Бендер в XXI веке

Глава 1
Темной весенней ночью на берегу реки стоял человек. Он был побит и беспощадно ограблен, но не побежден и не сломлен. Ни к кому не обращаясь, он громко произнес в темноту: «Не надо оваций! Графа Монте-Кристо из меня не вышло. Придется переквалифицироваться в управдомы».
Остап Бендер - так звали человека, который только что вырвался из жадных рук румынских пограничников, что так нагло его ощипали. Он стоял лицом к Советской Республике (именно с ней он два часа назад прощался по форме номер пять), а за его спиной с грохотом освобождалась от ледяного плена река, вырываясь на свободу. «Лед тронулся, господа присяжные заседатели! Командовать парадом буду я!» - так же громко, с нескрываемой злобой произнес Остап. Его состояние было настолько жалким, что ему захотелось произнести еще одну фразу: «Если бы был жив мой отец, турецко-подданный, я бы позвонил ему по телефону и сказал: «Папа, прими своего блудного сына и прости». Но папы нет и телефона тоже. Придется идти в люди». Бендер стоял и тупо смотрел в темноту. Он представлял собой довольно жалкое зрелище: одежда порвана, лицо разбито и единственный ботинок на две ноги и то левый. Ощупав себя с ног до головы, проверив потаенный карман, он нашел связки колец, две пары золотых часов и на своей могучей шее непонятно как сохранившийся орден золотого руно. «И все же у меня что-то есть! Я не умру с голоду», - говорил Остап, перебирая все то, что осталось после «ледового побоища». Сбросив с ноги единственный сапог и сплюнув кровавую слюну, Остап шагнул в туман, который медленно двигался сплошной стеной ему навстречу. «Что ж, в Рио-де-Жанейро войду через черный вход, если парадный закрыт». Не успел он договорить, как его что-то очень сильно подняло и закружило. Через секунду он потерял сознание.
Очнулся Бендер совершенно в другом месте. Открыв заплывшие гематомой глаза, он увидел малиновый рассвет. Огромное алое солнце неторопливо выползало из-за горизонта. Пахло свежескошенным сеном. Где- то высоко над головой пел свою утреннюю песню жаворонок. Утро порадовало Остапа приятным теплом. Не понимая, где он и что с ним произошло, Остап осторожно поднялся. Первым делом он проверил содержимое тайных карманов: все оказалось на месте. Бендер облегченно вздохнул, но его тело кричало от боли. «Я не буду спрашивать, где я, потому как мне здесь определенно нравиться!» - орал Остап охрипшим голосом. Ему не ответили: вокруг никого не было. Привыкший ко всему и побывавший за свою жизнь во многочисленных переделках, он не испугался столь резких изменений, а даже наоборот. Все новое его вдохновляет и бодрит. Расправив свои плечи, как орел расправляет крылья перед полетом, Остап уверенно зашагал по скошенной траве навстречу солнцу, навстречу своей судьбе, что совсем недавно так безжалостно посмеялась над ним.
Он шел, широко шагая, размахивал руками, его голые пятки больно кололи пеньки скошенной травы; в его голове не было ничего определенного.
Единственное, чего он сейчас хотел - это смыть запекшуюся кровь с лица и хоть как-то привести себя в порядок. Он мечтал о башмаках: ему казалось, если он их вденет, то все изменится. Еще издали Бендер заметил зеркало небольшого озерца, которое щедро было размешано с солнечными лучами и имело золотистый цвет. Остап прибавил шагу, и уже очень скоро скользил как легкая прогулочная лодка по глади озера. Прохладная вода, свежий воздух постепенно возвращали ему силы. Остап почувствовал себя намного лучше и начал задумываться о том, что с ним произошло, куда его забросило и каким образом.
Теперь пришло время познакомить читателя еще с одним непосредственным участником этих событий. Павел Бокогреев. Несколько слов о его характере: человек напрочь лишенный желания работать; глух к просьбам просящих, если нет материального интереса; неприхотлив, может питаться «чем Бог пошлет» в любое время суток, так как постоянно испытывает в этом острую нужду. Его хобби - рыбалка: может просидеть с удочкой целый день и не поймать ни одной рыбешки, при этом нисколько не расстроиться. Пробовал мечтать, но безрезультатно. Вот и вчера вечером он твердо решил пойти искать работу, и в связи с этим построил кое-какие планы. Прошла ночь. Но как только в его полуразвалившийся домик скользнули солнечные лучи, он встал с давно нестиранной простыни, накинул на себя рубаху, так же забывшую запах мыла, схватил удилище и зашагал к озеру, не забыв прихватить с собой полбулки черного хлеба, чтобы можно было хоть как-то пообедать. Шел он давно знакомой дорогой, ни о чем не думая и совершенно забыв о том, что собирался на поиски работы. Не подозревал Павел, что именно это утро в корне изменит всю его оставшуюся жизнь. Очень скоро он дошел до озера, размотал удочку и закинул в озеро. После этого Паша развалился на берегу, заложил руки за голову и уставился в небо, наблюдая, как беззаботно плывут облака, меняя на глазах свои формы. Может, и задремал немного, потому и не заметил, как к нему подошел человек. Очнулся Паша только потому, что подошедший закрыл собою солнце, и на его неумытое, сплошь покрытое веснушками лицо упала тень, Паша открыл бесцветные глаза и увидел над собою разбитое лицо под сплошным синяком.
«Здравствуйте, молодой человек, - произнес подошедший, - Я вижу, вы увлекаетесь утренней рыбалкой. Похвально, похвально. Один мой знакомый профессор медицины утверждал, что утренняя рыбалка продлевает жизнь. И Вы знаете, он был прав, потому что он умер в пятьдесят лет, хотя цыганка ему нагадала всего лишь тридцать. Он утонул, поскользнулся и утонул». Остап на какое-то время замолчал, затем произнес заключительное слово: «Судьба».
Так свела судьба великого комбинатора с великим тунеядцем и лодырем. Паша молча выслушал речь Бендера, затем поднялся и грубо произнес: «Здоровей видали», - после чего взялся за удилище и извлек из воды пустой крючок. «Позвольте узнать, - вновь заговорил Остап, - что это за место и кому принадлежат эти обильные травами луга? Может быть они ничьи, и мне стоит купить стада бизонов и заняться животноводством? Опять лее мне вспоминаются слова моего знакомого профессора. Он мне говорил, Царство ему Небесное: «Остап, если Вы будете кушать бизонье мясо, в Вас все изменится, а именно: Вы будете мыслить по-другому и сможете иметь много жен». Но тогда мне этого как-то не надо было, а вот сейчас я начинаю задумываться».
Паша сидел и слушал Остапа с большим безразличием, уставившись на поплавок. Но Бендера это не смущало, и он продолжал говорить: «Позвольте узнать Ваше имя, молодой человек. Вот уже целый час мы разговариваем и при «этом совершенно не знакомы». Паша небрежно произнес: «Павел», не оборачиваясь. «Что ж, меня зовут Остап: Остап Бендер, сын турецко-подданного. Вам разрешаю называть меня просто Остап». После этих слов Павел быстро поднялся и встал лицом к великому комбинатору, протянув: «Врешь». «Правда, Павел, правда. Так оно и есть. И мои побои тому доказательство, потому как только миллионера могут так избить, отнимая у него его имущество. Но об этом потом, а сейчас мне надо приодеться и немного подлечиться, так как в таком виде я не в состоянии мыслить. Вы мне поможете, Павел?» «Я...я конечно помогу», - проговорил парень с удочкой. «Что ж, тогда ведите меня туда, где много людей и бродят денежные знаки». И два человека направились в город, в жилище Павла. Как только Остап ступил на городские улицы своими босыми ногами, он замер в позе человека, которого сильно ударили по голове деревянным колом и при этом резко заморозили. Его глаза под синяками еще больше покраснели, челюсть отвисла и пропала речь. «Что это там, - выдавил Бендер с огромным трудом, - и где я?» «Ты что, машин, что ли ни разу не видел, тундра!? - заржал как лошадь Пржевальского Паша, - Видать здорово тебя обласкали. Ладно, пошли быстрей, а то еще в ментовку заберут, как бомжей». «Как кого?» - переспросил Бендер. «Как бомжей, - повторил Паша, - людей без определенного места жительства. А у нас есть, где жить».
Шокированный увиденным, Остап незаметно для себя дошел до убогого жилища Павла, чему он нисколько не удивился. Он даже с облегчением вздохнул о том, что судьба ему подбросила именно такого как Павел: ему всегда было проще с ними общаться. Домашняя обстановка была такая же убогая, как и сам Паша. Придя в себя и поняв, что произошло что-то из ряда вон выходящее, Остап взял себя в руки. Он решил ничего не говорить Бокогрееву, хотя и е сам не знал, что произошло, оставив это для себя, чтоб все понять и осознать.
Войдя в дом, Остап ощутил резкий запах гнили и сырости. «Паша, Вы что, выращиваете плесень? - обратился он к парню. - Хоть это и является лекарственным растением, но лучше ее выращивать на специальных плантациях, но не в доме. Так что, уважаемый. Я Вам предлагаю открыть все окна и проветрить помещение. А пока, - продолжил Остап, - будьте любезны и принесите мне что-нибудь, чем бы я мог разрезать металл. И побыстрее, очень кушать хочется!» Остап замолчал, а Паша вышел из комнаты и скрылся в темном коридоре. Бендер достал золотой портсигар, что также чудом у него сохранился и отломал верхнюю крышку; другую спрятал в карман. В это время в дверях появился хозяин дома. «Вот, возьми», - Паша протянул Бендеру кусачки. На глазах у парня великий комбинатор разрезал крышку на две части и одну протянул ему со словами: «Преврати это в деньги. Только не пропади. И быстро домой. И помни, есть еще одна половинка. И чтоб никому». Паша любил такие дела: ему нравилось, когда что-.то сначала превращается в хрустящие купюры, затем едешь в магазин и берешь все, что хочешь, и даже больше, при этом наслаждаешься властью денег.
Паша умчался в неизвестном направлении. Остап остался один. Он походил по комнате, вышел во двор, заглянул за забор. Там то, чего он никогда не видел в своей жизни: машины неслись одна за другой. Но это были другие, совершенно непохожие на «Антилопу» Козлевича. «Куда я попал - вновь задал себе вопрос великий комбинатор, - Может быть это Рио-де-Жанейро? Но в таком случае, почему народ не в белых штанах, и где теплое ласковое море? Нет, это не Рио-де-Жанейро», - проговорил Остап и вернулся в дом. Тело его все также ныло, и сильно болела голова. Остап лег на кровать и мгновенно уснул.
Проспал он не долго, хотя очень хотелось, вернулся Павел. Он не вошел, а влетел в свою халупу с такой радостью на лице, что Остап не сразу его узнал. «Вы кто? Вы зачем здесь? Вам весело?» - засыпал его вопросами Бендер. «Ах, это Вы, Павел», - произнес Остап, - Вы выиграли в лотерею или нашли потерявшуюся жену? Нет? Тогда откуда столько радости в ваших серо-сине-зеленых глазах?» «Я продал! Остап, смотри, сколько денег я принес!» - залопотал Бокогреев. - «Правильно, ты все правильно рассчитал: две половинки — больше, чем одна!» «Положи деньги на стол, я сейчас поднимусь». Паша аккуратно сложил деньги в пачку и перетянул резиночкой. Затем положил на стол, отошел и сел на табурет, не спуская взгляда с пачки. Бендер взял пачку в руки и едва не выронил: деньги также были другими. «Все другое», - задумчиво прошептал он. Пересчитав деньги, Бендер обратился к Бокареву: «Ответь мне, мой юный друг, сколько стоят приличные башмаки и сносный костюм, чтобы дойти мне без помех до магазина после полной очистки моего лица и восстановления утраченного в какой-то степени моего здоровья?» Паша пытался что-то считать, чмокал грязными губами, закатывал под лоб глаза, чесал затылок, но так и не смог назвать подходящую цифру: парень понял, что ему придется сейчас бежать в магазин, и хотел себе сэкономить. «Что же, Павлик, вы тот человек, который мне нужен. Я беру Вас на работу. Зарплата - договорная». «Сколько?» - с волнением в голосе спросил парень. «Я повторяю, - громко произнес Бендер, - договорная. А это значит много». На лице Павла вновь расцвела улыбка. «И сразу поручение, Павел», - продолжал комбинатор. - «Вот Вам деньги», - он выдернул из пачки сколько-то купюр и, не считая, передал их парню. «Не считаю, а значит, доверяю», - подчеркнул Остап. – «На сдачу можете купить себе сладостей. Ну а мне - туфли, рубашку, брюки и пиджак. Сними с меня размеры и - в магазин».
Через несколько минут Бендер вновь остался один. Страшно хотелось есть. Полазив по грязным ящикам Паши, Остап нашел хлеб, лук и принялся с жадностью уничтожать обед парня, аппетитно причмокивая и хрустя луком. Перекусив и запив холодной водой, Остап вновь растянулся на кровати и уснул. Когда он проснулся, солнце уже клонилось к закату, а Паши все не было. Вскоре за окном совсем стемнело. Остап зажег в комнате свет и стал терпеливо ждать. Наконец он услышал шум во дворе, затем в дверях показался Павел с несколькими свертками в руках. «Наконец-то: явление Христа народу», - проговорил Бендер, - «Хвались, во что оденешь руководителя проекта». Паша быстро развернул все, что принес. Остап оделся, и ему понравилось. «Что ж: молодец, с этим ты справился. А вот насчет «пожрать» забыл?» - лукаво спросил руководитель. «Обижаете, конечно, купил. Я думал, может ругаться будете». При виде переодетого и изменившегося Бендера, Паша незаметно для себя перешел на «Вы». «В таком случае, Павел: ужин и вновь спать. Только крепкий сон излечит мои раны».
Вот уже больше недели Бендер жил у Бокогреева, не выходя со двора. Хорошо хоть за домом Павла был небольшой сад, правда, заброшенный, но все же было, где посидеть и подышать воздухом. Лицо Бендера окончательно зажило и приняло прежний вид. Теперь предстояло главное: все выяснить и понять. Единственное местом, где можно все узнать о городе, это, конечно же, городской рынок или базар, кто как называет это место по сбору не только продуктов или одежды, но и информации. Туда-то и отправился Бендер в одно раннее утро со своим «помощником по кадрам»: такую должность определил он Павлу.
