Антоненко А. К

АНТОНЕНКО АЛЕКСЕЙ КАСЬЯНОВИЧ

Родился 23.02.1911 г. в деревне Васьковичи ныне Славгородского района Могилёвской области в семье рабочего. Русский. Окончил школу ФЗУ. Работал слесарем железнодорожного депо в городе Дно Псковской области, потом - помощником машиниста паровоза.

В РККА с 1929 г. В 1932 г. окончил военную школу морских летчиков и летнабов им. Сталина. Служил в ней инструктором. Позднее стал командиром звена.

Член ВКП(б) с 1932 г.

В сентябре 1938 г. в порядке ротации назначен комзвена 5-го ИАП ВВС КБФ.

03.05.1939 г. ему было присвоено воинское звание капитан.

Участвовал в боях на реке Халхин-Гол в августе-сентябре 1939 г. Летал на И-16. Совершил 17 боевых вылетов, участвовал в 2 воздушных боях. В группе сбил 2 японских самолёта.

«Его включили в сводную эскадрилью моряков, отправленную для получения боевого опыта на Халхин-Гол и вошедшую там в состав армейского 70-го ИАП. Балтийцы приступили к выполнению боевых заданий 24 августа, а через три дня открыли свой боевой счёт. Вечером 27 августа 10 их «Ишаков» во время патрулирования атаковали группу бомбардировщиков «ЛБ-98» (лёгкие одномоторные «Мицубиси» Ki-30 или «Кавасаки» Ki-32) и одержали две групповые воздушные победы. Конфликт уже подходил к концу, и до подписания 15 сентября перемирия Алексей Антоненко успел совершить всего 17 боевых вылетов и провести два воздушных боя. Его боевой счёт, согласно одному из наградных листов, составил пять побед, но в первичных документах проходят только упомянутые выше два бомбардировщика.

После завершения боевых действий морские лётчики вернулись на Балтику и стали костяком сформированной 3 ноября части с нестандартным названием «Отдельная эскадрилья И-153» – единственной в ВВС КБФ, получившей тогда на вооружение истребители этого типа. Капитан Антоненко в ней... стал начальником штаба» [1].

Участвовал в советско-финской войне. Летал на И-153. Совершил 29 боевых вылетов, сбил 1 самолет противника (в паре).

23.02.1940 г. награжден медалью «За отвагу».

21.04.1940 г. награжден орденом Ленина.

С мая 1940 г. служил в 13-м иап 10-й саб ВВС БФ. Сначала командовал звеном, в июле 1940 г. стал адьютантом эскадрильи, а в феврале 1941 г – замкомэска.

Участвовал в Великой Отечественной войне с июня 1941 г. Был заместителем командира 1-й эскадрильи 13-го истребительного авиационного полка 61-й истребительной авиабригады ВВС Краснознамённого Балтийского флота. За 34 дня боёв сбил 6 самолётов противника лично и 3 в паре.

25.06.1941 г. капитан Антоненко сбил первый на Балтике вражеский самолёт - бомбардировщик Ju.88.

Рассказывает генерал-лейтенант авиации Голубев: «Утром 25 июня 1941 года на аэродроме появился инспектор-летчик полка капитан Алексей Антоненко. Он прибыл из Москвы, где находился в командировке. Его самолет И-16 двадцать девятой серии, полностью подготовленный заботливым техником к боевому вылету, стоял рядом с палаткой, в которой был развернут командный пункт. Там находился телефон, связывающий полк со штабом бригады.

День был знойный и безоблачный. Летчики обедали. Вдруг послышался знакомый гул моторов «юнкерса». Самолет-разведчик Ю-88 летел с запада на восток прямо над аэродромом на высоте около 4000 метров.

Звено пушечных «ишачков» 2-й эскадрильи пошло на взлет. Капитан Антоненко посмотрел на самолет врага, на взлетающих истребителей и, повернувшись к товарищам, сказал с досадой:

— Опять опоздали со взлетом!

И тут же с озорством добавил:

— А я все-таки перехвачу его и собью!

Инженер Николаев, уравновешенный, немногословный человек, ответил спокойно:

— Нет, дорогой, поздно...

