Дедушка

На днях я посмотрела передачу с Николаем Дроздовым  и очень ярко вспомнила своего дедушку. У него были такие же добрые глаза, открытая и нежная улыбка, полная любви ко всему живому.  Мой дедушка покинул этот мир три года назад, в холодный январский день. Но он навсегда останется в моем сердце. 

У дедушки Андрея были очень чистые, прозрачные голубые глаза – как будто две капельки ясного весеннего неба. Почти всегда был одет в голубую или синюю рубашку, которая выгодно подчеркивала редкую красоту глаз. С возрастом его волосы стали седыми, и их серебристый оттенок только украшал его, красиво гармонируя с цветом глаз. До самого конца жизни он всегда оставался стройным, подвижным и легким на подъем. Сейчас, разбираясь в аюрведе, я сказала бы, что у него была выраженная вата-конституция.

Андрей Федорович был родом из Нежина, небольшого старинного города в Черниговской области, известного «нежинскими» огурцами и университетом, где учился Гоголь. Как-то в школе мы ездили на экскурсию в этот университет. На меня он навел глубокую тоску – в группах с английским языком учились только девушки, и сама атмосфера крайне сонного и маленького города не предвещала веселой студенческой жизни, скорее напоминая монастырь с лингвистическим уклоном.

По материнской линии у дедушки была совсем неукраинская фамилия Каламбет. Оказывается, в Нежине была довольно большая греческая колония. Так что, возможно, во мне течет греческая кровь, хотя по внешности этого не скажешь.

Дедушка Андрей всегда искренне радовался жизни и был полон оптимизма. Несмотря на то, что у него была очень тяжелая жизнь. Он очень рано потерял мать, а старшего брата убили фашисты во время войны. Его воспитывала тетя. Детство пришлось на нищету и на войну. Но при этом он всегда искренне улыбался и радовался миру.

Он очень любил все живое – цветов, птиц, деревья, животных. Каждую зиму он кормил птиц на балконе, специально покупая для этого семечки и другие зерна. На заднем дворе их дома был выделен небольшой участок земли. Там он выращивал нежные желтоватые нарциссы, ароматные розовые гиацинты, красноголовые тюльпаны (которые у меня неизменно ассоциировались с 1 мая и демонстрацией). Также сами по себе там росли «золотые шары» и  другие прекрасные цветы. Когда я была совсем маленькой, мы с подружками и друзьями практически жили на заднем дворе, среди теплой земли, благоухающих цветов и ароматных кустарников смородины и нуги. Когда у нас появилась дача, то этот маленький уголок детского рая, к сожалению, пришел в запустение, и осталось только несколько фруктовых деревьев.

До того, как мне исполнилось 12  лет, наша семья жила в одной квартире с бабушкой и дедушкой. Было тесно и, вероятно, очень неудобно нашим родителям (родители, я и маленький брат жили в одной комнате), но при этом я как ребенок чувствовала себя очень счастливой в нашей большой семье. Дедушка очень любил фигурное катание и футбол, и он приучил меня смотреть соревнования по телевизору.  Уже в три года я смотрела чемпионат мира по футболу и помню глубокое, до слез, разочарование, когда на чемпионате мира сборную СССР засудил арбитр, и она с треском вылетела из дальнейшей борьбы.

Андрей Федорович был военным, и по воле судьбы принимал участие в подавлении антисоветстких восстаний в Венгрии и Чехии. Хотя непрямое, лично он никого не убивал, но присутствовал в составе советских войск. По иронии судьбы, несколько десятков лет спустя именно в Венгрии и Чехии я принимала участие в семинарах и презентациях на тему демократизации, где много говорилось про эти неудавшиеся попытки освобождения от советского ига. В парламенте Будапешта была целая выставка памяти венгерского восстания с фотографиями погибших. Я виновато опускала глаза и думала - знали бы вы, что мой дед имел непосредственное отношение к вашей трагедии, то вы бы меня не пригласили бы на этот семинар. Но в данном случае он не был виноват, туда его послала страна. Да и он верил в торжество коммунистической идеологии. 

В детстве у нас с ним был только одно серьезное разногласие. Я была по уши влюблена в певца Валерия Леонтьева и не пропускала ни одного концерта с его участием. Помню, иногда сидела целыми вечерами и смотрела все передачи подряд, чтоб только увидеть на несколько минут его лицо. Такое любовное помешательство удивительно, поскольку тогда я была совсем еще маленькой, меньше десяти лет..  Дедушка же называл Леонтьева не иначе, чем «мракобесом» – не знаю, чем тот заслужил такую его нелюбовь. На этой почве я не раз на него обижалась до слез.

Одним словом, дедушка Андрей был очень светлой душой, никогда не плакался и не жаловался на жизнь, и нам всем есть чему у него поучиться.