История ни о чем

История ни о чем

“Если ты будешь читать между строк, то вскоре убедишься, что страница пуста”


Она уходила… она уходила, оставив распахнутую дверь, а он все сидел, сидел и не хотел пошевелиться. Пепел с забытой сигареты в его руках, не выдержав своего веса, осыпался на его поношенные джинсы. Ему было все равно. Только распахнутая дверь и звук удаляющихся шагов имели значение. Его второе “я” в данную секунду с усердием камнетеса пыталось разрушить прочную стену, что когда-то была воздвигнута его философией… философией жизни…


-- Ты веришь в Бога?
Катя сидела на табуретке рядом с подоконником, а он сидел на подоконнике, и гладил распущенные волосы на ее голове, что была нежно прижата к его телу.
-- Так веришь или нет? – она попыталась посмотреть ему в лицо, но не смогла встретиться с ним взглядом.
Максим смотрел в окно. Куда-то в даль, где солнце играло лучами на металлических крышах домов. Сидел и курил… курил и молчал. Катя только вздохнула и опустила взгляд.
-- Вот так всегда… – Она тяжело вздохнула. – Ты веришь в то, что мы еще можем встретиться?
Максим продолжал молчать. Нет, он прекрасно слышал ее, ему просто не хотелось говорить, ему просто хотелось молчать, молчать вместе с ней. В тишине скрыта великая сила, и если два человека любят друг друга, то молчание скажет гораздо больше любых пустых слов. Но она не хотела молчать, она хотела спустить его до уровня слов, до этого грязного и порочного мира звуков и жестов… она ждала от него ответа…
-- А ты? – Наконец тихо, почти одними губами, сказал он.
Теперь настало время молчать ей. Но она не пыталась своим молчанием возвыситься, она просто не находила слов… она знала ответ, но никак не решалась произнести его вслух. Иногда лучше солгать самому себе:
-- Да – произнесла она.
Максим зажег новую сигарету и опять устремил взгляд вдаль. Он знал ее слишком хорошо, чтобы дать себя обмануть. Почувствовал легкую, слегка заметную дрожь в ее голосе… и ему стало грустно. Что-то больно защемило в груди, и сухой ком подкатил к горлу. Он может все изменить, пара слов, и они уже никогда не расстанутся… но зачем? Зачем он будет делать это никому не нужное, бесполезное действие? И Максим лишь затянулся сигаретой…


Катя уже спускалась по лестничной клетке. Слезы размазали тушь по ее белоснежным щекам. Она с трудом подавляла желание обернуться, она так хотела, чтобы он догнал ее. Достаточно одного поцелуя, одного объятия, и она навеки останется с ним. Катя спускалась все ниже и ниже, а Максим поднимался все выше…


Их встреча не была чем-то особенным. Так знакомятся сотни людей, сотни раз. Максим ехал в пригородном электропоезде. Народу было мало, и он занял свободное купе. Сев у окна, Максим устремил взгляд на проносящиеся мимо заснеженные деревья. Сколько красоты, сколько величия было в пушистых кронах елей и сосен. Какую нужно иметь гордость и выдержку, чтобы нести на себе весь этот снег молча, из года в год, из столетия в столетие. И даже коварный ветер не в силах прижать их к земле. Гордость и уважение. Красота и грация.
Тут на соседнее место к Максиму подсела девушка. Ее красота была естественной, природной. Она не пользовалась ни губной помадой, ни тушью. Простая, не вычурная одежда говорила о ее неформальном образе жизни. Но взгляд Максима лишь на секунду задержался на образе незнакомки, и снова устремился в окно. Его философия была не сложной, но в то же время позволяла добиваться от жизни всего. Вся простота заключалась в отсутствии каких-либо внешних рамок. Он не придерживался никаких стереотипов и традиций. Если хочешь – делай, если надо – бери. Максим, наверно, с легкостью мог пойти и на кражу, но ему не надо было многого от жизни. Все, что хотел, он уже добился. Все, кроме одного. Он не умел знакомиться с девушками, а может, просто не хотел начинать знакомства с банальных фраз…
-- Привет, ты случайно не знаешь Игоря? – Произнесла девушка напротив, чем выбила его из размышлений.
-- Нет. – Ответил Максим.
-- Жаль, просто ты на него похож.
Максим улыбнулся и отвернулся к окну. Он не смог уловить логики в ее словах.
-- Меня зовут Катя, а тебя?
Ну вот оно, это банальное знакомство.
-- Максим.
-- Приятно познакомиться. – Она пожала ему руку. – А куда ты едешь?
-- На работу.
-- Ясно. А я вот на учебу еду. Ты наверно программист?
-- Может быть. – Максим был не в духе вести разговор. У него начинала болеть голова, и хотелось проспать весь оставшийся путь.
-- А еще ты, наверное, музыкант. – Не унималась Катя.
-- Может быть… Что-то не так?
-- Да нет, нет. Просто вас довольно легко узнать по внешнему виду. У меня много таких знакомых… А какую музыку ты слушаешь? Я вот обожаю арию и Nightwish.
-- Почему-то я не удивлен… Я слушаю довольно разную музыку.
Она улыбнулась и стянула шапку. Вагон начинал прогреваться, и становилось жарко.
-- Ну а все-таки. Назови нескольких…
-- Допустим Nirvana, Green Day, Garbage…
-- Ясно… Nirvan’у я тоже иногда включаю, когда мне хочется позлиться.
Господи! Он просто хотел спокойно доехать до работы…
-- А из русского ты совсем ничего не слушаешь?
-- Слушаю: Сплин, Г.О., и много чего еще.
-- А Арию?
-- У них есть пара песен, но в целом я их не понимаю.
-- Понятно…
Наконец наступил тот момент, который многие называют неловким молчанием. И Максим им воспользовался, привычно уставившись в окно. Теперь там проносились одноэтажные деревянные домики. Они казались такими одинокими и пустыми.
И его снова перебила реальность, в лице Кати:
-- Ну скажи чего-нибудь…
-- Например?
-- Ну расскажи чего-нибудь о себе… я вот, например учусь в художке. Последний год осталось, а потом думаю отдохнуть немножко, и начну искать работу.
-- Рад за тебя.
Снова неловкое молчание, снова окно, и снова первой заговорила Катя.
-- Давай погуляем где-нибудь, узнаем друг друга получше.
-- Я не против. – Он сам не знал, почему согласился. Быть может, он видел в ней нечто большее, чем просто пустышка, с заготовленными фразами.
-- Отлично, тогда обменяемся телефонами, я тебе позвоню…


