Ритм подземных прожекторов девушка в метро

— Там нет ничего...
— Где?
— Позади тебя.
Мальчик оглянулся, но увидел позади себя маму.
— Ну не пугайте его, что вы, — сказала мама, улыбаясь чужому дяде.

Этого бы никогда не случилось, если бы Бог снабдил моё тело глазами по всей окружности головы. Но, увы, Бог был не так щедр, и мне всю жизнь приходилось обходиться только двумя окулярами, причём к тридцати годам (когда всё и произошло) уже изрядно подпорченными благодаря моей любви к чтению в полутьме. Может быть, кто-то и не примет эту историю всерьёз, но если такие найдутся, я лично готов представить доказательство её подлинности, которое до сих пор бережно хранится в моём тайнике.

В тот день я проснулся очень рано, но, посмотрев на минутную стрелку часов и совсем упустив из поля зрения часовую, решил, что опять опаздываю на работу. Я выскочил из дома прямо в не ушедшую еще с улицы темноту. Мой просыпающийся мозг даже что-то просигналил мне, но ноги, как обычно, гнали по дороге прямо к остановке, к которой подъезжал автобус с донельзя знакомыми номерами. Вбежав в закрывающиеся двери полупустого автобуса, я, наконец, посмотрел на часы и удостоверился в своей ошибке. Я не опаздывал… Совсем не опаздывал.

Это было приятно, с одной стороны, но с другой — мне нужно было куда-то деть появившееся вдруг время, ждать, пока откроется здание, в котором находилась моя работа… Сходить же на следующей остановке, чтобы вернуться обратно и доспать, совсем не хотелось, хотя времени было достаточно, и я ещё успел бы как следует позавтракать.

В духе таких размышлений я доехал до метро и по инерции спустился вниз. Подождав немного, я сел, наверное, в самый первый поезд сегодняшнего рабочего дня. Никто не толкал меня при посадке; мало того, я был единственным пассажиром в вагоне, хотя в вагоне через один наблюдалась иная ситуация, а в соседнем кто-то спал непробудным сном — видимо, ещё со вчерашнего вечера.

Если есть счастье в мире, то это было оно... То есть оно ещё ждало меня впереди. Пусть извинит меня читатель, что я опережаю события, но мне не терпится перейти к самому удивительному: к тому, как же я провёл время, которое мог бы потратить на сон или завтрак.

Я ехал, и колёса вагона убаюкивающе постукивали в такт моим неспешным мыслям. Глаза закрывались, и в оставшиеся щёлочки я видел быстро проносящийся свет подземных прожекторов. Внезапно поезд остановился. Но я, привычный к таким вещам, даже не пошевелился. Мои мысли тянули меня за собой, и я плавно погружался в сонное небытие, когда поезд внезапно дёрнулся, и я от неожиданности открыл глаза.

На сиденье напротив сидела девушка... Вот вы скажете, что так и думали, что сразу догадались… Скажите! Но она правда там сидела. Мало того — она сидела и улыбалась. И мало того — улыбалась мне...

А я никак не мог объяснить её появление здесь, в моём вагоне, и тупо смотрел на её лицо. Чуть было не почесал затылок, но вовремя опомнился и отвёл глаза. Мне было очень неудобно, что она, непонятно как возникшая здесь, смотрит прямо на меня, и я решил сделать вид, что выхожу на следующей станции. Подошёл к двери и стал ждать остановки. Но мозг мой продолжал рассуждать и вскоре пришёл к выводу, что сходить раньше нужной станции нерационально. Я отошёл в другой конец вагона и снова сел.

Несколько раз я поглядывал в сторону девушки, но, убедившись, что она на меня уже не смотрит, закрыл глаза, чтобы не крутить зря голову. Линии прожекторов всё так же проплывали в щёлочках глаз, а я старательно пытался от них избавиться и представить девушку. С прожекторами сделать ничего не удалось, а от девушки «получалась» только улыбка. Поезд остановился. Станция. Что-то сподвигло меня опять открыть глаза — наверное, я хотел проверить наличие девушки в другом конце вагона. Я повернул голову... Она снова сидела передо мной. И так же улыбалась.

В те короткие мгновения я попытался запомнить её как можно лучше. На этот раз мне удалось гораздо больше. Я уже не стремился избавиться от света прожекторов — они только украшали моё творение, переливаясь на чертах изваянной воображением девушки. Я наслаждался ею, и если есть счастье в мире, то я был счастлив. Мало того — она улыбалась, и мало того — улыбалась мне...

Поезд остановился. Опять станция. Я побоялся открыть глаза и всё сидел и ждал, когда снова полетят прожекторы, чтобы я смог увидеть во всей прелести её улыбку. Потом я всё-таки открыл глаза — то ли поезд дёрнулся слишком сильно, то ли мозг напомнил, что я могу пропустить свою станцию. Но её уже не было. Скажите, что догадались, я знаю. Да, её не было. И, наверно, что произошло дальше, вы тоже догадались… Хотя я ещё не успел сказать… Она оставила на сиденье…

Впрочем, тогда не нужно лишних слов, раз вы знаете. И если кто-то не принял мою историю всерьёз, я могу представить доказательство её подлинности, которое бережно храню в своём тайнике.

12.11\-2003