Магия прикосновения

 
Утро рабочего дня.
Метро.
Станция «Площадь Революции».

  Бронзовые скульптуры на станции, замерев в последнем мгновении, глядят и на перрон, и куда;то вдаль. Их фактурные, потемневшие от времени бронзовые лица искусно обращены к нам скульптором, и не покидает ощущение, что застывшие взгляды, устремлённые в вечность, — выразительные взгляды той эпохи: рабочих и крестьян, студенток и солдат, инженеров и даже собак — видят нечто большее, чем все мы, живые люди, ежесекундно проходящие мимо. Как много они могли бы рассказать… Не о себе, а о нас самих.

  Секунда — и шумно раскрываются двери подкатившего поезда. Из переполненных людьми вагонов, из сумасшедшей давки выскакивают на платформу люди. Пёстрым потоком направляются они на переход, но некоторые из них, притягиваясь как магнитом, устремляются к монументам станции, к бронзовой скульптуре собаки, и дотрагиваются до неё.

  Одни касаются мимоходом, вскользь, другие задерживаются: трут ладонью то нос, то лапу пса, а за ними следом подходят и подходят люди. Ещё мгновение — и после выполнения ритуала, известного только им самим — «посвящённым», — они устремляются с потоком дальше: кто на выход, кто на станцию, кто на переход… Была в этом ритуале какая;то необъяснимая сила, магия действа, магия прикосновения, что привлекает собою людей.

  Бытует мнение: если загадать любое желание, нужно прикоснуться к скульптуре собаки — и тогда желание непременно сбудется. Именно поэтому со стороны могло показаться, что люди, дотрагиваясь до бронзы, загадывают желание. А на самом же деле могло оказаться всё совсем по;другому: они касаются просто так, по привычке, ничего конкретного не желая. Но, так или иначе, все те, кто верит в судьбу и приметы, хотят одного — чтобы бронзовая собака принесла удачу, чтобы наступивший день сложился для них счастливо.

  Так ранним утром и Люба, стуча каблучками по станции, подбежала к монументу собаки и провела рукой по сверкающей бронзе. Она где;то прочитала, что через такие прикосновения человек подсознательно стремится к своему будущему, к своему прекрасному завтра, в них находит воплощение его надежда, его мечта. И Люба верила в это.

  Каждый день касалась она бронзового пса, пробегая мимо, но сегодня всё было иначе. Её нежные пальцы задержались дольше обычного.

  Люба дотронулась до скульптуры, и в ту же секунду, не отнимая руки, она так ясно представила себе, что в её жизни вот;вот всё изменится, сдвинется с мёртвой точки, так интуитивно почувствовала, что это непременно должно произойти сегодня, сейчас, что даже усомнилась в себе.

   Она всё утро думала о встрече с ним, с её новым знакомым. В последнее время она склонялась к убеждению, что встретила человека интересного и перспективного. Даже несмотря на их общение только по «аське». И сегодня, если они встретятся, ситуация должна проясниться…

   Любе немного за тридцать. Она работает оператором в одной из компаний мобильной связи. У неё много интересных знакомых и друзей, но в личной жизни ей не везёт. Она давно пытается выйти замуж, пытается встретить достойного, «своего» мужчину — с которым было бы легко и гармонично душой и телом. О своём стремлении она однажды поведала подруге: «Чтобы встретить и сразу захотеть родить малыша от него». Просто сложилось так, что Любе до сих пор не повезло.

  Красавицей Люба себя не считала. Внешность у Любы была самая что ни на есть обычная: волосы не короткие, но и не длинные, лицо скорее овальное, чем круглое, а грудь и рост — средние. Впрочем, некоторой привлекательности ей тоже не занимать: её выделяли большие глаза и длинные ресницы. Случалось, она поднимала брови, и тогда над каждой из них возникала изумительная морщинка, что придавало её лицу ироничное и вместе с тем восхитительное выражение.

  В одежде она предпочитала спортивный стиль, а сегодня пришла в юбке и блузке из «Саважа», которые купила на прошлой неделе. Этот «комплект» неплохо смотрелся на её фигуре, которую она временами корректировала занятиями йогой.

  В офисе Люба уже болтала с подругой о туфельках, о сумочках, пила за компьютером кофе, как услышала знакомый звук.

— Куку! — неожиданно прозвучало из динамиков монитора на её столе.

Других сотрудников рядом не было, но звук Люба сделала тише. Подруга засмеялась:

— Тот самый знакомый или новый?

Люба придвинулась к монитору ближе.

— Да, это он, — радостно сказала Люба, предвкушая разговор с ним.

— Неделю уже общаетесь… Что пишет? — спросила подруга.

— Сейчас посмотрим…

  Люба не всё рассказывала своей подруге. Она, конечно же, держала её в курсе своих дел, но подробности опускала, сама не зная почему. Возможно, чтобы не было повода для лишних сплетен, а возможно (Люба не исключала и такого), чтобы избежать коварства даже со стороны близкой подруги. Подруга — молодая, 26 лет, и тоже не замужем, но уже начинает задумываться.

