Судьба

Судьба

“-- слушай, ты о смерти думал?
-- да, как о приятном
-- :)) я вчера в маршрутке подумал еще раз...
типа а че дальше? а вдруг ниче...”
Вырезка из переписки по ICQ с очень хорошим другом

Огонь… Огонь как кровь для сильных, и свет для слабых. Огонь как пламя свободы для бедных и покой для счастливых. Только огонь. Огонь и тишина. Тишина и огонь… А еще пустота. Гнетущая пустошь внутри всего человеческого. Не проходящий запах смерти, способный только быть, но никак не существовать в этом месте, давил, сковывал и вовлекал в безумную пляску разума, смешивая тебя с огнем. Ты не откроешь глаз, иначе ты потеряешь все… ты потеряешь ничего…

-- Это тяжело для меня, слишком тяжело…
Лола сидела на своем кресле и тихо, тихо плакала. Она понимала, что судьба не выбирает себе героев, но она не понимала одного – почему именно она!.. Почему именно она стала тем героем, что вынужден страдать. “Такова судьба”, - повторяла она сама себе. “Такова судьба”, - говорили ей близкие. - “Ее нельзя изменить. Погрустишь и забудешь. Время лечит раны”. Прошло уже семь месяцев, но рана в душе по-прежнему била алой кровью в голову. Нет, такое нельзя забыть, от такого нельзя избавиться. Это будет всегда, в тебе, в окружающих… в нем. “Да, судьба порой бывает не справедлива, она не могла этого предвидеть, никто не мог. На все воля Божья”, - шептались соседки на лавочке. – “Помолись за его душу. Бог дал, Бог и взял”. Никто не оставался в стороне. Каждый старался ее подбодрить… а она сидела и плакала. Они просто не знают, что это такое, они никогда не узнают.
Лола одним залпом допила бутылку красного вина, и швырнула ее в угол. Время от времени, она ловила себя на мысли, что смотрит на закрытую дверь в комнату… в его комнату. После его смерти она ни разу ее не открывала. Она боялась обмануться, боялась открыть ее и найти там его… живого.
Так и не прикоснувшись ко второй бутылке, что она принесла с собой, Лола встала и пошла на кухню. Сделала себе кофе… она никогда не любила кофе, его любил он. Он… он… он… во всем она видела его, в окружающих ее людях, в пролетающих мимо событиях, во всем. Будто вчера он был еще жив. Но одна мысль сводила ее с ума: она знала, что он видел последним в своей жизни. Он видел ее, вбегающую в комнату. Она знала, что он все понял, он больше не желал смерти, но раскаленный патрон, с грохотом вылетающий из ствола, остановить уже не мог. Если бы она поняла раньше, что он любит ее так же сильно, как она его, этого бы не произошло.
-- Это судьба, - сказала она вслух.
Однажды ей все же пришлось зайти в его комнату. Когда Лола открыла дверь, старые воспоминания нахлынули на нее с новой силой. Это была настоящая пытка разума, будто прошлое и настоящее слились в одной ужасной агонии, заставляя ее мозг вскипать, а чувства играть с ней в игру хаоса. Ей стало плохо, и она выбежала в ванную, чтобы принять лекарства. Все его вещи были на своих местах. Даже кровать была привычно расстелена и пахла одеколоном. Затаи дыхание, и ты услышишь как он мирно спит, весь укутавшись в одеяла.
И тут Лола все поняла. Набрав в легкие побольше воздуха, она вернулась в его комнату. Она знала, где это лежит, она сама убрала это туда. Холодная сталь обожгла ей руку, но она не испугалась. Человеку, решившему отомстить судьбе, не страшно уже ничего. В револьвере оказался патрон. Зачем он зарядил в обойму два патрона? Это судьба или случайность? Грех или спасение? Она поднесла дуло к виску…
-- Это не грех, но и не случайность, Лола.
Она в испуге развернулась и увидела сидящего на кровати человека. Он был не высокого роста, плохо одетым и грязным. Но какие то черты в нем показались Лоле знакомыми.
-- Это всего лишь кусок железа, Лола, который может причинить тебе вред.
Как он попал в ее комнату? Как прошел незаметно мимо нее? Нет, этого не может быть, это все в ее голове.
