Конец Темноты. Первый шаг

Написанное ниже - рассказ, написанный по мотивам одного из моих страшных снов.

Отречение и страх. Вездесущая проблема любого несчастного человека. Где он существует, если не в своем разуме? Его глубокие, отчаянные фантазии зачастую приводят к суициду, к самоистязанию души и плоти. Его душа сильна так, как не сильна никакая другая. Только познавшая боль и страдания, пусть даже выдуманные, душа способна обрести истинную силу. Она готова к любому удару и более того - она его жаждет. Ожидая удара, душа и разум закрываются, принимая удар от одиночества. Ожидая удара, тело носит на себе то, что вызывает удар разума, посланный через грязный взгляд чистого человека. Ожидая удара, сознание создает образы, вызывающие отвращение у самого себя. Такая душа ловит этот момент, как гоняющийся за солнечным зайчиком ребенок. И как его теряющий, конечно же. Момент воспоминания, завязанный в кошмаре и лице, повёрнутом затылком ко всему.  Такие действия побуждают сознание рождать образы и сны. Пусть это мимолетный силуэт во тьме, посетивший поле зрения по дороге за чашкой чая ночью, или же дурной сон, дающий ощущение жизни. Фантазия трещит по швам, сжимая рукой одетый в черное кошмар. Он стоит рядом со своей супругой, подталкивая вперёд своего брата. Его зовут в этом собственном мирке страхом. Его большая пасть приближается к чреву, заставляя тело упасть на четвереньки, словно зверь. Пасть открывается, вкушая воды фантазии, отошедшие при рождении. Чрево фантазии разрывается, брызги крови орошают всё вокруг. Тихий, еле слышный вздох сна тает в глубине гортани страха. Всё так, как и должно было быть. Мать горюет по упавшему во тьму сыну, а тот, очнувшись в страхе, продолжает жить, выходя из него с другой стороны. В иной, покалеченный мир. Так создаётся то, чему потом суждено быть изреченным. То, что записывается и слетает с уст, с пальцев, с бумаги и импульса. Моё воплощение, созданное из страха и сна. Оно шагает по разрушающемуся миру в новогоднюю ночь, на которую пророчили Конец Темноты.

И вот, выпавший в мир, в котором ему суждено существовать, Сон идет по странным, кривым улицам. В такт искаженности окружения шагают искаженные люди. Их невежество и отсутствие желания видеть красоту столь тяжко давят им на плечи, что они сгибаются и разгибаются, тщетно пытаясь победить Темноту. Искаженные, видя Сон, рожденный во страхе, шарахаются. Их страх в тот же миг превращается в естественную реакцию к неизвестному - агрессию. Они бросают камни, плюют своими вонючими от перегара слюнями, идут наперерез и кувыркаются назад, опрокидываясь крестом на изрисованный низкими словами асфальт. А он идет, прикрывая разбитое камнями лицо. Ему больно и темно, но это его мир, здесь он существует, и ничего поделать с этим не может. Никто не поможет, никто не даст руку помощи. И даже мрачные изгои сей реальности лишь еле заметно улыбаются и кивают ему, уступая, как бы невзначай, дорогу. Они не могут помочь ему, не могут обрести покой, окончив поиски отражения их души. Кто они без своей боли? Они станут иными, отличными от себя. Другими. Жалеть самих себя и взращивать это семя в себе - великое удовольствие, за которое приходится платить одиночеством. Такой наркотик этого стоит. Вот и сон, приоткрывая завесу пальцев, лишь через руку улыбается и смотрит в глаза им. И никому более. Однако, не только они смотрят на Сон, прошедший через истину страха. Есть тот, кто создал два пути. Изгнание и стадо. Две стороны одной монеты, на лицевой стороне которого лик общества искаженных, а на другой - число изгнанников. Никто не предсказал того, что крутящаяся века монета встанет на ребро. История не терпит парадоксов. Она сопротивляется, уничтожая помеху. Течение событий должно быть ровным, и никакой подводный камень не должен оказываться на поверхности. Не в этот раз. Судьба, завидев Сон, содрогнулась в испуге. Толкая в плечи Смерть, она вопила на ухо Концу, что разжирел и обленился в конец, осознавая, что ему уже не нужно куда-либо будет идти. И вся кривая улица, заполенная искаженными телами и мрачными душами, содрогнулась.
Они услышали звук, который раньше им слышать не доводилось. Они пропускали его мимо ушей, или не принимали во внимание. Этот звук всегда был нжным и мягким. Но теперь... теперь он был похож на вой тысячи волков. Сила его была сравнима лишь со стадом буйволов. Это был ужасный ветер. Сон шел, наблюдая за тем, как всё вокруг вздымалось и рушилось. Как кровью наливались ушные раковины. Как ломались кости упавших на землю домов. Как покидали родное гнездо большие деревья, исписанные бесполезными буквами. Поглощенная бесконечным хаосом, улица опустела. Остался лишь сон, окутанный страхом. На улице темнело. Нужно идти домой, к родным. Спать.
Ведь скоро ночь.
Так принято.
Все и я.