Просветлённая Индия - Океан духа

     И даль теряется, и греет спину
Дыханье солнца, и твоя рука
Маслами ароматными втирает
Мне в спину круг любви.

Столицу Индии удивительным образом расположили на самом краешке пустыни Тар. Эта пустыня - исчадие некогда сущего, но исчезнувшего. Гуляя по роскошным делийским проспектам не хочется думать о том, что совсем рядом тяжко дышит, затаившись, могучая и бесконечно загадочная пустыня Та-а-ар. Своим жадным зевом бескрайняя пустыня всегда готова поглотить и животных, и город, и людей.

В благословенной Индии отчётливо понимаешь, что вода имеет память. Капли помнят рождение нашей Вселенной. Вода, замерзающая в снегах России, эти новорожденные и совершенные кристаллы могли бы многое рассказать пытливому восточному уму.
Но под немилосердным индийским солнцем вода становится непостижимо-текучей субстанцией, которая окутана тайной.

Ручьи всего мира стекают в реки и речки. Реки - в Океан.
Океан помнит всё обо всём.
Несколько капель воды плюс душа - является Человек.
Несколько иных капель - и является Смерть.

Неспокоен берег Океана. Ни собак, ни пловцов, ни сёрфингистов.
Нет, смотрите-смотрите: один дядька зашёл в Океан по колено. Пьяный наверное.
Волны несколько раз навернули и как следует поддали ему. Сразу же и надолго успокоили.

Выбирался он из возмущённо кипящего прибоя на четвереньках.
Но и на берегу на двуньки не встал, пока не дождался крепкой руки своей подруги.
И оплеухи за тупость. Как грится, слона на ходу остановит и хобот ему оторвёт.
Внезапно понял, каким именно образом люди тонут в океанском прибое.
Если человек ставит себе целью преодолеть пенящуюся полосу крупных волн, то издалека - с берега - задачка кажется вполне выполнимой.

Действительно, два-три высоченных гребня, а за ними - спокойная ровная поверхность. Но при нестихающем ветре этот обман зрения может стоить очень и очень недёшево. Основные силы незаметно тратятся на противостояние волне, которая не просто норовит сбить с ног. Всё гораздо коварнее. 

Вода резко опускается до щиколоток, и сила удара новой водяной стены равномерна от голени до макушки. Поэтому вынужден стоять столбом и не можешь наклониться навстречу, чтобы упереться покрепче: сила на силу, причём энергозатраты огромны. И поднырнуть под такую волнищу не реально. Хотя нет, возможно. Но сверх-расточительно. Ещё бОльшие силы уйдут на попытку всплыть из-под мощного водяного пресса.

Запас воздуха можно и не рассчитать. А если невзначай захлебнёшься - кранты. Стремительно подоспевают неутомимые волны-убийцы. Твоих новых вздохов не будет. И лечь на волну - покачаться - увернуться по касательной не выйдет. Неистовый гребень мгновенно загибается в водопад - и мастерски топит.

Но, допустим, проскочил самую первую крутую волну. Кажется, что до спокойно-пологой океанской глади всего несколько вожделенных шагов. И здесь понимаешь, где скрыт новый обман. Ветер очень силён. Борясь с ним, успеваешь сделать шаг-полтора. Но впереди встаёт водяная стена ростом выше тебя. И снова-здорОво.
Все твои силы брошены на эту новую бойню. Расстояние до тишины вроде бы сокращается, но и шаги становятся неумолимо короче. И вода всё глубже и глубже.

А водяная стена от песочка до гребня волны - всё мощнее.
Сколько безжалостных волн успеешь расколоть о свою грудь? Или сами они разобьют твои упорство и решимость победить во что бы то ни стало? А встанет это ох как дороговато. Не достанет силёнок пробиться к тишИ, повернёшься спиной к Океану - и всё. Изначальная ошибка - ввязаться в пагубное единоборство - умножится тысячекратно. Скорость потеряна. Добежать до берега уже не удастся.

Заносишь ногу, но в спину и ниже мгновенно ударяет мощнейший молот. Устоять практически невозможно. Внезапно обжигает понимание того, что принять новый удар океанского молотобойца в положении на карачках - самоубийство. Сбросить с плеч глыбу воды и всплыть нету сил. Остаётся положение солдатик. Но тогда ты неподвижен и к желанному берегу не приближаешься ни на микрон. Попытаешься шагнуть к берегу - настигает новый удар по затылку.

