близких к нам, возможно пригодных для жизни планет — две. Выбор одной из них уменьшает вероятность выживания нашего вида, так как любая из них может оказаться непригодной. Потому нам придётся разделиться. Топлива на многих кораблях осталось мало, но достаточно, чтобы направить их по составленным маршрутам и в будущем совершить посадку. Некоторыми из судов придётся пожертвовать, поскольку они не обладают системой дозаправки, а стыковка с ними невозможна по техническим причинам. Я сожалею.

\ Он промолчал, отдавая дань ещё живым.

— Мы все благодарны той группе учёных, чьими стараниями большая часть наших кораблей оборудована системой переработки отходов в пищу. Остальные суда, допускающие возможность стыковки и имеющие для этого энергетические ресурсы, будут спасены. Остальным мы помочь не сможем.

\ Он промолчал, отдавая дань ещё живым.

Тут капитан увидел боковым зрением яркую вспышку. Он подбежал к иллюминатору и застыл. Соседнего торгового корабля больше не существовало.

— Соблюдайте спокойствие. Паника опасна. Был совершён массовый суицид одного из судов. Мы не могли ничего сделать.

\ Он промолчал, отдавая дань погибшим. Потом он сказал ещё что-то, ещё что-то... Выступили главы правительств, одни с критикой, другие с одобрением. Но капитан уже не слушал, он знал, что они скажут. Он смотрел на звёзды и думал. А визиофон продолжал работать:

— Мы не знаем, что ждёт нас впереди, но все мы надеемся на успешный исход операции. Для разделения кораблей на две части командующий состав и я, герой войн, избранный представителем перед народом, решили не прибегать к вычислительным машинам. Те, чьи корабли оборудованы визиофоном, видят сейчас на своих экранах гору карточек, на каждой из которых написан номер корабля. Я не буду брать в свои... руки такую ответственность. Я возлагаю эту нелёгкую... почти божественную обязанность... на двух спасшихся детей, чьи родители остались и погибли.

\ Капитан повернулся. В экране визиофона он увидел девочку и мальчика, судя по виду, изрядно напуганных. Одетые во всё белое дети молча стояли, держась за руки. На мгновение ему показалось, что они ангелы, снизошедшие со звёзд.

Герой шести водородных и трёх атомных войн подошёл к ним, сел на корточки и, положив свои руки на детские плечи, что-то им сказал. Мальчик и девочка подошли к карточкам и стали разгребать их в разные стороны. Они не плакали, но глаза их блестели. Всё. Карточек не осталось.

— Результаты мы сообщим каждому из капитанов кораблей. Спасибо, дети.

— Подонок...

...

\ Капитан всё смотрел и смотрел на звёзды.

— Какие же они всё-таки неизвестные и прекрасные.

\ Где-то там его ждало его Солнце.
                2003