«Юнкерс» уходил все дальше на восток. Антоненко проворно поставил на землю тарелку с супом и, как был, без шлема, бросился к своему самолету. Парашют надевать времени но было. Через двадцать секунд он взлетел.

Антоненко не погнался за разведчиком. Опытный воздушный боец, он понимал, что противник разведку не закончил, что он будет фотографировать боевые корабли. А уход его на восток — это просто маневр для того, чтобы обмануть истребителей и оторваться от преследования. Поэтому Антоненко, набирая высоту, шел прямо к внешнему рейду Таллина, где находились боевые корабли.

Без шлема на самолете с открытой кабиной летать очень трудно. Алексей поднял до отказа сиденье, прижался лицом к прицелу. Ему то и дело приходилось вытирать набегающие на глаза слезы. Набрав высоту 3500 метров над рейдом, он убавил обороты мотора, стал внимательно осматривать восточную сферу воздушного пространства и вскоре далеко на северо-востоке заметил точку: это был двухмоторный самолет. Он шел чуть ниже Антоненко к внешнему рейду, прямо на боевые корабли. Самолеты сближались на пересекающихся курсах. Антоненко подходил со стороны солнца, экипаж «юнкерса» не видел его...

...Расстояние — около 1000 метров. Встречный поток воздуха режет глаза, мешает прицелиться. Антоненко смахивает левой рукой слезу и видит: «юнкерс» занял место в сетке прицела. Длинная очередь с дистанции 400 метров. Сотни трассирующих пуль — среди них ярко-красные от крупнокалиберного пулемета «Березина» — прошили кабину и фюзеляж фашистского самолета.

Но «юнкерс» не загорелся, не потерял управление — с набором высоты он плавно разворачивался вправо. Антоненко бросил истребитель в крутое пикирование и оказался позади «юнкерса» — метров на триста ниже. Сблизившись до семидесяти метров, он дал очередь по нижнему стрелку, который даже не успел открыть огонь. Истребитель сделал небольшой отворот в сторону, убавил скорость и повторил атаку снизу по правому мотору. Клуб дыма и пламя вырвались из-под разорванных капотов. «Юнкерс», заваливаясь на правое крыло и набирая скорость, падал. От него один за другим отделились три темных комочка, и через несколько секунд над ними раскрылись белые купола парашютов.

Алексей, протирая все время глаза, убавил скорость и направился к аэродрому. Летчики, штабисты, инженеры еще обедали, когда Антоненко как ни в чем не бывало присел рядом.

Взял все еще теплую тарелку с супом и принялся доедать. Потом сказал словно невзначай:

— А Ю-88-то тю-тю! А? Сказано — сделано... Верно?

В это время позвонили из бригады: моряки сообщили, что летчик на истребителе И-16 сбил фашистский бомбардировщик. Моряки просили назвать фамилию летчика.

Весть о том, что капитан Антоненко первым в небе Балтики сбил вражеский самолет, разнеслась быстро. Алексея поздравляли с победой друзья, летчики и техники своего и соседних полков, командование ВВС и флота[2]».

Участвовал в обороне полуострова Ханко.

Рассказывает Голубев: «В первых числах июля наиболее сложная обстановка на Балтике начала складываться в районе полуострова Ханко.

Утром 2 июля туда перелетело два звена пушечных самолетов И-16... К вечеру того же дня специально для перехвата вражеских разведчиков командир полка прислал капитана Антоненко и его ведомого Бринько[3]. Оба они обладали быстрой реакцией и отличной слетанностью.

Готовясь к перелету на Ханко, Антоненко попросил командира полка не давать ему в звено второго ведомого, как было положено по уставу. Он твердо знал, что лучше действовать не тремя самолетами, а парой. Парой легче осуществлять любой внезапный маневр. Третий же, как правило, оказывается лишним и к тому же уязвимым для истребителей противника. Вот придать бы этому «лишнему» ведомого — получилось бы две пары. В таком составе легко взаимодействовать между собой, да и сила удара значительно больше.

