Зона уныния

Дождь не прекращался. Старенький автомобиль в последний раз чихнул и заглох окончательно. Вдоль раскисшей дороги тянулись унылые серые кусты. За ними, в нескольких метрах от дороги, стоял полуразвалившийся сарай.
- Чёрт! – водитель вышел из машины и хлопнул дверью. Он хмуро огляделся и полез в карман за сигаретой. Дождь барабанил по крыше сарая, струйки воды стекали с неё, завихряясь в маленькие косички. Раскисшая земля шевелилась от тяжёлых капель. Колёса автомобиля уже на треть погрузились в вязкую грязь.
  Одна из капель упала на кончик сигары водителя, и она потухла с тихим шипением.
- Чёрт! – мужчина сплюнул на землю и откинул сигарету в кусты.
  Тем временем, задняя дверца автомобиля приоткрылась, и женский голос спросил неуверенно:
- Мистер Готт, мы скоро поедем? Я замёрзла…
- Похоже, мы вообще не поедем, - хмуро произнёс водитель. – Дорогу размыло, бензин кончился. Чувствую, из-за вашего упрямства мы тут застрянем и надолго.
- Э-э… А вы хоть знаете, где мы сейчас? – взволнованно спросил голос сидящей в машине.
- Не имею не малейшего представления, - мужчина подошёл к багажнику и достал небольшую лопату с короткой ручкой. – Вылезайте.
  Послышалось сопение, и через несколько мгновений из машины вышла молодая женщина в помятом сером летнем платье и открытых туфельках на высоком каблучке, прикрывая голову от дождя куском полиэтилена.
- Ну и что мы будем делать, мистер Готт? – безнадёжно спросила она. Её платье постепенно намокало, дождь хлестал по крыше автомобиля.
- Не знаю… - водитель воткнул лопату в размытую грязь. – Но, будьте уверены, – сегодня эта развалюха не двинется с места. Видите тот сарай у дороги? Пойдите и посмотрите, – может быть, там есть дрова, чтобы развести костёр.
  Женщина постояла немного в замешательстве, а потом, неловко перепрыгивая с одного бугорка на другой, двинулась к разваленному сараю.
  Этому строению было и правда много лет. Сарай состоял из кусков ломаного кирпича вперемешку со сгнившими досками. Одна из стен  обрушилась наполовину, поэтому крыша накренилась на 450.
  Женщина неуверенно подошла к сараю и потрогала дверь. От её лёгкого прикосновения  дверь со скрипом провалилась внутрь. Женщина от неожиданности отпрыгнула в сторону, неуклюже наступила в лужу и сломала каблук.
- Ну что там, Фоссет? – мужчина, услышав шум, повернулся к сараю.
- Он весь прогнил, я боюсь туда заходить – ещё обрушится, - прокричала женщина.
  Готт ничего не ответил. Он положил лопату на капот автомобиля и пошёл к ней. Поравнявшись с Фоссет, мужчина хмуро посмотрел на девушку:
- Идите в машину, вы совсем промокли.
- Вы тоже, - она невесело улыбнулась.
  Водитель подошёл к стене сарая и пнул её ногой. Строение не пошевелилось. Несмотря на свою внешнюю ветхость, сарай выдержал и второй, и третий удары Готта. Только тогда, убедившись в прочности стен, мужчина осторожно зашёл в сарай. Там было темно, но сухо. Весь сарай был наполнен какой-то ветошью. На полу лежала куча тряпья и мусора. Готт вытянул руки и наугад пошёл к задней стене постройке. Когда он дотронулся до неё, то негромко сказал Фоссет:
- Можете заходить, я думаю, тут можно будет переждать дождь.
  Женщина вошла вслед за Готтом. Она огляделась и понюхала воздух.
- Как вы думаете, это сарай кому-то принадлежит?
- Вряд ли его владельцы соберутся навестить нас сегодня, - Готт пожал плечами. – Я пойду, принесу наши вещи, как бы они не промокли – тут суше, чем в машине.
  Оставшись одна, Фоссет подвинула к себе какой-то деревянный ящик и уселась на него. Вокруг всё было тихо. Сквозь щели в стенах было видно, как идёт дождь. Несколько мгновений всё молчало. Потом скрипнула половица у входа и на пороге показался взмокший Готт. Он бросил на пол две сумки и поставил у стены ружьё и лопату.
- Холодно, - мужчина подёрнул плечами. – Предлагаю развести костёр.
  Он пошарил вокруг в поисках досок или соломы. Фоссет встала с ящика, на котором сидела и подала его Готту.
- Вот. Если его разломать, то можно развести костёр.
- Спасибо, Фоссет, - мужчина взял ящик в руки и потряс. – Вы знаете, в нём, кажется, что-то есть.
Готт взял лопату и несколько раз ударил по крышке. Верхняя доска сломалась. Внутри ящика были куски какой-то бумаги. Фоссет нагнулась и подняла несколько.