-- Все события, происходящие вокруг, рождаются у нас в голове, Лола. Нет, это не значит, что мы все выдумываем. Мы просто не в состоянии видеть вещи такими, какими они являются на самом деле. Все нами увиденное фильтрует и изменяет мозг. Например, я. Ты думаешь, что сошла с ума, поскольку мозг отказывается верить в мое существование. Более того, ты видишь меня таким, каким хочешь увидеть. Подумай о женщине, и я стану женщиной, подумай о пистолете, и я стану пистолетом. Вот ключ ко всему: “Я есть только там, где я существую”. – Незнакомец замолчал и стал рыться в карманах. Лола стояла посреди комнаты в полной растерянности. Рука, державшая пистолет, теперь беспомощно болталась у ее ног.
-- Кто ты?! - Не выдержав крикнула Лола, но, вовремя опомнившись, заговорила тише. - Как ты попал сюда? И что все это значит?..
-- Ты меня плохо слушаешь, Лола, - незнакомец покачал головой. – Неужели тебе сейчас важно знать кто я? Даже если я и скажу свое имя, все равно ты услышишь совсем другое. В данном случае тебя должен интересовать вопрос: зачем я?
-- Ты смерть. Или ангел. Пришел, чтобы забрать меня к возлюбленному. Верно?
Незнакомец достал из кармана конфетку и стал медленно разворачивать.
-- Я не верю в ангелов, Лола. Да и смерть скорее явление, нежели существо. Я пришел, чтобы помочь тебе разобраться.
Наконец он сунул конфетку в рот и шумно засосал. Лола вконец растерялась.
-- Разобраться в чем?
-- Секунду назад ты держала дуло у виска, пила вино и плакала. Да еще впервые после событий давно минувших дней переступила порог этой комнаты. И после этого ты мне говоришь, что не в чем разбираться?
Тут Лолу неожиданно одолела злость. Ей хотелось кричать и плакать.
-- Это моя жизнь! Моя судьба! Я сама должна найти выход. Никто не смеет вмешиваться, и уж тем более незнакомцы, которые скорее даже и не существуют.
-- Судьба… как часто я слышу это слово. Что есть судьба, Лола, или ты веришь, что все давно предрешено?
-- Я верю, что судьбу можно изменить.
-- Изменять – значит писать новую судьбу поверх старой?
-- Да. Я больше не дам судьбе играть со мной. Хватит.
-- А тебе не кажутся эти высказывания слегка ложными, Лола? Неужели ты думаешь, что кто-то сидит и пишет миллиарды судеб миллиардом рук на триллионах листах бумаги? Это просто смешно. Нет, Лола, судьбу нельзя изменить. Просто там нечего менять. Судьба – это прошлое. Наше прошлое, которое мы себе сделали. История. А то, что ты называешь судьбой – это бред, в который мы готовы верить и придумывать тысячи оправданий, лишь бы не воспринимать действительность такой, какая есть.
-- Почему я должна слушать твои бредни?
-- Абсолютно с тобой согласен, Лола. Только глупец живет по чужой теории, принимая на веру все, что ему говорят. Но ты не такая, Лола. Я вижу это в тебе. Ты даже можешь проверить свою теорию. Ты сама знаешь, куда нужно идти. Там ты и найдешь эту комнату.
Почему-то Лола действительно знала, где искать эту комнату.
-- А что я найду в этой комнате? - Лола уже совсем перестала бояться незнакомца, и позволила себе положить пистолет на тумбочку.
-- Кто знает? В этой комнате находится то, что составляет ничего. - Незнакомец поднялся и направился к двери. – Мне уже пора, Лола, меня утомляют разговоры.
-- Подожди! – Она хотела его остановить, не хотела отпускать. Что-то в нем было ей знакомо. Повадки, лицо, манера говорить? Но она никак не могла придумать, что спросить, чтобы он остался, пусть даже вопросов и было слишком много. – Я… я… я могу там умереть? – Только и пришло ей в голову.
Незнакомец остановился. Покрутил в руках обертку от конфетки, и спросил:
-- А ты боишься смерти, Лола?
-- Нет. Я ее жду.
-- Ждать и бояться – разные вещи. Подумай об этом. Ты же не знаешь на самом деле, встретишься ты со своим возлюбленным или нет, правда? Страх перед неизвестностью, вот что такое страх смерти. Для кого он может быть пьянящим и сладостным, а кого-то сводить с ума. А когда ты знаешь, то уже не боишься.
-- Никто не может знать, что ждет тебя после смерти.
-- А ты верь в то, что знаешь, Лола. Верь, и это станет твоей правдой. Правда может быть только на одного. Вспомни, что я говорил в начале нашего разговора.
-- А ты знаешь, что будет там, после смерти?
-- Да. Но не жди, что я скажу тебе это. Ты сама это узнаешь. Скоро.
И тут он вышел из комнаты. Лола выбежала вслед за ним, но никого не обнаружила…