Бендер шагал по центральной улице провинциального городишка уверенной поступью, высоко подняв свою голову, внушая тем самым непреодолимое превосходство перед своим заместителем. За ним, стараясь не отставать, семенил сам заместитель, иногда забегая вперед и задавая какой-нибудь глупый вопрос, например: «А Вас девушки любят?» или «Остап, вот, если бы Вам много денег, Вы б тогда что?» «Я б тогда сразу», - ответил Остап. Удовлетворенный ответом, Паша вновь отставал и продолжал вновь семенить за его спиной. Как правило, такие места, как рынок, всегда находятся за городом, и там течет своя жизнь. Поэтому путь наших героев лежал через весь город. Бендер с любопытством всматривался в витрины магазинов, торговых ларьков, прислушивался к проходящим мимо людям, мучительно пытался понять, что же все-таки произошло с ним. Наконец, его взгляд привлекла надпись, на которой было написано «С Новым 2003 годом!» Остапа как будто током ударило. «Какой сейчас год?» - обратился он к Бокогрееву. «Так вон же, написано: 2003 год». Остапа закачало, у него закружилась голова. «Эко меня занесло» - прошептал он - «Слышал я о таком, но не думал, что это имеет место в природе. Что ж, поживем в XXI веке. Теперь мне надо догнать это время. Будем учиться», - размышлял великий комбинатор. «Итак, любезнейший, будем учиться, и прошу не возражать», - остановил он Пашу, когда тот открыл рот, чтобы что-то сказать. И парень покорно продолжил свое молчание. Наконец они дошли до рынка и остановились у самого входа. Бендер с огромным любопытством и вниманием осматривал, вслушивался, пытался что-то спросить у прохожих, но никто не хотел с ним говорить. Паша стоял в стороне и ковырял грязным пальцем в зубах, пытаясь извлечь оттуда застрявший продукт питания. Ему было все равно, что чувствовал Остап, осматривавший совсем не похожий на себя народ. А Остапу предстояло полное перерождение, и он к этому был почти готов. Оставалась самая малость: научиться говорить как те, с кем ему предстояло, может быть доживать свой век. «Ну, ты что стоишь, как столб? Пройди туда или в сторону встань! Не пройти, не проехать!» - услышал он нервное замечание какого-то гражданина. Остап не стал спорить и ступил вперед, сквозь врата, где он, как ему казалось, течет то, что ему необходимо для дальнейшей жизни в новом времени. И он не ошибся. Только тут можно узнать все, чем живет город, только тут можно научиться настоящему общению и услышать много нужных и необходимых в жизни фраз. Остап, как промокашка, впитывал в себя все, что слышал, и к концу дня он мог уже свободно общаться, так что никому и в голову не пришло бы, что он из прошлого. «Ну что, Паша» - Остап обернулся. «Ты где?» - не найдя своего заместителя, забеспокоился комбинатор, лихорадочно поворачивая головой в разные стороны, пытаясь найти парня. Но вдруг кто-то дернул Бендера за рукав. Он вздрогнул и увидел неумытое лицо и давно нечесаные волосы. «Еще раз исчезнешь с поля зрения, лишу обеда, затем - премиальных и, наконец, уволю!» - в сердцах прокричал Остап. «Да я вон, подумаешь, отошел», - пытался оправдываться Паша. «Не надо слов, напишите объяснительную записку и подадите ко мне» - поставил точку в своем разбирательстве Бендер, - «А теперь - домой». Остап направился к выходу, расталкивая толпу локтями, прорываясь сквозь встречный поток граждан. Наконец они вышли и облегченно вздохнули. Бендер молчал. Что-то обдумывая, Паша стоял чуть в стороне и следил за каждым его движением. Прошло немало времени, и Бокогреев, не выдержав пытки ожидания, произнес: «Ну что, может пойдем уже?» Бендер вздрогнул от неожиданного вопроса и произнес: «Вы меня, Павел, пугаете. Вы так нетерпеливы или у Вас жарится яичница?» «Почему яичница?» - не понял заместитель, - «Просто долго здесь стоим и все». «И все?» - переспросил Бендер и добавил: «Ну, если все, тогда ловим извозчика и - к дому». Паша не стал ждать команды и рванул наперерез такси, что хотело проскользнуть мимо компаньонов. Машина, покорно затормозив, приветливо распахнула двери клиентам Паша рванул было на переднее сиденье, но был перехвачен сильной рукой комбинатора и направлен назад. «Эх, давно в такси не ездил!» - громко произнес заместитель, плюхаясь в салон. И машина помчала их к дому. Бендер был поражен великолепием салона такси и прошептал себе под нос: «Да, это не «Антилопа» Козлевича».
Такси вмиг домчало до дома. Расплатившись, компаньоны подошли к дому и осмотрелись. Все было тихо. «Вы напуганы, Павел?» - заметил беспокойство парня Бедер. - «Вы много должны и Вас поджидают кредиторы? А может быть, брошенная жена с младенцем на руках поджидает Вас в дебрях Вашего сада? - донимал вопросами Бокогреева Остап, не давая ему что-либо произнести. «И так, этого ничего нет или есть?» - закончил Бендер, дав наконец возможность сказать парню, на что тот пыжился, переминался с ноги на ногу, разводил руками отходил в сторону и вновь возвращался, думая, как ответить кратко на все сразу вопросы. И, подойдя вплотную к комбинатору, тихо произнес: «Я что, вообще что ли», - и замолчал. Бендер принял ответ и небрежно бросил: «Я Вас понял, Павлуша, зайдем в дом». Компаньоны скрылись во мраке убогого жилища. Слегка перекусив, Остап рухнул на кровать и закрыл глаза. Он не спал. Он не мог заснуть: ему было о чем подумать. Так он пролежал почти до утра и лишь с восходом солнца немного задремал.

Глава 2

Пробудившись ото сна, Бендер поднялся и обнаружил, что в доме он один. Паши не было, не было и удилища, с которым он его встретил. «Знать рыбак», - проговорил Бендер и вновь упал на кровать. Ему удалось еще немного поспать, но только немного, потому что очень скоро вернулся Паша. С лицом победившего гладиатора он тряс над Бендером уловом. С рыбы сыпалась чешуя на смуглые щеки Остапа и тут же прилипала. «Прекрати трясти надо мной этими пескарями!» - вспылил комбинатор. - «Вижу, молодец! Ставь варить уху. Спасибо, молодец» - еще раз похвалил Остап Пашу, переворачиваясь на другой бок. Но уснуть ему еще раз так и не удалось. Вскоре сварилась уха, и команда во главе с Бендером и его заместителем села отобедать. Ели молча. Остап непрерывно о чем-то думал. Наконец, отодвинув пустую чашку, Бендер заговорил: «Послушай, мой юный друг: как и на что ты жил до меня, короче, чем промышлял?» «Да всяким», - охотно отвечал заместитель, - «Сдавал цветной металлом, да вообще, всякое, немного работал, только мне, почему-то не нравилось. И вообще, мало платили. Но, в основном, собирал цветной металл и сдавал, за что получал неплохие деньги. У меня даже знакомый один есть, который раньше работал в пункте приема: умный мужик, техникум закончил. Я ему всегда сдавал: нормальный мужик», - не унимался Паша, - «Жаль сейчас не работает. Я его недавно видел: похудел, наверное, мало ест». «Да уж», - подхватил Остап, - «Без работы много не съешь. Ты, Паша, найди его и приведи сюда, я с ним поговорю, может, его на работу возьмем: консультантом по цветному металлу». «Ты не шутишь, Бендер?!» - с нескрываемой радостью спросил Паша. «Какие шутки? Мы открываем свое дело и начнем зарабатывать деньги. По-настоящему». - подчеркнул Остап. «Тогда я сегодня его и найду». - проговорил Павел, убирая посуду со стола. «Сделай милость, Павлик, отправляйся сейчас же. А я пока подремлю после обеда». Комбинатора разморило и ему захотелось подремать, а для этого он должен был остаться один. Бендер дал парню немного денег на продукты и тот умчался. Остап остался один. Сладкая дремота очень скоро окутала его кипящий мозг, и Бендер отошел ко сну.
В этот раз он уснул глубоким сном младенца. Ему снились пальмы, огромные морские волны, крики чаек, невероятно большие пачки денег, которые он пытался прятать в карман. Но пачки не слушались и не хотели прятаться. Тогда он их вновь считал и перекладывал. Даже во сне Бендер устал от этого утомительного занятия. Он садился на пенек спиленной пальмы, по-звериному озираясь. Затем все исчезало, и как из тумана появлялись румынские пограничники. Тогда Бендер стонал во сне и пытался бежать, но ноги его не слушались, и вот тогда он нервно дрожал, предвкушая побои, какие когда-то пережил.
Бендер проснулся. Его рубашка была мокрая от пота, кровь в его венах бурлила, сердце билось с огромной скоростью. Он сел на кровать, тяжело дыша. «Надо ведь такому присниться», - проговорил он, вытирая пот со лба. Его мучила жажда, хотелось чего-то холодного. Вода, что была в доме, успела согреться, и Остап вышел в сад к колонке. Его обдало вечерней свежестью, стало легко дышать, сердцебиение восстановилось. Комбинатор успокоился. Испив холодной водицы, он сел на скамейку под яблоней. Задрав лицо в небо, он увидел, как догорает вечерняя зорька, как плывут рваными блинами облака. «И все же я не могу поверить в это перемещение. Но факт налицо. Вот он я в XXI век. Удивительно!» - проговорил Бендер, продолжая рассматривать тускнеющее небо. Кое-где появлялись звезды. И вдруг ему стало как-то не по себе. Он зябко подергал плечами и вернулся в дом. Но там еще больше на него накатила тоска. «Где же заместитель!» - вскрикнул он, но в ответ - тишина. Заместитель еще не вернулся. Использовав момент, он достал все, что сохранилось, и по его расчетам получилась хорошая сумма. «Ну, хоть в этом мне немного повезло. Надо чем-то заняться: деньги имеют свойство кончаться, и чтоб этого не произошло, они должны работать», - в этом Остап был уверен на сто процентов. Так, в думах он дождался Бокогреева и даже не одного. Он явился с человеком маленького роста в огромных очках. Лицо незнакомца напоминало крысиную мордочку: узкие вытянутые губы говорили о его коварстве и хитрости. И действительно, этот человек по своей природе был зол на все, что движется. По его телосложению можно было понять, что он очень долго болел тифом и настолько высох, что одежда на нем просто висела. Рассматривая вошедшего, Бендер несколько раз прошелся по комнате, затем вплотную подошел к новому человеку и, ткнув пальцем в его костлявую грудь, проговорил: «Очень подробно все, что вы помните о себе. Где? Когда? Зачем? С кем? И почему?» Вопросы сыпались как выстрелы. От Этого человек, резко задрав голову, захотел взглянуть в лицо Остапа. Тут Остап увидел сквозь очки огромные черные глаза: ему стало немного не по себе, и он отошел. «Итак, я слушаю», - важно произнес Бендер, усаживаясь на кровать. Человек слегка сконфузился и начал: «Ну, зовут меня Василий Семенович Лаптев», - неуверенно проговорил он. «Смелее, смелее, общество ждет», - подбадривал Остап. «Образование у меня среднее: закончил техникум». «Ну что я говорил!» - вскрикнул Паша. «Так, мы слушаем Василия ...», - Бендер замялся, не вспомнив отчество. - «Не надо перебивать. Вопросы потом. Продолжайте», - махнув рукой, как дирижер перед оркестром, сказал Бендер. Василий продолжил: «Работал много. Был женат, но неудачно: я потерял жену, она меня, скорее всего, разлюбила». После этих слов лицо Васи приняло настолько кислый вид, как будто он съел целый лимон. Заметив состояние человека, Остап сказал: «Вы, Василий Семенович, ошибаетесь: Вы не жену потеряли, Вы свободу нашли, и пока не знаете, что с ней делать. И от этого Вам грустно. Но это скоро пройдет. Продолжайте». Дальше все просто: работал в пункте металл принимал. Все было хорошо, но...» - на этом Василий запнулся, и Бендер продолжил: «Сделали недостачу, и Вас уволили. Это плохо» - заметил Остап. — «Но, надеюсь, такого больше не повториться». В знак согласия Василий кивнул головой. «Ну что, информация исчерпывающая. Узнали все, что надо. Теперь Вам слово, Павел» - скомандовал Остап. «Я - за, Бендер, пусть работает». «Ну, если за, тогда я тоже за. Вы приняты на работу в качестве консультанта по цветному металлу. Все остальное - завтра к восьми, прошу не опаздывать», - закончил Бендер. Все трое вышли на свежий воздух. Была теплая, июньская ночь. Где- то под развалившимся фундаментом дома скрипел сверчок. Облака рассеялись, и небо было сплошь усеяно звездами. Группа разместилась на скамейке под яблоней и как по команде все трое, не моргая, смотрели в небо. Через несколько минут Вася нарушил тишину. «А Вас зовут Остап Бендер? Это Ваше настоящее имя?» - без малейшей скромности выпалил консультант. «Да, конечно. А что Вас удивляет?» «Нет, ничего. Просто у меня есть книга «Золотой теленок» , называется. Там тоже Бендер. Читали?» - спросил Вася. «Нет, не приходилось, но с удовольствием прочту. Завтра принесите». «Хорошо, принесу» - согласился Василий, и снова воцарилась молчание. Просидев так еще немного, Бендер предложил идти спать. «Вы домой или с нами?» - спросил он у консультанта. «Пожалуй с вами останусь: до дома далеко, да и ночь. Останусь» - окончательно решил Василий. «В таком случае, спокойной ночи всем». Свет потух, и в дом пришел покой, нарушаемый стонами Остапа и храпом Василия и Павла. И так - до утра.
Эта ночь для Остапа также была кошмарной, и утром он проснулся больной и измученный, словно всю ночь работал в поле на тракторе, который постоянно ломался. Он долго лежал в постели с открытыми глазами, не решаясь встать. Двое других, напротив, поднялись бодрыми и хорошо отдохнувшими. Павел, как хозяин дома, что-то готовил на кухне. До Бендера долетел запах жареного лука. «Ты что там жаришь, мать Тереза?» - крикнул Остап. «Яичницу с луком», - донесся голос Павла из другой комнаты, которая также служила и кухней. «Ну, ну», - одобряюще произнес Остап, но парень не слышал этих слов, сказанных скорее для себя, чем для Павла. Василий сидел за столом, терпеливо ожидая завтрак. Ему очень хотелось чего-нибудь проглотить, так как не ел он со вчерашнего обеда. Наконец, стол был накрыт. Большая черная чугунная сковорода стояла посреди стола, и в ней потрескивала яичница. Рядом на газете был нарезан хлеб, несколько свежих огурцов и зеленый лук: вот все, что было в это утро на завтрак вновь организовавшейся бригады, которая должна перерасти в фирму и занять достойное место в жизни этого городка. «И-так, что мы сегодня будем делать?» - произнес Остап, засовывая в рот очередную порцию яичницы. «Нам нужна легальность - это главный наш козырь в работе», - продолжал Бендер, - «Для этого нужно зарегистрироваться в соответствующих органах. Этим займетесь Вы, Василий, и немедленно. Как все это будет выглядеть мне потом доложите. И еще, на чем сейчас можно заработать много денег, кто из вас скажет?» и Василий, и Паша заговорили одновременно, перебивая друг друга: «Конечно надо работать с металлом. Только вот лицензию не получить. Там столько проблем!» «Итак, кто-то один, Вы, Василий. Что за лицензия и с чем ее едят?» «Да это как разрешение на данный вид деятельности определенному юридическому или физическому лицу», - объяснил консультант, - «Но можно работать и просто от какой-нибудь другой фирмы, если, конечно, с ними договориться». «Все, стоп: понял», - перебил Остап консультанта, - «Сегодня же найдите такую фирму, и будем вести переговоры». «Хорошо, я все сделаю» - бодро произнес Василий. «Вы, Паша, сегодня будете целый день сопровождать консультанта по причине его слабого здоровья». «Все будет нормально, Бендер». И Василий, и Паша через несколько минут уже шли по пыльной дороге по направлению, только им известному.
Остап вновь остался один, ему хотелось побродить по городу этим днем в одиночестве. Но он не торопился покинуть эту избушку. Бендер привел себя в порядок и теперь выглядел немного лучше, чем утром, но мешки под глазами так и остались. Он безуспешно пытался их разгладить. Так и вышел из дома. Впрочем, это его не портило, даже наоборот, придавало вид труженика умственного труда: известно, что бумажная писанина утомляет больше, чем физический труд. И вот он идет по главной улице этого города, высоко подняв голову, и думает о том, как и когда он начнет зарабатывать большие деньги. Занятый своими мыслями, он не заметил, как вновь оказался перед входом в рынок.
Не раздумывая, Бендер нырнул в людской поток и увлекся созерцанием мира торговли. Он с удовольствием наблюдал, как какая-то не молодая женщина, скорее всего цыганка, уговаривала молодого мужчину купить у нее небольшую партию женских кофточек, пророча ему удачную перепродажу. И она бы его уговорила, если бы ей не помешала другая, но уже, скорее всего, русская: «Мужчина, что Вы ее слушаете! Никуда Вы потом это не сдадите!» И мужчина как бы вышел из-под гипноза: «Нет, нет, не надо»,- и торопливо начал удаляться от цыганки. Вскоре он совсем растворился в толпе. После этого с уст цыганки начали слетать такие слова проклятья и унижения в сторону той женщины, что Бендер даже подошел поближе. Такого он еще не слышал! Русская женщина, по-видимому, обладала терпением удава, потому как слушала с нескрываемой улыбкой на лице, и после того, как цыганка замолчала, произнесла всего одну фразу: «Да пошла ты». После этих слов над толпой снова повис крик проклятий и оскорблений. Но женщина теперь, казалось, и не слышала их, и просто занималась своим делом. Насладившись увиденным, Остап двинулся дальше между рядами, которые пестрели рубашками, кофтами, штанами. Его, как и в прошлый раз, поразило обилие товара и насколько все было красиво и элегантно. «Мне здесь нравится», - проговорил себе под нос Бендер, рассматривая товар, который сам просился, чтобы его купили. И Бендер все же не выдержал и купил себе костюм у одной молодой и очень симпатичной девушки. После этого он долго еще стоял и говорил с ней, задавая вопросы относительно того времени, в котором оказался. Представился он конечно совсем под другим именем (его он и сам забыл спустя несколько минут). И, тем не менее, беседа состоялась, и даже с надеждой на продолжение, так Остапу показалось. Он мог расположить к себе слабый пол, тем более в его руках сверкали новенькие купюры денег. «Это уже является аргументом на продолжение», - подметил для себя Бендер.
