Дурак

ДУРАК
– Привет!
– Здрасти, – ответила она. Ее большие карие глаза горели любопытством, и я это заметил.
– Как у нас тут дела?
– Да ничего. Сегодня с утра было мало покупателей, но к вечеру вроде хорошо пошли.
– Ну и слава богу, – ответил я и прошел на склад.
Желание быть с этой продавщицей у меня появилось как-то спонтанно, я никогда не строил на нее никаких планов. Вот сегодня сейчас вдруг что-то екнуло, мне захотелось ее обнять и прижать к себе. Я постоял на складе, мне тут совершенно нечего было делать, я просто ждал, ждал, когда она обслужит очередного покупателя и останется в магазине одна. Вот, наконец, хлопнула дверь, и стало тихо. Я вышел в зал. Она стояла и смотрела мне прямо в глаза.
– Поехали со мной сегодня в баню, – выпалил я, не задумываясь. Ее мое предложение не испугало и не удивило, мне показалось, что она даже его ждала. – Ну так как? Больше предлагать не буду, решай.
– Ладно, поехали, – обыденно произнесла она, словно я пригласил ее убрать мусор на складе.
– После работы  за тобой заеду.
– Нет, только не сюда, мне надо будет сходить домой, а потом встретимся тут недалеко на автобусной остановке, – объяснила Марта.
Так ее звали. Молодая, аппетитная, не сказать, что красавица, но есть в ней что-то такое, что притягивает мужские взгляды, возбуждало желание, вот я и попался на этот крючок.
Была весна, грело солнце, природа просыпалась, это намного острее чувствовалось в деревне, где еще лежал в оврагах снег, но почки на деревьях уже набухли, и готовы были выплеснуть изумруд свежей листвы. Мне очень нравилось это время года, и я практически целыми днями пропадал в деревне. Тут я дышал полной грудью, забывая о своих проблемах, и наслаждался жизнью.
После нашего разговора с Мартой, я уехал в деревню натопить баню и приготовиться к свиданию. Я немного волновался не потому, что был в себе не уверен, нет. Я боялся, что она обманет меня, и я буду выглядеть таким лохом, просто срам, натопившим баню, ждавшим с нетерпением, накрывшим стол – и все это для себя обманутого. «Да ладно, подумаем, – рассуждал я, – не она, так другая поедет. Таньку возьму, ей будет приятно, для нее это будет как подарок», – так я себя успокаивал и обретал душевное равновесие.
Танька в моей жизни сыграла немалую роль. Красивая, высокая, лживая, похотливая, неуемная в сексе. Эта дама, казалось, была рождена дьяволом, но никак не человеком. Я в то время был сильно к ней привязан, и меня это, как ни странно, угнетало и мучило. Мне очень хотелось с ней взять и расстаться раз и навсегда, но я не в состоянии был справиться с собой. Пожалуй, для этого скорей всего, у меня и появилась Марта, которая перевернула мой внутренний мир с ног на голову. В таком состоянии нахожусь вот уже девять лет.
«Дурак, конченный дурак, – не раз ругал я себя, – зачем, зачем связался», – но однозначного ответа не было, все запуталось и переплелось. Страдали все – жена, Марта, я, Танька и, тогда уже уходящая в прошлое, Лена, с ней меня связывала настоящая любовь, по крайней мере, с моей стороны. Именно поэтому я собрал свою волю в кулак и отпустил ее, чтобы она вышла замуж и обрекла настоящую семью, я ведь ей ничего не мог дать. Очень тяжело мне было осознавать то, что она будет спать, жить с другим мужчиной, обнимать его, целовать. Даже сейчас, спустя столько лет, я говорю эти слова, и по сердцу ползет червь ревности, но уже не кусает, и терпеть можно. Что я за человек, кто мне об этом расскажет, не знаю, и зачем все это рассказываю, тоже не знаю. Но если начал, значит, буду рассказывать дальше.
Марта, отработав день, пришла в назначенное время и не обманула. Машина плюнула выхлопными газами и помчала нас в деревню, где ждала натопленная баня и накрытый стол. По дороге мы мало говорили – я не знал о чем, а она, может быть, просто устала или не хотела.
