Тихонов В. С

ТИХОНОВ ВАСИЛИЙ ГАВРИЛОВИЧ

Родился 15.06.09 г. в посёлке медного рудника Улень Красноярского края, в семье рабочего. Русский. Окончил 7 классов. Работал коногоном, затем откатчиком, забойщиком на шахте Анжерских каменноугольных копей. Одновременно учился в вечерней школе.

В РККА с ноября 1930 г. Служил красноармейцем в 41-м авиационном парке Забайкальской группы войск в г. Чита.

Член ВКП(б) с 1931 г.

В 1931 г. окончил 18-ю школу младших авиационных специалистов 18-й авиабригады ВВС ОКДВА в г.Спасск. С мая 1931 г. служил мотористом в 40-й авиационной эскадрилье 18-й авиабригады.

В декабре 1931 г. командирован на учебу в Ленинградскую военно-теоретическую школу ВВС. В июне 1932 г. переведен в 14-ю Энгельсскую военную школу пилотов для прохождения практического курса полетов.

После окончания авиашколы с декабря 1933 г. – младший летчик, с января 1935 г. – командир корабля 50-й тяжелобомбардировочной эскадрильи ВВС Московского военного округа.  В июле 1934 г. эскадрилья была передислоцирована на Д. Восток и вошла в состав 101-й авиабригады ВВС Забайкальской группы войск. В декабре 1936 г. переведен в 78-ю тяжелую бомбардировочную авиаэскадрилью 67-й авиабригады ВВС ОКДВА. Был командиром корабля, а затем комотряда.

В июле 1938 г. старший лейтенант В. Г. Тихонов был назначен пом. командира эскадрильи в 22-й авиаполк, входивший в состав ВВС 2-й Отдельной Краснознаменной армии. С февраля 1939 г. временно командовал эскадрильей этого полка. В 1940 г. полк был переформирован в дальнебомбардировочный и вошел в состав 31-й смешанной авиадивизии. С 21 июня 1941 г. вместе с дивизией начал передислокацию на запад.

Участвовал в Великой Отечественной войне с июня 1941 г. Был командиром эскадрильи 22-го дальнебомбардировочного авиаполка.

В июле 1941 г. прибыл на Северо-Западный фронт в район ст. Бологое и оттуда участвовал в бомбардировке важных военных и промышленных объектов противника. 

В августе 1941 г. капитан Тихонов командиром эскадрильи этого полка в составе 81-й дальнебомбардировочной авиадивизии совершил 3 успешных боевых вылета на Берлин.

18.08.41 г. в третьем вылете на Берлин взял на внешнюю подвеску одну ФАБ-500, а ФАБ-100 и ЗАБ-50 загрузил в бомболюки.

Писатель Виноградов рассказывает: «Стрелок-радист старшина Коневцев вывел на пятисотке белой краской: «Подарок Гитлеру!».

- Наш праздничный гостинец, - пояснил он.

Оторвались от взлетной полосы сравнительно легко. И сразу врезались в облака. Более трех часов предстояло лететь в темноте.

Тихонов особо не беспокоился, у него штурман лейтенант Лахонин хоть и молод, но дело свое знает отлично. Ведь в такой же почти облачности они летели в прошлый раз, и Лахонин точно вывел ДБ-3ф на цель.

Сегодня их цель - авиационные заводы Мессершмитта. ФАБ-500 на борту очень кстати, взрыв от нее разнесет заводской корпус на кирпичики.

- Вениамин Иванович, на вас вся надежда, - сказал в микрофон Тихонов штурману.

- В чем именно, Василий Гаврилович? - не понял Лахонин.

- Послать пятисотку прямо в сборочный цех!

- Пошлем. А чего тут? Раз надо. Ради нашего праздничка.

- Тогда веди...

Тихонов попытался забраться на самый потолок, чтобы пробить облачность, но безрезультатно. Вынуждены были лететь в облаках, хотя это и сказалось на скорости. К тому же висящая на внешней подвеске ФАБ-500 увеличивала сопротивление воздуха и еще более снижала скорость. Вскоре начало греться масло в левом моторе - первый показатель того, что двигатель работает ненормально.

- Находимся на траверзе острова Борнхольм, - сообщил Лахонин.

«Скоро Штеттин»,— подумал Тихонов.

Сообщать о выходе к территории Германии не требовалось, об этом напоминали сами немцы. Прожекторы и зенитные батареи были наготове. Однако на этот раз облака висели очень низко над землей. Лучи никак не могли пробить их толщу, а потому и зенитки стреляли не прицельно, а просто так, для острастки.

