Герундий

 Юра Иваненко занимался с репетитором. Юра всего год назад перешел в нашу школу, а до этого изучал испанский. Но репетитор был классный, звался Александром Абрамовичем, и Юрик буквально за две-три четверти дорос до нашего уровня, а потом и вовсе стал спикать на инглише лучше всех в классе. 

Но занятия с Александром Абрамовичем все равно продолжались. Теперь репетитор и Юрик витали в каких-то своих, недоступных нашим средним умам эмпиреях. Они изучали то  Эктив и Пэссив Войс, то какой-то Сиквенс ов Тэнсис, то особенно загадочный для меня Герундий. 

…В занятиях этих прошли, как пишут в романах, годы. Мы закончили школу и бедного Александра Абрамовича с Юрикова двора прогнали. Наши с Юрой пути тоже раз и навсегда разминулись: Иваненко поступил на биофак ЛГУ, а автор этого поста решил стать писателем и для изучения настоящей жизни устроился подсобным рабочим на фабрику-кухню.

Лет через восемь, когда бывший Юрик, а теперь уже Юрий Алексеевич Иваненко учился в аспирантуре, интерес к настоящей жизни загнал меня за Полярный круг, в городок Новодвинск близ Архангельска. Жить в городке было настолько скучно, что я решил с горя заняться английским.

Первую страницу своей первой книги – повести Фенимора Купера «The Bravo» я читал ровно сорок восемь минут и выписал сорок четыре незнакомых слова. Дальше дело пошло веселее: я перемог «Вини Пуха» с «Алисой», «Старика и море», «Аэропорт», «Treasure Island»  и, наконец, – как символ полной победы над басурманами – безо всякого словаря, вытянувшись на диванчике прочел «Историю Пенденниса» Теккерея.

Правда, до финала этой двухтомной «Истории» я все-таки не добрался: пришла пора ехать в отпуск. В течение этого длинного отпуска, превратившегося в сплошную полуторамесячную пьянку, я вновь пересекся с Юриком. При этом я с удивлением выяснил, что Юра английский знает не очень.

Во время очередной оргии, немного, конечно, при этом желая показать другу детства, что, не взирая на все многолетнее изучение настоящей жизни, я все же не лаптем щи хлебаю, автор этих заметок крикнул ему:

– Give me a kettle !

Юра на эту фразу не прореагировал. Я сначала решил, что Юрик, как истинный англичанин,  игнорирует фразу без «please» , но потом таки выяснилось, что он просто не знает значения слова «a kettle».

С тех пор прошло лет двадцать. Часть этого срока Юрик прожил в Соединенных Штатах, где, надо так полагать, чуток подтянул свой английский и теперь его вряд ли смутишь простым кухонным чайником.

Ваш же покорный слуга английскую мову забыл совершенно и не только не сможет сейчас читать Теккерея, но даже вряд ли вспомнит без Гугла, что такое Герундий.

ПРОДОЛЖЕНИЕ В "НИ ДНЯ БЕЗ ТОЧКИ"