…Это тот самый дом. Я знаю это. Вот синее крыльцо, вот красная деревянная дверь. Открыто. Длинный темный коридор. Третья дверь налево. Туда. Здесь не заперто. Еще один коридор. Надо закрыть глаза, чтобы не увидеть его стен. Шесть шагов прямо, два налево. Жар. Это горит огонь. Глаза не открывать. Ступенька. Еще одна дверь. Вот она. За ней находится эта комната. Медленно повернуть ручку. Закрыть за собой дверь. Теперь можно открыть глаза. Темно. Ничего не видно… Огонь. Огонь впереди. Как я раньше его не заметила? Вся комната в огне. Но огня в комнате нет. Как и самой комнаты. В комнате было ничто, как и обещал незнакомец. Ничто заполняло комнату целиком. Тяжело дышать…

-- А я тебя ждал. Я знал, что ты придешь, все приходят.
Она вгляделась в пустошь и увидела там незнакомца. Она могла поклясться, что секунду назад его там не было.
-- Что я здесь ищу?! – Выкрикнула Лола, поскольку незнакомец стоял далеко.
-- Ответы, Лола. Ответы на свои вопросы.
Тихий голос незнакомца стократно усиливался пустотой и гремел со всех сторон. Он чувствовался везде.
-- Мне не нужны ответы, мне нужен только он!
-- Ты все еще мечтаешь изменить судьбу, Лола? Что ж, я не в праве тебе мешать. Я дам тебе такой шанс.
Вся комната неожиданно заполнилась сетью ниток. Мириады различных нитей были беспорядочно сплетены между собой.
-- Что это? – Крикнула Лола в сплетение нитей, туда, где по ее мнению должен стоять незнакомец.
-- Это нити судьбы, Лола. Среди этого бесчисленного скопления ты можешь найти ту единственную нить, что принадлежит ему. Найди, где она обрывается, и накрепко свяжи ее со своей нитью. Но будь осторожна, ты не должна касаться своей судьбы. Не прикасайся к своей нити, иначе ты ее моментально прожжешь, и твоя жизнь закончится. Ты все еще хочешь быть с ним связана одной судьбой, Лола?
-- Да! Я сделаю все возможное и не возможное. Я буду с ним. Обещаю.
-- Тогда успехов, Лола. А мне снова пора идти. Прощай.
Прошла уже неделя, а Лола все еще была здесь. Она знала, что среди миллиарда судеб найти ту единственную практически не возможно, но не сдавалась. Только вера и любовь помогали ей держаться на ногах. А время все шло и шло. Неделя сменяла неделю, одна судьба сменяла другую… Она уже с трудом отдавала отчет своим действиям. Ее поиск превратился в бесконечный автоматизированный механизм. Вера утратила свое былое величие, а любовь растворялась в пустоте. И вот когда ничто практически поглотило Лолу, она увидела слегка мерцающую нить. Это была его нить… его судьба. Она снова обрела контроль над своим телом, и в следующее мгновение уже любовно гладила сладкую нить. Вера вспыхнула сверхновой в ее сердце, испепеляя усталость и страх. Она помнила о предостережении незнакомца, и старалась не прикасаться к своей судьбе. Теперь она знала, какая нить принадлежит ей.