И так Океан будет бить, бить и бить. Пока окончательно не добьёт. Довольно быстро закончатся силы - апатия - неостановимо гаснет воля к жизни - становится безразлично, что будет потом. Вот вам и шутки с океанским прибоем молодых, сильных да пьяных. Все достижения акушерства и высшего образования - на корм крабикам-рыбкам. Именно поэтому наши ухари-соотечественники тонут на океанских пляжах от Индии до Бразилии.

Так, после молодёжного ночного купания в прибое может появиться юное и прекрасное, но немного обгладанное за ночь тело. Здесь мгновенно темнеет. Не успеешь моргнуть как оказываешься в кромешной зловещей мгле. Ни огонька, ни лишнего звука - кроме рокота близких волн. И только огромные индийские мудрые звёзды над головой. А где же луна? Исчезла без звука, без следа.

После лёгкого завтрака двинулись сквозь джунгли к скальному храму тринадцатого века, высеченному из одного массива базальта. Храм этот посвящён Шиве и Дурге. За семь веков тропа к нему была утеряна: храм поглотила буйная зелень. Но именно поэтому великолепно сохранился в первозданном виде: рук дополнительно никто не прикладывал, а растениям было не по зубам-корням-ветвям переварить глыбу базальта.

Сейчас храм охраняется как великое национальное сокровище и гордость.
Мимо священных баньяна и ашоки к нему ведёт широкая мощёная тропа. У храма сегодня прямо посреди непроходимых зарослей и лиан расчищена лужайка внушительных размеров. В самом дальнем его уголке резчик с непередаваемым юмором умудрился вырезать в том же базальтовом монолите крошечного мышонка, сидящего на задних лапках. И на полу - всего два слова: своё имя.

А вокруг храма неистово плещет зелёное море, над которым нависают могучие синеватые горы: Западные Гаты. Индия - родина крокодилов и самая большая демократия в мире. Зато Россия - родина северных слонов, мамонтов. 

Индийский океан - океан особый. В нём нет устрашающей мощи и безбрежности Тихого океана. Нет и безудержных своенравных течений Атлантической речки.
Зато водотрясения и сокрушительные цунами Индийского калечат побережья сразу трёх континентов. А многие райские острова и атоллы волны-дома могут запросто раздавить могучей слоновьей ногой.

Вот и сегодня с утра мой любимый Океан бушует.
Ветер такой силы, что срывает огромные белые флаги на океанских волнах. Но стоит уйти за линию океанского прибоя - возникает ощущение пассажира самолёта, пробившегося сквозь грозовые облака. Яркое солнце и безмятежность. Волны-океанские осколки ревмя ревут где-то за спиной, а впереди до самого горизонта - пологие, мерно переваливающиеся с бока на бок пологие подводные горы.

А вдали вообще нет ни движения, ни бугров: успокоенность, скрытая сила и мощь.
Индийцы недаром смертельно боятся Океана. Для них он - свирепое непостижимое существо, которое наказывает за человеческие грехи: грешников Океан забирает к себе навсегда.

Важнейшая и весьма привлекательная черта индийского национального характера - осторожное, благоговейное уважение ко всему живому: цветущему, плавающему, летающему или бегающему. По крайней мере, индиец просто очень и очень осторожно сдувает любую букашку с руки, даже если она его уже укусила. Живое должно жить.

Этот посыл в крови у индийцев. Думаю, что на долгое-долгое время они весьма успешно сделали эту животворящую и спасительную прививку всему остальному человечеству. Именно ввиду просветлённости народа этой великой страны говорят, что в сердце Индии находится душа нашей Земли.

В Индии постепенно сложились и были канонизированы определённые нормы поведения каждого человека в зависимости от занимаемого им места в социальной иерархии. Правда, кастовая система, направленная на выведение пород людей разного общественного назначения и их улучшение полностью провалилась. К глубочайшему сожалению, кланово-племенная-кастовая система начинает буйно расцветать в современной России.

Народам страны, которая постепенно превращается вместо плавильного котла - в омут, подёрнутый ряской мутного времени полублатного капитализма, такая перспектива сулит мало хорошего.
Нужно отметить, что индийские парии часто красивее и умнее людей высших каст. Трудные условия жизни сделали их такими, в то время как брахманы во многом закоснели. Ещё древние индийцы точно подметили: естественный отбор действует так, что выживают наиболее дружные семьи, потом кланы, потом - племена.

Джунгли, творческие встречи со львами и тиграми. Ещё несколько дней тягостного ожидания в раю - и вот в пять часов утра мы выезжаем в крупнейший заповедник Южной Индии с забавным названием Шимога. Ура! Едем к львам и тиграм. Тщательная охрана. Два рубежа прочнейших сеток высотою до неба, засовы, металлические глухие ворота - а вот уже и они: долгожданные зверушки.

