Рассказ на конкурс по миру ВШНБ, часть восьмая

15
Процессия остановилась в небольшой снежной ложбине. Из за-за которой с высоты расположения Вавилона было невозможно что либо рассмотреть. Никаких патрулей или разведчиков город не выставлял, поэтому опасаться было практически нечего и некого.
Стараясь соблюдать банальный режим тишины, Леонид Николаевич собрал небольшой военный совет. На котором в пару коротких предложения сложилась вся простая тактика предстоящего боя. Состояла она примерно в том: спускаем сани со взрывчаткой к стене, направленным взрывом сносим стену, а после этого, когда большинство людей внутри будут в замешательстве и панике, пробиваемся в Вавилон и устраиваем кровавую баню.
Всё гениальное просто. Данный план не сверкал тактическими излишествами, но при том был максимально эффективен. Леониду Николаевичу как жёсткому военному человеку, многие годы прожившему в состоянии «маленькой войны», в плане тактики вряд ли кто нибудь бы составил конкуренцию и предложил более рациональный план. Если брать в расчёт, что большинство его сегодняшнего отряда о тактике ведения боя слышали впервые, других вариантов не могло и быть.
После совещания Леонид Николаевич и четыре старших по чину мужчины, вместе с ним поднялись на пригорок, дабы оценить масштабы, рельеф местности и точку откуда можно было спустить сани, так чтобы они упёрлись в самую слабую точку города.
На всё про всё ушло каких то пять минут. Каких либо изменений в конструкции стен Вавилона за последние пару лет внесено не было. Следовательно какое либо представление уже сложилось и пятёрка тактиков лишь ещё раз убедилась в своих планах.
Спустившись вниз Леонид Николаевич коротким взмахом руки пригласил всех на короткий диалог. Те кто стоял ближе всех мгновенно обступили вождя, те же кто стоял позади и возможно не видел начала манёвра, довольствовались местами в «партере». Я попал примерно на середину человеческой массы.
Немного отдышавшись, словно глава пробежал стометровку пытаясь установить рекорд, Леонид взял слово. Скорее всего короткая пауза и пару тяжёлых вздохов были нужны для более детальной проработки построения диалога.
Ну что сынки? - Первые слова были сказаны не громко, но так чтобы их слышал почти каждый собравшийся. Словно удостоверившись в правильности выбранного тона, Леонид Николаевич продолжил. - Планы не поменялись, всё остаётся так как и было запланировано. Ждём взрыва, это и будет сигнал к атаке.  Есть у кого нибудь вопросы? Не стесняйтесь, важна каждая мелочь. - Повисла тишина. Подождав не многим больше двадцати секунд, Леонид Николаевич подал последние распоряжения. - Ещё один момент, мужики. Спускаться лучше всего будет на санях или лыжах, если хорошо оттолкнуться от края снежной горы. Это и намного проще и быстрее. Избежим не нужных потерь. Всем всё понятно? - задал последний вопрос командир вооружённого отряда мстителей.
Большинство собравшихся закивали, особенно активно трясли головой первые ряды. Но откуда то издалека, метров за пять от меня прозвучал вопрос:
Все не влезут в сани, их слишком мало, как быть остальным? - очень толково и чётко поставленный вопрос заставил на немного призадуматься Леонида.
Можно использовать линолеум, которым покрыты несколько саней, возьмите его и скользкой стороной опускайте в снег. - Выступающий глава весело усмехнулся. - Я даже видел как у нас детишки с горок таким способом катаются. Тряхнём стариной. - В последнюю фразу Леонид Николаевич вставил бодрые, весёлые нотки и даже задорно мотнул головой, словно отряхиваясь после холодного душа.
Больше вопросов не последовало. Люди ждали последней команды. Команды к действию.
Долго ждать не пришлось, командир отряда Вандалов взмахнул рукой со словами:
С Богом мужики. Ведь где то он есть, ещё не покинул этот мир. И пусть нам улыбнётся удача.
С Богом, - вторили ему лишь некоторые мужчины, которые по настоящему не утратили веру.
С Богом, - тихо сказал я. Возможно где-то я был не прав и сказал много лишнего, а напридумывал ещё больше. Но слыша такие слова от взрослого человека, лидера многих выживших, понимаешь, что ещё ничего в этой жизни не ясно и лучше прожить её до конца, дабы увидеть чем этот бардак наконец закончиться.

16
Жеребьёвки или конкурса кому тащить сани и закладывать взрывчатку не было. Выбрали парней поздоровей и попроще, хороших исполнителей со стальной выдержкой. Как к ним попал я, ума не приложу. Леонид Николаевич просто указал пальцем в мою сторону когда было нужно четыре добровольца, в помощь взрывотехнику. Никто из этой четвёрки не отказался, включая меня.