– Вот и приехали, – произнес я, подъехав к дому. – Тебе помочь? – я открыл ей дверцу «уазика» и помог выйти из машины. – Устала на этом коне скакать?
– Да нет, нормально, зато везде проедешь.
– Именно так, – подтвердил я ее догадку. – Пойдем в дом?
– Ага, – коротко бросила она. – Да, ничего домик, – осмотрев помещение оценивающе, произнесла она, – и сколько он стоит?
– Ты, что, его покупать сюда приехала?
–  Нет, я просто так, –  виновато произнесла Марта.
–  Итак, сначала за стол или в баню сразу? –  предложил я, указывая на стол.
 – Давай сразу в баню, я что-то немного замерзла.
– Отлично, в баню, так в баню. Надо тут снять верхнюю одежду, боюсь, что она там отсыреет.
– Хорошо, – согласилась Марта.
Меня поражало на тот момент ее спокойствие, как будто, так и надо. И радовало, что у нее нет комплексов, она была открыта, ее глаза горели любопытством, ей было всего лишь девятнадцать лет. Так завязывались наши отношения, которые продолжались и продолжаются тянуться долгие годы, наполненные и радостью, и печалью, болью и нежностью.
Баня сказала свое слово, и закрепила наши отношения. Мы встречались почти каждый день. Я метался между двух огней – Танькой и Мартой, а чаще всего вспоминал Лену, она не хотела уходить из моей памяти, ее звонки по телефону не всегда меня радовали. Я знал, что она звонит мне лишь тогда, когда с ней нет рядом того, кто занял мое место. Мне очень хотелось к ней, я часто видел ее во сне в моих объятьях. Я искренне хотел для этой девушки счастья, у нее не было ни отца, ни матери, лишь младшие брат и сестра, да парень, занявший мое место. Я, конечно, следил, как у них развиваются события, и вконец успокоился лишь тогда, когда узнал, что она вышла замуж за него, и у них все хорошо.
Теперь у меня оставались Танька да Марта. С Танькой мои встречи потеряли блеск и яркость, с Мартой еще не вспыхнул пожар любви. Во мне же кипела дикая ревность к Таньке, и медленно нарастал интерес к Марте. Время шло, меня как-то устраивало все: две молодые девушки дарят мне свою нежность, я же, как вампир, пил их молодость и энергию, не давая ничего взамен. Но всему хорошему на смену приходит и плохое, так уж устроена жизнь. Я понял, что запутался, и знал, что из этого есть только один выход. Это от всего отказаться и вернуться в семью, к жене, о которой я совсем забыл. Жена сейчас, наверное, меня любит, и поэтому терпела всю мою гадость, и жила со мной, полоская по ночам подушку собственными слезами. Как сложно принять решение отказаться от булки с маслом и жить лишь одним «дом-работа, работа-дом», если ты вкусил прелесть свободы и признания других женщин, тяжело уйти от этого.
Я продолжал жить той жизнью, как жил. Кто-то, может быть, сказал бы мне, что в меня вселился дьявол и ведет меня к пропасти, из которой нет выхода. Может оно и так, но мне почему-то думается, что дьявол это я сам, осознавая весь негатив моих действий. Я продолжаю так жить, даже не пытаясь остановить все это, хотя нет, пытаюсь – я молюсь богу, чтобы он дал мне сил и терпенья, чтобы уйти от этого. Вот так.
