Утро в сосновом лесу. Понедельник

Сосновый лес был повсюду. Он начинался прямо от моего дома в крошечном городке. Дома в нём построили солдаты строительного батальона, которые на них учились своим строительным специальностям с соответствующими последствиями для жителей этих домов.

В городке была только одна улица, а на ней - очаги культуры: библиотека в одной из квартир первого этажа, кинотеатр, где каждый фильм шёл неделю, а то и две,
 
дом культуры - в нём изредка бывали концерты: приезжали на заработки тогдашние знаменитости, и ресторан «Утёс» - самое посещаемое холостяками заведение, славившееся котлетами «Букурия».

Средний возраст обитателей городка составлял тогда двадцать шесть - тридцать лет, подавляющее большинство - с высшим образованием: отличники, направленные по распределению.
 
В рабочее время все дружно ковали оружие для победы над потенциальным противником, а в свободное время мучились извечным русским вопросом: «Что делать?»  Поэтому единственную улицу назвали проспектом Чернышевского.

Женатых  одолевали другие вопросы, потому что в единственном продовольственном магазине имелся только стандартный набор: дрянное молдавское вино, колбаса по два двадцать и каменные пряники, не уступавшие по твёрдости граниту ленинградских набережных.

Все сидели, опустив головы, читая резолюции шефа на документах, которые кипами лежали на столах. Каждый молчал о своём. Распахнулась дверь, и в комнату влетела конструктор 1 категории из восьмого отдела. Под глазом у неё светился здоровенный припудренный фингал.

 «Виктор Васильевич, - рыдающим голосом обратилась она к коллеге, - зачем вы сказали мужу, что я целовалась с Прохоровым на балконе?». Все подняли головы.

Капитан-лейтенант Виктор Васильевич устало посмотрел на неё красными, как у кролика,  глазами -   живой иллюстрацией к блоковской «Незнакомке».

Уткнувшись в документы, он до прихода конструктора 1 категории размышлял, разводиться ему или нет, с женой, которая наотрез отказалась ехать из Севастополя в «дыру» на Южном Урале.

 «Я сказал твоему придурку, что ты на балконе, когда он тебя искал. А что и с кем ты там делала, понятия не имею. Всё, иди, видишь, мы работаем», - он потряс пачкой документов у неё перед носом.
 
Конструктор 1 категории вышла, громко хлопнув дверью.  Все опустили головы и снова погрузились в бумаги.

Дверь снова распахнулась. Вошёл, хромая, капитан 3 ранга Борис Николаевич, заводской военпред, и сразу направился к графину с водой. «Что у тебя с ногой?», - поинтересовался я.

 «Да вчера жена и сын принесли ежа, бегал около подъезда. Ночью встал попить, думал мячик, поддал ногой, колючки прямо под ноготь. Сегодня выброшу эту...»,- тут он назвал ежа нехорошим словом и почему-то женского рода.

«Подари мне его», - попросил я. «Ладно», - согласился Боря, - «Готовь стакан, вечером зайду». Все опять опустили головы и принялись за документы.

Дверь вновь с шумом распахнулась. "Да что же это такое, не дают работать!" - возмутился капитан-лейтенант Ростислав Александрович, который обдумывал шансы на победу в очередном туре команды «Динамо» - Тбилиси,  но сразу замолчал.
 
Вошёл зам. начальника управления из Москвы.

За ним шла свита: районный инженер и старший военпред. «Товарищи офицеры!», - скомандовал районный. Все встали, застёгивая пиджаки. Мы ходили в гражданском, чтобы коварный враг не догадался, чем тут занимаются. «Товарищи офицеры!»,- разрешил сесть контр-адмирал.

У вошедшей троицы было хорошее настроение и раскрасневшиеся лица. Они успели хорошо позавтракать на даче главного конструктора, которая почему-то считалась общей профсоюзной.

«Ну, чего приуныли, орлы?», - задал контр-адмирал идиотский вопрос. Не получив ответа, спросил Глеба Сергеевича, бывшего командира БЧ-2 атомной подводной лодки, недавно назначенного младшим военпредом, - «Ну, что, Глеб, квартирный вопрос решён?».

«Так точно, товарищ адмирал, получил двухкомнатную квартиру», - ответил тот. «Так чего такой мрачный?», – не унимался начальник.
 
«Да эти, стройбатовские …,- проглотив последнее слово, возмущённо сказал Глеб Сергеевич - вместо холодной подсоединили к туалету горячую воду, и где их теперь найдёшь?».

«Есть из-за чего расстраиваться - удивился контр-адмирал - так даже гигиеничней».

Но в этот момент в комнату заглянул зам. главного конструктора и сообщил, что все собрались в кабинете начальника КБ и ждут военных. Адмирал махнул нам рукой, чтобы не вставали, и вышел со своей свитой.

Откуда было знать столичному небожителю, что горячую воду в нашем городке давали только один раз в неделю.