…Узел. Надо двигаться дальше. Еще один. Он больше. Не останавливаться. Почему стало так душно? Куда подевались остальные нити? Опять это ничто угрожающе сжимает легкие. Жарко. Неужели огонь? Да. Повсюду. Не надо обращать внимания, надо двигаться дальше. Теперь его нить видна отчетливей. Снова узел. Дальше, дальше, к самому краю. Огонь мешает сосредоточиться. Он пытается мешать. Но у него своя жизнь, а у меня своя. Прочь! Тишина. Почему так тихо? Кто создал такую тишину, что она с силой бизона бьет по ушам? Музыка! Надо напеть какую-нибудь мелодию, и тишина уйдет. Я передам ей свои чувства, я донесу до нее свою боль. Прочь! Ничто меня не остановит. Я не хочу вас слушать! Даже если вы молчите. Ты слышишь, огонь! Я не хочу тебя видеть! Даже если ты не существуешь. Я хочу только идти вперед. Я хочу идти только по своей судьбе, которую сама создала, и я хочу связать свою судьбу с его… Еще один узел. Вперед. Почему мои руки трясутся, почему не слушаются меня? Тьма. Это конец? Здесь его судьба оборвалась. Я хочу быть с тобой! Я помогу тебе, я помогу нам…

Ватными руками Лола взяла конец его нити, и аккуратно коснулась им своей судьбы.
-- Лола! Лола! О господи, Лола, прости меня!
Перед ней стоял он. Такой, каким она его и запомнила: в потертой футболке и джинсах.
-- Лола, прости меня, я не хотел, я не думал… я больше никогда не покину тебя!
Он просто стоял, а из его глаз текли слезы. Лола хотела было подняться, чтобы обнять его, но не смогла. Она была слишком слаба и измотана. Даже слова не хотели срываться с ее губ. Лола смогла только улыбнуться… и рухнула в беспамятство.
Когда она очнулась, то увидела его. Он лежал на полу и не шевелился. А потом она увидела нить судьбы… порванную нить судьбы… их общую нить. Она забыла рассказать ему правила… она не смогла.
В глазах стало снова темнеть. За мгновение до того, как забыться вечным сном, она увидела незнакомца. Увидела, и все встало на свои места.
Это все было ложью, все было неправдой. Незнакомец уже не казался таким таинственным. Она видела его раньше, всего один раз, в парке. Он кормил голубей. А его голос… его голос принадлежал ей. Она вспомнила его слова, это были ее слова: “Судьбу нельзя изменить. Просто там нечего менять. Судьба – это прошлое. Наше прошлое, которое мы себе сделали. История. Мы должны жить настоящим, ибо прошлое уже отжило, а будущее может не настать. Только настоящее должно служить нам опорой в жизни. Любовь и дружба не могут существовать в ином времени, кроме настоящего. Мы есть только там, где мы существуем”.
Лола все это поняла. Пусть слишком поздно, но она сделала это самостоятельно. Улыбка расплылась по ее лицу. Что ждет нас после смерти? Вечное забвение? Пустота? Рай или ад? Мост… Мы все попадаем на мост, с которого делаем свой следующий шаг в новую жизнь. Так вот как выглядит этот мост между жизнью и смертью. Теперь уже нечего бояться. Теперь она заживет новой жизнью. Это будет совсем другая жизнь, в совсем другом мире. Как нельзя войти в одну реку дважды, так нельзя и родиться в одном и том же мире. Ее разум не растворится в абсолюте, он останется. Он будет жить, и когда-нибудь она все вспомнит… она снова станет Лолой. Но это будет совсем в другом месте и совсем по-другому…

Машина скорой помощи отъехала от подъезда, оставив за собой облако дыма. Жизнь не остановилась. Люди все так же спешили с работы в свои уютные квартиры, деревья привычно покачивали листвой в такт проносящемуся ветру, а соседки по-прежнему сидели на лавочке возле подъезда и шептались: “Она не захотела больше жить, не смогла справиться со своей бедой. Бедняжка, она была совсем одна. Просто проглотила все таблетки… Господи. Врачи сказали, что смерть была мгновенной. Она ничего не успела почувствовать. Да хранит господь ее душу”.

Ноябрь 2005 г. Комраков Михаил