-- Ну почему ты молчишь! Или ты больше не любишь меня?
Катя встала с табуретки, и нервно заходила по кухне. Максим продолжал курить сигарету, но теперь он смотрел в пол. Ему захотелось выпить пива.
-- Максим! Послушай меня! У меня сегодня поезд. Сегодня я уезжаю, и ты даже не пытаешься меня остановить. Разве тебе все равно? После всего того, что у нас было, ты в состоянии лишь промолчать? Тебе нечего сказать? – Катя села на табуретку, не спуская взгляда с Максима.
А что он мог сказать? У нее свое мнение, свое право отстаивать точку зрения… и все же ему было грустно…
-- Когда ты приняла такое решение?
Максим говорил тихо, едва слышно, будто не хотел тратить столь чудесные минуты в компании Кати на словоблудие.
-- Вчера.
Немая сцена. Максим закурил очередную сигарету. Ему вовсе не хотелось курить, но просто сидеть он не мог. Он должен сохранять спокойствие.
-- Не молчи, прошу тебя. Ругай меня, кричи, спорь… только не молчи, умоляю.
К чему слова, когда все решено.
-- И что за причина? – Наконец спросил Максим.
-- Нам нужно какое-то время пожить порознь. – Ее голос задрожал, и в глазах появились слезы. – Мне нужно разобраться в себе. Понимаешь, я не привыкла к столь близким отношениям. Ты же знаешь, что в этом реальном мире я искала только общение, а у нас все зашло гораздо дальше. Я потерялась, Максим, не могу найти себя, себя настоящую… – Катя сделала небольшую паузу, чтобы вытереть слезы. – На прошлой неделе я как обычно возвращалась домой с работы. Я просто шла, погруженная в свои фантазии… но тут бросила взгляд на лес, не знаю почему, просто взглянула и все, и… и увидела всю его красоту. Боже, он был великолепным. Он был великолепным в этом мире, в этой реальности! Я меняюсь, Максим. Благодаря тебе я изменилась. Все вокруг, что я столько лет презирала, ненавидела и проклинала, теперь видится не таким уж и плохим. Реальность для меня стала изменяться, отодвигая на второй план фантазии. Не знаю, почему так происходит, но оно происходит. Не уверена, что хочу таких перемен. Мне надо уехать, побыть немного одной, подумать…


Они встретились. Катя позвонила на кануне, и пригласила его погулять по городу. Максим согласился. У него было хорошее настроение, у нее была радостная улыбка… они разговорились. Говорили абсолютно обо всем: о жизни, о людях, о музыке, о творчестве… Катя оказалась далеко не простой личностью. Она будто не жила в этом мире. Он был ей противен… по своему противен. Мир казался слишком бедным, тусклым и злым… И она построила свой мир на обломках старого, взяв все лучшее из нашей реальности, и соединив это с фантазиями и грезами. Она жила в нем, всецело погружаясь в мечты, и проецируя действительность реальную, на действительность мнимую. И лишь общение, общение с другой личностью, не способно переместиться в ее мир. Катя уважала человека как личность, а личность индивидуальна и неповторима…