Весну сменило лето – теплое, нежное, как пуховое одеяло в морозную зимнюю ночь ты лежишь под ним, и за окном трещит мороз, а ты понимаешь, что ему тебя не достать, и на тебя медленно накатывает сон, и ты засыпаешь. Приятно и надежно. Наши встречи с Мартой стали частыми, Танькой я начал пренебрегать, ее это раздражало и бесило в прямом смысле этого слова. Она моталась по кабакам, размешивая пьяный угар случайными сексуальными встречами, давая мне понять это, и получала удовольствие, видя, что меня это мучает. Но я уже сделал свой выбор – я решил остаться с Мартой, для меня она уже созрела и легко заменяла Таньку. Я испытал душевное облегчение, что вот, наконец, я разберусь с высокой красивой блондинкой, а к Марте я еще не настолько привык, чтоб не принять нужного мне решения, например, вернуться домой к жене. Я тогда действительно этого хотел, но я недооценил Марту. Она как клещ вцепилась в мою шкуру, возможно вынашивая свои корыстные планы. Почему я так говорю, потому, что слухами земля кормится. Игнорировал я все слухи, мне было тепло и приятно с молодой девушкой, от нее просто веяло нежностью, заботой и любовью, у меня выросли крылья, смешно и горько мне вспоминать об этом. Затуманенный, заласканный, зализанный очень скоро я получил первую пощечину от Марты. Готовить она меня начала к этому загодя.
– Ты во сколько ко мне сегодня приедешь? – бросив украдкой эту фразу, она продолжала обслуживать покупателя.
Не ответив ей, я прошел на склад, чтобы не вызвать подозрения нашим разговором у любопытных глаз. Выждав время, и дождавшись, что зал опустел, я вновь вернулся к Марте и к нашему несостоявшемуся разговору.
– Во сколько ты хочешь? – Ее глаза светились радостью и счастьем.
– Давай сразу после работы заезжай ко мне, я хочу к тебе как можно скорее, – я почувствовал, как крылышки захлопали за моей спиной.
– Не вопрос, как скажешь.
Теперь у меня была только Марта, Танька исчезла из моей жизни, ее больше не стало, я освободился и был этому очень рад. Весь оставшийся день я жил  предвкушением встречи, и она настала.
В этот вечер я был опьянен ее ласками, мне никого уже не надо было, только она, и только с ней. Девушка это понимала.
– Знаешь, Сереж, – как бы меду делом произнесла она.
Я насторожился:
– Ну и? Говори дальше, – произнес я, вырываясь из ее объятий.
– Меня бабушка зовет съездить к ней в Семенов, она одна боится, мало ли что может случиться. Я ночь отработаю и поеду, ты не возражаешь?
Что-то кольнуло мне под лопаткой, я не сразу ответил, но, видя ее взгляд, я понял, что мне ее не удержать, и что бы я не сказал, она все равно это сделает, такая черта ее характера.
– Да мне, собственно, все равно, – произнес я, с лживым спокойствием, – как хочешь.
– Ну вот и хорошо, договорились, – она впилась в меня губами.
Вырвавшись из ее объятий, я с иронией произнес:
– Ты что-то так радуешься, как будто на смотрины едешь.
– Глупость какая, надо ведь тебе так подумать, у меня есть ты, и больше мне никого не надо.
Нельзя сказать, что я тогда поверил в ее слова, но очень меня как-то успокоили.
Она съездила и вернулась такой же ласковой и заботливой ко мне, а вскоре и совсем все забылось. Наши встречи все больше и больше разжигали во мне пламя страсти к ней. Про нее ничего не могу сказать, если она мне тогда врала, то врала очень умело с искусством великого артиста.
Время шло, я медленно тонул в этом болоте. Жена неоднократно делала попытки вытащить меня из этого дерьма, но безуспешно. Марта давала мне то, что жена была неспособна, и домашние скандалы только больше меня сближали с Мартой. И жена как-то само собой забылась или смирилась, трудно сказать, затихла и отдалилась от меня. Я получил полную свободу действий.
Дурак, и еще раз дурак, чему я радовался? Женщина, которая родила мне двоих детей, прожила со мной тридцать лет, плюнула в мою сторону и отгородилась от меня. Дурак, настоящий дурак. Но меня это тогда мало волновало. У меня была Марта, которая смогла мне внушить о своей любви. Какие жаркие были тогда наши ночи, сколько было радости и удовольствий подарено мне. Так продолжалось до тех самых пор, когда я встретил как-то однажды женщину, тоже бывшую мою продавщицу, она-то мне и поведала о той забытой и затертой временем поездке Марты с бабушкой в деревню.
