Вьетнамки идеального размера

На фото "Пещера тётушки Ня".
*

Глаз отдыхает, слух не слышит, жизнь потаённо хороша, и небом невозбранно дышит почти свободная душа.
Тусклое холодное небо. Домодедово. Взлетаем.
Впервые вижу на мониторе процесс рулёжки новенького Боинга Вьетнамских авиалиний и полчаса его взлёта в реальном времени. Это захватывает и обнадёживает. Значит, куда-нибудь как-нибудь долетим.

Действительно, многочасовой полёт не по-детски порадовал приветливостью, добрыми улыбками вьетнамок-стюардесс. Нас фанатично пытались запоить разнообразными напитками. Непрерывные-пия-жра и короткие пробежки по салону до торчка: рожи стали красными, заплывшими и сонными.

Рухнули-уснули-поспали-проснулись-снова намакаронились, но уже в лёгкую, а в шесть часов нас оглушила мягкая посадка. Трахнулись по бетону так, что посиневшему Боингу-малышу чуть не поотбивало все внутренности. Сопровождающий нашу двадцатиголовую группу гид быстро и чётко решил вопрос визовой поддержки-посадки в автобус-отправки через Сайгон-Хо Ши Мин Сити-на местный курорт Фан Тхьет.

Правда, в дороге он показал себя типичным вьетнамским "совком". Настырным и непробиваемым. Упрямо не тормозил автобус, пока не довёз до торгового центра и ресторана, где попытался сделать свой маленький социалистический бизнес по принципу: господа, я кроликов развожу. А кроликами были догадайтесь кто.
В результате все дружно забастовали и наказали упрямца рублём. Вот мы и на сайгонщине.

Южная столица поразила слоёными домиками: стоящими "на попа" костяшками домино.
Даже пятиэтажные  имеют фасад не больше шести метров и полуметровые щели между стенами на всю высоту. Эдакий прянишный средневековый городок с претензией на южно-азиатскую нищету, то есть роскошь по местным понятиям.

Впечатляет дельта Меконга с ватагами расписных лодок, которые словно сошли с картин Ван Гога. За пять часов преодолели свыше двухсот миль с необычными для нас мотобайковыми пробками - и вот мы в Фан Тхьете.

Сегодня был первый выход к Океану. Пока народ собирал ракушки после ночного шторма - вьетнамский праздник урожая, сделал изобретение. Для этого начал работать как драга на дальневосточных золотоносных разрезах. Но задумка была чревата. Оценил и почувствовал это уже через час - когда кисти рук, ободранные колким азиатским песочком, припекло сердитое и едкое солнце. Но всё же на глубине полуметра успел откопать несколько колючих ракушек южных морей, которые местные мастаки пытаются втюхать за бешеное бабло.

Мои кисти пылали аж до полудня. Затем внезапно и благостно замолчали-затихли. Просто чудом не обгорел. В полдень пришла организатор наших побед Настёна. С её слов записал произношение двух десятков местных слов и выражений.

Океан как всегда божественен. Ласковый, мягкий, лукаво-приветливый. Он накрывает с головой, нежно подталкивает в спину, но не сбивает с ног, а баюкает на тёплых руках. За кромкой прибоя можно спокойно плавать, лежать на спине и наслаждаться покоем и безмятежностью. Через пару часов ветер резко усилился. На исходные позиции вышли сёрфингисты. Причём наибольшей популярностью у нас в Муйне пользуется кайн-сёрфинг.

Отчаянные ребята надевают шлемы, широкие пояса, берут доски и огромное крыло-парашют. Поймав порыв ветра, стартующий ловко вскакивает на доску среди коротких беснующихся волн. Затем он стремительно удаляется от берега, управляя своим парашютом. Как бывший яхтенный капитан понимаю, что вернуться к берегу будет непросто. Ветер своё направление быстро не сменит, поэтому придётся двигаться галсами и причаливать довольно далеко от места старта.

Надоело любоваться героями океанских просторов - отправился на массаж. Вьетнамский массаж ног не похож ни на один из тех, которые уже освоены. Вновь работа костяшками пальцев по основным болевым точкам: от подошв до бедра. Самые болезненные точки на голени, под большим пальцем и на пятке. Мастер порой доводил меня буквально до вскрика. Но в целом наслаждение было полнейшим, а ощущение полёта настолько мощным, что, наплевав на болезненные моменты, изо дня в день был готов продолжать путь нога об руку с мастером.

