Юность - продолжение

     Тётя в Москве Светку не встретила. Пришлось Светке самой добираться до Балабаново, что в Калужской области. Несмотря на страх перед большим городом, она справилась и нашла нужный дом.
   Тётушка встретила её на пороге квартиры. Недружелюбно. Жила она одна. Муж погиб на фронте, больше замуж не вышла, детей не было. Вся жизнь её была наполнена недовольством, бурчанием и какой-то застарелой злобой.
   Из деревни, откуда она была родом, тётушка взяла к себе на постой племянницу своей мачехи. Девушка была хороша собой – и фигурой, и лицом, но стеснительная и диковатая. Тётушка пристроила её на ткацкую фабрику, где сама когда-то проработала ткачихой больше двадцати лет. От постоянного гула и стука станков она стала плохо слышать, лицо её подергивал нервный тик, правая сторона губы была перекошена, а правый глаз периодически подмигивал. Она находилась на инвалидности и сидела дома. На фабрике её знали все, там даже висела её фотография на «Доске Почета».
   Племянницу своей мачехи тётушка уже успела выдать замуж – конечно, за того парня, которого сама выбрала. Этот парень, в свою очередь, периодически «гонял» и «поколачивал» жену, да и самой тётушке от него доставалось.
   Дочь этой племянницы, которая для тётушки была как внучка, – вот кто был её отдушиной. Она души в ней не чаяла, нянчилась с ней.
   Приезд родной племянницы, Светки, не очень-то обрадовал тётушку. Но, тем не менее, она предложила Светке остаться. Накануне она получила письмо от своего брата, отца Светки. Правда, брат просил лишь встретить Светку в Москве и отправить дальше, на Украину. Но тётушка решила поступить по-своему.
   Тетка, словно хищница, ухватилась за родную племянницу. Светка стала для нее очередной "жертвой", которую предстояло "удачно" выдать замуж за инженера, уже присмотренного теткой.
   После двух дней отдыха тетка повела Светку на фабрику. Экскурсия прошла на высшем уровне. Показали всё: как фабрику эвакуировали во время войны, как она работала и восстанавливалась после, все станки – старые и новые. В общем, племяннице продемонстрировали всё, а саму Светку – всем.
   Завершилась экскурсия "презентацией" самой Светки руководству фабрики. И только после этого тетка отвела ее в отдел кадров, где Светку оформили на работу. Правда, не за ткацкий станок, как раньше работала тетка, а в отдел "счета меры". Работа была несложной, но рядом находился ткацкий цех, где станки гудели и стучали с пугающей силой. Светка осталась жить с теткой.
   Каждое утро, спеша на фабрику, Светка испытывала страх. Ей приходилось пересекать ров, который всегда казался безлюдным и темным.
   Кроме Светки, у тетушки жила еще одна сельчанка – стройная, красивая, но очень хитрая девица. Светка спала с теткой, потому что на другой кровати обитала эта сельчанка по имени Тамара.
   Прошел месяц. Светка скучала по родителям и по родной Сибири. Ложась в постель рядом с теткой, она постоянно вспоминала отчий дом и всё, что с ним было связано. Тетка храпела ей прямо в ухо. Светка спала плохо. Сначала мешала разница во времени, а потом и нахлынувшие воспоминания не давали уснуть.
   Однажды, вернувшись с работы, Светка нарвалась на скандал. Тетка обвинила ее в краже дорогой вещи, хотя Светка понятия не имела, что именно пропало. Тетка не стала ничего объяснять, лишь кричала на нее с порога.
   Светка была в шоке. Она рыдала. Ее никогда прежде не называли воровкой и не обвиняли в краже. Тамара поддерживала тетку, вторя ей и стыдя Светку. Светка билась в истерике, клялась, что ничего не брала. Наконец, видя ее состояние, тетка резко замолчала, и, словно вектор перемен, весь ее гнев обрушился на сидевшую рядом и улыбающуюся Тамару.
   «А ну, Тамара, вытаскивай из своего чемодана мою вещь!» – громко и сурово приказала тетка, даже указав, где именно в чемодане лежит пропажа.
   Светка и Тамара опешили. Тамара побледнела и тут же полезла в чемодан, доставая дорогую теткину брошь. После этого случая тетка выставила Тамару из квартиры. Та, уволившись, уехала в свою деревню.