- До Берлина двадцать минут, - предупредил Лахонин.

- Дойдем, - ответил Тихонов, с беспокойством поглядывая на стрелку, показывающую температуру масла в левом моторе. Стрелка скатывалась вниз, что означало большой перегрев...

Облачность кончилась. Прямо перед глазами встали длинные, тонкие, яркие лучи. Они раскачивались из стороны в сторону. Их было много...

Вражеские зенитки молчали. Значит, в воздухе сейчас ночные истребители-перехватчики.

- Старшина, глядите в оба! - предупредил Тихонов стрелка-радиста.И сам он, и штурман Лахонин озирались по сторонам, отыскивая глазами светящиеся фары «мессеров». Вон справа один, за ним еще. И над головой.

- Слева по борту ночник! - донесся голос старшины Коневцева.

Тихонов повернул голову: светлячок, выпустив узенький, как щупальце, луч, догонял ДБ-3ф. Неужели засек?

- Старшина, встретить, как полагается, - передал Тихонов...

Надежды на то, что пулеметом можно сбить с курса немецкий истребитель, у Тихонова не было. Но если при этом еще применить резкий маневр, то вполне можно скрыться в темноте.

Раздалась пулеметная очередь, - это старшина открыл огонь. В ответ рядом с ДБ-3ф пронеслась раскаленная цепочка - трассирующие пули, выпущенные истребителем. Тихонов с разворотом повел машину вниз, огненные трассы прошли стороной.

- Вениамин Иванович, сбил я вас с точного курса, - сказал он штурману. - Давайте-ка поправку...

- Ничего, это мы мигом, - ответил Лахонин.

Берлин притаился в ночи, не видно ни огонька.

- Подходим к цели, - предупредил Лахонин.

Тихонов уменьшил оборотил обоих двигателей, привычный гул сменился шипящим звуком. На земле едва ли будет слышен этот свист, а значит, и удар для гитлеровцев окажется неожиданным.

- Цель под нами! - Кройте ее на всю катушку, штурман!

Сработали пиропатроны. Первой пошла пятисотка. За ней вывалились сотки.

- Конец работе!

Тихонов начал разворот на обратный курс,

- Есть взрыв! - услышал он радостный голос стрелка-радиста.

Посмотрел вниз: огромное пламя охватило заводские постройки - это взорвалась ФАБ-500.

- Есть! Еще взрывы! - ликовал стрелок-радист.

Тихонову было уже не до них. Масло в левом моторе перегрелось, расход его увеличился, хватит ли на обратный маршрут? Он даже не обращал внимания на лучи прожекторов и шапки от разрывов зенитных снарядов, сопровождавших ДБ-3ф. Мысль о чрезмерном расходе масла тревожила его. Правда, можно лететь и на одном моторе, как пришлось майору Щелкунову, ведь бомбы сброшены, машина облегчена.

Еще больше расстроился Тихонов, когда увидел, что масло начало греться и в правом двигателе. Для него это означало временное прекращение полетов на Берлин, а может быть, придется лететь на Большую землю для замены двигателей[1]».

В четвертый вылет на Берлин комэска смог отправить только одну машину - старшего политрука Павлова. Это был последний боевой вылет эскадрильи капитана Тихонова на Берлин.

На следующий день он был срочно вызван в Москву для доклада командующему Военно-Воздушными Силами Красной Армии генерал-лейтенанту авиации Жигареву.

22.08.1941 г. Сталин провел совещание по вопросам, связанным с организацией налетов на Берлин.

Рассказывает писатель Виноградов: «По лицу Жигарева можно было без труда понять, что он не на шутку взволнован предстоящим докладом Верховному Главнокомандующему.

Накануне он выслушал командира эскадрильи капитана Тихонова о состоянии дел в армейской авиагруппе особого назначения и уже сам видел промахи, допущенные при выделении дальних бомбардировщиков и формировании их экипажей...

Сталин, чуть наклонив голову, ходил вдоль стены... Кузнецов понял: разговор предстоит не из приятных.

Кузнецов и Жигарев предварительно договорились, что первым начнет доклад генерал-лейтенант Жаворонков как руководитель налетов советской авиации на Берлин, а потом его дополнит Жигарев. Сталин нарушил их план. Продолжая ходить, он обратился к командующему ВВС Красной Армии:

— Докладывайте, товарищ Жигарев.