Забавно, но в социалистическом Вьетнаме шведский стол оказался гораздо богаче и вкуснее, чем в Тунисе, в Гоа, в Таиланде и даже на Бали. Сытно, разнообразно, великолепно. Терракота, Бунгало, Бон-бьен, Коко-бич, Сайгон-Муйне - это не имена вьетнамских богатырей, а всего лишь названия  лучших отелей на сайгонщине, хотя и звучат они словно песни. Кстати, Сайгон переводится на русский как Новгород: Новый город-столица Южного царства.

Сегодня океанский Фантомас разбушевался. Ветер наотмашь валил зацементированные кадки с зонтами, пригибал к земле молодые пальмы. Ерошил причёски у крупных деревьев. А вот карликовым пальмам - смешным пузатым бутылочкам - этот ветрило был нипочём. Одно невзрачное деревце с мелкими белыми цветами внезапно начало исходить густыми волнами медового аромата. Это пьянило и дурманило всех. Народ обступил деревце, начал принюхиваться.

Первым пунктом путешествия была гора Таку. Там находится знаменитый Белый Лежащий Будда с гигантской сансарой на груди. Его рост 49 метров, это - рекорд. Мне удалось коснуться Священного Пальца Будды - большого на левой ноге.
Швейцарцы помогли вьетам построить великолепный подъёмник. Насладились полётом над морем джунглей, но обещанных обезьян не встретили. Зато своей тихой внутренней силой порадовал могучий баньян в три обхвата.

Во время войны из-за статуи Лежащего Будды американцы не решились бомбить гору Таку. Этим сразу же воспользовались вьетнамские партизаны: свободная от бомбёжек зона пригодилась и для размещения радара, и для одного из партизанских штабов. Ох, уж эти неистребимые вьеты.

Настроение у всех, кто забрался на гору к Будде, приподнятое и в меру торжественное. Можно сказать, ликующее. Пронзительнные крики живности джунглей вспарывают тишину. Благостно. Дивно. Светло. Уходить долго не хотелось. Но и остаться нельзя.

Следующий переезд - к горячим источникам Бинь Чао, находящимся на изломе земной коры. Сначала основательно прогрелись. Жирно намазались иссиня-чёрной грязью с эвкалиптом. И стали чем-то напоминать древнейших жителей этих мест. Их прародители: государь-дракон Дык Лонг (хранитель уникальной бухты Ха-Лонг) и мифическая птица Фукуок разделили племена своих детей примерно пополам: на племена горных людей (племя лат со столицей Да Лат) и племена людей на равнинах, из которых и происходят современные мыонги и вьеты.

Вылазка в город художников Да Лат. Подъём в пять утра. Автобус в шесть. Получил сухой паёк - и вперёд. В уютном ресторанчике рискнул-таки отведать лягушатины на гриле. Главная фишка - в соусе. Мне принесли сразу двух прожаренных и аппетитно похрустывающих лягух. Скажете: сумасшедший, но ведь вкуснятина. А их шкурки, которые были похожи на куриные, оказались не по мне. Таким образом, мясо страуса и квакушек попробовал. Мне осталось отведать местные ракушки и ещё кое-что. 

Замечу, что экскурсионные программы в такой дивной стране как Вьетнам совершенно сырые и не проработанные. В этом в очередной раз убедился, очутившись на экскурсии в Да Лат. Честно говоря, этот вояж доброго слова не стоит. А позор за двадцать километров разбитых дорог, перерытых в мирное время воронками авиабомб, несмываемым пятном ложится на местных деятелей, которые уютно обжили райкомовские хоромы в каждом вьетнамском городишке.

Я недоумевал: откуда вечером буераки, когда утренняя дорога в Да Лат была вполне сносной? Оказалось, что это собака-водитель в сговоре с гидом из страха перед пустынным ночным шоссе повёз обратно просёлочной дорогой. Вот сволочи. Протащили нас через колдобины всех деревень. И мы только чудом не обблевались прямо в автобусе. Ну да ладно. Бог им судья. Пожалуй, только две точки этого вояжа затронули душу.