Время близилось к обеду: об этом напомнил Остапу его желудок. Повинуясь зову этого органа, он отправился на поиски какой-нибудь столовой, ресторана или кафе. «Все равно», - думал Остап, - «Лишь бы было калорийно и надежно, чтоб без последствий». Бендер очень дорожил своим здоровьем, а им Бог его не обидел. И Остап хранил его, как мог. Долго искать не пришлось: очень скоро его взгляд упал на яркую рекламу «Кафе у Феди». «Заманчиво», - прочитав написанное, проговорил Остап, - «Именно Феде мне сейчас хочется доверить свой желудок». И комбинатор шагнул во­внутрь. В глаза бросились аккуратно и заботливо накрытые белыми скатертями столики, вазы с цветами. «Чисто и уютно», - заметил Бендер, - «Теперь - кухня: что она может мне предложить?» только он подошел к полюбившемуся ему столику, к нему подошла совсем молодая девушка и предложила меню. Обед Бендеру понравился, другое дело - цены, с ними было не все в порядке: было съедено на много меньше, чем он уплатил, так ему показалось. И поэтому Остап не очень охотно расстался с деньгами. Покинув «Федино» кафе, он прямиком отправился к дому: должны были вернуться заместитель и консультант.
Бендер спешил домой, ему очень хотелось узнать, что же и о чем ему поведают его люди. Он чувствовал, что скоро, очень скоро начнется что-то стоящее и настоящее. Вскоре он дошел до дома, где его с нетерпением ждали его люди. Теперь он их называл своими, и им это нравилось. Влетев в дверь, Бендер с порога крикнул: «Ну что, голуби мои, что принесли вы мне в своих клювиках? Докладывайте!» «Может, сначала пообедаем? Мы только Вас и ждем», - обиженно проговорил Павлик. «Что ж, пообедаем», - согласился Остап, тем более, что от быстрой ходьбы «Федина» пища как-то так быстро рассосалась, что ее как бы и не было. Ели молча, не спеша, сдерживая себя: заместителю и консультанту хотелось быстрее все рассказать, ну, а Остапу, в свою очередь, - услышать. Но все трое не выдавали своего нетерпения, и обед прошел без дискуссий и споров. Но как только посуда опустела, и был выпит весь кефир, комната наполнилась шумом и суетой. Павел и Василий подробно поведали Остапу о том, как и что надо для получения лицензии. Он конечно же сразу эту затею оставил. А вот на варианте работать под чьей-то лицензией, но соблюдая определенные условия Бендер заострил свое внимание и запланировал посещение нужной фирмы завтра с утра. Совет из трех человек так и постановил. Все оставшееся время команда во главе с Остапом отдыхала до следующего дня.
И он настал. Было много запланировано на этот день, и все было необходимо сделать. Перекусив на скорую руку, Василий и Паша повели Бендера в контору или офис, как принято сейчас говорить, для беседы и заключения соглашения о совместной деятельности с фирмой, которая занимается заготовкой и переработкой лома цветного металла. Бендера вели дворами, Паша утверждал, что так быстрее, и Василий его поддерживал. Действительно, очень скоро они стояли у дверей фирмы, на которой висел огромный замок и было написано, что рабочий день начинается с 09-00, а это означало, что надо ждать еще тридцать минут. И команда терпеливо ждала, молча поглядывая на золотые часы Бендера, которые он вынимал из кармана каждые пять минут. Казалось, что время против них, и стрелки старинных золотых часов ну никак не хотели двигаться. Бендер даже несколько раз подносил часы к уху, слушал ка; они тикают и, успокоившись, вновь прятал их в карман. И каждый раз Василий хищным взглядом следил за движением руки Бендера. Остап это заметил, но промолчал, сделав определенный для себя вывод.
Но вот, наконец, подкатила шикарная машина, из которой вышел парень наемного моложе Остапа ^ с большой, почти квадратной, головой и плоским лицом, как у бульдога, постриженный под ноль. «Вы че тут, пацаны?» - обратился он к ожидающим. «Поговорить надо», - ответил Остап. «Если надо, значит заходи в офис». «Ждите меня тут», - сказал Остап своей команде и зашел с парнем в помещение. «Итак, слушаю», - важно произнес парень, усаживаясь за стол. «У меня к тебе предложение», - начал Остап и поведал все, что надумал. Тот выслушал и к удивлению Остапа сразу согласился. «Только давай договоримся», - в конце беседы предложил парень, - «Работаешь по нашим документам, значит, и сдаете металл только нам, иначе, сам знаешь, и тебя и меня ждут большие проблемы. Немного поработаете, мы вас узнаем, получше, денег будем давать наперед. И еще», - продолжал парень, - «Цены согласовывать будешь с нами. Работать надо на объемах, а не на ценах». Все, что говорил парень Остапу, было давно известно, он ничего нового ему не сказал. «Время идет, а человек не меняется», - определил для себя Бендер. «Ну, вот договорились. Добро», - произнес парень и протянул Бендеру руку, - «Сейчас придет секретарь даст Вам документы. И вперед!» ждать долго не пришлось. Очень скоро пришла девушка и выдала все, что нужно для работы.
Через час бригада во главе с Остапом уже были у себя на квартире, обсуждали, как будет происходить, и осуществляться их деятельность. Речь держал великий комбинатор: «Мне все понятно», - говорил он, «И я знаю, что вы тоже все поняли. И поэтому хочу, чтобы в нашем лагере все было спокойно. А для этого вы, голуби мои, должны исполнять все, что я вам говорю в точности и в срок. С моей стороны - деньги, с вашей - самоотверженный труд, честный и порядочный. И не пытайтесь мне врать. Вопрос консультанту», - продолжал Остап, - «Сколько нужно денег на работу, чтобы закупить первую партию металла?» Василий был давно готов к этому вопросу, он быстро назвал нужную сумму. «Что ж, хорошо. Деньги будут завтра. Что касается заместителя: мы понимаем, что товар надо взвешивать, а для этого нужны весы - это твоя проблема, Паша. Деньги надо отрабатывать». «Понял, Бендер, достану, к утру будут». «Ну, вот и все, голуби мои. Утро вечера мудренее. До завтра я немного пройдусь по городу. Меня не ждите, ужинайте без меня», - сказав это, Бендер хлопнул дверью и ушел.
Остап долго бродил по улицам города просто бесцельно, переходил с одной улицы на другую, смотрел на прохожих, на автомобили. Все его поражало и удивляло: музыка, что вырывалась из окон какого-нибудь ресторана или реклама, что резала глаза своими красками и огнями - все это было настолько прекрасным и совершенным, что Остапу ничего не оставалось, как только удивляться. Бендеру еще многое предстояло познать об этом времени, куда он4 попал. И многое еще удивит своей необыкновенностью человека из прошлого века. А он шел и любовался тем, что видел и слышал. Присев на скамейку в небольшом сквере, он произнес: «Да, мне здесь определено нравится и Рио-де-Жанейро я пожалуй временно забуду». Наслаждаясь вечерним городом, он еще долго бродил по незнакомым ему улицам. Все больше и больше его слепила красота и роскошь XXI века, что нельзя даже рядом поставить с тем, откуда он прибыл. «Хотя и там были свои прелести», - думал Остап, подходя к домику Паши, где свет в окнах давно потух. Его никто не ждал. Не зажигая огня и не раздеваясь, Остап упал на кровать и мгновенно уснул.
Ночь пролетела быстро. И вот уже пропели петухи в соседнем курятнике, солнце разогнало ночные тени в саду Павла. Бендер проснулся и громко крикнул: «Эй! Кто-нибудь!» но никто не ответил. «Что ж, я один. Пусть будет так», - нараспев проговорил комбинатор. Выспавшись, он был в хорошем расположении духа. Умываясь в саду под колонкой, он получал огромное удовольствие от прохладной воды. Тело его горело и дышало здоровьем. Закончив утренние процедуры, Остап слегка перекусил чем Бог послал и вновь развалился на кровати, ожидая своих сотрудников. Но вдруг он вспомнил, он не выполнил главное: надо было добыть деньги. Бендер покинул дом, и уже через каких-нибудь полчаса он стоял в ломбарде и закладывал часы, уверяя скупщика, что ровно через две недели он их выкупит с процентами. Договор был заключен, деньги получены. Теперь нужно было возвращаться и начинать свою деятельность. Остап решил все взвалить на Василия. Хоть он и «жук», но другого выход нет. «Не буду же я стоять на весах, да мне и нельзя - не положено. Паша - это его задача взвешивать и принимать. Вася будет расплачиваться, ну а я - контролировать», - рассуждал Остап по пути к дому, - «Главное правильно все организовать, и дело пойдет».
Очень скоро Бендер стоял посреди двора, рядом с Пашиной лачугой, а перед ним - его коллеги. На лице Павла замерла улыбка. Он стоял рядом с весами, поставив правую ногу на площадку и явно ожидая от Бендера награды. Остап не заставил себя долго ждать. «Прекрасные весы, почти новые. Я не буду спрашивать, как и где ты их приобрел. Главное, чтобы за ними и за вами не пришли милиционеры», - на это Бендер обратил особое внимание. «Да все нормально, Бендер. Эти весы я спросил у одного мужика на время, потом или деньги отдадим, или свои купим. Никто не придет. Мужик-то знакомый, правда, я забыл, как его звать» - уверял Паша Остапа. Вася хитро прищурил свои маленькие черные глазки и молчал «Где Ваши очки?» - вдруг спросил Остап Васю. Вопрос для консультанта оказался неожиданным. «А чё?», - задал встречный вопрос Лаптев Василий. «Просто в очках Вы привлекательнее: у Вас такие огромные глаза, ну, как у оленя, - подчеркнул Остап, - «И заметьте, Василий, оленьи глаза считаются самыми красивыми глазами среди всего живого. Ну да ладно. Сегодня начинаем работать. Паша, Вы обеспечили нашу точку рекламой? Нет? Это плохо. Реклама необходима. Это первое. Второе: ты, Паша, будешь принимать товар, записывать и выписывать квитанции. Вы, Василий - выдавать деньги и вести учет и контроль по качеству принимаемой продукции. Ну а я, как вы догадались, - управлять вашей работой. Вопросы есть? Вопросов нет. Очень хорошо. Василий, получите и распишитесь», - Бендер выдал небольшую сумму денег консультанту. Тот их тщательно пересчитал и спрятал в карман. «Все, друзья, приступайте к работе. Завтра жду от вас отчет».
Время шло, день был почти на исходе. Остап умышленно оставил их одних, а сам удалился в город. Ему нравилось гулять по вечернему городку. Он заходил в магазины, с любопытством разглядывал телевизоры и прочую технику. Все это становилось для него в какой-то степени привычным. Бендеру захотелось приобрести телевизор. И он, конечно, его купит, но не сейчас, потом, когда они немного поработают. И в конце концов надо определяться с жильем. Жить у Павла ему не нравилось, но и оставить их одних он тоже не мог. Бендер был уверен: загубят дело. И он принял для себя решение. «Пожалуй, отгорожу я у Паши уголок, чтобы немного в стороне жить», - подумал Остап, - «Так будет лучше: и они на глазах, и дело рядом».
Прошло две недели. В работе появилась стабильность. Все шло как нельзя лучше. За это время они смогли заработать хорошие деньги: хватило и на продолжение деятельности, и на то, чтобы выкупить часы и покрыть проценты. Бендер пришел в ломбард рано утром и, сказав, «я готов выкупить у Вас свой заклад», внимательно посмотрел на молодого парня, который что- то рассматривал через лупу. Не отрываясь от своего занятия, парень попросил квитанцию. «Вот, возьмите», - протянул Бендер бумагу продавцу. Тот прочитал, покрутил ее в руках и вышел из помещения. Через минуту он вернулся с мужчиной средних лет. «Пройдите, пожалуйста, за мной», - обратился он к Остапу, Бендер последовал за ним. Пройдя к себе в кабинет, мужчина заговорил: «Вы, конечно, понимаете, что надо заплатить проценты, и я уверен, что у Вас эти деньги есть, иначе Вы бы не пришли». «Совершенно точно, у меня эти деньги есть», - сказал Остап. Он понял, что этот мужичок не хочет расставаться с часами. «Я Вам предлагаю еще доплатить», - продолжал говорить хозяин, - «И много», - подчеркнул он. «О нет, нет. Эти часики не продаются - наследство. И потом, Вы мне не сможете предложить настоящую цену за эти часы. Поверьте, я ее знаю», - говорил Остап. «И все же, назовите», - настаивал хозяин. «Нет, и еще раз нет, но я очень рад, что Вы смогли по-настоящему оценить эти часы. И возможно, я их Вам продам, только не сейчас, потом. Можете мне поверить, только Вам» - подчеркнул Остап. Бендер увидел, как задрожали руки человека, возвращавшего часы. Он даже не стал считать деньги, а просто бросил их в ящик и долго держал в руках цепочку, не желая выпускать. «Эй, человек!» - окликнул его Остап, - «У Вас пальчики, что ли приросли к цепочке?» Мужчина очнулся и разжал пальцы, цепочка стекла с его ладошки. «Итак, я Вам обещаю: я их продам Вам, но только потом. Цену назову свою». Человек на это ничего не ответил, и Остап покинул помещение. Оказавшись на свежем воздухе, Бендер долго любовался часами. Он узнал настоящую цену своих часов и это его радовало. В общем, у него шло все прекрасно. Он наслаждался жизнью. Единственное, чего ему не хватало - это прекрасного пола. Первую встречную он не хотел, ему нужна было теперь девушка его мечты, та, которую он часто видел в своих снах, та, которая сможет согреть его замерзшее сердце, наполнить его душу теплом и радостью. И потом, он очень давно не ел обыкновенной домашней еды, приготовленной руками желанной и любимой женщины. «Именно любимой», - проговорил вслух Остап, - «И никак иначе». Эти мысли его увлекли. В дом идти не хотелось. Деньги у него были, и Бендер решил зайти в какой-нибудь ресторан, посидеть, на людей поглядеть и себя показать. На его пути, к сожалению, не попалось ничего стоящего, и пришлось пойти другой улицей и в обратную сторону. Идти пешком не хотелось, комбинатор поймал такси. Водитель - мужчина в годах - оказался компанейский. Разговор завязался сам собой. Темы затронуты были разнообразные. И тут Бендер для себя также почерпнул много интересного. «Вот самое лучшее, что есть в нашем городе», - проговорил водитель, останавливаясь у дверей ночного клуба. - «Тут и ужин, тут и бабы. Да смотри, не напивайся, а то проснешься с разбитой головой в канаве», - предупредил его таксист. Но комбинатор и сам знал как себя вести в подобных заведениях. Стряхнув с себя пыль, Бендер шагнул в манящие огнями рекламы двери.