– Привет, – поздоровалась бывшая и взяла меня за рукав. Я осмотрелся. – Что, боишься Марта увидит? – с язвинкой произнесла она.
– Ты как всегда в своем репертуаре, – с улыбкой сказал я. – Ты про Марту откуда знаешь? – Задал я ей вопрос.
– Господи, секрет какой, она же мне сама и рассказала.
Я насторожился:
– И что она тебе еще рассказала?
– Еще она мне рассказала, как ездила в тюрьму на свидание к бывшему мужу, а тебе наврала, что с бабулей каталась.
После этих слов меня как током поразило, я вспомнил тот укол под лопаткой, вспомнил ее счастливое лицо. Внутри у меня все кипело, попадись она мне в тот момент, я бы ее разорвал за ее ложь. Бывшая светилась радостью: «Победа!» Ей, наконец, удалось меня ударить и очень удачно – в самое сердце. Я молчал, мне нечего было сказать. Но через несколько секунд я вырвал свой рукав из ее рук.
– Так, я ладно, я пошел, меня ждут.
– Уж не Марта ли? – С ехидной улыбкой произнесла она, затем лицо ее сменилось, и в ее глазах я увидел тоску и боль. – Брось ее, не нужна она тебе, поверь, это такая сука.
Я понял, что дальше слушать было нечего, от нее я не раз слышал подобное по отношению к Таньке. Я ушел, ушел, чтобы встретиться с Мартой и во всем разобраться. Но встреча не состоялась, она заболела, и опять ей судьба подыграла.
Прошло время, боль от услышанного затихла, а потом я смог себя успокоить. Ну что, съездила, не к чужому ведь мужу, и потом вряд ли, что у них там было, с ними же бабуля была. Дурачок. Настоящий  дурачок. Тогда мне надо было положить конец всему. И положил бы, если бы не Марта со своим «Прости, я думала ты меня не поймешь». Я смирился, но злоба осела в моем сердце свинцовой глыбой и тянула, и мучила. Чтобы хоть как-то смягчить свою боль и отомстить, я построил свой план. Я решил ей тоже изменить, но по-другому, на ее глазах и чтобы она сама мне это устроила. Безнравственно, подло, дико, вульгарно, но спектакль состоялся. Она пригласила свою подругу с нами в баню, и все получилось: я, Марта и ее подруга. Вечер прошел как было задумано, и не один, и не два, а тянулось это почти все лето. Всех это устраивало, но не совсем, я начал замечать в глазах Марты что-то вроде обиды или ревности. И я решил положить конец нашим отношениям на троих. Я познакомил подругу со своим знакомым. Так мы разъехались по разным кроватям. Марта облегченно вздохнула, она вновь была у меня одна. Но с тех самых пор я не верил ни единому ее слову, просто секс и все.
У нас все продолжалось и продолжалось, мы ругались, расставались и вновь сходились. Жили настоящей человеческой жизнью. Привыкал я к ней, она ко мне, не раз заходил разговор о ребенке, о замужестве, но разговором дело только и кончалось. Шли годы, а именно прошло восемь лет нашей ней жизни, я по настоящему полюбил, во мне кипела ревность, я видел в каждом парне мужика, с кем бы она не поговорила, любовника, и меня это убивало в прямом смысле этого слова. На тот период я оказался совсем беспомощным перед привязанностью к ней, и у меня все валилось из рук, я место себе не находил. Я был болен, болен психически, и болезнь моя называлась любовью зрелого мужчины к молодой безбашенной девчонки. Смешно? Очень смешно для того, кто с этим не сталкивался, но кто купался в этом болоте и ел ягоды этих самых болот, тот знает их вкус и наркотическое влечение. Вот так и я болел, очень сильно болел. Дальше, видимо на почве этой боли, во мне пошла обратная реакция, я люто ее возненавидел, но она продолжала дарить мне свою любовь и верность. Я принял решение расстаться, по крайней мере, попытаться это сделать, и сделал. Я спровоцировал скандал, а затем мы расстались.