В Да Лате побывал в удивительной гостинице "Пещера тётушки Ня" или Крези-хаус. Необычный внешний вид и внутренняя отделка несли в себе дух Сальвадора Дали и Гауди. Где-то на уровне трудно уловимой суггестии. И неудивительно. Хозяйка - миниатюрная женщина с изящными движениями и утончёнными манерами. Мечтает завершить главное дело жизни - удивительную гостиницу, которую она задумала, спроектировала и начала возводить. Ныне это - полудостроенный сказочно-мистический дворец-замок.

В штате отеля дюжина человек. Шестеро строителей и шестеро в обслуге. Действуют десять номеров. Один-два из них постоянно свободные: по слухам в них живут привидения. Сделанные в отеле фотоснимки дают слабое представление об уровне адреналина и кураже, которыми выстреливает эта таинственная точка планеты. Среди тенёт, паутинок, ощерившихся пастей, жирафов Дали, сталактитов и при солнце-то больше часа тут не выдержишь. Хоть я и не слабонервный.

А уж за ночку-другую счастливец-постоялец точно поседеет. Глотком свежего воздуха показался 26-метровый белоснежный Будда в двух шагах от Крези-хауса.
В конце соседней кривой улочки началась восхитительная Историческая деревня. Здесь местные девушки вышивают картины шёлком, играют на национальных музыкальных инструментах.

Одарённые девушки, да? Я так же подумал. Когда присмотрелся: и вправду умелицы-мастерицы. Работают шёлком по шёлку. Специальная художница рисует картину-основу: само по себе произведение искусства. Нежно-сиреневые лотосы, сценки деревенской жизни, букеты цветов, портреты стариков и детей. И конечно же тигры, тигры и тигры. По бо-о-ольшущей куче гринго-рублей за пасть. Хотя во Вьетнаме знаю лишь одного белого тигра. И то по легенде.

А у этих сверкают жёлто-зелёные глаза, отточены и полу-вонзены когти, видна каждая шерстинка. Зверь бросается вам на спину прямо с полотна. Стоит только не обернуться на треск ветки или шорох раздавленного сухого листка. Бродил среди этих шёлковых джунглей и нечеловеческих шедевров будто во сне. А может быть Да Лат и есть вещий сон предстоящего тигриного года?

Сегодня мы отказались от океанской прогулки. Штормит так, что кроме морской болезни Нептун не обещает никакого дополнительного удовольствия. К тому же эта экскурсия не обозначена ни в одном проспекте, что именно во Вьетнаме настораживает и весьма напрягает. Аналогичное уже было с нашими неосторожными коллегами, которые планировали мотнутся на пару дней самолётом в Кампучию - побывать на грандиозном храмовом комплексе Ангкор Ват.

На естественные вопросы о расписанной по дням и часам программе, о визовой поддержке (всё-таки вояж в другую страну) организаторы лихо ответили, что все вопросы они всегда решают с лёту на месте и чтобы горе-туристы ничем не заморочивались. Но становиться жертвами и заложниками такого разгильдяйства не захотел. Решил, что сегодня гораздо лучше в рамках здорового образа жизни позагорать и поплескаться в бассейне. Затем рванул по посёлку за край ойкумены. Оказывается, и там теплится жизнь.

Знаменитый вьетнамский Сад цветов раскинулся на берегу озера Ксуангхыонг.
В волшебную долину спускаюсь по крутой и извилистой тропке, выложенной причудливыми камнями. Первая остановка - у огромной бронзовой статуи чамского богатыря, трубящего в рог. Он украшен набедренной повязкой и попирает ногой поверженного, воображаемого врага.

За спиной богатыря - ревущий водопад. Такая Ниагара в миниатюре. Напомню: древнее государство Чампа существовало на территории Вьетнама со 2-го по 15-й век н.э. Чамы исповедовали индуизм, считали своих королей реинкарнациями богов и возводили в их честь великолепные храмы. Единственный прекрасно сохранившийся до наших дней храмовый комплекс Поклонгарай - самое известное и почитаемое место современных чамов.

Тропинка, прихотливо извиваясь среди древних камней, ведёт дальше.
Вот, наконец, и сам сад: длинные аллеи цветов, прихотливой фантазии фонтаны, поляны роз, оранжереи с орхидеями изумительных расцветок и беснующихся ароматов.
Впечатлил лягушатник: огромный фонтан-бассейн, в центре которого восседает супер-лягуха в кругу многочисленной родни размерами поменьше.