- Это похоже на старые фотографии, - она принялась рассматривать те, которые были у неё в руках, в то время как Готт доломал ящик и теперь расчищал место на полу. Потом он взял несколько помятых фотографий и поджёг. Сарай осветился желтоватым светом. Постепенно огонь, стараниями Готта, перекинулся на доски.
  Мужчина присел на корточки, продолжая подбрасывать доски в костёр. Доски горели плохо, поэтому он, взяв в руки стопку фотографий, начал медленно их жечь.
- Мистер Готт, вы уверены, что это можно делать? – неуверенно спросила Фоссет. - Это же чья-то жизнь…
- Успокойтесь, Карина, у нас нет другой бумаги, не так ли? Сомневаюсь, что эти фотографии кому-то дороги, ведь тогда их не оставили бы в полуразваленном сарае, - голос Готта зазвучал более мягко. – Вы совсем замёрзли – возьмите в моей сумке одеяло и попробуйте поспать. У нас сегодня был не лучший день…
- Спасибо, но всё-таки… Говорят, что это очень дурная примета.
- Вы про фотографии? – Готт улыбнулся. – Ну и что же может с нами случится?
- Ну, вы будете смеяться… - Карина натянула одеяло на плечи и прислонилась спиной к стене. – Нет, вы правы – глупости…
- Ну же, расскажите. Нам всё равно коротать тут ночь, а за рассказами она пройдёт быстрее.
- Хорошо, слушайте. Когда я была девочкой, то увлекалась фотографией. Фотографировала людей, природу… Ну, и сама проявляла. И когда фотографии у меня не получались, я их всегда сжигала. Однажды это увидела моя бабушка и сказала, что если я сожгу фотографии с людьми на них, эти люди скоро умрут. После этого я никогда больше не делала так.
- А что, люди на самом деле умирали? – Готт поднял брови.
- Не знаю, все люди на фотографиях были простыми прохожими, а вот бабушка умерла через три месяца после этого разговора.
- Сочувствую. Но не надо о грустном. На мой взгляд, тут и без того очень уныло. А за людей на этих фото можете не волноваться – они уже давно состарились или умерли – там на некоторых фотографиях есть даты. Вот тут, смотрите – 1954 год, тут – 1963… а здесь вообще 1946. А нам от их горения становится только теплее.
  Фоссет зевнула. Её намокшее платье понемногу высохло. Мужчина всё продолжал подкладывать в костёр фотографии. Когда он сжёг всю стопку, которая была у него в руках, он потянулся за следующей. Когда же сгорело всё, что было в ящике, Готт посмотрел на Фоссет.
- У вас фотографии ещё остались? Дай их мне – костёр потухнет.
  Карина не хотела отдавать карточки, но всё же сунула их в руку Готта, оставив себе две. На одной из них была изображена молодая девушка в синем форменном платье – видимо официантка, - а на другой маленький мальчик лет шести в забавной матроске.
  Готт  поставил гнилую дверь на место – от этого стало ещё теплее. Дождь продолжал барабанить по крыше, но теперь он не мешал, а убаюкивал. Карина медленно засыпала.


Карина Фоссет проснулась в кромешной тьме. Костёр потух, а дождь замолчал. Замолчало вообще ВСЁ. Ни малейшего шороха не раздавалось вокруг.
- Мистер Готт… - позвала женщина.
Никто не ответил. Она в одиночестве находилась в темноте. Фоссет привстала, чтобы дотянутся до своей сумки, в которой лежали спички. Тут она обратила внимание на то, что дверь находится всё в том же положении, в котором её оставил Готт. Если он вышел, то как?
  Но сейчас женщина не хотела думать об этом. Ей и так было страшно. С того момента, как она проснулась, ни один звук не прозвучал вокруг. Эта унылая тишина её пугала, как не испугал бы самый громкий шум.
  Наконец-то спички были найдены. Почему-то сердце Фоссет так сжалось, что ей даже не захотелось зажигать их. Но всё-таки она чиркнула о коробок спичкой. Всё вокруг осветилось слабым светом. Ничего не изменилось, но вот Готта не было. Чтобы рассеять темноту, Фоссет толкнула ногой дверь, так что она выпала наружу. Там царила тишина. Луга вокруг были освещены ровным светом – высоко в небе сияла полная луна. Полуночные небеса были странного красноватого цвета. Машина стояла на своём прежнем месте – в ней никого не было.
- Готт! – крикнула Карина, разорвав ночную тишь.
  Никто не ответил. Тогда женщина вернулась в сарай. Она уселась у потухшего костра. Вдруг она бросила взгляд на сумку  Готта. Рядом с ней в беспорядке была разбросана вся одежда мужчины. Даже очки и часы лежали на полу.
- Странно, его одежда тут, но где же он сам?! – Карине стало страшно.