Дотащить сани до края холма и посильнее толкнуть вниз в правильном направлении — вот все не хитрые телодвижения которые требовались от нас. То что сейчас происходит и какую ответственность мы несём, доходило лишь до меня и взрывотехника. Возможно эти сани станут причиной смерти десятков а то и сотни людей, одним махом. И каждый из нас станет настоящим серийным убийцей. Но мы просто делали то что должны, не думая о жертвах и будущем, потому что его у нас просто нет.
Время не тянулось бесконечно, не казалось что каждая секунда растягивается на час. В мгновение ока мы водрузили тяжёлые сани на снежный бархан, с которого открывался вид на Вавилон. Город обнесённый кирпичным саркофагом, в целях защиты от оружия и сбережения от холода.
Поджигать длинный фитиль выпало мне. Сапёр просто сунул мне в руки бензиновую зажигалку и под нос конец фитиля. Как обращаться с зажигалкой я знал. С третьего раза получилось добыть огонь. Конец шнура, похожего на верёвку не загорелся сразу, а лишь когда достаточно прогрелся изошёлся искрами, словно бенгальский огонь на новогоднем празднике. Конец бросили свисать на краю саней, чтобы не произошло непредвиденных обстоятельств, в виде детонирования заряда. Постепенно нарастая темп и медленно раскачивая платформу, пустили её вниз по склону, в момент максимально приложенного усилия. Сани резво покатили вниз, унося на себе коричневую массу, немного похожую по консистенции на пластилин.
Гора была достаточно высокой, чтобы момент максимального разгона оказался очень высок. С высока было видно как на огромной скорости сани впечатались в стену. Казалось что ещё немного и стена бы рухнула, от такого тарана или вероятнее всего развалились сани. Но всё прошло как и было запланировано. Взрывчатка упёрлась в стену левее огромных ворот, которые одним своим видом внушали непоколебимость каменной конструкции.
Никто не выглянул наружу со стороны Вавилона, не открылось какое нибудь смотровое окно или система слежения. С высоты и большого расстояния всего этого разглядеть не удалось. Значит всё сработало в лучшем виде, так как было запланировано. Оставалось только ждать детонации заряда, которая перекрыла долгие томительные секунды. Не рассчитав длину дистанции и предполагаемую скорость движения взрывотехник выбрал слишком длинный фитиль, а это было чревато последствиями.
За очередным моментом раздумий из прострации меня вывел взрыв. Огромная сила заряда заложила уши и в глубине черепной коробки раздавался отрывистый писк. Куски кирпича и пласты снега полетели в разные стороны. Ещё бы чуть чуть и обломки накрыли и нас, но Бог миловал. Снежное облако вперемешку с пылью и трухой не позволяло с первого взгляда оценить масштаб разрушений. Но очень хотелось чтобы это был последний миг существования города Вавилон. Таким как они, на этой планете жить нельзя, потому как у такой нации нет будущего.
Четвёрка «подельников» после взрыва как могли собрали все силы и поплелись обратно вниз, к отряду Вандалов, которые уже во всю прыть спешили поскорее добраться до Вавилона. Я же не мог подняться со снега, будучи уверенным что всё уже закончилось и не придётся жертвовать своими людьми.
Дым постепенно рассеивался, выдавая очертания города, представляющего собой огромную кирпичную коробку, размеров с два футбольных стадиона, времён былого мира. Сначала появились стены, которые при первом взоре казались не тронутыми. Спустя мгновения туман выдал огромный провал, как раз в той стене около которой остановились сани. Надежды не оправдались, ущерб был минимален, но он позволял беспрепятственно проникнуть внутрь и устроить кровавую баню.
Я ехидно усмехнулся, поднялся на ноги и передвинул автомат из-за спины на грудь. Звон в ушах постепенно проходил. Тело наливалось неконтролируемой злобой и агрессией, как раз то что нужно.
Краткий взгляд вниз, на спешащих мужчин, позволил вычленить из общей массы Николая, с которым толкали сани ещё три человека. Отличало их лишь длинна бороды, возраст и цвет глаз. Надо им помочь, иначе не успеем к самому началу. Я максимально быстро приблизился к волокуше и вырвал из рук одного из двух мужчин, помогающих толкать сани, верёвку. С такой самоотдачей, будь воля отстающего, он бы их толкал до завтрешнего утра. Такую роскошь позволить нельзя, нужно быть обязательно первому.
Ремень верного семьдесят четвёртого Калашникова приятно отягощал шею, словно чувствуя, что скоро ему предстоит поработать. Хозяин разделял его чувство и лишь всё яростнее толкал сани вперёд.