Подполковник Романенко хорошо понимал целесообразность предложения боевого летчика, но изменить штатную структуру звена и эскадрильи не имел права. Несмотря на это, он разрешил капитану Антоненко летать парой, а если будет очень нужно — то составить звено из двух пар…

4 июля на рассвете перехватчики Антоненко и Бринько сидели в самолетах. Наблюдая за воздухом, покачиваясь с биноклем на вершине сосны, наблюдатель поглядывал на лесные пожары. В этот момент появились два «бристоль-бульдога». Они шли к аэродрому на малой высоте с запада. По-видимому, их задачей было определение стоянок наших самолетов.

Ведущий «бристоль-бульдог» сбросил бомбы на наши артиллерийские позиции. Только теперь наш наблюдатель заметил вражеские самолеты и дал красную ракету.

Два «ишачка» пошли на взлет прямо из-под маскировочной сетки, закрывавшей рулежную дорожку.

Они блестяще выполнили боевые развороты в разные стороны и оказались позади самолетов врага.

Такой маневр на малой скорости могли выполнить только летчики, безукоризненно владевшие своими самолетами.

Бринько дал очередь по кабине ведомого «бристоля». Самолет резко пошел вверх, перевернулся на спину и рухнул на землю западнее аэродрома.

Атака Антоненко была сложнее. Опытный его противник резко развернулся вправо и на полной скорости стал уходить на свою сторону под защиту зениток. Расстояние между преследователем и преследуемым было еще велико, но Алексей все же дал длинную очередь из всех трех пулеметов. Навстречу Антоненко уже летели сотни трассирующих зенитных снарядов. Резким разворотом он вышел из зоны огня, не успев увидеть результат короткого воздушного боя...

Техники и механики подхватили самолеты за хвосты и затянули в укрытие.

Наблюдатель с площадки, установленной на сосне, прокричал в телефонную трубку: «Передайте летчикам — оба самолета противника сбиты».

Ночью и утром продолжался артиллерийский обстрел аэродрома. А затем огонь противника прекратился, и почти сразу, на малой высоте, появился «юнкерс». Антоненко и Бринько взлетели и взяли фашистский бомбардировщик в клещи — атаковали с двух сторон. Они ударили короткими очередями по моторам. Ю-88 клюнул тяжелым носом, пошел вниз и упал в воду. Антоненко и Бринько потребовалось всего около четырех минут, чтобы взлететь, сбить фашистский самолет и совершить посадку…

8 июля Антоненко и Бринько слетали в Таллин. По пути туда они встретили одиночный самолет Ю-88, видимо разведчик, и сбили его. На Ханко они возвращались рано утром 9 июля. Над аэродромом стоял туман. Противник полагал, что взлетать в этих условиях наши истребители не смогут. И два «фиата» на малой высоте подбирались к базе торпедных катеров. Они успели сбросить бомбы, но тут их перехватили Антоненко и Бринько. Бой продолжался не более двух минут. Оба «фиата» упали в воду...

10 июля взлетели две «чайки» с бомбами. Их вели Алексей Лазукин и Константин Белорусцев — отлично слетанная пара. Через три-четыре минуты взлетели Антоненко и Бринько. Затем самолеты встретились у острова Руссарэ и ушли на север.

Вражеский ангар штурмовали «чайки». Они сбросили четыре бомбы. Все попали в цель.

Финские зенитчики открыли огонь, а затем появилась шестерка «фоккеров», идущая на перехват... Дистанция между «чайками» и «фоккерами» быстро сокращалась. Запас высоты давал возможность противнику догнать смельчаков.

Бринько первый заметил «чаек» и преследующих их вражеских истребителей. Он посигналил ведущему и повернул навстречу. Теперь Антоненко занял место ведомого, и оба пошли в лобовую атаку. Бринько зажег «фоккера». Оба И-16 после атаки ушли вертикально вверх и оказались выше истребителей врага. А в это самое время Лазукин и Белорусцев начали бой на виражах. В этом маневре «чайки» имели значительное преимущество. Ошеломленный противник оказался под ударами сверху и снизу. Антоненко сбил еще один ФД-21. Упал вражеский самолет, сбитый Лазукиным. Но сверху атаковал «фоккер». Белорусцев дал длинную заградительную очередь, и вражеский самолет был изрешечен пулями.