Я впал в глубокую депрессию, как мне все это тяжело доставалось. Когда жгучая боль совсем стала невыносимой, я обратился к колдунье, чтобы она мне как-то помогла, ведь лекарство от любви еще не придумали. Меня постигло разочарование – не помогла мне колдунья, и я вновь остался со своей болезнью. Как говорится, время лечит, и, действительно, начал забываться, и забыл бы, ведь у меня появилась другая девушка, такая же заботливая и нежная. Но видать не судьба было быть мне с ней. Появились деньги, купил я ноутбук, и началось: Одноклассники, В контакте, Интернет… И вот в одноклассниках я нашел эту самую Марту, просто зашел на ее страницу, а на следующий день я получил от нее письмо. Она о многом мне писала, о том, как я был прав, и как она ошибалась, и как рада, что я побывал у нее на страничке. А еще через день она пригласила меня на свидание просто поговорить, и я, оставив свою девушку, умчался к ней. Дурак.
Я подъехал первый в назначенное место, заглушил мотор и стал ждать. Ждать пришлось недолго, скоро появилась и она. Я моргнул ей фарами и пригласил к себе в машину.
– Ты тут один? – Осмотрев салон, произнесла она. – А то ведь ты можешь приехать с кем-нибудь, у тебя не заржавеет.
– Садись, – грубо произнес я, но она на это не обратила внимания. – Ты очень изменилась, –  начал я, – ****ью стала.
– Это почему? – Удивленно, без обиды произнесла она.
– Да ты смотри, как рожу-то раскрасила, проститутки на трассе и то скромнее красятся. Ну да ладно, – остановил я себя, а хотелось сказать очень многое. – О чем хотела поговорить?
– Ты знаешь, я встречаюсь с одним молодым человеком.
– Ты с ним спала? – Грубо задал я ей вопрос.
Помолчав некоторое время, она произнесла твердо и смело:
– Да.
– Понятно. Давай дальше говори. – И она продолжила:
– Я не думала, что со мной такое может произойти, я себя не узнаю, – затараторила она.
– Ну ладно, все понятно об этом. Давай о том, зачем мы тут. – Освободил я ее от этих унижений.
Она вновь замолчала на какое-то время, а затем заговорила:
– Я много думала, с кем мне быть, мне предлагал мой бывший муж, но я решила, что хочу вернуться к тебе, и только к тебе.
Я выслушал ее очень внимательно. Она всегда говорила со мной так, как я ее всегда учил говорить правду, давать человеку всегда право выбора, чтобы потом не быть виноватой, если тебя вдруг кто-то захочет оговорить, как оговорили ее в тот злопамятный день. И она усвоила мой урок, а, может, просто знала мою слабость к ней и на этом играла. Но тем не менее я решил подумать.
– Только не долго думай, я очень по тебе соскучилась.
– Как только из тебя вылетают такие слова после того, о чем ты мне сейчас рассказала.
–  И еще давай сразу договоримся, – бодро продолжила она, – я не хочу слышать от тебя сегодня «не могу», «мне некогда» и так далее.
– А что со своей стороны мне гарантируешь?
– А со своей, я буду тебя любить, и буду тебе верной.
Мне понравились эти слова, но поверить в них мне было трудно. На этом тот разговор был закончен, и началось все сначала, и тянется, и тянется, и нет этому конца. А может это и хорошо, как ты думаешь, мой друг?
– Опа, вот и водка кончилась, – мой друг замолчал и посмотрел на пустую бутылку.
– Даааа, – протянул я, – нет водки, нет и разговора.
– Именно так дружище.
– Как ты думаешь, дурак я или нет?
– Конечно, дурак, наверняка эта молодуха тебя любит, если терпит тебя, я то знаю что ты за фрукт.
– Значит, ты считаешь, что я дурак, – переспросил меня мой друг.
– Да нет, конечно, я пошутил, а, впрочем, мы все дураки без исключения, если не живем по законам божьим и не выполняем десять заповедей.
– Вот тут я с тобой согласен. Пойдем спать, все равно водка кончилась, – кисло произнес мой друг и рухнул на кровать.
Оставшись один, я подумал, насколько силен и, в то же время, слаб человек. И ничего с этим не поделать.