  Она вышла из сарая и подошла к машине. Приоткрыв багажник, женщина пошарила рукой внутри. Через несколько минут, она нашла то, что искала – небольшую канистру. На дне оставалось около литра бензина. Фоссет надела на бензобак воронку и влила туда остатки топлива.
- Чёрт с ним, я не могу больше тут находится. Пора уезжать! – сказала она сама себе, но уверенности это не придало – наоборот, её голос прозвучал так жалко и тихо, что страх усилился.
  Сердце билось всё быстрее. Готт был её начальником, и вчера они поехали на конференцию в соседний штат. Она уважала его, как любая секретарша в их отделе, но сейчас этот жуткий страх пронзал её полностью и заглушал рассудок. Тщетно Фоссет пыталась унять дрожь – что-то потустороннее сковывало её. Женщина опёрлась о бампер, пытаясь успокоиться. Эта жуткая, безграничная тишина сводила с ума.
- ГОТТ! – собрав последние силы, крикнула Карина. Она уже не звала его, но всё ещё надеялась, что её голос разбудит хоть какой-то шум.
  Всё молчало. Или… Быть может, ей только показалось, но до ушей Фоссет донёсся еле слышный свист. Женщина повернулась, пытаясь сосредоточится. Свист ей определённо был. Причём, с каждой минутой он звучал всё явственней.
  Почему-то он не успокаивал, а только разжигал в женщине какой-то страх.
- Нет, нет! – взвизгнула она в истерике.
  Фоссет побежала к сараю. Схватила свою сумку и было бросилась обратно, как вдруг заметила на полу те две уцелевшие фотографии. Теперь они приобрели какой-то красноватый оттенок. Как и всё вокруг.
  Женщина выскочила из сарая и взглянула на небо. На горизонте зажигался огненно-красный огонь. Карина пошла по дороге, надеясь найти хоть какие-то следы Готта. Она старалась не думать о странных вещах, происходивших вокруг неё. Непонятный свист усиливался. Через десять минут она подошла старому раскидистому дубу. Ни один листик на дереве не шевелился – оно словно замерло, чего-то выжидая.
  Фоссет ненароком взглянула на фото, которые бессознательно сжимала в руках. Девушка в синем платье стояла на пристани какого-то большого города. Её глаза в упор смотрели на Карину. Внезапно губы девушки шевельнулись и она свистящим голосом произнесла:
ГОТТА УЖЕ НЕТ. ТЫ СЛЕДУЮЩАЯ…
  Карина жутко вздрогнула. Быть может, ей только показалось? Девушка с фотографии снова замерла. Фоссет взглянула на вторую фотографию. Маленький мальчик точно так же пристально смотрел на Карину.
БЕГИ ОТСЮДА КАК МОЖНО СКОРЕЕ!
 Женщина в испуге выронила фотографии и помчалась к машине. Сердце её бешено стучало, и вместе с ним в голове Карины стучали слова:
БЕГИ, БЕГИ ОТСЮДА
 Фоссет слышала, как свист нарастает и становится нестерпимым. Зарево на горизонте освещало всё вокруг багровым сиянием. Женщине казалось, что если она остановится, то кто-то набросится на неё сзади, но повернуть голову было страшно.
  Наконец-то она добежала до машины и прыгнула за руль. Ездила она плохо, но теперь это было неважно. Главное УБЕЖАТЬ, СКРЫТЬСЯ от этого ужасающего свиста и красного неба.
  Дёрнув ручку коробки передач и надавив на газ, женщина отчаянно пыталась не закричать от ужаса. Машина буксовала в грязи. Но Карина так искренне пыталась двинуться с места, что какие-то силы ей помогли – развалюха странно дёрнулась в сторону, взревела мотором и помчалась по раскисшей дороге.
  Карина почти не смотрела на дорогу – ей было всё равно, куда ехать, плевать на Готта и вообще на всё. Дорога шла под откос и машина неслась с дикой скоростью. Всё быстрее и быстрее, вот уже выезд на трассу, вон вдали виднеются маленькие домики закусочных и заправок.
  Женщина за рулём засмеялась истерическим смехом.
- Я жива, жива, ЖИВА… - повторяла она.
  Вдруг холодное дыхание дотронулось до её щеки и чей-то свистящий шёпот произнёс ей в ухо:
- ТЫ СЛЕДУЮЩАЯ…
  Фоссет нажала на газ и вылетела на трассу. Но не одна. Огромный гружёный трейлер нёсся на встречу. На секунду перед глазами женщины промелькнул силуэт девушки с фотографии, а потом всё смолкло, затихло, исчзло…

  Через полчаса, когда спасатели наконец-то откинули дверцу искорёженного автомобиля в сторону.
- Внутри никого, только какая-то грязная одежда! – крикнул один высокий зевака водителю трейлера.
- Как странно… - ответил тот, потирая потную шею.

По тёмному небу шли тучи. Начинался дождь.