Шепчет осень... Миниатюра

Когда в начале августа улетают стрижи, воздух пустеет, - словно неведомый глушитель, ограничивающий все звуки и грядущая осень всё настырнее шепчет о своём приходе.
Первые пожелтевшие косы берёз, первые желтые листья в траве, … И шелест в их кронах уже не летний, - в него вплетается какая-то высокая нотка, отчего голоса листьев становятся шелестящими, тревожа память всплывающими картинами бордово-оранжевой осени.

Совсем по-другому поют и птицы, - смолкли их зазывные трели, совсем недавно удивляющие изощрёнными коленцами, и теперь нет в их стрёкотах и свистах прежней дурманящей чувственности, - так… лишь короткое попискивание или верещание при защите от агрессии или дележе случайной добычи.

А солнце... разве так оно светит? Ведь летом наполняло собою каждую незавидную былинку, листок, проникало в любую тварь, согревая и лаская лучами, а теперь? Да, вроде бы греет и ныне, но скользя, наспех, а куда не могут пробиться его лучи, прячется тень, из которой хочется вынырнуть под нещедрые лучи.

Нет, эта предосенняя пора мне не мила, - природа отцвела разнотравьем, отшумела листвой, отзвенела зазывными трелями птиц, - словно насытилась, и теперь не ощущается в ней ни страстного напряжения, ни безрассудной радости. Так, - рутина, сытая трезвость.

Но близкая осень сулит утешение. Ведь совсем скоро выплеснет она на всё, что ликовало, пело, цвело радующие глаз и душу краски мира. Только жаль, что так коротка её чарующая пора, - наигравшись колерами, с грустинкой, под мелкие затяжные дожди, смоет она свою броскую красоту и для всего живого настанут дни, полные драматизма выживания.
Но, пережив холода, всё, что выстоит, вновь подставит себя грядущей лучезарности весенних дней.