Глава 3
Пока Остап отдыхает в ресторане, его команда самоотверженно зарабатывает деньги. Уже немало собралось обиженных граждан, что были нагло обмануты Павлом. Все они сидели рядом с домом, ожидая появления Остапа. Они верили, что этот человек сможет разобраться и помочь найти истину, а пока Паша вошел во вкус и бесцеремонно обвешивал очередного клиента, лукаво подмигивая Василию. Тот смотрел за происходящим в окно. Его крысиная мордочка ехидно улыбалась то ли над Пашей, то ли над клиентом. Объявив человеку вес и сумму, Паша передал небольшой листок бумаги и, показав пальцем в сторону Васи, произнес: «Деньги получите там». Изучив листок бумаги и то, что было на нем написано, человек громко сказал: «Ты что тут написал! Я дома взвешивал, и у меня было десять килограмм, а ты что пишешь! Совесть у тебя есть?! Забери свою бумагу и отдавай медь обратно», - возмущался человек, - «Больше ноги моей здесь не будет! Давай обратно!» «Где я тебе ее сейчас найду твою медь в этой куче?» - оборонялся Паша, - «Вон ее сколько! И что я тебе должен вернуть? Ты хоть сам-то знаешь, чего принес?» не выдержав Пашиной наглости, человек махнул рукой и вышел из сарая за деньгами. Через некоторое время после инцидента в сарай вошел Остап. «Слушаю вас, голуби мои». За ним вбежал Вася и молча встал в уголок, ожидая, что будет говорить заместитель. «Все нормально, Бендер. Смотри, сегодня больше, чем когда-либо..» Но Паша не успел договорить. В дверь вошло несколько человек. «Ты, что ли, старший?» - обращаясь к Остапу, произнес один из них, заглушая Пашин голос своим громовым басом. « В чем собственно дело?», - обернувшись к вошедшим, спросил комбинатор. «А вот в чем: ворует твой человек и у тебя и у нас, недовешивает. И тебе наверняка тоже врет, а денежки наши к себе в карман», гремел обвешанный. Паша попытался возражать, но его речь была прервана взмахом руки комбинатора. И он покорно замолчал. «Итак, насколько он Вас обвесил друзья?» они стали называть точные цифры. Остап выслушал, быстренько прикинул, насколько они были обмануты и кратко произнес, обращаясь к консультанту: «Удовлетворить просьбу граждан и выдать недостающие деньги». И Вася, и Паша, виновато понурив головы, стояли и слушали Бендера. «Запомните, голуби мои: клиент всегда прав!» - громко произнес Остап в присутствии обвешанных и, дождавшись пока они уйдут, продолжил - «Клиента нужно обмануть так, чтобы он ничего не понял и, уходя, он тебе сказал «спасибо», и ушел, улыбаясь с желанием вернуться. А вы что творите!? Через неделю к вам никто не придет, и бизнес рухнет! Что тогда, голуби мои?» - воспитывал Бендер своих работников, - «Есть много возможностей, чтобы обмануть, то есть», - грубо поправил себя Остап, - «сэкономить, так будет правильно. Можно сбросить на засорение на железо, на все, что может показаться подозрительным, и добиться при этом согласия своего клиента. Вы же, недовешивая, только роняете свой авторитет. Идя к нам, он не раз взвесит свой металл, будьте в этом уверены. Чтоб такого в дальнейшем не было, господа коммерсанты, иначе я вас буду вынужден уволить. А пока лишу вас премии ровно на столько, насколько вы обманули граждан». При этих словах Паша надулся, как пузырь, хотел что-то сказать, но у него не получилось. Он только смог громко выдохнуть и вновь громко вздохнуть, при этом, как хамелеон, меняя цвет лица из бледно-розового в медно-коричневый. Проделав эту операцию несколько раз, он, наконец, смог произнести: «И чё теперь целый год бесплатно, что ли работать?» «Какой же ты все-таки бессовестный», - прищурив маленькие глазки и ехидно улыбаясь, проговорил Вася. И тут Паша взорвался: «Это я бессовестный! А ты что, не брал что ли? Вместе брали! Сам же говорил «маленько не довешивай», вот я тебя и слушал, дурак!» Бендер отошел в сторонку, не мешая перебранке коммерсантов, и только, когда они начали толкать друг друга в грудь, вмешался. «Тихо, тихо! Суд удаляется на совещание. Обвиняемых прошу занять свои места». Паша с Васей, замолчали и покорно опустились на табуретки. Бендер долго ходил по сараю от одной стены к другой, мучив заместителя и консультанта ожиданием. Затем, наконец, произнес: «Что же, хорошо, на первый раз прощаю, но», - подчеркнул Остап, - «вы сложитесь и купите сюда, - он указал на дом Павла, - телевизор, музыку и нормальную мебель, отгородив при этом для меня небольшой кабинет с мягким диваном. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Вопросы есть? Очень хорошо: вопросов нет». Бендер замолчал. Молчали и Паша с Васей. В сарае на несколько минут воцарилась тишина. Остап внимательно смотрел в глаза обвиняемых, и он прочел в них покорность и согласие. После этого он кратко бросил: «Я спать» и вышел из сарая, оставив их одних.
«Ну что, доигрался?», - сострил Вася, - «Говорил, надо помаленьку, а ты начал килограммами». «Рука так брала», - виновато произнес Паша. «Рука», - исказив слово и сморщив свою мордашку, передразнил Вася Павла, - «Ладно, пойдем спать». И они пошли в дом, по которому уже разносился храп Остапа, молча погасили свет и улеглись каждый в свою кровать. Через несколько минут дом наполнился сплошным храпом, звучавшим в трех разных тональностях. И так до утра.
Новый день принес новые хлопоты и новые затраты. Еще не вставая с постели, Бендер крикнул: «Сегодня я жду телевизор. Чуть позже - музыку, и еще позже - свой кабинет. Ты, Василий, получаешь новую должность, по совместительству, секретаря. Вас, Павел также ждет повышение, если Вы будете хорошо работать. А теперь - завтрак, Чья очередь готовить?» «Я вчера готовил!» - крикнул Паша, едва замолчал Остап. «Значит Ваша, уважаемый консультант. Ждем приглашения на завтрак», - переворачиваясь на другой бок, сказал Остап и вновь задремал. Разбудил его крик Василия. «Подъем!» - вопил он визгливым голосом. Бендер не выдержал, молча встал и посмотрел в сторону дежурного таким взглядом, как смотрит тигр на добычу, от чего голос Васи стал еще тоньше и, затем, совсем пропал. За столом сидели молча, пили чай с лимоном, закусывая бутербродами с «Любительской» колбасой. «Завтрак желает быть лучшим. Надо сменить меню, это все устарело», - нарушив тишину, произнес Бендер, вставая из-за стола, и продолжил - «Теперь проведем планерку. Деньги на работу есть, желание работать тоже, инструктаж был проведен вчера вечером. Всем все понятно. Вопросов нет. Я буду рядом: возникнут вопросы, посылайте почтового голубя». «У меня предложение. Можно?» - Паша поднял руку, как это делали в школе примерные ученики. «Слушаю Вас, Павел». «Надо купить мобильник». Это слово было для Остапа новым. Но, не подав вида, он со знанием дела одобрил это предложение. «Тогда уж всем надо», - подхватил Вася. «Я согласен: пусть будет всем», - Бендер не знал что это такое, но решил не спрашивать, чтобы не выглядеть идиотом. Он просто решил дождаться покупки, и все само собой выясниться.
В этот день Остап почти не отлучался, и все, что происходило в сарае, было у него на глазах. Все шло как по маслу: люди несли этой троице деньги, и не малые в виде алюминия, меди, латуни и многого другого, что в общем называется «цветной металл». После обеда комбинатор собрал свою команду под яблоней. «Сегодня работаем неплохо. Мне понравилось, и люди довольны», - хвалил их Остап, - «но пора выполнять первый пункт наказания. Так что - перерыв на два часа с увеличением или продлением, как это будет правильно, не знаю, на такое же время рабочего дня. Так что вперед, голуби мои, вперед». Консультант и заместитель покорно удалились, посмотрев на часы. Им очень не хотелось расстраивать шефа, потому что знали, ни к чему хорошему это не приведет. Бендер остался один. Теперь он практически освоился в новом времени, все меньше и меньше удивлялся незнакомым ему вещам. Он всецело ощутил течение прогресса и смог достойно оценить превосходству всего, что окружало его сейчас над тем, что было, совсем недавно для него, но почти сто лет назад для всех, кто в данный момент находился рядом с ним. Остап вдруг вспомнил о книге, про которую говорил Василий. Ему очень захотелось ее просмотреть, и он решил: «Сегодня же попрошу Василия ее принести». А пока он сидел и размышлял о жизни и о том, как ему дальше жить. У него не было ни документов, ни желания вернуться назад в свое время. Он в который раз поймал себя на мысли о том, что ему тут нравиться.
Два часа пролетели быстро, и вот в их халупе заговорил телевизор, и заиграла музыка. Остап весь оставшийся день просидел у экрана. «Как все изменилось! Все другое и прекрасное!» - говорил он сам себе. - «Да мне здесь нравится. Очень нравится. И женщины намного красивее, чем там». Когда-то он любовался миром, который изменился для него в течение каких-нибудь двух месяцев. «Да, этим можно любоваться бесконечно, но работа есть работа», - проговорил комбинатор, отрываясь от голубого экрана. Со двора в открытое окно доносился шум. «Что случилось?» - громко крикнул Остап, высунув голову в оконный проем. «Деньги кончились, а народу вон еще сколько!» Остап достал деньги и передал Василию. Тот быстро пересчитал и раздал людям, не забывая фиксировать в журнал. За короткий срок они смогли заработать приличную сумму. Это заметили все, и, чтобы не смущать работников деньгами, Остап объявил в один из дней: «Итак, господа, я не оговорился: господа». По лицам сотрудников скользнула улыбка. «Мы стали богаты, а по сему надо откладывать деньги в кубышку на черный день, что я и буду делать с сегодняшнего дня. Надеюсь, возражений нет?» «А потом куда?» - с недоумением крикнул Паша. «А потом опять в кубышку, чтобы стать еще богаче. Раньше у меня была мечта, но...», - он остановился и не стал распространяться о своей мечте, - «А теперь у меня столько всего, что я и не знаю, о чем мечтать. Но я точно знаю, что любая мечта требует много денег, и поэтому мы их будем просто собирать на тот случай, когда родится новая». Остап еще долго говорил об этом и затуманивал мозги своих подопечных, и они с большим вниманием и интересом слушали его. Утомленный длительной беседой, Бендер на секунду замолчал, чтобы сделать глоток воды, затем сказал: «Я уверен, вы меня поддерживаете», - и, не дожидаясь ответа, добавил, - «Иначе и быть не может». Телевизор увлек Остапа настолько, что он забыл о книге, что принес ему Вася, и теперь она пылилась на полке, по которой случайно скользнул взгляд Остапа. «Бог мой! Я забыл о книге», - виновато проговорил он, - «Сейчас же ей займусь. А вы, господа, - каждый по своим делам». Сотрудники «Остаповской» конторы любили, когда он их называл господами. Это их бодрило и вдохновляло на труд. И сейчас они с умными лицами поднялись и вышли из кабинета Остапа. А тот, взяв книгу, углубился в чтение. Он вновь мысленно вернулся в свое время и, испугавшись этого, закрыл книгу, забросив ее вновь на полку, решив никогда больше ее не брать. Теперь он совсем не задавал себе вопросов, как и что с ним случилось. Теперь он жил как полноправный человек XXI века, используя все хитрости человеческого бытия, как с технической, так й с материальной стороны. Время шло, работа кипела, все у них было прекрасно.
Вот уже несколько недель они занимались этой деятельностью, и Остапу удалось сколотить завидный капитал. Но удача - штука капризная: сегодня - полоска белая, а завтра - черная. Вот и в этой компании настали не совсем черные, а серенькие дни: они попали под внимание ОБЭП (Отдел с экономическими преступлениями). Как-то в конце рабочего дня в их дом прилетела первая ласточка с приветом от милиции, то есть повестка. В ней было указано время и число явки в отдел на имя Василия. Но, как ни странно, Васю это не сметило, что приятно удивило Остапа. Вася был в этих делах дока. Ему не раз приходилось посещать такие заведения по роду своей деятельности. Он успокаивал Пашу: «Все это ерунда», - говорил он, - «Мы, что ли воруем? У нас все записано, и мы знаем, кто и что нам приносил. Наверняка кто-то попался и рассказал, что нам отнес. А это значит, что надо как можно быстрее вывезти металл, иначе конфискуют как вещественное доказательство. Такое бывало не раз на прежней моей работе. Остап, ты бы позвонил в фирму, чтобы сейчас же прислали машину». Остап слушал и внимал словам Васи. «Он прав», - думал Остап, - «От металла следует избавиться». Набрав нужный номер, Бендер связался с парнем, который взял их в свою фирму. Звали этого парня Роман. Тот быстро отреагировал и через два часа сарай был пуст. Остались лишь кое-какая алюминиевая посуда, которая никак не могла интересовать милицию. Только теперь со спокойной душой вся компания легла спать.
Утро было обычное, единственное что - Вася собирался в милицию. Перед самым уходом Бендер предупредил его: «В фирме работаешь ты и Павел. Обо мне не говори: лишний человек - лишние хлопоты», - пояснял Остап. Конечно же, дело было не в этом, но к счастью вновь рожденные господа этого не понимали. Паша целый день трудился один. Ему очень хотелось кого-нибудь нагреть, руки так и «чесались». Он по нескольку раз перевешивал металл, переписывал листочек бумаги, где отражались вес и сумма приобретенного товара, но, чувствуя на своем затылке пристальный взгляд Бендера, писал правильный вес, и расплачивался, как положено, что-то бубнив при этом. Остап целый день не отходил от Бокогреева и лишь когда в их доме вновь появился Василий, Паша облегченно вздохнул. «Теперь хоть на него переключится», - подумал заместитель. Василий зашел в дом с загадкой на лице. Его маленькие черные глазки горели огнем. Бендер понял: что-то произошло и хорошее, по крайней мере, для Васи. «Итак, господин Лаптев, что за секрет скрывается за вашими очками и так явно отражается в ваших алых губах?» «От тебя, Остап, ничего нельзя скрыть», - улыбаясь, проговорил Василий. «Итак, мы слушаем». «Сначала про милицию», - начал консультант, - «В общем, как я и говорил: задержали одного, ну, он и сказал, что к нам приносил. Я отдал квитанцию, и меня отпустили. Теперь о главном», - Вася глубоко вздохнул, - «Знаете, кого я сегодня встретил?» «Конечно, нет, ведь нас с тобой не было», - быстро проговорил Остап. «Жену», - выдохнул Вася, - «Бывшую жену», - поправил он себя, - «Мы с ней гуляли долго. Я с ней в ресторан ходил, она хочет со мной жить». «А ты?» - спросил Паша. «И я хочу. Она мне все объяснила, когда я спросил, почему она исчезла. Слишком много, говорит, я тебе давала своей любви и тепла, а ты не понимал. Вот я подумал, может, правда не понимал?» «Конечно, правда», - произнес Остап, подходя к Васе, - «Ты запиши где-нибудь, что я тебе сейчас скажу. Любви не может быть много, как не может быть много денег. Запомни и ей намекни, чтобы в следующий раз не обижалась», «Так что, мне сходиться?» «Конечно, сходиться. Одним ртом меньше», - обрадовался Паша. Бендер давно заметил, что Васино присутствие в доме заместителя начало раздражать, и он опасался конфликта между ними, что могло негативно отразиться на их работе. И Остап тоже поддержал Лаптева. Эту ночь они спали в доме вдвоем.
Вася пришел утром, не пришел, а прилетел, воздушный и счастливый, долго рассказывая что-то заместителю. Тот с полным безразличием его слушал, изредка что-то спрашивал. Остап с утра отправился к Роману. Ему надо было выяснить на будущее, что делать и как себя вести, если вдруг повториться повестка или, что хуже, произойдет визит милиционеров на приемный пункт. Сразу упадет посещаемость, в этом Остап был уверен. В офисе Романа Бендер был встречен как дорогой гость. А как же иначе? Сколько было добыто денег за счет Остапа! Об этом знал только Роман, и поэтому долг обязывает и призывает к радушию. Беседа продолжалась долго. Было много приведено примеров и случаев подобных визитов, которые терпеливо слушал и изучал Остап. Наконец было принято решение. «Я советую поработать вам с заводами», - говорил Роман, - «Таким образом, вы сможете много списать на завод, и деньги там можно снять. Неплохие объемы, сам понимаешь. Если своих не хватит, я помогу. Так что поезжай по заводам. И еще, я тебе советую: купи какую-нибудь машину для работы, не дорогую, и водителя найми. Перед Остапом сразу возник образ Козлевича, но он был где-то там, непонятно где и Остап, тряхнув головой, как это делает жеребец, одолеваемый мошкарой, отогнал эти тяжелые воспоминания. Но мысль о машине ему понравилась.
Через несколько дней Остап уже сидел в собственном автомобиле. Это была хоть и подержанная, но шустрая и удобная «девятка». Рядом сидел водитель, который ждал и был готов исполнить любой каприз хозяина: в смысле отвезти и привезти. Великий комбинатор всерьез решил пощупать и поработать, если удастся, с заводами. В его голове созрел план, по которому он начал свое движение. «Слава Богу», - подумал он, - «Вокруг достаточно всякого рода предприятий, и богатых и умирающих». И те, и другие давали надежду на успех: богатые за ценой не постоят, а умирающие будут рады любым деньгам.