Последние два «фоккера» попытались удрать. Но Бринько, спешивший на помощь Белорусцеву, успел дать очередь из пулеметов. «Фоккер» потерял скорость, зацепился за верхушки деревьев, развалился и упал возле берега в воду.

Пять вражеских истребителей и большой ангар были уничтожены. Наша четверка без потерь вернулась на Ханко.

Этот бой показал, как успешно может действовать звено из двух слетанных пар…

О боевом мастерстве и мужестве летчиков Ханко говорили на флоте, писали в центральных газетах... Это были первые Герои среди авиаторов Балтики с начала Великой Отечественной войны[4]».

«8 июля Антоненко и Бринько по какому-то заданию летали в Таллин, по прибытии туда доложив, что сбили над Финским заливом одиночный Ю-86. Для капитана Антоненко это была уже пятая победа с начала войны, которая, увы, данными противника не подтверждается. Через несколько часов летчики вернулись обратно на Ханко и в ночь на 9 июля вылетели на патрулирование (из-за белых ночей в июне-июле можно было летать круглосуточно). Встретив такую же патрульную пару «Фоккеров» D.XXI, опознанных нашими летчиками как «ПЗЛ-24», в скоротечной атаке Антоненко сбил ведомого финна. Его ведущий ушел, даже не заметив атаки. Победа советских истребителей подтверждается финскими данными: «Фоккер» D.XXI с номером FR-147 из отряда 3./LLv 30 врезался в землю в районе Таалинтехдас, его летчик сотамиес (рядовой) Эско-Матти Ниемеля (stm. Esko Matti Niemel;) погиб. Утром 10 июля Антоненко и Бринько были подняты на перехват двух финских «Чаек», и ведущий советской пары быстрой атакой сбил своего финского визави, которого снова опознал как «ПЗЛ». И-153 с номером VH-14 луутнантти Вейкко-Армас Каллио (luutn. Veikko Armas Kallio) из отряда 3./LLv 6 упал в лес на острове Хорсен, летчик погиб. Второй неприятельский биплан сумел оторваться от преследования. Примечательно, что Каллио участвовал в первом воздушном бою, проведенном Антоненко и Бринько после прибытия на Ханко. Самолет несет стандартный финский камуфляж образца 1940 года из зеленого Oliivin vihre; и черного Musta на верхних и боковых поверхностях, и светло-серого Vaalean harmaa на нижних. Стандартные опознавательные знаки и желтые элементы быстрого опознавания восточного фронта. Тактические номера на финских «Чайках» традиционно повторяли последнюю цифру серийного номера» [5].

14.07.1941 г. капитану Антоненко Алексею Касьяновичу было присвоено звание Героя Советского Союза.

«20 июля капитану Антоненко засчитали сбитый «ФД-21», но информация об этой победе в отечественных документах противоречива, а финские источники потерю самолета не подтверждают.

Днём 23 июля оба лётчика летали на прикрытие девятки И-153, наносившей штурмовой удар по аэродрому в Турку. Воздушного противника не было, поэтому на обратном пути Антоненко и Бринько обстреляли стоянку немецких гидросамолетов в гавани Руиссало, отчитавшись об уничтожении двух поплавковых «Хе-60». На самом деле лётчики повредили He 114 из разведывательной эскадрильи 1./SAGr. 125 и He 59 из поисково-спасательной эскадрильи Seenotstaffel 9.

Тем же вечером пара «Чаек» вылетела на бомбежку гидроаэродрома в Руиссало, и их вновь прикрывала пара Антоненко и Бринько. Совместным ударом они, по советским данным, уничтожили целых пять «Хе-60», но по немецким сводкам ни один из гидросамолетов не был даже поврежден. «К шапочному разбору» подоспела четверка «Фоккеров» из группы LLv 30, немедленно устремившаяся в погоню. Капитан Антоненко, старший всей группы, сначала отвел самолеты от берега, чтобы не попасть под зенитный огонь, а потом повел всю четверку в лобовую атаку.