   Постепенно Светка начала обзаводиться друзьями и ходить на танцы. Танцы она любила всегда. Еще школьницей она с подругами не пропускала ни одного танцевального вечера в клубе. Сейчас были в моде "Шейк" и "Твист".
   Как-то, стоя в сторонке на танцах, Светка вспомнила свой отчий дом и клуб, и заулыбалась.
   «Пойдем, потанцуем?» – вдруг услышала она голос за спиной.
   Она обернулась. Перед ней стоял смуглый парень. «Цыган?!» – мелькнула мысль, и Светка тут же съежилась. С детства она боялась цыган. Они бродили по улицам, выпрашивая что-то у людей. Взрослые шептались и спешили увести детей. Светка вспомнила, как однажды к ним в дом забрела цыганка и, казалось, околдовала ее мать. Отец в то время тяжело болел, провел больше месяца в больнице, но без улучшений его выписали и привезли домой на носилках. Поскольку кровать была жесткой, мать подкладывала под него все подушки, какие только были в доме. Светке отец напоминал Николая Островского, который тоже, лежал неподвижно, и которого кормили из ложки.
   Как описывалось в романе «Как закалялась сталь».
   Мать не знала, что делать с отцом. И тут появилась цыганка. Она вошла в комнату, где лежал отец, быстро заговорила, махала над ним руками, а затем, сказав: «Под ним подушка плохая, с проклятиями, ее надо срочно изъять и выбросить, и тогда все пройдет», выдернула подушку из-под отца. Закончив свою длинную речь, она направилась к выходу.
   «Я сама её выброшу, уйду в поле и зарою, чтобы никто не наступил», – прошептала она и растворилась в воздухе. Отец, всё ещё лежавший без движения, продолжал оставаться в том же положении. Его стоны, порой переходящие в крики, разносились по дому, но никто не мог ему помочь.
   «Ну что, долго будешь думать? Пойдёшь танцевать?» – снова раздался голос. Перед ней стоял парень, пронзая её своими чёрными глазами.
   Страх сковал её, и она, не смея отказать, пошла. Ноги казались чужими, она спотыкалась и неловко наступала ему на ноги.
   «Ты что, танцевать не умеешь?» – он не отрывал от неё взгляда. – «У тебя красивые глаза! А нос…?! А хочешь, я тебе уши обломаю?»
   Светка не могла понять, чего он от неё хочет. Наконец, танец закончился. Внутренне она вздохнула с облегчением: «Слава Богу!» – и, не дожидаясь, пока он проводит её, бросилась домой. К счастью, дом был следующий.
   После того вечера она больше не ходила в клуб и боялась одна возвращаться домой с работы, да и ранним утром, когда она шла в первую смену на работу. Этот страх преследовал её до тех пор, пока Светка не познакомилась с сестрой того парня, цыгана. Её звали Катерина, и она тоже работала на фабрике. Вместе с Катериной Светка теперь каждый день бегала на работу. Брат Катерины перестал её беспокоить, и Светка наконец-то вздохнула свободно.
   …Прошло три месяца с тех пор, как Светка поселилась у тётки.
   Однажды, отправившись на танцы с подругами, она встретила парня по имени Николай.
   Николай подошёл и пригласил Светку на танец. Они познакомились. Весь вечер он не отходил от неё. С тех пор они стали встречаться каждый вечер: гуляли по парку, бродили по берегу реки и мечтали обо всём на свете. Он целовал её и говорил ласковые слова. Ей было всего семнадцать, ему – восемнадцать. Он должен был идти в армию. Светка была молода, и ей казалось, что её счастье ещё впереди. Она не чувствовала той всепоглощающей страсти, которую видела в фильмах, не ощущала, как сердце замирает и разум затмевается. Она лишь смеялась над его словами и уходила от серьёзных разговоров.
   «Светлана, ты будешь меня ждать из армии?» – как-то спросил Николай, пристально глядя на неё.
   «Наверное», – ответила она и продолжила идти вдоль реки. – «Знаешь, Коля, я так скучаю по Сибири. Она мне снится каждую ночь. Как жаль, что родители уехали оттуда! Жаль, что у меня нет крыльев, я бы сейчас полетела туда, чтобы хоть одним глазком взглянуть на наши просторные поля, на сады и школу». Она остановилась и повернулась к нему. – «А знаешь, Коля, я выйду замуж за того, кто захочет со мной снова уехать в Сибирь». И, засмеявшись, побежала.