Начался объезд всего того, где можно что-то купить. Остап не на шутку увлекся. «Ну что, Михаил», - так звали молодого парня, которого нанял водителем Остап, - «Давай заглянем в заготзерно, затем на мясокомбинат». Девятка сорвалась с места и помчала Бендера к мясокомбинату. По расчетам Остапа там должно было быть много нержавейки. Машина остановилась у проходной. Хлопнув небрежно дверцей, Остап прошел к проходной. Там его встретил совершено пьяный вахтер. «Вам кого?», - еле выговорил он. «Директора», - ответил Остап и, отодвинув человека со стеклянными глазами в сторону, прошел во внутрь. Административное здание было небольшим, и Бендер без особого труда нашел нужный кабинет. В приемной его встретила молодая девушка - секретарь. «Это факт», - отметил для себя Бендер, - «Контора гибнет, а секретарша - цветет и пахнет. Значит, хозяин к ней слишком добр, а доброта сопровождается подарками, на которые нужны деньги. Вот я их и предложу. Есть шанс», - строил логическую цепочку Остап. Его размышления прервал приятный голос секретарши: «Пройдите, пожалуйста. Геннадий Петрович Вас ждет». Войдя в кабинет, Остап увидел за столом тучного лысого мужика с потным лицом. «Я Вас слушаю», - сухо произнес директор. «Я пришел предложить Вам деньги», - выпалил Остап. Челюсть директора как-то непроизвольно отвисла, и рот приоткрылся. «Нет, нет не пугайтесь, не так, чтобы вот на, возьми. Нет. Я вижу, Вы как-то даже немного удивились», - улыбаясь всеми своими белыми, как снег зубами, говорил Остап. Директор, поерзав на стуле и придя в себя, также одарил Остапа улыбкой. Но белизны зубов Остап не увидел. Директор много курил. «Признаться, я даже опешил. Неожиданная формулировка Вашего визита, я бы сказал, но заманчивая». «Согласитесь», - перебил Остап, - «О деньгах всегда приятно говорить». Остап внимательно следил за директором и понял, что тот пойдет на сделку, и он расположил его к себе. «И все же, мне хотелось бы знать, что Вас привело на мое погибающее производство», - грустно произнес директор. Остап не стал ходить вокруг да около и сразу назвал цель своего визита. «Я хочу купить у Вас лом нержавеющей стали за очень хорошие деньги». Остап назвал цену за тонну. Цифра директору понравилась. Договор был заключен. «Успех», - подумал Остап, потому что директор с легкостью дал согласие. И это Остапа приятно удивило. «Сколько-то я могу вам продать хоть завтра. И завтра же получить от вас деньги», - добавил директор. «В деньгах проблемы нет. Завтра будем вывозить». Через минуту Остап уже мчался дальше на элеватор, где могли быть медь и алюминий: старые электромоторы, всевозможные стеллажи и емкости. Но тут их постигла неудача: директора не было на месте, а с кем- либо еще Бендер не хотел, да и не считал целесообразным говорить. Так что машина развернулась и повезла Остапа в ближайший ресторан обедать. После обеда он еще долго мотался по городу, намечая места дальнейшей работы и к вечеру, утомленный, вернулся в свой кабинет, где его ждала с отчетом его команда. Остап всех выслушал, все проверил и остался доволен их. работой. «Что же, господа, дела идут в гору. Завтра мне нужно будет много денег, но мы сработаем не на свои. Свои будут работать тут», - начал было говорить комбинатор, но, увидев в глазах своих подчиненных полный безинтерес, замолчал, сказав им, - «Теперь - все по норам и спать».
Дальнейшая совместная деятельность с малыми и угасающими производствами принесла Остапу весомый доход. Деньги к нему просто текли в карман не иссекающим ручьем и естественно привлекали к себе внимание заинтересованных 3 легкой наживе лиц, то есть их заметил местный криминал. Ничего хорошего для Бендера первая встреча с такого рода людьми ему не сулила. Да он и не пытался как-то особо отказываться платить. Он понимал, рано или поздно они все равно добьются и вырвут деньги. В одиночку ему не справиться, и он принял решение. Выбрав один из дней, он позвонил по телефону и назначил очередную встречу. Бригада приехала незамедлительно. В дом Остап жуликов не стал приглашать, говорили у дома, на свежем воздухе. «Я подумал и решил», - начал комбинатор, - «От вас мне все равно не избавиться, и поэтому у меня есть для вас предложение. Я вам плачу определенный процент, а вы меня прикрываете от всякого рода неприятностей и помогаете как можно обширнее развить теперь уже нашу деятельность. С увеличением объемов, естественно, растет и ваш процент. Я думаю, так будет правильно. Чтобы коровка давала много молочка, ее надо хорошо кормить. Вы согласны со мной?» - закончил говорить Остап. «Что ж, сказал много и хорошо, и к тому ‘же с пониманием своего положения. Но ты назвал не ту цифру, то есть процент. Он немного занижен. Надо поднять. Больно уж много из нашего города сидят пацанов, а это большие расходы. И общаг требует постоянного пополнения. Я сказал кратко, но, надеюсь, понятно. Да вот еще что относительно крыши». Остап не сразу понял смысл этого слова, и это заметил Лысый, так звали человека, который с ним говорил. «Крыша - это когда тебя охраняют от неприятностей», - пояснил Лысый, - «Мы, конечно, тебе поможем, если ты себя будешь правильно вести, и в твой карман не залезем. Работай смело и плодотворно. Будут проблемы, звони». Остапу повезло: к нему подъехали нормальные бандиты, и он будет нормальный. «И дело будет нормально двигаться, и денег будет нормально много», - перебил Лысого один из бандитов. «А иначе и быть не может», - согласился Лысый. Бандитов было трое, и все поддержали Лысого. «Ну что, братан?», - хлопнул по плечу по-братски третий жулик, - «Все? Договорились на наш процент?» «Что ж, договорились. Но я надеюсь, все же вы мне поможете с объемами». «Лады. Договорились», - Лысый этой фразой поставил точку в их разговоре.
«Но, ты назвал не ту цифру, т.е. процент. Он немного занижен, надо поднять, больно уж много из нашего города сидят пацанов, а большие расходы, и общаг требует постоян­ного пополнения. Я сказал кратко, но надеюсь понятно, да и вот еще, что относительно крыши».
Остап не сразу понял смысл этого слова, и это заметил Лысый, так звали человека, кото­рый с ним говорил.
«Крыша - это когда тебя охраняют от неприятностей», - пояснил Лысый.
«Мы, конечно, тебе поможем, если ты будешь себя правильно вести, и в твои карман не полезем, работай смело и плодотворно, будут проблемы, звони».
Остапу повезло, к нему подъехали нормальные бандиты, и он будет нормально двигаться и денег будет нормально много, - перебил Лысого один из бандитов, - а иначе быть не может», - согласился Лысый. Бандитов было трое, они поддержали Лысого. Хлопнул по плечу, по-братски третий жулик.
«Все договорились на наш процент».
«Что ж договорились, но я надеюсь все же, вы мне поможете с объемами».
«Лады договорились».
Лысый этой фразой поставил точку в их разговоре.
За время их беседы Бендер обратил внимание, как были одеты эти люди, сколько золота висело у них на шеях, и понял, все, что он носит, выглядит как-то серо на фоне этих парней, он так же решил сменить имидж и одеваться по-новому по-современному.
Братва уехала, он долго еще стоял и смотрел в ту сторону, куда умчался черный Б.М.В, Остап прикинул, сколько ему придется отдать в общаг и ему было не жалко, он, почему то поверил им.
Из окна за беседой наблюдали две пары напуганных глаз.
«Ну, что? Чего там? О чем договорились»? - посыпались вопросы на Остапа.
«Да, все нормально, будем, платит налог из наших заработков, из зарплаты,- попра­вился Остап, - налог в общаг. Увы, господа я не смог их убедить, что мы нищие. Они ви­дели вас, ваши сытые рожи, как вы разодеты, блеск в ваших глазах, а главное им кто-то шепнул насколько тут врут весы»,- Остап - ткнул в сторону сарая. Оба коммерсанта вино­вато опустили глаза.
«Ладно, не расстраивайтесь, разделили на троих. Но учтите, Кубышку трогать не будем, а иначе нам хана, ее, как и прежде будем наполнять».
По лицу Паши скользнула улыбка, но губы напротив плотно сжались, и в его крысиных глазках блеснула искорка злобы. Остап внимательно следил за реакцией на сказанное и поэтому он уловил негатив консультанта. Но вдруг продолжил Остап.
«Если, кто-то из служащих не согласен прошу пояснить в письменной форме и не­медленно. Объяснение будет рассмотрено на общем собрание, и если подчеркиваю, если объяснение будет не принято, этот человек подлежит немедленному увольнению, а значит вновь холостяцкая жизнь, не стираная рубашка, грязные ботинки и помятый пиджак».
Консультант понял, в чей огород брошен камень.
«Да, я не против, просто деньги отдавать жалко не за что, а потом какая нам польза от этих,- Вася мотнул головой в сторону, куда умчался Б.М.В.
«О пользе поговорим потом, а пока работать и еще раз работать». - Закончил собра­ние членов своей конторы Остап, столь зычным лозунгом.
Из кабинета Остапа вышли Вася с Пашей, Михаил остался выслушать дальнейшие указания.
«Ты что-то хочешь», - обратился Бендер к водителю.
«Вы куда-нибудь, поедите»?
«Вопросом на вопрос, молодец Миша. Нет, я сегодня уже никуда не поеду».
«Можно я тогда покатаюсь с девушкой, бензин я налью».
«Ну, если бензин нальешь, тогда можно».
Михаил был счастлив, весь вечер он будет со своей подружкой в машине, давно у него такого не было. С тех пор как Бендер начал работать с заводами, он был загружен работой допоздна, что на любовь времени совсем не осталось. Со счастливым лицом па­рень вышел из кабинета и умчался разделить свободный вечер со своей девушкой.
Бендер остался один. «Он прикинул, сколько он сможет оторвать из доходов своей команды, и сколько нужно будет дополнить в сумму, что получилась ire значительная сумма, которая его устраивала, а потом какие могут быть обиды все платят налоги, по­чему они не должны этого делать надо платить», - рассуждал Остап, пытаясь объяснить свой поступок, ведь эта идея у него родилась спонтанно именно в тот момент когда он вошел в дом.
«Да, платить надо, пусть платят, а вот Вася, он меня насторожил, е ним надо быть поаккуратней и повнимательней, как бы чего не натворил».
Остапу долго еще не давали покоя эти мысли, он уснул далеко за полночь. Его вновь мучили кошмары. Он стоял в саду под яблоней и из его карманов выгребали деньги гости на Б.М.В., при этом они ржали и щупали за щеки, ему было больно и обидно, он стоял и ничего не мог сделать, руки и ноги его не слушались, из глаз крупными каплями падали слезы.
«Вы же обещали ко мне в карман не лазить», - обвинял их Остап, но бандиты в ответ только смеялись, и у всех у них были маленькие черные глазки.
Проснулся Бендер в холодном поту, резко поднялся и схватился руками за свои щеки, они были на месте и без видимых повреждений.
«Надо же такое присниться, - проговорил он, утирая пот со лба и шеи, - ужас какой то».
Взглянув, на часы, он увидел, что спать еще можно часа три, но больше уснуть он так и не смог, этой ночью.

ГЛАВА 4.

Лето было на исходе, шел конец августа. Все лето в доме Павла кипела работа, грузи­ли, перегружали, взвешивали и увозили, метал. Объемы бы столь велики, что не редко приходилось в день делать по два рейса. Кубышка Остапа пополнялась с каждым днем, денег становилось все больше и больше. Остап решил их потихоньку превратить в золо­то и, что не могло потерять стоимость и упасть в цене. В тайне от своих сотрудников, он скупил, драгоценный метал. Не то, что он их опасался их претензий или, что они подсчитают, что все надо делить поровну нет, он давно их обработал и то, что они получали от комбинатора, для его сотрудников это был как дар божий. Боялся он другого. Того, что они могут просто взять и украсть, а затем в бега. Россия большая и найти их будет очень сложно, тогда для Остапа это будет крах. Поэтому, он делал все тайно. У Бендера была еще одна проблема и очень важная, у него не было документов, человек без родины, без флага, между небом и землей, и слава бога, что им никто не заинтересовался в плотную. С этой проблемой он пока не знал, как справиться, он впадал в ужас, когда думал об этом, его же нет, а он есть, и что с этим делать, он не знал. Но был уверен, что документы надо, как-то добиваться. Единственное, что его успокаивало наличие денег, есть деньги, значит можно купить. Именно к этому он начал стремиться, нужны были связи с милицией, и тут ему вновь повезло.
Как-то раз серым августовским утром к ним в дом постучались и Паша, без каких то предостережений взял и открыл дверь. Не дожидаясь приглашений, в дом пошли три че­ловека в гражданской форме и тыкнули Паше в нос удостоверение сотрудника милиции.
- «Ты, один в доме», - одновременно был задан вопрос.
- «Нет, шеф еще спит».
- «Да, а, а. У тебя и шеф есть, - протянул вошедший. - Мне бы хотелось его увидеть и познакомиться».
- «Сейчас позову», - засуетился заместитель.
Бендер давно проснулся и все слышал, и когда к нему в кабинет влетел Паша, он уда­рил его взглядом, так что Паша попятился назад, но Остап остановил его и шагнул навстречу вошедшим милиционерам.
- «Доброе утро, - ласково произнес он, - чем могу быть полезен».
- «Здравствуйте, начну сразу о деле. Пускай вас это не шокирует, но нам нужны деньги. Нет, нет, не пугайтесь это не грабеж, в пагонах мы вам напишем документ, проезд спонсорская помощь, нужно оплатить командировку, взаимообразно конечно».
Остап слушал внимательно и задавал себе вопрос: - «Что, это проверка или дешевый трюк». И когда гость смолк, Остап поинтересовался.
- «Какая вас сумма интересует».
Милиционер подал бумагу Остапу, тот прочел и спокойно произнес:
- «Что ж эта сумма приемлема, я готов помочь и подписать договор. Вам деньги сейчас дать».
- «Да, если можно сегодня и отправим человека в командировку, как раз до поезда еще четыре часа».
Сложив в ровную пачку и перетянув резиночкой, Бендер передал деньги милиционерам. Так завязалось первое знакомство с представителями власти. Когда гости покинули дом, Паша ждал раскатов грома со стороны комбинатора, но Остап произнес с иронией:
- «А может это и к лучшему, и прошу Павел, - уже повысив голос, сказал Бендер консультанту, - ни слова».
Паша в знак согласия замотал головой. Договор о добровольной помощи Остап аккуратно свернул и спрятал в стол.
- «Павел, слышишь, - крикнул комбинатор из кабинета, - давай чайку с бутербродами, у нас есть бутерброды, а, Паш», - добродушно проговорил Остап влетевшему заместителю в кабинет.
- «Конечно, есть, вчера вечером купил твою любимую колбасу, как знал, захочешь».
- «Хороший ты хозяин Павел тебе бы жениться».
- «Я, что на Васю что ли стал похож или мне деньги некуда девать, она вот как его стрижет, почему мало должен больше получать, покупает ей все. Купил ей штаны кожаные, а они стоят как три моих костюма, ну и что через день их не стало, он говорит куда дела, а она да какое твое дело мои штаны, а я то знаю, продала и деньги на книжку. Гак Вася ей еще перстень купил вот дурак, я ему сказал так он обиделся. Не твое говорит дело, а мне то, что я больше ему ни слова не скажу, как хочет Вася», - смолк.
 «Ну, тебя прорвало, - удивился Бендер, - то молчит как рыба, то не остановишь, что касается Васи, я тебе скажу, так он прав это его дело, единственное, что ты Павлик должен делать - это смотреть за Васей и все мне говорить. И упаси бог Паша, чтоб он привел сюда свою жену этого не должно случиться ни в коем случае. - Бендер сказал и задумался. — Надо действительно что-то сделать иначе консультант начнет воровать и уто не избежать при таких запросах его жены, - размышлял Остап. - Надо что-то придумать,
- твердил он себе, уничтожая бутерброды с чаем, что принес ему заместитель. И придумать не медленно».
И комбинатор придумал, теперь он заведет журнал, где будет ставить клиент свою подпись напротив получаемой суммы. Хоть это и не даст 100% гарантию, но все же он будет знать, что ведет контроль. Пока пил чай часы пробили восемь утра начало рабочего дня. Консультант явился ровно в восемь в этом его нельзя упрекнуть, на работу он приходил всегда вовремя. Пригласив к себе в кабинет обоих и Пашу, и Васю Бендер рассказал о новых правилах выдачи денег, к месту ссылаясь на милиционеров. Бендер заметил, что это консультанта не обрадовало.
- «Значит, он уже пытался или начал приворовывать, - понял комбинатор. - Во время меня навел на подобные размышления заместитель», - думал комбинатор.