— Куку! Куку! — требовательно кричала «аська».

— Какой нетерпеливый! — хихикнула подруга.

— Отвечаю же! — улыбаясь, резко бросила монитору Люба, набирая текст. И дальше, мягче, подруге: — Приглашает встретиться…

— Счастливая, — делая вид, что завидует, говорит подруга.

— Скажешь тоже… Вот незадачка: он раньше заканчивает… приглашает в кино.

— Не мучай его сильно, — смеётся подруга.

— Ага! Не буду. Сегодня тоже собираюсь уйти пораньше…

  Они встретились после работы и сходили в кино. Он преподнёс букет цветов — красивые высокие розы. Уже поздним вечером после сеанса они шли вдоль бульвара, где росли каштаны. Был прекрасный радужный вечер.

  Люба шла и думала сразу обо всём: о цветах в руке, о новом знакомом, о работе, о каштанах бульвара, о своих надеждах. Настроение у неё было самое замечательное. Она то и дело вдыхала аромат роз. «И почему я всегда считала, что розы не пахнут? Наверное, это особенный сорт». Жёлтые плотные бутоны с лепестками по краям оранжевого, розового, даже красного оттенка испускали сладостный аромат — запах до того тонкий и чистый, что хотелось им надышаться: запах веселья, молодого вина, запах весенней свежести, мимолётного счастья.

  Он идёт рядом, говорит о кино, а у Любы от просмотренного фильма только каша в голове. Она пошла на этот фильм ради него. Сюжета совсем не помнила. Вот цветы начинают вянуть, скорей бы их поставить в воду, а мысли всё о нём. Как она показалась ему на первой встрече? А завтра опять на работу, нужно готовить материал на совещание, но это будет завтра… А сейчас — тепло летнего вечера, каштаны…

  Темнеет. Улица косо сворачивала, вела к площади. Слева лениво потянулись кирпичные здания, а между ними озорно поглядывает городской парк, мелькает, завлекает освещёнными лавочками, дорожками…

Было бы здорово, если бы они погуляли ещё, прошлись по парку. Он только что говорил, что работает менеджером, а сейчас идёт и молчит. Она разглядывала его лицо. «Ну вот, идёт и молчит. Какой молчун!» — Люба мило улыбнулась.

— День сегодня был солнечный, — говорит она, глядя на него.

— Да и вечер неплохой.

— Замечательный… Так спокойно и хорошо на душе, — Люба поднесла цветы к лицу и вздохнула. — Ты знаешь, редко случается, когда бывает так хорошо. Ты умеешь выбирать цветы.

Он шёл, поглядывая по сторонам. Курил сигарету. Крепкого телосложения, он вызывал у прохожих уважение.

— Да, вечер неплохой, — повторил он, глядя на часы. — Ну что? — спросил он, поворачивая к ней лицо, криво усмехаясь, гордый и довольный собой, что произвёл должное впечатление.

Люба удивлённо взглянула на него.

— ?

Парень засунул руки в карманы, быстрым взглядом оглядел её:

— Что теперь? Давай решать. К тебе поедем или ко мне?

Люба оторопела.


***

  Утро рабочего дня.
  Станция «Площадь Революции».
  Бронзовый пёс на станции сверкает натёртым носом. Раскрываются двери вагона. Люба, сегодня в джинсах и кроссовках, проходя вдоль платформы, привычным движением легонько дотрагивается до пса, идёт дальше на переход. За спиной гулко звучат подходящие поезда.

На работе подруга за монитором подкрашивает губки; увидев Любу, отвлекается от зеркальца, с любопытством спрашивает:

— Что скажешь? Как вчера всё прошло?

Люба ставит сумочку на стол, опуская глаза; слегка задумывается с досадной грустью:

— Ты знаешь… вчера… всё как обычно. Ничего для меня нового.

«Досадно… — размышляла она. — Всё одно и то же. Будто это судьба. Я снова осталась одна, снова встреча не привела ни к чему такому, о чём мечтаешь, чего хотелось бы достичь самой».

Люба подняла глаза, вспоминая вчерашний тёплый день, вспоминая розы, минуты своего приподнятого настроения возле парка, и неожиданно внутреннее чувство прекрасного колыхнулось в ней. Она всегда относилась с иронией к тому, что предлагала жизнь, чего обходила стороной судьба. Люба верила в судьбу с лёгкой руки — такая уж была у неё натура, — и возникшее внутреннее чувство улыбнулось сейчас в ней самой. Иронично взглянув на подругу, Люба произнесла, стараясь выразить своё душевное настроение одной фразой:

— Впрочем, день был вчера прекрасный!

— И всего-то? — удивилась подруга.

— Только и всего, — открыто улыбается Люба, включая компьютер. Глаза её оживляются, светятся надеждой: — Может, повезёт сегодня? Кто знает свою судьбу? Кто знает, что будет завтра? Сама жизнь — это магия, без таинства которой жить было бы тоскливо.

— Куку… — через минуту раздаётся из динамиков монитора.

Глядя друг на друга, подруги смеются…
 
*********