Первой нас встретила молодая тигрица. Вальяжно разлеглась поперёк дороги. Окна в нашем автобусе Тойота нараспашку - все выставили фотоаппараты. Шизе. У этой девушки задатки и замашки кинозвезды. Слава богу, что не голодна.
Огромная тигрица нехотя уступила дорогу Тойоте, затем нашла укромное местечко и угнездилась с явным желанием попозировать. Или оценивает расстояние для прыжка?

Я ломал голову: почему эта кошка так подозрительно совершенно спокойна? Ленива? Флегматична? Сыта? Наверное, она всё же объелась - коварно-равнодушная, полусонная мордашка. Спокойна. С королевским достоинством. Стоически выдержала утомительную фотосессию. И это было удивительно - такой характер в дикой-то природе. Провожала нас тигрица долгим внимательным взглядом: словно пересчитала всех, особо выделив самых упитанных. Уверен, что засада будет ждать нас на обратном пути.

Следующая красавица-тигрица откровенно разочаровала. Не проявила никакого интереса к мужчине и быстро исчезла из зоны, доступной фотообъективу. Но вскоре всё понял: внезапно вернулся из командировки ея муж - огромнный тигр. Выражение его испепеляюще-солнечных глаз не смогу позабыть никогда.

Этот тигр при более тесном знакомстве сразил меня олимпийским покоем. Он вообще никак не реагировал на наглые фотовспышки. Смотрел в упор, не мигая.
Не шевелясь. Прямёхонько в камеру. Тихо и неотрывно.

Если бы всё это не происходило со мной, не поверил бы никогда.
Ему ничего не стоило просто сожрать меня вместе с этой ничтожной фотожелезякой.
И не поперхнулся бы. Но осознал всё это чуть позже: после того, как эта киска внезапно метнулась к белокурой толстушке из нашей группы. Да понял-понял: он предпочёл не рагу, а сочный ростбиф.

Если меня красавец удостоил лишь полу-ленивым поднятием лапы после очередной раздражающей фотовспышки, то, уже находясь в безопасности, краем глаза заметил его вертикально стоящее огромное тело и распростёртые передние лапы.
Но, к счастью, зверь промахнулся.

Потом толстушка призналась, что буквально ничего не услышала и не поняла, а только вдруг почуяла лёгкое-лёгкое дыхание смерти за своей спиной. Когда она обернулась - людоед мирно возлежал на травке, продолжая позировать. Затем служители отогнали тигра подальше, но у неё появилась большая седая прядка на левом виске. Вы поняли?

Львицы оказались супер-ленивыми-наглыми-безразличными к нашему мужскому сообществу. Словом, верными жёнами. Полюбовались этими девками из-за кустов.
Поэтому фотосессию с ними признаю весьма неудачной. Что ж, бывают в жизни проколы.

Но достойным венцом нашей полубезумной вылазки оказались портретные фото их повелителя льва. Гигант мирно спал на солнышке. Через мгновенье проснулся.
Искоса с интересом на нас посмотрел.

Затем горделиво вскинул голову. Чуть приподнял кисточку хвоста: сантиметров на десять-пятнадцать. Знак нехороший. Я-то прекрасно знаю, что он означает.
Подходить поближе расхотелось мгновенно. Поэтому сделал его портреты издалека - благо, техника позволяла. Ну ясно жеж и понятно: царь.

Это мы быстро осознали. И в смятении отступили. Лев при этом не шелохнулся.
Ни единым мускулом. Не моргнул. Не шевельнулся. Но сразу поняли: аудиенция окончена. Блистательно, Ваше Величество. Незабываемо. Всё.

Потом был отъезд из страны. Очередная индийская сказка приблизилась к завершению.
Но как не хочется расставаться с тобой - великолепная, добродушная и бесконечно щедрая в своих ежедневных, но вечных заботах Индия.
Вчера был день прощания с Океаном.

А сегодня ненадолго расстаюсь с гостеприимной Индией.
Проститься с нашей трёхэтажной "птицей" высыпало почти всё население окрестных деревень, облачённое в яркие праздничные одежды. Люди заняли все окружающие аэродром крыши, которые стали похожи на раскрашенного дикобраза или на железнодорожный состав, облепленный со всех сторон индийцами. Но нашему лайнеру удалось, плавно и солидно покачивая крыльями, совершенно безнаказанно взмыть в раскалённое и выцветшее индийское небо.