Начался рабочий день. Пришел Михаил и ждал указаний шефа, не торопливо попивая чай с лимоном. Остап закрылся в своем кабинете и думал. А думал он вот о чем, было у него одно местечко, куда он не как не мог доехать, все времени не хватало, да и люди там серьезные, могут игнорировать его визит. Нужна чья-то поддержка, влиятельного человека. Но такого у него на сегодняшний день не было.
- «Что ж рискну, может, что и получиться. Деньги всем нужны, - определил для себя Остап. - Михаил заводи едим за деньгами, за большими деньгами», - поправился комбинатор, подняв палец вверх. Через несколько минут машина неслась к заветному заводу.
- «Если договоримся, тебя Миша ждет много работы, а значит и денег».
- «Я только за, шеф, - бодро проговорил водитель. - Мне нравиться этим заниматься и главное я вижу цену своего труда».
- «Ты молодец парень, - хлопнул комбинатор по плечу Михаила. - Далеко пойдешь, в нашем деле главное порядочность, тогда тебе будут доверять».
Хотя это качество в его характере напрочь отсутствовала, но и не честным его назвать было нельзя. Если он мог, он делился не бескорыстно конечно. Но вот машина подъехала к проходной завода. Комбинатор вышел, сказав водителю, чтоб тот отъехал в сторонку. Да и он не сразу вошел, Бендер решил подумать, как вести разговор, чтоб выглядело солидно и надежно. Но думал и планировал в этот час он напрасно, на проходной затребовали паспорт, так что стремление приобрести много денег как-то автоматически затухло. В машину Бендер вернулся озабоченный. Он долго сидел и думал к кому обратиться ему, очень не хотелось уезжать от предприятия, где пахло деньгами. Наконец он скомандовал:
- «Давай до Ромы».
Через какое-то время Бендер был в офисе «Головной фирмы» и рассказывал Роману о своем плане. Тот терпеливо его выслушали, сказал:
- «Бесполезно я там был не идут на контакт».
Эти слова словно плеть стеганула по рукам Бендера. И вновь новые соображения, и поиск выхода.
- «То есть для входа в завод нужен человек. Естественный выход - эго милиция, еще так попробуем».
Роману понравилась эта идея.
- «Пробуй», - одобрил он решения Остапа. - Нужен будет договор, сочиним».
До милиционера, что явился утром, комбинатор дозвонился, но упорство сделало свое дело, и была назначена встреча. Милиционер приехал один в небольшое кафе в центре города, где его ждал комбинатор.
«Что ж давай тогда познакомимся по нормальному. Меня зовут Андрей».
- «Меня Остап», - протягивая руку, произнес Бендер.
- «Здорово. Ты случайно не из прошлого», - улыбаясь, подметил Андрей.
- «Именно оттуда», - так же улыбнувшись, сказал Остап, и в его глазах блеснула грусть, но Андрей этого не заметил.
Беседа состоялась и они договорились. Выяснилось в ходе беседы, как поведал Андрей, в далеком прошлом он там успешно поработал и завоевал тем самым определенную признательность. Остапу опять повезло. На следующий день, надев новый пиджак, шикарную рубашку и совершенно новые ботинки, комбинатор предстал во всей своей красе перед коммерческим директором заветного завода. Разговор был короткий и плодотворный, единственное, что потребовало дополнительных дискуссий - эго согласование цен, но и этот барьер был взят. Пожав дружески руки, они покинули завод. Но Остап и Андрей расстались не сразу. Не дожидаясь пока об этом заговорит милиционер, Остап произнес:
- «Там то мы решили, осталось решить между нами, твой процент Андрей называй не стесняйся».
- «Это полностью твоя заслуга, что мы тут договорились и потом я ведь не лопатой в поле работаю, сам понимаешь, так что слушаю».
Андрею Остап понравился, он назвал свою цифру, и было достигнуто полное согласие.
- «Может по пивку, - предложил Бендер,- я плачу».
- «Не откажусь».
Этот вечер особенно понравился Бендеру, он познакомился с девушкой, какую он ждал. Высокая, стройная с черными цыганскими волосами и чайными глазами. Весь вечер Бендер танцевал с ней. Для своей обольстительности Астан заказал огромный букет роз, что был преподнесен за столом, этим жестом он привлек всех, кто находился в этом зале. Встав на колени, он преподнес ей цветы со словами:
- «Это вам, вы меня очаровали, я у ваших ног», - зал зааплодировал столь романтичному выпаду.
После этого между ними завязались отношения, чему Остап был рад и не рад. Ему нравились ласки Ольги, он любил слушать ее, когда она что-то рассказывала. Он с удо­вольствием кушал ее угощения, в этом деле Ольга была просто мастер, и еще очень мно­гое полюбилось Бендеру в ней. Но одно обстоятельство или даже диктат со стороны Ольги перекрывал все ее прекрасные качества. Она была властной девушкой и требовала от Бендера повиновения, но для него это было неприемлемо, именно поэтому у них происходили частые ссоры. И последняя ссора едва не поставила точку в их отношениях.
Рано утром покидая уютную квартиру Ольги, Остап не услышал наказ хозяйки, его мысли были чем то заняты, что-то срочно нужно было сделать и все что говорила та которую он обожал, пролетело мимо его ушей. Хлопнув дверью, Остап полностью ушел в работу, даже не вспомнил о том, что говорила Ольга. И вечером когда пришел к ней с пустыми руками, т.е. он не купил не продукты, не многое другое, в квартире разразился скандал. Упреки в сторону Бендера сыпались градом, и он не мог произнести ни одною слова, потому что был задавлен энергией молодой девушки. Хлопнув дверью, он поки­нул квартиру, где его совсем недавно так нежно и любя ласкали. Сердце его сжалось в комок, ему хотелось вернуться, но мужская гордость не позволила это сделать, и Бендер отправился к Паше, где ему искренне, обрадовался этот человек.
 «Остап я так рад, что ты пришел, - говорил Паша. - С тех пор как ты уехал жить к своей крале здесь как-то пусто и серо, - говорил парень, - может, больше не пойдешь к ней, все бабы одинаковы, - твердил заместитель, - им только свое подавай, и денег побольше».
- «Ладно, ладно посмотрю, может, и не пойду, в конце концов, у меня тоже есть слово, и я его скажу, - немного подумав,- Остап добавил,- потом».
 - «Вот правильно, пусть поживет, посмотрим, кто кого», - подбадривал паша.
Но у Остапа при одной только мысли, что он больше не увидит Ольгу, душевная боль усиливалась, и становилось трудно дышать.
- «Может коньячку, а шеф», - видя тусклый взгляд своего начальника, осторожно предложил Паша.
- «Давай, только немного, спать хочу», - согласился Бендер.
Но Остап долго у паши не задержался, уже утром за ним пришла Ольга и, нежно поцеловав, пригласила с собой.
Время шло, и Остап вжился в это время и совсем забыл кто он и откуда. Ольга его влюбила в себя, прежде он думал, что такое с ним не возможно и лишь теперь понял. Что женщина сильнее мужчины, если она захочет, она с ним сделает все что нужно и не перед чем не остановиться. Остап был покорен. И это мешало его работе, комбинатор уже не раз выслушивал упреки со стороны своих подчиненных, что он совсем забыл о делах, что им он нужен и, что без него иногда трудно принять решения. Выслушивал он высказывания, поэтому поводу и от Ромы. Все это его как-то слегка разбудило, он вновь очнулся и пытался хоть немного выбраться из любовных сетей, но это удавалось с трудом.
Остап понял, что от прежнего Остапа ничего не осталось только оболочка. Его само­любие было задето. И в один из дней он напряг свои мышцы, и пути были порваны, он вырвался на свободу, ему надоела замкнутая семейная жизнь. Он был рожден свободным человеком и вот она свобода.
Целую неделю Остап жил только для себя. Машина не глохла, Михаил был постоянно в работе, трудно было сосчитать, сколько сожгли бензина, сколько намотали километров, но всему приходит конец. Одним днем проезжая мимо того дома, где текла спокойная умеренная жизнь комбинатора, он вдруг издалека, увидел знакомый силуэт.
- «Стой», - громко крикнул Остап водителю, машина встала.
Михаил еще не успел опомниться от шока, что напугал его Остап неожиданной командой. Как комбинатор держал в своих объятьях ту, что мучила его в сновиденьях, они снова стали жить вместе. Ольга так же мучилась и скучала без Остапа, много было желающих занять его место, но никто из поклонников его не получил, она была ему верна.
Это испытание они оба выдержали с честью. Остап вновь расшевелил своих людей, вновь поднялась прибыль, а Ольга окончательно поняла, что этот человек не создан для цепей, в их доме воцарился покой и понимание. Остапу очень хотелось жить и не просто жить, я жить для кого-то и заботиться о ком-то, а именно для своей Ольги.
Как-то раз морозным зимним днем когда, махнув рукой на все текущие дела, Остап с Ольгой остались дома и долго лежали, нежились в постели. Девушка осторожно намекнула комбинатору о женитьбе. Он не мог жениться, у него не было элементарной вещи как у всех граждан России, паспорта. Теперь Остап вновь всерьез задумался о документе, именно сейчас он мог открыться Андрею о своей беде, или счастье, пожалуй, счастье.
- «Так то, что судьба забросила его в этот миг, - думал Остап, - для того чтоб тот помог добыть паспорт. Может не говорить всей правды, можно просто сослаться на потерю памяти после побоев, у меня ведь есть свидетель, и он меня видел, каким я перед ним предстал, - размышлял Бендер, - пожалуй, так лучше безо всяких аномалий просто потеря памяти и утраты документа».
Так комбинатор и поведал свою историю Андрею. Андрей был шокирован.
- «Сколько времени жил без документа, вращается в таких кругах и даже подозрении на тебя ни каких, что ты без родины и флага. Ну, ты настоящий Остап, умеешь заметать следы, надо отдать тебе должное, - удивлялся Андрей. Придется раскошелиться»,- в конце беседы произнес милиционер.
- «Конечно, деньги не счет. Я устал жить и прятать глаза, хочу смело смотреть впе­ред», - проговорил Остап.
- «Что ж я тебе скажу, что надо будет и сколько», - выслушав Остапа, сказал Андрей.
Время шло, зима полностью вошла в свои права. И в этом году она была необыкновенно снежной, так что заметно сократился объем металла, за счет которого пополнялся их золотой запас.
Остались заводы и малые предприятия, но и они давали приличный доход. Именно поэтому комбинатор все свое внимание нацелил в этом направление. Он вновь начал объезжать заводы, вновь сыпал деньгами и заключал договора. В городе он утвердился до­вольно успешно, его узнавали и с ним хотели общаться много не простых, а с определенным положением в обществе люди, с его же стороны не было такого рвения. Но он был вынужден быть в центре внимания, иначе все могло плохо отразиться на его бизнесе. Гак что все нормально.
На дворе мела метель, но дела Остаповские цвели и пахли. Как правило, с удачами появляется и черная зависть со стороны соседей или каких-то знакомых, так и тут не думал Остап и не гадал, что и на него начнутся доносы и наговоры в силовые структуры со стороны окружающих его людей. Казалась бы, никому не сделал ничего дурного, но его милиция не обошла своим вниманием, и он был вызван в милицию, и ему пришлось сидеть на допросе и давать показания, хорошо хоть не в этом городе. К счастью, Андрею удалось добыть паспорт с пропиской у Ольги, и теперь Бендер был полноправным гражданином России.
Рано утром Остап выехал из города, чтоб успеть к назначенному сроку в милицию одного районного центра нашей необъятной страны. Сильно мела метель, так что двигались медленно, дорога была часто переметена, и такие снежные барьеры приходилось брать с ходу с риском оказаться в кювете, но водитель хоть и молодой паренек, но справлялся с машиной и они все дальше и дальше удалялись от города. Вот и огни не проснувшегося города уже скрылись в снежной пыли. Снежный туман окутал машину в непроглядной мгле, но они двигались и двигались вперед к намеченной цели. Остапа начала одолевать дремота, он попросил остановиться, чтоб перебраться на заднее сидение и сладко задремал под монотонные шумы мотора. Проспал Остап всю дорогу, Михаил разбудил его, когда они подъехали к зданию М.В.Д.. Потянувшись, Остап вышел из машины, его лицо обожгло утренним морозом, солнце слепило глаза. От ночной пурги не осталось и следа, и сейчас снег искрился под лучами солнца, на душе было празднично и приятно, единственное, что омрачало прелесть этого утра, то для чего они приехали. Остапа давно ждали тут, его личность не могла не интересовать местную милицию, сколько случаев краж цветного металла было зафиксировано и все отвозилось к Остапу, точнее на его точку. Бендер знал об этом, его не раз информировал Паша, что приезжали из милиции допрашивали и уезжали, находя в книге нужные фамилии.
Пункт Остапа много сделал в плане раскрытия краж такого рода, потому что всякий визит любого клиента фиксировался и не, потому что милиции помог, об этом Бендер как-то и не думал, все делал, чтоб его комбинатора не обманули, но выглядело все на оборот, и в этом была удача для Бендера.
- «Заходите, присаживайтесь, - вежливо проговорил следователь, приглашая комбинатора к себе в кабинет и пододвигая к нему стул. - Вы знаете, с какой целью мы вас вызвали»?
- «Догадываюсь», - проговорил Остап.
- «Но все равно вкратце расскажу. Осенью электрики меняли высоковольтный провод, но, не успев снять старый, вернее не так. Провели новую линию в другом месте, а вот ту, что разворовали, они не успели убрать, оставив до весны, но нашелся стрелок и из ружья отстрелил от опоры все три каната, после чего все было похищено. Нам нужны лица, кто привозил к вам на точку, вот такой медный провод.
Следователь положил на стол кусок медного провода. Остап посмотрел на провод, он узнал его. С его точки последнее время много было вывезено этого провода, так как Остап заподозрил не ладное, он приказал фиксировать каждого, кто его привозит, записы­вал при этом паспортные данные. И теперь комбинатору было чем развеять тучи, что нависли над его делом.
- «Вот журнал, в нем записи всех кто его привозил», - Остап передал журнал следова­телю, и тот углубился в изучение записей.
Прошло больше получаса, прежде чем следователь оторвался от чтения, проговорив:
- «Да тут целая деревня переписана».
- «Чем богаты», - произнес Бендер.
- «Вы мне не оставите этот журнал», - обратился следователь к Бендеру, перебирая исписанные страницы столь ценного для него документа.
- «Нет, не могу, не один вы сюда заглядываете», - с улыбкой сказал комбинатор.
- «Ну, тогда я сделаю копии со страниц».
- «Это, пожалуйста», - согласился Остап.
И через час машина уже неслась в обратном направлении. К этому времени дороги уже почистили и можно было увеличить скорость, чтоб побыстрее добраться до дома. Солнце склонилось к закату, когда Остап подъехал к дому Паши, там было странное оживление, несколько человек что-то усердно разбирали.
- «Что тут происходит», - крикнул Бендер, пытаясь прекратить шум, от ударов кувалды. Из сарая выбежал Паша.
- «Здоров. Остап, ну что там»?
- «Все нормально там, а что тут»?
- «Да, вот попросил мужиков расколотить, а то, как за габарит вычтут».
- «Не ворованное», - строго спросил Бендер.
- «Нет, бомжи со свалки приперли».
- «Ну, ладно пусть колотят», - согласился Бендер и попросил Пашу и Васю пройти к себе в кабинет.
Закрыв сарай и оставив бомжей во дворе, приглашенные последовали за Бендером. Закрыв дверь, обратился комбинатор к Васе:
- «Присаживайтесь. В общем так. Сюда уже приезжали по поводу медного троса с вы­соковольтной линии».
- «Да, но давно неделю назад,- произнес Вася, - я им показал журнал, и они уехали и все, да я тебе говорил».
- «Говорил, говорил, - согласился Бендер. - Теперь и я туда съездил, поэтому же во­просу. Значит так все, что осталось нужно срочно вывести, чтоб у нас не вывезли, они и в дальнейшем будут привозить эту проволоку, записывайте обязательно каждого без пас­порта не берите. Могут подставить, вы меня поняли».
 «Да поняли, чего не понятного», - ответили работники.
- «Что ни будь пожрать есть, жрать хочу собаку бы съел»
- «Зачем собаку я сейчас свинины пожарю», - любезно предложил Вася.
- «Будь добор, а я пока кемарну, притомился я в дороге», - укладываясь на диване, сказал комбинатор.