Катя уже вышла из подъезда, когда услышала торопливые шаги на лестнице. Максим бежал вниз, перепрыгивая через ступеньки, боясь опоздать. Он послал к чертям свою философию вместе с сигаретой. Он желал одного: быть с ней, обнимать ее, целовать, просыпаться утром пораньше, чтобы приготовить завтрак, и любить, любить, любить… Вот последняя ступенька, а вот и дверь, что ведет к Кате, лишь бы успеть. Максим выбежал на улицу и огляделся. Улица была пуста. Неужели он опоздал? Нет, Катя не могла так быстро уйти.
-- Катя! – Максим что есть сил, выкрикнул ее имя.
-- Катя! Катя!..


Когда все слова были сказаны, они часами гуляли в молчании. Им было хорошо вдвоем, пусть даже они и были такими разными. Что-то магическое, неземное притягивало их друг к другу. Максим и Катя виделись каждый день. И каждый день для них был особенным. Они бродили по паркам, аллеям, площадям, улицам. Максим показывал ей старинные здания, рассказывал их историю. У Кати сложилось впечатление, что Максим способен поведать историю каждого листика, попадавшегося на их пути. Он умел замечать детали, которые не видели все остальные. А она привычно шла, смотря вперед, и мечтала. Катю не удивляли ни старинные здания, ни покореженная брусчатка, ни заснеженные деревья парка. В ее мире были еще более удивительные здания, еще более старая брусчатка, и еще более красивые исполины. Так они и жили вместе – Максим и Катя, противник общества и ненавистник общества, гранжер и мечтатель…


Максим молча докурил сигарету, и поднялся, чтобы приготовить кофе. Катя сидела на табуретке и не шевелилась. Она ждала. Но Максим не торопился. Он не спеша насыпал в чашку кофе и сахар, залил это кипятком. Потом сделал большой глоток и поставил чашку на стол. Максим занял привычное место на подоконнике и снова закурил. Каждое слово давалось ему с трудом:
-- Если ты так решила… – Он сделал паузу. – Куда ты хочешь уехать?
-- Я не могу тебе этого сказать. Боюсь, что ты приедешь за мной. Не проси меня, умоляю. Я сама тебя найду… здесь…


-- Катя!
-- Катя! Катя! – Доносились до нее крики Максима.
Но Катя не шевелилась. Она стояла за углом дома, прижавшись к стенке, и тряслась. Тряслась от разрывавшего ее крика, крика боли и страдания. Ей больше всего на свете хотелось выбежать к нему навстречу, прижать его к себе… но она лишь крепче сомкнула рот руками, чтобы не закричать, не позвать его. Слезы ручьем хлестали из ее глаз. Она ненавидела себя за такую подлость, она молила о смерти.
-- Катя!
Боже, лишь бы он замолчал, лишь бы он забыл ее, Максим… Максим… Дрожь не переставая била Катю, и теперь она уже сидела на земле. Он был так близко, и в то же время так далеко…
Они оба понимали, что им не суждено больше встретиться, они больше никогда не будут вместе. Но они никогда не забудут друг друга, память вечна, память всегда молода…
Кто придумал это слово – любовь, какая сила заставляет людей так сильно меняться под действием любовных чар? Он проповедовал свободу путем саморазрушения, она свободу путем ухода в мир иллюзий. Они не строили никаких планов на день завтрашний, они просто жили… пока не встретились… Любовь зла, любовь коварна и расчетлива… любовь самое лучшее, что может быть на этом свете.
На улице стемнело, моросил легкий летний дождь, а Катя все сидела на том же месте. У нее не хватало сил и решимости подняться. Вдруг, зайдя за угол, она обнаружит там Максима, такого же беспомощного и потерянного. Но у подъезда никого не оказалось, и лишь свет окна на пятом этаже говорил о том, что Максим был дома. Он топил горе в крепком вине… Как быть, и кто виноват в случившемся…


Так и заканчивается история ни о чем. В ней нет скрытых подтекстов и глубоких мыслей. Она пуста, как миллионы других слов и фраз. Даже не понятно, была ли в ней Катя, Максим, любовь… Быть может, это всего лишь иллюзии, черты одного человека, которому когда-то что-то приснилось. Но сны кончаются, а человек остается…

Декабрь 2005 г. – Январь 2006 г. Комраков Михаил