Бой был ожесточенным, но безрезультатным, если не считать пулевой пробоины в фюзеляже одной из «Чаек» и нескольких – в одном «Фоккере». Как водится, обе стороны «басурман не жалели», сражаясь будто в параллельных мирах. Советские лётчики отрапортовали, что вели бой с шестью «Спитфайрами», позднее претерпевшими обратное превращение в «ФД-21», и сбили пять из них. Первым победу одержал Бринько, за ним Антоненко и оба летчика И-153, а затем снова Бринько. Финны же посчитали, что сражались с пятью или семью И-16 и семью И-153, и сбили по одному истребителю каждого типа» [6].


25.07.1941 г. капитан Антоненко погиб в авиакатастрофе.

«Ранним утром 25 июля стояла плохая погода, но истребители были нужны в воздухе, чтобы отогнать «Фоккеры», атакующие участвовавшие в десантно-диверсионной операции катера. На взлет пошла пятерка «Чаек» и одиночный И-16 капитана Антоненко. Противника советские лётчики обнаружить не смогли, а на посадке в 06:00 на аэродроме Тяктом капитан Антоненко не справился с управлением в сложных метеоусловиях и на четвертом развороте, потеряв скорость, свалился на крыло и врезался в землю» [7]

Голубев так рассказывает об этом: «Пока техники готовили самолеты к новому вылету, Антоненко на мотоцикле помчался на командный пункт за получением очередного боевого задания. Вскоре над Ханко появился «юнкерс». Антоненко в это время был еще на КП. Узнав о разведчике, он бросился к мотоциклу и, перескакивая через канавы и бугры, помчался к самолету. Однако сигнал на взлет раньше получил Бринько и стартовал один. Впервые Антоненко отстал от своего ведомого. Шлем надел в полете, но привязные ремни не застегнул. А Бринько уже сбил Ю-88 прямо над базой и шел на аэродром. Антоненко он не видел. Благополучно посадил самолет. На аэродроме с беспокойством ждали Антоненко. Алексей умел садиться при любой видимости, но когда снаряд разорвался прямо на полосе впереди самолета, то истребитель резко подбросило, он перескочил через воронку и ударился колесами о вывороченную землю. Антоненко выбросило из кабины. Когда товарищи на руках принесли его в самолетное укрытие, он был мертв[8]».

Похоронен на полуострове Ханко в Финляндии.

Герой Советского Союза (14.07.1941). Награждён двумя орденами Ленина (21.04.1940, 14.07.1941) и медалью «За отвагу» (23.02.1940).


ЛИТЕРАТУРА:
1. Буров А.В. Твои герои, Ленинград. - 2-е изд, доп. - Л.: Лениздат, 1970
2. Герои Совеского Союза Военно-Морского Флота. 1937-1945. - М.: Воениздат, 1977
3. Герои Советского Союза: Краткий биографический словарь. Т.1. М.:Воениз.1987.
4. Егерс Е.В. Советская морская авиация во второй мировой войне.-Рига:Торнадо,1998
5. Львов М.Л. Сердце не забудет. - Калининград: 1988

ПРИМЕЧАНИЯ:

[1] https://owl-99.livejournal.com/136327.html

[2] Голубев В.Ф. Указ. соч. С. 82.

[3] Бринько Петр Антонович (1915-1941) Герой Советского Союза (14.07.41), капитан. Участвовал в боях у оз. Хасан и на реке Халхин-Гол. Участвовал в советско-финской войне. Служил в 13-м иап ВВС КБФ. Награжден орденом Красного Знамени. Участвовал в Великой Отечественной войне с июня 1941 г. Служил в 13-м иап ВВС КБФ. 24.07.41 г. таранил Bf.110. Cбил 15 самолётов и аэростат противника. 14.09.41 г. был ранен в воздушном бою и погиб во время вынужденной посадки.

[4] Голубев В.Ф. Указ. соч. С. 88.

[5] https://owl-99.livejournal.com/136327.html

[6] Там же.

[7] Там же.

[8] Голубев В.Ф. Указ. соч. С. 91.