Жигареву нелегко было говорить об имевших место упущениях при формировании и подготовке армейской авиагруппы особого назначения. Он чувствовал, доклад не удовлетворяет Верховного.

— Почему вы послали самолеты с изношенными моторами? Почему не заменили двигатели новыми? Почему вместо двадцати выделили лишь пятнадцать бомбардировщиков?..— задавал вопросы Верховный Главнокомандующий.

Сердитое «почему» следовало в каждой фразе. Жигареву ничего не оставалось, как всю вину принять на себя.

— Теперь послушаем руководителя налетов на Берлин.

Жаворонков… подробно осветил ход выполнения операции. Цель достигнута, столице фашистской Германии нанесен ощутимый ущерб. Можно было бы, конечно, несколько увеличить интенсивность бомбардировок Берлина, однако неудовлетворительные условия базирования на острове, почти предельная дальность полета по маршруту в сложных метеоусловиях и значительная изношенность моторов самолетов не позволяли этого делать. Жаворонков не скрыл и потери летного состава, в том числе и при неудачной попытке взлететь с ФАБ-1000.

Сталин перестал ходить, остановился у стола, внимательно слушая... Иногда он задавал вопросы, и если ответ удовлетворял его, слегка склонял голову… Он не настаивал больше на применении в дальнейшем авиабомб только крупного калибра…

Кузнецов предложил командование морской и армейской авиагрупп особого назначения возложить на командира 1-го минно-торпедного авиационного полка полковника Преображенского; генерал-лейтенанту Жаворонкову в связи с ухудшением оперативной обстановки целесообразнее было приступить к исполнению своих обязанностей командующего военно-воздушными силами Военно-Морского Флота.Сталин согласился с мнением наркома ВМФ[2]».

При подготовке к очередному налету на Берлин выяснилось, что на складах осталось очень мало авиабомб среднего калибра ФАБ-250, ФАБ-100, и ЗАБ-50. Это было связано с тем, что часть боеприпасов и горючего были перевезены на аэродром Асте для бомбардировщиков армейской группы, которые прилетели с Большой земли с пустыми люками и наполовину заполненными баками.

К этому времени обстановка в районе Моонзундского архипелага, который оказался в глубоком тылу противника, резко ухудшилась. Острова были блокированы и с моря, и с суши, и с воздуха. Торпедовоз с авиабомбами на борту и танкер с бензином для авиагруппы, вышедшие накануне из Таллина, были потоплены на переходе.

23.08.1941 г. на Берлин пошло лишь одно звено морской авиагруппы[3]. Из-за изношенности двигателей остальные самолеты были отправлены на запасные цели.В этот день последняя машина эскадрильи Тихонова ушла на Большую землю для замены моторов.

16.09.1941 г. за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с германским фашизмом и проявленные при этом отвагу и геройство капитану Тихонову Василию Гавриловичу было присвоено звание Герой Советского Союза. Ему была вручена медаль «Золотая Звезда» N 515.

В сентябре 1941 г. он вступил в командование 579-м отдельным Дальнебомбардировочным авиационным полком Ставки ВГК. В декабре полк вошел в состав 17-й бомбардировочной Авиадивизии и был переименован в 751-й авиаполк АДД. 

В октябре 1942 г. был представлен к награждению орденом Красного Знамени.

В представлении указывалось: «За время великих отечественных боев с германскими захватчиками командир 751 АП ДД Герой Советского Союза майор ТИХОНОВ проявил себя мужественным и настойчивым командиром полка. За год командования полком умело собрал и сколотил личный состав на отличное выполнение поставленных боевых задач командования на уничтожение военно-промышленных объектов, аэродромов, ж.д. узлов, боевой техники и войск противника. Имеет большой опыт летной работы и умело передает подчиненным. Лично сам много работает по вводу в строй молодого летного состава в полку. За время войны с германскими захватчиками лично произвел 15 ночных боевых вылетов с налетом 60 часов, из них - 3 по политическому центру Германии – БЕРЛИН, за что присвоено звание Герой Советского Союза. Летает отлично в любых метеоусловиях.

За год командования полком, полк под его руководством произвел 2125 успешно выполненных боевых вылетов, из них днем - 87 б/вылетов с налетом 625 боев. часов, ночью 2038 б/вылетов с налетом 6926 б/часов. Сброшено бомб 2497 тонн, листовок 22.000.000.