Здесь предлагают не только облачиться в национальную чамскую одежду и покататься на слонах. Впервые увидел, как организовано и проводится катание всех желающих на страусах эму. Внимательно посмотрел на процесс со стороны и воздержался.

Про тропический ливень. На горизонте слегка кучерявятся лёгкие облачка.
Поначалу ничего не предвещало водяного обвала. Но смущала подозртельная душная тишина. Все люди почему-то двигаются как бы замедленно.

Внезапно небесную плотину прорвало. Стало совсем темно. Водяные струи хлещут с какой-то неистовой бесшабашностью. Откуда эта русская черта здесь, на Сайгонщине?
Вид улиц кардинально изменился - они превратились в реки, ручейки и озёрца.
Машины медленно-мед-лен-но ползут как фантастические жуки со светящимися глазами: вода буквально скрывает колёса.

Но нет и в помине московской водной феерии, когда джипы нагло обливают фонтанами подколёсных брызг всех пешеходов на тротуарах. Во Вьетнаме всё чинно-благородно. Лёгкие бурунчики, малая скорость и какая-то восточная задушевность.
Встречные авто деликатно разъезжаются, а ливень всё хлещет и хлещет.
И вдруг всё стихает по знаку невидимого дирижёра.

Весенние ручейки и водовороты быстро утихли и сникли. Ещё час-другой мостовые остаются чуть влажными, но но от безумья ручьёв не осталось и следа. Влага, тепло и покой. А в России в это самое время всех пугают сезоном тропических ливней. Но побережье Тихого океана - это ведь не предгорья Гималаев.
По-моему, дивный сезон!

Южно-Китайское море вьеты называют Восточным, ясно-понятно почему: взгляните на карту. И догадайтесь, кого именно они так не любят? Хотя начальники-вьеты сгоряча открыли с Драконом безвиз. Ну, все наплачутся ещё от этого.
Здесь акватория Тишайшего океана. Но не Маркизова лужа, а буйство стихии.

Волны мерно колышатся, словно нехотя крадутся к пологому берегу, скрывают до последнего свою тайную мощь. В нескольких метрах от берега вода мутновата: волны будоражат прибрежный песок. Заглядываю чуть дальше - за кромку прибоя.
Изумительной чистоты вода.

Конечно, не безмятежное блюдечко Адриатики. Но что можно ждать от неистового Океана? В его пучине мгновенно скрываются и вздымаются заново вулканы и острова.
Океанская мощь движет материковые плиты, меняет контуры континентов.
А вы говорите.

Летающие рыбки. Сегодня Океан на удивление скромен и тих. Почти штиль.
Невольно вспомнилось, что мы находимся в акватории Ти-хо-го Океана.
Лёгкая прибрежная муть поулеглась, и вода стала прозрачно-зелёной прямо от берега.

Но всё же заплываем подальше. И вдруг прямо перед глазами почти на метр выпрыгнула из воды пара серебристых рыбок величиною побольше ладони.
Почему так близко от берега? Странно. Обычно это бывает вдали от берегов - посреди Океана. Ещё одна вьетнамская головоломка.

Персональный тайфун. С утра непривычное для глаза северянина диво-дивное.
На горизонте маячит корешок чёрно-синего тайфуна. Он мне знаком по телекартинке про охотников за смерчами из прокалённых американских штатов. Корешок-не корешок, воронка-не воронка. Но волнует.

Слегка крапнул дождь. Затем взыграл ветер, мгновенно взъерошив и сильно пригнув пальмы. Но торпеда прошла мимо. И слава богу. Пасмурное небо Сайгонщины обещало прохладный день, потому с ранья рванули по своим неотложным делам.
И тайфун просто спас - избежали прямого солнца. А здесь это особенно важно - почти экватор.

Белая симфония. Белоснежное, трепетное, небывалое утро. Почему белоснежное?
Оказалось всё очень просто. Сегодня с утра буквально все пальмы и кусты подшёрстка вокруг бассейна были атакованы облаками белых бабочек.

Настоящая безмолвная белая симфония длилась часов пять-шесть. Если учесть, что живут белые новорожденные принцессы всего пару дней, то их каждый час бытия примерно равен человеческому десятилетию. Хотя отчего же безмолвна?
Просто нужно было прикрыть глаза и замереть в тропической неге.

