Письмо 9. Я тебя жду

Убивать легче, чем умирать, надо только не бояться смотреть в глаза мёртвым. Когда ты привыкнешь к чужим смертям, к виду и запаху крови, к хрипам и стонам корчящихся в агонии тел, твоя собственная станет ближе ещё на один шаг и ты почувствуешь её тяжёлое дыхание за спиной. Я убивал, и не раз, я был солдатом - и нет ни мук совести, ни слёз, ни рвоты. Мне не снятся кошмары по ночам, не стоят перед глазами мертвецы.Разве что, кровь стала совсем холодной и даже летом замерзает в пальцах. И люди боятся заглянуть в мои глаза, приходится прятать их за тёмными очками, прятать леденящее душу одиночество убийцы. Никто не устоит на краю этой бездны, никто не вернется назад.

Словно заворожённая, ты смотрела в мои глаза, а потом взяла с меня слово, что я убью тебя, когда ты попросишь. Тебе было двадцать лет и ты хотела умереть молодой и красивой, счастливой, влюблённой и любимой и неведающей печалей и забот. Мы гуляли с тобой по крышам многоэтажек и пили портвейн из бутылки, глядели в ночное небо и считали звёзды и любовались огнями внизу. Ты стояла на самом краю, наклонившись над пропастью улицы, а я держал тебя за руки ...

А, однажды, полгода спустя, ты сказала: "Отпусти меня, пожалуйста!" и я отпустил. Ты падала лицом вниз, не проронив ни звука и не шевелясь, раскинув руки, как птица - крылья, становясь всё меньше и меньше, всё дальше и дальше от меня, пока не исчезла в темноте навсегда.
 
Кровь проступает на бумаге, когда кончаются чернила. Смотри - я режу твои руки лезвием бритвы: послушное умелым пальцам, оно погружается в тело, не причиняя вреда и боли, и разверзается тонкая кожа, края раны расходятся, как бы призывая еще один поцелуй - губы в улыбке. Мясо уже не чувствует даже холодеющей стали. Вена, словно завернутая в белёсый целлофан, и - "Н-н-на!" - горячая кровь бежит по холодной руке.
Ванная медленно, до краев наполняется красным и ты, лёжа в густой воде, смотришь, как бархатистые струи играют и клубятся сквозь блики от лампы. Целую вечность смотришь и никакая мысль уже не тяготит твою голову. Только багровеет на глазах вода и блики лампы тускнеют в мозгу. Дыхание постепенно слабеет и когда замечаешь это, думаешь:"Умираю." И совсем не боишься. Становится чуть жарко и лоб твой покрывается мелким бисером пота. Тело охватывает слабость и истома, дышится легко и незаметно, но ты не чувствуешь удушья. Только глаза перестают замечать, как багровеет вода и блики лампы играют на её поверхности.

Я выключаю свет.