Салют

(Photogenica-PHX84384540.  - это что-то про то откуда эта картинка выше)

23 февраля.
В окне кухни — салют. Я сижу на стуле, попивая горячий кофе со сливками, и смотрю, как рождаются и умирают цветы.

Свет...
Зелёные, красные, жёлто-фиолетовые... Все они появляются из тьмы, растут, стремясь охватить побольше черноты неба (хотя никогда не охватывают её всю), тают, а потом... потом и вовсе исчезают, никому не нужные, забытые в свете новых огней. Вот опять рассыпался в прах счастливый цветок с тремя лепестками...

Нет...
Кому вообще нужен этот салют? Поиграл — и исчез. Нет его, как и не было. Может, лучше было бы потратить деньги, что пошли на оплату фейерверка, чтобы купить голодным детям по мороженому? Хотя всё равно деньги не дошли бы до адресата, а потратились бы, наверное, на покупку горных лыж членам малых и больших палат. Ладно, пусть будет салют. Его всем видно: и голодным детям, и палатам, и мало ли кому ещё. Тебе, например, и мне, хотя мы далеко друг от друга, и не дети мы, и не палаты. Хотя лыжи у меня есть, правда не горные, а для конькового хода, и мороженое я ем, когда захочу. Но сейчас не хочу мороженого, или не хочу идти в магазин... Или вообще ничего не хочу. Надоело всё.

Вот почему я сама не куплю мороженого, не найду ребёнка в переходе с протянутой рукой и не дам ему это мороженое? Боюсь, что плюнет он на него или на меня сразу, а я утрусь и пойду дальше, куда шла, смешаюсь с этой толпой, которая куда-то вечно спешит. Вот если бы все купили по мороженому, то каждому ребёнку досталось бы по ящику... Мороженого не хватит.

Бред...
Я говорю бред? Наверное. И дети не кошки, чтобы давать по рублю. Хотя кошки тоже не в лучшем положении. Вот вы даёте милостыню? Всегда? Может, человек возьмёт ваши деньги и купит пиво? А что бы вы купили на его месте? Но вы не на его месте и никогда не стали бы так унижаться... Хорошо бы, чтобы всё у вас было хорошо.

А я даю милостыню, чтобы, когда попаду на тот свет, оказаться в раю. На всякий случай — если он есть, и Бог есть. Или, в случае реинкарнации, чтобы не стать в следующей жизни телевизором и не болтать всякий бред, как в этой жизни. Или чтобы почувствовать себя добрее и лучше. Хм. Не верите? Да, конечно, я вру. Я такое никогда не думаю. Не верю я в рай... часто. И в себя не верю в последнее время тоже. Просто хочу, чтобы всё стало лучше, чем теперь. Пусть купит пиво — ему оно нужно, пусть отдаст деньги координатору — побьют меньше. Пусть спокойно посмотрит в небо на салют и порадуется свету. А я просто чувствую радость, когда даю.

Брют...
На столе брют и девяносто третье токайское с шестью путтонами. Ненавижу токайское... и салют тоже. Я родилась с салютом — не сегодня, но тогда тоже кому-то было грустно, кому-то весело. А там, в темноте, мои братья рождаются и умирают, а я смотрю на них и ничего не могу сделать, или не хочу, или не делаю. Вот так: я живу, а они превращаются в прах. Заплакать? И что будет?

В окне кухни — салют. Никак не кончается, а я никак не встаю со стула — сижу на нём, попивая прохладное токайское, и смотрю, как рождаются и умирают цветы.

24.02\-2003