Выход
Я сидел за столом в кухне, отпивал жидковатый кофе, машинально опасаясь капнуть на свой неудобный костюм, отгородившись рябью газетной страницы от монотонного раздражающего бормотания жены, мельтешившей за моей спиной. Жидкость в чашке закончилась. Представил обрыдшие лица сослуживцев... Встал, торопливо обулся. "Пока!" - эта женщина не любила закрывать за мной дверь.
Опостылевший ежедневный маршрут до конторы, - прекрасная работа... Лучшая, на какую ты мог претендовать! Никаких вариантов... В ожидании автобуса наткнулся скучающим взглядом на лоток с игрушками в газетном киоске у остановки. Качнувшись и остановившись, всё же подошёл и , ткнув пальцем, купил, не понимая зачем, детский пистолет-брызгалку, - Совсем как настоящий! Отвернувшись в угол остановки, распаковал и сунул в карман, чувствуя себя дураком.
В автобусе стоял, держась за поручень и закрыв глаза. Мыслей не было...
Вышел с толпой у метро. Чуть помедлив, немного шатаясь, направился к вестибюлю - точно во сне - туда, к стеклянным дверям, прямо на хмурого милиционера у входа... Каждый мой шаг менял выражение его серых глаз... Цепенея от волны адреналина, опустил руку в карман. Во рту пересохло... Вытащив игрушку непослушной рукой и продолжая движение, нацелил в испуганное лицо стража порядка... Вокруг была пустыня, и воздух звенел от тишины в остановившемся времени... Последнее, что я помню - чёрную точку, глядящюю внутрь меня. И беззвучную вспышку...
© Copyright: Яромир Горбачёв, 2011
Свидетельство о публикации №211091700961
Свидетельство о публикации №211091700961
Рецензии
«Выход»
Экспрессионистский скетч о бунте среднего человека против собственного дня. Сюжет: усталый служащий покупает «детский пистолет-брызгалку» у киоска («Совсем как настоящий!» — кавычки как приговор всей жизни), идёт с толпой к метро и наводит игрушку на милиционера. Финал — «Последнее, что я помню — чёрную точку, глядящюю внутрь меня. И беззвучную вспышку…» — оптический обрыв: дуло ствола, зрачок стража или собственный зрачок — читатель не узнает, умер герой или очнулся от мечты, и эта неопределённость работает на вещь.
Приём — монтаж без переходов: «Жидкость в чашке закончилась. Представил обрыдшие лица сослуживцев… Встал, торопливо обулся.» — кадр за кадром, без связок; киношная логика, где между планами не читается сопряжение. Психология передана физикой: «Цепенея от волны адреналина», «Во рту пересохло…», «непослушной рукой» — бунт как непроизвольное телесное событие, а не как решение. «Вокруг была пустыня, и воздух звенел от тишины в остановившемся времени» — точная формула предельной точки: мир обнулен до декорации, звук выключен — финал фильм.
Слабое место: средняя часть («прекрасная работа… Лучшая, на какую ты мог претендовать!») — риторика, а не фактура; и финальное «глядящюю» — орфографическая промашка, которая на такой дистанции заметна. Хармсовская логика беспощадного абсурда с кинофиналом — самый дерзкий по форме текст прозы.
Дарья Анатольевна Рощина 20.10.2026 20:42 • Заявить о нарушении
Экспрессионистский скетч о бунте среднего человека против собственного дня. Сюжет: усталый служащий покупает «детский пистолет-брызгалку» у киоска («Совсем как настоящий!» — кавычки как приговор всей жизни), идёт с толпой к метро и наводит игрушку на милиционера. Финал — «Последнее, что я помню — чёрную точку, глядящюю внутрь меня. И беззвучную вспышку…» — оптический обрыв: дуло ствола, зрачок стража или собственный зрачок — читатель не узнает, умер герой или очнулся от мечты, и эта неопределённость работает на вещь.
Приём — монтаж без переходов: «Жидкость в чашке закончилась. Представил обрыдшие лица сослуживцев… Встал, торопливо обулся.» — кадр за кадром, без связок; киношная логика, где между планами не читается сопряжение. Психология передана физикой: «Цепенея от волны адреналина», «Во рту пересохло…», «непослушной рукой» — бунт как непроизвольное телесное событие, а не как решение. «Вокруг была пустыня, и воздух звенел от тишины в остановившемся времени» — точная формула предельной точки: мир обнулен до декорации, звук выключен — финал фильм.
Слабое место: средняя часть («прекрасная работа… Лучшая, на какую ты мог претендовать!») — риторика, а не фактура; и финальное «глядящюю» — орфографическая промашка, которая на такой дистанции заметна. Хармсовская логика беспощадного абсурда с кинофиналом — самый дерзкий по форме текст прозы.
Дарья Анатольевна Рощина 20.10.2026 20:42 • Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.