Скрипочка

     В цирке на Цветном бульваре работал  очень грустный  клоун.  У него была маленькая скрипочка. И клоун извлекал из нее  грустные звуки. Когда Лева впервые увидел это представление, он был потрясен этим клоуном, но более скрипочкой.  Леве было три годика, скрипочку ранее он не видел, только слышал. Дома тогда была одна гитара и синтезатор, на котором Лева любил наигрывать свои собственные мелодии.

     Не отрываясь, Лева смотрел на клоуна. Он даже не моргал. Казалось, что и дышать забывал.  Потом тихонько спросил меня: «Мама, что это? Что у него в руках?» Я объяснила, что это скрипочка.  «Ааа… Так это же та музыка, которую ты мне ставишь слушать на магнитофоне! Мама, купи мне такую скрипочку!» Мы ходили на это представление несколько раз.  Лева ничего не хотел смотреть. Он только ждал, когда выйдет клоун и возьмет в руки скрипочку… С тех пор каждое утро начиналось со слов «Мама, купи мне скрипочку…»  И каждый день заканчивался этими же словами. Но Лева был тогда так мал… Надо было хотя бы научить его писать. Хотя… сейчас я понимаю, что надо было тогда купить скрипочку.

    Писать он начал в три с половиной года. Справа налево и в зеркальном отображении. В четыре года научился записывать и читать  шахматные диаграммы. В пять его приняли в шахматную школу. И все это время он бредил скрипочкой. Однажды мы проезжали мимо магазина музыкальных инструментов. Лева попросил зайти посмотреть. В магазине было много интересного.  Я по глазам видела, что Лева просто растворился в этих инструментах. И, как минимум, парочку себе уже купил. Он подошел к скрипочке и присел рядом на подиум. Он не сводил с нее глаз, а вокруг него уже звучала музыка. Он сказал тихо-тихо: «Мама, давай купим скрипочку.» Ну почему я тогда ее не купила?!  Я начала объяснять, что скрипочки бывают взрослые и детские, что эта скрипочка для взрослого музыканта, что надо посоветоваться со специалистом… Лева загрустил. Он молча сидел рядом со скрипочкой, глядя в пол. Потом встал, подошел к гитаре, присел рядом и сказал: «Тогда купи гитару. Я не уйду из магазина, пока ты не купишь гитару.» Бог мой! Леве всего четыре года! И эта гитара  больше, чем он! Мои объяснения он слушать не хотел. Тогда я сказала, что пойду к машине. Он молчал. Я вышла из магазина, открыла машину, села за руль… Лева, видимо,  наблюдал за мной сквозь стеклянную стену магазина.  Когда машина слегка тронулась, он вышел на крыльцо. Я тормознула у крыльца, он спустился, низко опустив голову, молча сел в машину. Так же молча сидел с низко опущенной головой. И я вспомнила его обещание больше никогда не плакать. Тогда я предложила ему: «А давай завтра поедем в музыкальную школу! Писать ты уже умеешь! Может, тебя и примут.»  Лева оживился и до ночи в его глазах читалось только одно слово: «Музыка… музыка… музыка…»

     Но, как всегда, все испортили взрослые. Директор школы встретил нас подозрительной улыбкой. Пригласил в свой кабинет и предложил раздеться. Лева опрометчиво снял шапку и по плечам рассыпались русые кудри. И что тут началось… В директоре школы, солидном взрослом мужчине проснулся, ну, не знаю, кто - папа, дедушка… Он вдруг резко изменился, стал сладким и текучим, как патока и бесконечно повторял: « О, какие кудряшки! Сю-сю-сю… О, какие реснички… Сю-сю…» И все. Он пропал для Левы, как партнер. Директор просил Леву спеть. Но было поздно. Директор начал упрашивать. Лева сказал: «Пусть мама поет!». Директор продолжал настаивать. Лева серьезно сказал: «А если будете упрашивать, то я сейчас кину  чем-нибудь». Директор засмеялся и сказал: «Ну, вот видите, какие вы еще маленькие. Для начала  научитесь писать…» Лева строго ответил: «Писать я  умею. Но это уже не имеет никакого значения. Пойдем, мама.»

     Сказать, что Лева был сильно разочарован – не сказать ничего.  Он затаился и  эту тему больше не поднимал. Но музыка жила в нем, вокруг него… И спустя год я повела его в детский досуговый центр, там был музыкальный класс. Но Лева только заглянул в класс, увидел пианино и учительницу, встретился с ней взглядом и резко повернул назад: «Пойдем отсюда!». Спустя какое-то время я нашла учительницу, которая согласилась приходить к нам домой и обучать Леву игре на синтезаторе. Три-четыре занятия он добросовестно учился, а потом сказал, что ему неинтересно. На этом и закончили. Потом я нашла учительницу, которая приезжала к нам домой и учила Леву играть на гитаре. Лева учился уже в шестом классе, мы купили новую гитару и начались занятия! И это было то, что нужно!  Она поставила ему руку и научила играть перебором. Через три месяца Лева уже играл, пел и мог сам подобрать свои любимые  композиции.

     Прошло пять лет… Сейчас у нас дома две акустики, две электрогитары, бас, синтезатор, множество национальных инструментов из разных стран, эпизодически появляется ударная установка…  Лева играл уже в разных группах, они выступали с концертами и в каких-то клубах. В этом году он поступил в университет и первым делом выяснил, что в группе семь человек играют на гитарах, чему был очень рад. Снова появились мысли создать свою группу.

     А скрипочку я ему все же купила! На день рождения в пятнадцать лет. Правда, перед этим зашла в музыкальную школу в Марьиной Роще, поинтересовалась перспективами… Сказали, что поздновато, но в истории есть разные случаи…