Бендер уснул сразу и лишь спустя два часа был разбужен консультантом. По дому разнесся приятный запах жареного мяса с луком. Сытно поужинав, Остап попросил Михаила, чтоб тот увез его домой, где дано его, ждет любящая жена. С Ольгой Остап расписался сразу же, как появился паспорт, пообещав обязательно обвенчаться в церкви весной и уехать в свадебное путешествие, а пока как убеждал Бендер молодую жену надо зарабатывать денег, чтоб чувствовать себя совершенно свободным. Жена конечно согласилась. Бендер, конечно же, был прав, что за путешествие без денег. В дверях Оста и встретила Ольга.
- «Почему так долго и почему от тебя пахнет жареным луком», - более жестко задала вопрос жена.
- «Павлик мясо жарил, вот я и провонял, пока бумаги смотрел».
- «Ну. Конечно, и лицо помял о бумаги», - подметила женщина.
- «Да, тебя не проведешь, заснул немного, устал очень, ты же знаешь, куда и зачем я ездил, понервничал немного, и сморило, ну не сердись», - Бендер обнял жену и поцеловал, Ольга улыбнулась.
- «Последний раз поверю».
- «Хорошо, хорошо в последний раз», - произнес Остап, и еще раз поцеловал жену.
- «Давай чайку попьем, и спать пойдем», - предложил Бендер.
- «Ладно, умойся, иди хоть складки от подушки разгладишь».
За окном вновь поднялась пурга. Остапу не спалось, он осторожно встал с постели и подошел к окну. На фоне темного неба, снежная буря выглядела еще более устрашаю­щей, она то открывала, то вновь окутывала звездное небо в снежный туман. Остап долго стоял и наблюдал за происходящем, в доме было тепло и уютно и то, что творилось за окном для Бендера создавала уют его дома. Остапу в этот вечер было очень хорошо, его Кубышка пополнялась, и золотой запас рос. Где-то в не далеком будущем он видел синее море, стройные пальмы, белый пароход, его на палубе с Ольгой, ее черные волосы перебирал теплый морской ветерок и он в ослепительно белом костюме, нежно держит за талию свое сокровище. От этих мыслей глаза Остапа вспыхивали особым огнем, он то­нул в своих мыслях с головой. Насмотревшись, как лютует зима за окном, Остап лег спать и уснул.
Семейное благополучие слегка о дурманило Остапа, его характер и норов были утрачены. Именно поэтому на свои дела комбинатор слегка махнул рукой, полагаясь на Васю и Пашу. И таким расслаблением дисциплины, не замедленно воспользовался Вася. На точке Остап стал появляться не так часто, как следовало, делами заправляли заместитель и консультант. Вася был много умнее Бокогреева, а значит, все управление было на нем, алчность, жадность, непорядочность особо резко проявилось в это время у консультанта. Но гак как он один не может ни чего сделать, консультант взялся обрабатывать Пашу.
- «Ты так живешь? - спрашивал, он очень часто у заместителя. - Неужели ты не хочешь обзавестись семьей, купить машину, построить новый дом. Ты знаешь, сколько мы денег заработали шефу, не знаешь и сколько денег у нас с тобой, а я тебе скажу, я могу назвать тебе с точностью до копейки, и ты поймешь все. Твой дом, твоя площадь задействована, ты бы мог брать дополнительно за это, ты не берешь напрасно».
- «Да, что мне жалко, что ли, - возмущался Паша, - мне и так хорошо, а что до дома Остап его и отремонтировал, он денег дал. Вот на счет жениться, это да иногда хочется, но не всегда, да и денег мне хватает, но конечно не всегда».
- «Вот, видишь, - зацепился Вася, - я тебе могу предложить схему, Остап ничего не знает, если ты не скажешь, и ему вреда не будет, а мы немного заработаем».
- «А дело точно не пострадает. Ты уверен»? - спросил Паша.
- «Точно», - утвердительно ответил консультант.
- «Тогда говори, может действительно что-то стоящее».
- «В общем, так Паша, слушай». Василий сосредоточился и заговорил:
- «У моей жены есть одна баба знакомая, она водку крутит, ну это спирт разводит, еще что-то добавляет, - пояснил Лаптев, - и получается настоящая водка, затем по бутылкам закатывает, и не отличишь от настоящей. Вот я и предлагаю за металл алкашам водкой паленой платить, они все равно деньги пропивают. Ну, а деньги, то есть навар пополам, и волки сыты и овцы целы, понял». - Вася смолк и внимательно смотрел Паше в глаза, пока тот перерабатывал информацию.
- «А что можно, - наконец он произнес, - в конце концов, мы на его деньги металл купили, купили, а чем расплачиваться это наше дело»,- рассуждал Паша.
- «Ну, ты понял схему».
Глаза Василия горели алчным огнем, для себя он уже разработал схему, как надует Пашу и даст ему совсем немного главное втянуть. В его голове мозги кипели от нетерпения, он сейчас же хотел начать свою деятельность, было начало рабочего дня.
- «Ну, что согласен»?
Паша был согласен.
- «Тогда, я побежал до дома за водярой, а ты начинай работать и так как в невзначай предлагай водку, говори, мол, осталось от дня рождения и нужны деньги, надо продать, а через полчаса буду.
Вася умчался за липовой водкой. Заместитель совсем не думал, как и что, может произойти в случае провала их не легального бизнеса, он думал лишь об одном, чтоб Бендеру не повредить или чтоб не было обмана по отношению к Остапу.
- «Металл же будет, значит, нет обмана», - продолжал рассуждать заместитель, тем самым он себя успокаивал, и их новый бизнес получил одобрение Паши.
Дело закрутилось. Паша получал дополнительный доход и был этому безгранично рад. В момент появления Бендера в доме торг затихал, и водка пряталась от затуманенных любовью глаз Остапа. Продолжался этот тайный бизнес двух заговорщиков довольно долго. Остап лишь иногда проверял журналы и сверял веса после реализации и ничего подозрительного он не находил там, все было правильно и Бендер успокаивался и уходил с головой в семью.
Ольга была счастлива, теперь Остап всегда был рядом с ней, а что нужно еще женщине, которая безумно любит. Они были счастливы. Иногда они ходили в ресторан, но им там было скучно, и они задерживались совсем ненадолго, большей частью пара просто прогуливалась по вечерним заснеженным улицам и, нагулявшись, отправлялись домой, где их ждал мягкий диван и голубой экран телевизора. Бендеру очень нравилось смотреть телевизор, именно через телевизор он учился жить в новом времени. Жене он так и не открылся, Остап боялся, что она не поймет и сочтет его лжецом, этого Бендер не хотел не как.
Время текло неудержимо быстро. В морозы молодая пара совсем не выходила из дома, им не куда было идти, не было у них не родных, ни близких. Такое обстоятельство их еще больше сближало. Ольга не раз намекала Остапу о ребенке, но он лишь отмалчивался и уходил от ответа. Бендер сам не понимал, почему он не может дать согласие. Ведь эн ее любит и никого ему, кроме Ольги, не надо. Но что-то не понятно в нутрии говорило ему: нет, подожди еще рано, и этому чему-то он подчинялся. Отвергнув очередную просьбу жены, Остап отошел к окну, оставив ее на диване со слезами на глазах. Женщина понимала все по-другому:
- «Значит, не любит и не хочет жить, наверняка есть другая или мечтает о другой».
Все равно плохо думала она. И иногда она находила в себе силы, чтоб развеять свои сомнения.
- «Откуда другая, он всегда со мной, он горяч со мной в любви, всегда меня хочет, нет, не может быть другой бабы, что-то другое, что-то другое мешает иметь нам ребенка».
Что-то другое не столь страшным являлось для Ольги, чем измена, в ней вновь просыпалась любовь, притяжение и нежность к человеку, который для ее является целью всей ее жизни. С такими мыслями она подходила к Бендеру обнимала и целовала, получая взамен столько же нежные ласки. И вновь в их семье царило благополучие и взаимопонимание.
Близились новогодние праздники. Город был в предпраздничной суете, в которых шуршали бумагами, делая годовые отчеты, на заводах подгоняли план, в милиции усердно искали преступников, пытаясь раскрыть не раскрытые преступления. И каким-то образом, горимые этим желанием ОБЭП ника и забрел на Остаповскую вотчину, где накрыли нелегальную торговлю липовой водкой. Бендер был сражен этой новостью наповал, он вдруг почувствовал, как деньги потекли меж его пальцев, комбинатору стало плохо, у него не было слов ответить, что-либо Андрею, который стоял рядом с ним, обдумывая как выползти из этой ямы. Для Бендера все было в тумане, он кипел от ярости, ему очень хотелось искусать двух лжецов, что так нагло провели его, того, кто сам неоднократно обводил вокруг пальцев самых изощренных аферистов, а здесь сам попал как мальчишка. Его самолюбие было задето не на шутку, и теперь он страдал.
Прошло несколько дней, пока все встало на свои места. Комбинатор выяснил, чья это была идея продавать спиртное, и сколько Василий на этом заработал, как делил с Пашей, о чем он незамедлительно поведал заместителю, после чего у Паши глаза налились кро­вью, как у быка. Но благоразумие Остапа не позволило «пролить кровь».
 «Ну, что голуби мои, прошу вас пройти ко мне в кабинет», - громко и зло крикнул Астан, едва открыв дверцу влетевшей во двор Пашиного жилья девятки. К счастью клиентов не было и два бизнесменов, стояли без дела.
 «Я только что из милиции и знаю все, так что врать бессмысленно, прошу за мной».
Комбинатор и двое его работника прошли в дом. Михаил остался в машине, он тоже
иногда оказывал услуги, подвозя алкоголь к дому Паши, но Остап не таил на него зла, он считал это мелочью. Главный виновник этого Лаптев Вася, затем Паша, которого он так же обманул и плюс ко всему заставил продавать это пойло, Паша дважды был обманут.
Дверь в кабинет захлопнулась. Остап сидел за столом, как орел над своей жертвой, он наслаждался беспомощностью своей жертвы.
 «Сейчас я вас буду убивать морально, голуби мои, готовьтесь к смерти. После этого вы превратитесь в рабов на срок что я вам определю предатели и негодяи. Да деньги чудеса творят, они могут из человека сделать свинью и мразью порядочного человека превратить в лжеца и предателя, и, наоборот, из незаметного человека сделать личность».
Остап долго еще рассказывал им, кто и что из себя представляют, как теперь они будут жить и сколько им придется выплачивать денег за то, что они не сели в тюрьму. Бендер не раз пил воду, чтоб смочить свое горло от непрерывного говора и, наконец, он устал.
 «Ну, все хватит говорить, - произнес Остап, - теперь работа полный отчет в письменной форме каждый день.
«Я можно, я просто буду рассказывать, - перебил Паша Остапа, - я писать не люблю.
 «Можно коротко, - ответил Бендер. - А вы гражданин Лаптев в письменной форме, подчеркнул Остап. Все идите работать», - взмахом руки Остап указал на дверь своим батракам.



ГЛАВА 5.
Потеряв дополнительный доход, Лаптев сник, не было того энтузиазма, с каким он шел на работу буквально несколько дней назад. Дома в семье так же все перевернулось с ног на голову. В доме осталось еще много непригодной водки, жена начала продавать сама. Появились свои клиенты, как мужчины, так и женщины. Василий не раз замечал, придя с работы, его жена была пьяной, в ней вспыхивали порывы ярости и ревности. На него она смотрела как на человека второго сорта, Василий вновь перестал ее интересовать. Лаптев понимал, что ему с ней не справиться и самое лучшее, что может быть для него это вновь с ней расстаться. Квартира была его, и ему осталось только выселить ее, на этот раз все было не так-то просто. Эта женщина вжилась и совсем не хотела покидать насиженное гнездышко, потом у нее появился друг, с которым она без лишнего стеснения распивала водку в присутствие консультанта.
Для Лаптева наступили черные дни. Неизвестно сколько бы еще так продолжалось, если б Паша не рассказал Бендеру о семейном деле Васи.
- Знаешь, Остап как он мучается. Мне его жалко, честное слово,- говорил Паша. - Он приходит весь грустный, глаза красные наверняка всею ночь не спит, а вчера даже домой не пошел, так тут и уснул. Может, помножим ему, надо ее выселит», - просил Паша.
 «Она там прописана», - немного подумав, спросил Остап.
 «Я узнаю у него сегодня, он сейчас должен подойти».
Было около восьми утра, Остап проснулся рано, что-то не давало ему спать, дурное предчувствие мучило его, и он не понимал от, куда дует этот ветер, в его доме было хорошо, значит ведь на точке, и поэтому он здесь в столь ранний час.
 «Паша, давай чашку сделай покрепче и ко мне в кабинет», - попросил Бендер, выслушав Пашу, и проанализировал обстановку.
Скоро подошел консультант. Услышав его голос, Бендер крикнул:
 «Василий зайди ко мне поговорим».
Лаптев вошел чернее тучи, мятая одежда не умытое лицо, все говорило о его тяжелой ночи.
 «Рассказывай, только правду и будем думать, как тебе помочь».
 «Все очень плохо Остап, - начал Вася, - сегодня, вернее вчера ее наглость жены я не имею в виду перешла все границы, там опять сидит и пьет со своим этим другом и жрут, то, что я купил, т.е. мою еду колбасу, ну я много что принес, не помню. Я ей сказал все хватит, пора заканчивать, а она иди, погуляй маленько, сейчас мы закончим, и ты придешь, а что я сделаю, ну я и ушел. Пришел приблизительно через час, они сидят в обнимку», - Василий замолчал.
Остап выслушал, ему действительно стало жалко Лаптева.
 «Она там прописана», - спросил Бендер.
- «Нет, это квартира моей покойной матери, она царство ей небесное, - проговорил Вася, - не хотела, чтоб я ее там прописал, видно чувствовала, что за птица, а я вот влюбился дурак».
- « Ну, ладно, что ни будь, придумаем. Иди, работай, а я покумекаю, что нам предпринять. - Остап остался один. - Да, положение у Васи Лаптева, - вслух проговорил Остап, - надо помочь. Сегодня с Андреем съездим, пусть водку купит и дело с концом, если не посадят, но и к этому дому она на пушечный выстрел не подойдет, а Вася заночует здесь, так будет лучше».
Как Остап задумал, так они и сделали, из квартиры Васи было изъято несколько ящиков липовой водки и задержано несколько человек, что находились в квартире. Таким образом, Остап вновь вытащил Лаптева, и он долго еще не мог оправиться от того, что ему пришлось пережить последнее время. Но в работе он был старательным, с делом своим он справлялся, только вот ни долгом, Остап ему не верил и наблюдал за ним более серьезно, чем раньше. Консультант был напуган, теми событиями, что произошли с ним за столь короткий период времени, и ничего плохого пока не замышлял. Он вновь оставался в доме Бокогреева, в город почти не выходил, только лишь за продуктами, да пиво иногда покупал. Алкогольные напитки он почти не употреблял, в этом был его большой плюс и только. Бокогреев, как только обрел человеческий образ все чаще начал задумы­ваться о женитьбе и как заметил Остап, у него даже кто-то появился и не мудрено жен­щины тянуться к деньгам, но Паша не очень-то ее баловал, и поэтому у них было все в невесомости.
- «Ты, что не женишься, а Паш? - спросил, как-то Бендер. - Жить будешь спокойно, в чисто прибранном доме с горячим обедом, сытным ужином, проснешься, завтрак на сто­ле, - говорил Бендер. - Жена о тебе заботиться будет, это же здорово зам».
Но Паша молчал. Он долго обдумывал слова Остапа. Бендер терпеливо ждал, пока гот все пережует и сделает свой выбор и, наконец, он заговорил:
- «Вот ты Бендер говоришь, женись, я б конечно женился, но она ведь, - паша слегка подумал и продолжил, - ладно, если будет хорошей, а будет вон как у Васи», - эти слова он произнес в присутствие Лаптева и Василий виновато опустил глаза.
Было время обеда, за столом сидели вчетвером, Миша в этот день был свободен от дел и наслаждался бездельем. Бендер в своем кабинете проверял бумаги. И после не хитрого обеда он вновь углубился в бумаги, изучая тщательным образом все, что дал ему на проверку консультант. Все было в порядке ни чего подозрительного Бендер не заметил. Пролистав последние страницы журнала, Остап потянулся и встал из-за стола.
- «Ну, вроде все нормально. Выйду подышать воздухом, - произнес он в зеркало, - да, немного стареем, вот и седина появилась, - подумал Остап, перебирая волосы на висках, - знать пора».
