Крест

Зачем я снял животворящий крест со своей груди? Ума не приложу. Скорее всего чтобы увидеть это.
Зеркальная поверхность предстала пред моим взором после нескольких незапоминающихся эпизодов моего сна. Заковырка была в том, что зеркало стояло передо мной, но моего лица не отображало. На нём было зафиксировано всё, что находилось за моей спиной, и шкаф и кровать и всё остальное, что было материального в моей комнате. Я приблизился к нему в плотную. В зеркале начали происходить какие-то изменения, какое-то хаотичное движение. Розовое облако с нечёткими резными контурами распылилось прямо перед моим носом, переливаясь блёстками, сопровождающееся неземным хором за моей спиной. Края этого расплывчатого эфемерного вещества стали оплывать и превращаться в цвет гнили. Эта субстанция стала вытягиваться из зеркальной поверхности, а сзади чьи-то руки стали подталкивать меня в том направлении. Я оглянулся и обнаружил рядом с собой чёрных тварей, аналогов которым в земной жизни я не встречал, похожие на смесь козла и человека, имеющие тонкие, длинные гнущиеся руки-лапы. Они противно верещали и толкали меня в бездну неведения, находящуюся позади меня. Я сопротивлялся изо всех сил, но эти мелкие вонючки, были настолько быстры и проворны, что устоять под их натиском было невозможно. Попытался ударить одного из них и моя рука угодила в его склизкое мягкое студенистое тело, прошив его почти насквозь. Я отдернул руку, как если бы дотронулся до раскаленного утюга, настолько это ощущение было мерзким.  Даже во сне я осознал всю гнусную сущность этих тварей, которые вторили хором: Тебе туда!Тебе туда! Смех, который сопровождал их реплики, можно назвать смесью блеяния и свиста.
Я оглянулся в развернувшуюся предо мной пропасть, я был уже одной ногой в ней, когда из её глубин донёсся тихий гул, похожий на звук отходящей электрички или метро-поезда.
Я шарил по своему телу в поисках креста и не находил его. Осознание, что мне конец, пришло, когда я угодил в трубу. Я летел в турбулентном потоке, вращаясь вместе с ним как вихрь. Стало темно и только противные твари щекотили меня со всех сторон и орали: Теперь ты наш навсегда! Я уже перестал от них отбрыкиваться, их было слишком много, и уверенным голосом произнёс молитву "отче наш". Мрак отступил. Твари заверещали звериными голосами, как будто их пытали раскалёным железом, их хватка ослабла. Затем вся эта мерзость сгинула в небытие, наступило спокойствие.
 Проснувшись, первым делом я надел крест.