И тогда вам приоткрывалась нежная тайна. Чуткому уху сквозь мерный шёпот волн и шелест ветерка являлись тонкие звуки от весёлой карусели из тысяч тонких крылышек. Словно целая дивизия воздушных красавиц неутомимо обмахивалась изящными веерами где-то над головами.

Иногда пары бабочек дерзко устраивались со своим танцем жизни прямо перед изумлёнными лицами над гладью бассейна. Вдруг после полудня к нам привезли купаться целый табунчик - пионерлагерь вьетов лет девяти-десяти. Нашествие белых бабочек, нашествие пионеров в белоснежных рубашках - символично и красочно.

Урок Свободы и прощальный пир с ракушками. Накануне прощания с гостеприимным Вьетнамом нечаянно открыли для себя скромный местный ресторанчик "Бо Ке" на самом берегу Океана. Он совсем незаметен, но ароматен и живописен.

А ещё поразила одна нежданная встреча буквально через дорогу от Бо Ке.
Там находились огромные ванны, кишащие разнообразной морской живностью.
Положил глаз на непрерывно (словно волчата у логова) снующих малышек-акул. Потом изловчился -  и выдернул из воды одну из красавиц. Ужо возрадовался и возгордился собой. Да не тут-то было.

Если по честному, то тянуть ручонки к ней было страшновато: их у меня всего-навсего две. Потому работал только правой - толчковой. Уцепился не за головой, а где-то посредине скользко-шершавого тела. И тут началось...

Представляете винт вертолёта? Только не над головой, а перед собственным носом, на расстоянии вытянутой руки. Сколько раз за мгновенья единоборства голова акулы метнулась влево-вправо к хвосту сказать не берусь. Но ощущение было фантастическое: буквально такое, что не ты объезжаешь коня, а он взгромоздился на тя и начал сумасшедше скакать. Искры из глаз - так нещадно-неистово бит копытами. Улёт полный.

Но ведь и мы, сибиряки, те ещё упрямцы. Пальцы сжал что есть сил, до судороги.
Шершавая кожа позволяла довольно уверенно сжимать полураскрытую ладонь на акульей холке. Потому насладиться энергией, ловкостью, мощью акулы удалось сполна.

Правда, длилось всё это буквально несколько мгновений-часов-может лет.
И вдруг стальная пружина, клацнув зубами прямо перед лицом, мелькнула в воздухе и совершенно беззвучно проколола зеркало бассейна, слившись с подводной оравой своих колежанок. Вправду, суть акулы - свобода. Вы поняли это? Я понял собственной шкурой.

После такого Урока Свободы несколько тарелок вкуснейших и разных улиток проскочили совсем незаметно. Напомнили вкус белых грибов или чего-то нежно-куриного. Да! Каждый вид ракушек требовал своего соуса, здесь секрет и тайна изощрённого вкуса. Плюс кулинарное мастерство верных детей Океана - вьетов.
Словом, хом сай - хом вэ!

Недавно на мой любимый Вьетнам обрушилась беда: январский безвиз с Китаем.
Рядовые вьетнамцы на мгновенье пригорюнились, почесали репу, горько улыбнулись.
Ведь это управители двух стран из стратегических соображений о чём-то там условились. В результате закрываются сувенирные лавки, медицинские и массажные кабинеты: у многочисленных туристов из Поднебесной такого добра выше крыши: всё-таки современная мастерская мира! А туристы из иных стран просто не в счёт. Увы.

Мимолётно просвистел очередной тропический ливень. Буквально несколько мгновений - и я понял, почему именно вьеты изобрели бальзам Золотая звезда: непонятно откуда понавылазила и мгновенно пристроилась к молодому телу микроскопическая кровососущая сволочь.
Местная и наглая.

Причём эту вражину было совсем не видно. Враг вездесущ. Прожорлив. Настырен и неуловим. Ты внезапно взрагиваешь. Остервенело бьёшь ладонью самого себя, но попадаю в пустоту. И что? Всё равно весь покусан.

Завершающим снимком было фото говорящего индийского скворца под Эйфелевой башней из цветов. Полный шизе. Но одновременно и намёк на то, что пора уделить внимание и бодрой старушке Европе.
В общем, прощай, Вьетнам. Я полюбил и люблю тебя, жаркий, роскошный край.