Политико-моральное состояние полка здоровое. Требовательный командир. Делу партии ЛЕНИНА-СТАЛИНА предан.

За отличное руководство личным составом по разгрому врага достоин награждения правительственной наградой – орденом «КРАСНОЕ ЗНАМЯ».

13.12.1942 г. Награжден орденом Александра Невского.

Приказом наркома обороны СССР № 137 от 26.03.43 г. 751-й апдд был преобразован в 8-й гвардейский авиаполк дальнего действия.

01.05.1943 г. был назначен командиром 8-й гвардейской авиационной дивизией дальнего действия[4]. Под его командованием дивизия совершила свыше 6000 боевых вылетов.

Части дивизии под его командованием обеспечивали наступательные операции Красной армии на орловском, белгородском, полтавском, брянском, рославльском и смоленском направлениях, а также наносили бомбовые удары на Ленинградском фронте по артиллерийской группировке противника в районе Беззаботное. В 1944 г. дивизия успешно действовала в Белорусской, Минской наступательных операциях, а также наносила бомбовые удары по военным объектам в Германии, Румынии, Польше и Венгрии. За успешное выполнение боевых заданий командования ее полки получили наименования «Рославльский» и «Ржевский» и были награждены орденами Красного Знамени, а самой дивизии присвоено наименование «Орловская». В феврале 1945 г. дивизия была переименована в 18-ю гвардейскую бомбардировочную авиационную Орловско-Будапештскую дивизию в составе 18-й воздушной армии ДА. 

19.08.1944 г. ему было присвоено воинское звание генерал-майор авиации.

За годы Великой Отечественной войны совершил 21 ночной боевой вылет.

24.06.1945 г. участвовал в Параде Победы в г. Москве.

После войны генерал-майор авиации Тихонов продолжал командовать этой дивизией. После ее расформирования с декабря 1946 г. исполнял должность зам. командира 73-й вспомогательной авиационной ордена Красной Звезды дивизии ДА. С августа 1947 г. командовал 2-й гвардейской бомбардировочной авиационной Севастопольско-Берлинской дивизией ДА. С декабря 1950 по октябрь 1952 г. находился на учебе в Высшей военной академии им. К. Е. Ворошилова, по окончании которой назначен зам. командира 81-го гвардейского бомбардировочного авиакорпуса ДА. В августе 1953 г. временно командовал 15-й гвардейской тяжелобомбардировочной авиадивизией 43-й воздушной армии ДА, затем был зам. командующего и 1-м зам. командующего этой армии. 

25.05.1959 г. генерал-майору авиации Тихонову было присвоено воинское звание генерал-лейтенант авиации.

С ноября 1960 г. генерал-лейтенант авиации В. Г. Тихонов - 1-й зам. командующего и член Военного совета 43-й ракетной армии. В мае 1962 г. он назначен начальником Харьковского высшего авиационно-инженерного военного училища. 

С августа 1970 г. генерал-лейтенант авиации Тихонов — в запасе.

Жил в Москве.

В 1976 году в связи с 40-летием Черногорска за особый вклад в социально экономическое и духовное развитие города ему было присвоено звание «Почетный гражданин города Черногорска» (первое присвоение).

06.09.1976 г. умер. Похоронен в городе Абакан Красноярского края.

Герой Советского Союза (16.09.1941). Награждён двумя орденами Ленина (16.09.1941, 30.12.1956), орденами Красного Знамени (17.05.1951), Суворова 2-й ст. (29.05.1945), Кутузова 2-й ст. (13.03.1944), Александра Невского (13.12.1942), Трудового Красного Знамени (1968), двумя орденами Красной Звезды (30.04.1946, 22.02.1955), медалью «За боевые заслуги» (03.11.1944) и др. медалями.


ЛИТЕРАТУРА:
1. Глазков М.Д. Рубежи бессмертия. Красноярск, 1975.
2. Достоин звания героя. - Красноярск: Красноярское кн. изд., 1975
3. Киньдюшев И.И. К победным рассветам. М., 1978.
4. Люди героической профессии. - М.: ДОСААФ, 1977


ПРИМЕЧАНИЯ:

[1] Виноградов Ю.А. Указ. соч. С. 196.

[2] Виноградов Ю.А. Указ. соч. С. 228.

[3] Более подробно об этом рассказано в биографии Героя Советского Союза Ефремова А.Я. 

[4] Впоследствии 18-я гвардейская бомбардировочная Орловско-Будапештская авиадивизия.