Азбука жизни Глава 3 Часть 5 Пробуждение

Глава 3.5. Пробуждение

Вересов под предлогом занятости оставил меня у квартиры Головина. Вёл он себя сегодня подозрительно.

— Входи, наша красавица! Очень идёт тебе этот небесный цвет, — щедро одаривает меня комплиментами Головина.
— Мария Михайловна, мы сегодня летим в Сен-Тропе?
— Да! Но тебе надо сначала поговорить с Серёжей. Я накрыла стол в гостиной. Николай вчера привёз замечательное вино.
— А вы с нами не посидите?
— Нет! Прогуляюсь по магазинам. Ты меня своим видом вдохновляешь — хочется купить что-нибудь новенькое.
— Удачи! А ты чему улыбаешься, Серёжа?
— Ты сегодня ослепительна.
— Спасибо... Но глаза у тебя грустные. Рассказывай! Вересов привёз меня к тебе, и я чувствую, что за этим что-то стоит.
— Меня до сих пор потрясает, как ты всегда могла собой владеть. Я и представить не мог, что в таком хрупком создании заключено столько нравственной силы.
— Иначе бы не выжила.
— Не знаю, с чего начать…
— Может, и не стоит? Хотя я догадываюсь, что Вересов тебя к этому разговору подготовил.
— Он тебя любит. А я... Как же я виноват перед тобой.
— Вы всё добиваетесь от меня правды?
— Мне мучительно хочется понять, насколько я перед тобой виноват, Вика.
— Да я никого и не виню. Как, впрочем, никогда не осуждала и тех, кто пытался меня унизить.
— Вот об этом я и хотел узнать подробнее. Даже Эдуард не разглядел в тебе ту незащищённость... Почему же ты все эти годы молчала?

Серёжа говорит с отчаянием. Чего они все от меня хотят?!

— Не требуй от меня того, что я и сама не могу до конца понять. Володя ждёт откровений, но я могу сказать одно: какое же это счастье — родиться женщиной.
— Хорошо хоть, что Марина даже не подозревает, что тебе пришлось пережить без неё, когда ты оберегала Ксению Евгеньевну.
— Не кори себя. Если я и не сошла с ума среди всех этих недобрых людей, то только потому, что знала: где-то есть ты, бабушки, дядюшки, дедушка. И я благодарна Эдику за то, что он не высказал мне своих догадок. Я понимаю, что он куда больше понял обо мне, чем я сама. Помнишь, на пляже, он, наблюдая за тем, как женщины к нам липнут, сказал тогда Владу: «Не думаю, что им поможет любой психолог»? Когда я появлялась с вами, ребятами, я всегда вызывала у них раздражение.
— Но это же закономерно, при твоей-то красоте!
— Особенно если учесть, что я в себе её не замечала. Для меня все люди красивы, если только они не нравственные уроды. И ты, наверное, уже догадываешься, почему мама так спешила увезти меня после школы от тебя…
— И от других поклонников. Но она и сама не понимала, на что тебя обрекает.
— Не знаю… Скорее, она боялась, что я, находясь рядом с тобой, так и останусь надолго ребёнком, видя в тебе лишь старшего друга.

Серёжа посмотрел на меня с такой болью и отчаянием, что стало трудно дышать.

---