   «Догоняй!» – её слова разнеслись по реке. Он бросился за ней.
   «Ну, я вернусь из армии, и мы это обсудим. Ты только дождись меня», – сказал он, догнав её и тяжело дыша.
   Через неделю его провожали в армию. Перед отъездом он пригласил её к себе домой и познакомил с родителями:
   «Мама, это моя Светлана», – представил он её матери.
   Светка смутилась и покраснела. Тут же подошёл отец Николая и тоже поздоровался с ней.
   Светка чувствовала, что понравилась его родителям: мать весь вечер суетилась вокруг неё, предлагая угощения. Пока Николай был рядом, ей было легко и спокойно, она никого и ничего не боялась. Но стоило ей остаться одной…
   …Приближалось лето. После отъезда Николая тётка засуетилась. Он ей не очень нравился. Дело было не в том, что он был непривлекателен, а в том, что тётке хотелось для Светки жениха побогаче и постарше. Она начала активно искать подходящую партию и нашла. Им оказался инженер, работавший на той же фабрике, что и Светка, и, как мечтала тётка, он был на десять лет старше. Правда, ростом он был невелик, даже ниже Светки, и к тому же пухленький.
   Но у Светки начинался долгожданный отпуск. Она с нетерпением считала дни, оставшиеся до встречи с родителями, которых не видела уже целый год. Её брат, Шурик, тем временем учился в украинской школе. Учился он неплохо, но украинский язык, «мову», давался ему с трудом, и по этому предмету у него стояла единственная двойка.
   Мальчик постоянно плакал и не хотел больше учиться в этой школе. Учительница успокаивала родителей: «Не волнуйтесь, на следующий год он всё исправит. Главное – не отправляйте его пока никуда».
   Сашка был любимцем не только учителей, но и всех учеников, особенно девочек. Несмотря на юный возраст, он был очень красив – сказывалось турецкое происхождение бабушки, на которую он был очень похож.
   Однажды в гости приехала старшая сестра Светки, Людмила. Увидев, как страдает Сашка, она решила забрать его к себе.
   Светка же спешила в отпуск. Ей не терпелось увидеть родных, сестру и, конечно, Шурку. Последние годы они были неразлучны и очень скучали друг по другу. В Москву Светку провожать никто не приехал, кроме инженера, который, естественно, сам напросился.
   В Москве он сопровождал Светку по магазинам, помогая выбирать гостинцы для её родных. Светка отказывалась принимать помощь, но когда у неё закончились деньги, она всё же согласилась взять в долг. Эти проводы обернутся для неё горькими слезами, но пока она ехала в отпуск, счастливая и беззаботная, время для неё летело незаметно.
   В Украине Светку на вокзале встретил брат. Едва она вышла из вагона, как он подхватил её и закружил по перрону. Светка хохотала, вызывая удивлённые взгляды прохожих. Подруга брата, пришедшая с ним, с изумлением наблюдала за ними, а когда брат остановился, тихо сказала: «У тебя сестра – настоящая артистка!» Ему было приятно это слышать, он буквально сиял.
   До дома они ехали на автобусе. Родители и сестра уже ждали на остановке у дороги. Светка увидела, как мать постарела за год: волосы почти полностью поседели. Отец позже рассказал, что мать часто плачет по ночам в подушку – дети разъехались, а теперь ей придётся отпустить и младшего сына.
   Светка была счастлива дома, в кругу родных. Мысли о скором окончании отпуска омрачали её, но время, как назло, летело стремительно. И вот настал день расставания.
   Теперь Светка точно знала: она вернётся к тётушке лишь для того, чтобы уволиться и вернуться домой. Она решила быть как можно ближе к родителям.
   Вернувшись к тётушке, Светка немедленно написала заявление об увольнении. Это вызвало её недовольство. Тётушка ругалась, постоянно напоминая о том инженере, что очень раздражало Светку, которая не хотела слышать ни о каких кавалерах. Через две недели она уехала к родителям на Украину.
   О том, что Светку провожал инженер из Москвы, Николаю напишут в часть, причём в самых ярких красках. Светка никогда не простит ему, что он поверил сплетням, как бы он её ни умолял. Они больше никогда не встретятся, их пути никогда не пересекутся. И хотя она вышла замуж за человека, который всё-таки увёз её в Сибирь, и даже после рождения дочери, Светка ещё долго помнила Николая и думала о нём.