Поправив прическу, он вышел из дома, во дворе кипела работа, грузили очередную машину металлом, чтоб отправить на основную базу. Грузчики были люди наемные, и поэтому требовался особый контроль.
- «Паша, подойди, будь любезен, - позвал его Остап. - Откуда эта дикая команда»?
- «Да, ты что Остап, какая дикая я всегда их приглашаю».
- «Не воруют»?
- «Упаси бог, я за ними поглядываю до последнего, и потом зачем, если хорошо им платим».
- «И действительно, зачем, если хорошо платят». Остап углубился в размышления.
- «Ну, ладно иди, повнимательней там поглядывай».
 «Да все будет нормально, не волнуйся Остап».
Паша вновь вернулся к своим обязанностям. Бендер стоял на крылечке и дышал мо­розным воздухом и смотрел, как работали люди. Солнце садилось к закату, по небу раз­лилось малиновое зарево.
- «Завтра опять будет морозно, - посмотрев на закат, произнес Остап. - Миша заводи, поедем домой, - скомандовал Остап водителю. И они покинули Пашин дом.
Ночь действительно была морозной. Стекла на окнах били сплошь, покрыты морозным узором, так что не возможно было увидеть, что твориться за окном. Остапу очень не хотелось вставать, и он плотнее прижался к Ольге, вновь углубился в сон. На другом конце города Паша и Вася встали очень рано, помогали заводить груженую машину водителю, чтоб первым попасть под выгрузку, но она ни как не хотела заводиться. Пришлось ее прогревать полностью и только после этого она, наконец, завилась. Паша остался на точке, а Вася отправился на базу.
- «В такой мороз вряд ли кто придет с утра», - подумал Паша.
Дом за ночь настыл. Бокогреев затопил печь, и по комнате потекло приятное тепло. Паша лег в кровать и уснул. Снилось ему теплое лето, огромный дом со светлыми ком­натами, стол, накрытый белой скатертью, четыре мальчика и красивая жена. Паша сидел за столом и «а него, не моргая, смотрели четверо пар детских глаз. Жена подавала обед, над камином висела клетка с соловьем. Только вот соловей не пел как обычно, а куковал. Паша проснулся, не понимая, почему так. Над его кроватью висели часы, и оттуда надрывно куковала кукушка: ку-ку.
- «Надо же такое присниться», подумал Паша, сидя на кровати.
Печь давно протопилась, в доме стало уютно и тепло. До обеда Бокогреев был совсем без работы. Вернулся Василий, привез мясо, продукты и принялся готовить обед. Паша так и не вставал, пока Лаптев не пригласил его к обеду.
- «Вставай, хватит дрыхнуть, в следующий раз ты поедешь, а полежу».
- «Нет, Василий это твоя обязанность, так что и рад бы да», - Паша не договорил.
Ложка провалилась в рот Паши, и он смог издать лишь неопределенное мычание.
Дальше ему не хотелось объяснять, он увидел обед. Работа появилась у Бокогреева лишь ближе к вечеру, но совсем немного. Так что* морозы вся надежда была на Мишу, кото­рый работал от Бендера по договорам с заводам. Так что деньги к ним текли беспрерыв­ным ручьем, что Остапу доставляло удовольствие.
Приближались новогодние праздники, оставалось несколько дней до сказочной ночи с 31 декабря на 1 января. Остап решил сделать своим работникам новогодние подарки.
Они долго с Ольгой спорили по этому поводу, и не могли найти общего решения, что же им подарить. Бендер смотрел на этот вопрос с мужской стороны, они нашли все же выход из этого, и решил подарить, опираясь на женское и мужское желание. Денег Остапу было, не жаль. Он считал, его команда заслуживала от него благодарности. Все оставшееся время он ездил с женой по магазинам, подбирая подарки. Все было готово в последний день уходящего года. В доме Бокогреева была установлена новогодняя елка, любовно украшенная руками Ольги, и был накрыт стол. Остап не захотел идти в ресторан, куда был приглашен, с ним согласилась и его жена. И новый год они встретили в узком кругу, среди своих работников. Паша был счастлив, такого он не переживал с детства. Василий боле же спокоен у него все же был налажен когда-то быт, и была семья, чего был лишен Паша. Лишь Михаил едва пробили часы 12:00 он умчался к своим друзьям.
- «Молодежь, что с ним сделаешь», - с улыбкой произнес Остап, когда водитель покидал их дом.
Ночь прошла в спокойной обстановке. Природа в эту волшебную ночь сделала подарок, мороз спал. Домой Остап с Ольгой возвращались пешком через весь город. Дышалось легко и свободно. Улицы были пусты и от людей и от машин, город уснул утомленный праздником, лишь редко попадались такие же парочки как Остап с Ольгой. Неза­метно для себя они оказались у дверей своего подъезда.
- «Тебе понравилась эта ночь», - спросил свою жену Остап, помогая снять шубу.
- «Мне везде с тобой понравиться, ты же знаешь об этом».
- «Об этом всегда хочется слушать дорогая моя жена».
- «Хорошо, я буду говорить тебе утром и вечером, что люблю тебя и ты единственный кто мне дорог и нужен, чай пить будешь»?
- «Давай испьем живительный нектар, и очень хочется», - Остап сделал небольшую паузу и лукаво посмотрел жене в глаза, произнес, - поспать».
- «Я тоже не откажусь», - произнесла Ольга.
Проснулись они далеко за полдень, чего нельзя сказать про Пашу с раннего утра к нему начали стучать, потекла работа, несли все и сковороды и кастрюли и ложки все, что имело отношение к цветному металлу, и каждый, кто получал деньги, задавали один и тот же вопрос.
- «У вас, что ни будь есть», - от этого вопроса Вася краснел. Он мысленно подчитывал, сколько денег уходит в другие нечистые руки. Едва себя, сдерживая, он молчал, в нем вновь просыпался человек лжи нечистоплотности. Но время еще не пришло, думал он, что честно выполнял свои обязанности. За поведением Лаптева следили и наблюдали, контролировали все Паша и Миша, сам Остап было строго настрого приказано комбинатором, бывшую жену Василия даже на территорию Пашиных земель не пускать и в случае проникновения сразу же докладывать. Все прекрасно понимали, к чему может при­вести ее визит, и поэтому беспрекословно выполняли приказ Бендера, даже сам Василий не хотел с ней встречаться, хотя в душе в глубине души, хотелось бы ему с ней полюбезничать.
Новый день был в разгаре. Мороз и солнце. Деревья в саду сплошь окутаны инеем, переливались в солнечных лучах, искрились и радовали своей несказанной красотой.
Бендер явился как всегда неожиданно, окинув взглядом своих подопечных, произнес:
- «Ну, что голуби мои, как наши дела?- Голуби стояли и ждали очередного вопроса. - Вот ты Паша, - обратился Остап, - расскажи как у нас в плане оборота».
- «Все хорошо Остап, только почему-то мало несут и все».
- «Вы, Василий, забытый муж говорите»,
- «Да, что говорить, хотелось бы больше».
- «Водкой не думаешь торговать», - вновь задал ему вопрос комбинатор.
- «Не надо Остап на болячку соль сыпать, мне стыдно и я знаю, что виноват».
- «Дай бог, если это ты осознал надолго, и никогда больше не будешь мудрить за моей спиной, я повторяю за спиной».
- «Я тебя понял Остап», - виновато произнес Василий.
- «Вы мой друг», - обратился он к водителю, - готовьтесь к тяжелому труду, пчелки мало нам несут меда, а значит, мало денег это плохо значит вплотную, займемся заводами после выходных».
- «Я всегда готов, как скажешь».
- «Да, и вот что еще, съезди к Роману и приготовь новые договоры, год-то новый пошел и можешь сегодня же чтоб нас спаси бог, не опередили, это тебе спецзадание, понял».
- «Понял»,- махнув головой в знак согласия, сказал Миша.
 «Теперь за работу. Василий принеси мне бумаги и журналы, я полистаю», - сказал Остап, заходя в дом.
Бендер долго копался в бумагах, считал, записывал, сверял, все было правильно, ни чего подозрительного он не обнаружил. Доходы хоть и упали, но они все же были, и это его радовало. Ему еще предстояло расширить свою деятельность в отношении заводов, и теперь он обдумывал, как все это будет происходить.
- «Праздники закончатся очень скоро, - думал он, - главное не опоздать, чтоб конку­ренты не определили да цену не перебили. - Остап для себя оставил практически мизер­ный процент от дохода, - Роман не думает поднимать цену, если не поднимет в этом го­ду, мы много потеряем, нас просто перебьют ценой. Потом мы уже не сможем вновь гуда просочиться в эти конторы», - мучился Остап в своих размышлениях сидя за столом, в руках его был карандаш, и он не осознанно рисовал человечков на чистом листе бумаги.
Погруженный в свои размышления, он не заметил, как за окном опустилась ночь, и пора было возвращаться к своей Ольге. Она уже несколько раз ему звонила, интересуясь, где он и чем занимается. Услышав голос Остапа, успокаивалась на какое-то время.
- «Что ж пора домой, - произнес Остап, вставая из-за стола. - Михаил экипаж к парадной», - крикнул он не открывая дверь своего кабинета, да и этого не нужно было, Миха­ил услышал и умчался подогревать машину.
Через полчаса Бендер сидел за столом и наслаждался ужином, что ему приготовила Ольга. Он с огромным аппетитом поедал все, что она подавала - это действительно было очень вкусно. Наконец насытившись, он откинулся на спинку и произнес:
- «Спасибо, прекрасно приготовлено, где ты так научилась готовить».
Ольга достала мужу книжку и показала мужу.
- «Да, полезная книга, ты почаще туда заглядывай», - пошутил Остап.
Эту ночь Бендер спал крепко и без сновидений, сердце его было спокойно, он был по-настоящему счастлив. Новый день новые заботы. Проснулся Остап хорошо отдохнувший, полон сил и энергии.
- «Сегодня я горы смогу свернуть», - рассматривая себя в зеркало, проговорил он.
Его жена еще нежилась в постели, он видел ее отражение в зеркале, ее колено призывно вынырнуло из-под одеяла. Бендер заострил на этом свое внимание, затем Ольга потянулась и перевернулась на бок, так что ее статная фигура полностью оказалась открытой. По лицу Остапа скользнула улыбка.
- «Пожалуй, я тоже еще поваляюсь», - сказал он и залез к Ольге в постель.
Немного полежать у него не получилось подняться вновь он смог только ближе к обеду. Михаил несколько раз подъезжал к дому, но вновь уезжал один, телефоны у супругов были отключены, а в дверь стучаться он не решался. Так и ездил он все утро. Но вот, наконец, в двери подъезда показалась фигура Остапа. Михаил облегченно вздохнул.
- «Наконец-то проснулся», - пробубнил он пока Бендер шел к машине.
- «Доброе утро», - бодро проговорил Остап.
- «Какое утро, время уж обед, я какой раз подъезжал».
- «Ну, ладно не ругайся, давай трогай и все по намеченному плану, сначала на мясо­комбинат, там еще не все вывезли, затем авто деталь, ну и по сельхозтехникам проедим. Договоры заготовил»?
- «Да, вот они», - Михаил передал Остапу папку. Он просмотрел бумаги.
- «Ну, что вроде все правильно. Поехали к последнему директору мясокомбината».
- «Почему последнему»? - поинтересовался водитель.
- «Потому что после него мясокомбината не будет, друг мой».
- «Это точно, - согласился водитель, - все почти продал».
 «И в этом году не должно быть», - улыбнувшись, произнес Остап.
Очень скоро они оказались на проходной, где их радушно встретил пьяный сторож и за это радушие Михаил наградил его бутылкой красного вина и за это все двери были открыты для них.
В кабинете директора мило беседовали двое, сам директор и его неизменная секретарша.
- «Мы вам не помешали», - приоткрыв дверь, спросил Остап.
- «Нет, что вы таким гостям мы всегда рады. Проходите, присаживайтесь, Наташенька будь любезна кофейку две чашечки. - Секретарша вышла из кабинета. - И гак я вас слушаю», - проговорил директор, обратившись к вошедшим.
- «Миша достань договора. Новый год, новый договор, как требует закон и ничего нельзя поделать, мы граждане законопослушные», - говорил Остап.
- «Раз надо. Да к тому же если закон тогда конечно будем заключать, - иронично с улыбкой говорил директор, слушая Бендера, - будем цены пересматривать или».
- «Конечно, будем, но только чуть позже, а пока договор».
В это время вошла Наташа и принесла кофе, кабинет наполнился кофейным ароматом.
- «Люблю кофе, а особенно кто его готовит», - директор окинул Наташу нежным взглядом, за это с ее лица скользнула улыбка, нежным поцелуем, они поняли друг друга. Понял и Остап и Михаил, что директор боготворит свою секретаршу, но им до этого, не было ни какого дела, их цель другая металл. И они добились своего, договор был подписан. Поговорив еще немного и выпив кофе, они распрощались. Теперь их путь лежал на завод авто деталь. Оказавшись на проходной, Остап позвонил Андрею, тот незамедли­тельно прибыл. В стенах завода Остап видел как алюминий, и другие цветные металлы убирались под замок.
- «Время без придела прошло», - подумал Бендер, и он был прав.
Директора на месте не оказалось, он отбыл в командировку, куда-то за границу, рассказал его заместитель, что временно исполняет его обязанности. Беседа была трудной и долгой не сходились на ценах, и было явно видно, что у этого человека есть свои клиен­ты и с ними он мог играть в темную, основная масса денег оставалась бы у него. Андрею не пришлось трудиться, чтобы зам дал согласие и подписал договор. Решающей фразой было то, что усилится контроль со стороны милиции, и управление заводом будут также держать под особым контролем движение отходов цветного металла. Подумав, замести­тель, все же принял решение и подписал договор и сказав при этом:
- «Лучше синица в руке, чем журавль в небе».
- «Вот это правильно», - поддержал его Андрей.
- «Поживем, увидим, может, и журавль будет наш».
Получив основной договор в руки, компаньоны вышли с завода.
- «Ну, что звони, если что-то будет не получаться».
Андрей пожал руку Остапа и умчался по своим делам.
- «Время сколько», - спросил Бендер Михаила.
- «Около пяти».
- «Поехали на Пашу и Васю взглянем, что-то они целый день молчат, не звонят».
Машина сорвалась с места, не дав договорить Остапу. Во дворе Паши как всегда было людно.
 «Ну, как дела господа металлисты, что сегодня у нас по прогнозам на ближайшие несколько недель» - обратился Остап к народу, что стояли и ждали, пока Вася им выдаст деньги.
- «Да, что прогнозы, - заговорил самый бойкий. - Мороз, какой сейчас бы водочки грамм сто можно и поговорить, ведь было хорошо, и бежать никуда не надо, сдал и сразу взял и до дома. А сейчас набегаешься и домой не попадешь».
- «Почему ж не попадешь», - поинтересовался Остап.
- «Да обязательно кого-нибудь, встретишь ну и все».
Разговор происходил в присутствие Васи, и у него глаза горели огнем, когда он слышал возмущение посетителей.
- «Ладно, ладно будем думать, - резко оборвал беседу Остап, заметив нездоровый огонь в глазах консультанта. - Бумаги мне принеси, - коротко он бросил эту фразу Паше, - да и журнал посетителей я полистаю».
Остап скрылся в доме. Усевшись за свой стол, он задумался, в его голове мелькали цифры, он подсчитывал дополнительный доход от реализации водки, сумма получилась интересной.
- «Надо поговорить с Андреем, он наверняка знает, где можно добыть паленую водку». Паша вошел без стука.
- «Вот, Ocтап, куда положить».
- «Положи здесь, - Бендер указал пальцем на край стола. - Что, какой хмурый», - спросил он Пашу, заметив, что он чем-то озадачен.
- «Вот сколько сегодня народу было и все спрашивают про вино, я прикинул, доход был бы как от металла, а может даже и больше».
- «Ладно, иди, - оборвал Бендер Пашу, - понадобишься, я крикну». Паша вышел, не­довольно хлопнув дверью.
- «Вот так всегда, начнешь только о чем ни будь говорить, так он сразу ладно», - бубнил Паша, проходя мимо Михаила, но водитель промолчал. Через полчаса из кабинета вышел Бендер.
- «Заводи, Миха, поехали домой. Ну, что вроде бы у вас все нормально. Я доволен, за это я подумаю насчет водки», - объявил он своей команде.
- «Только быстрей ладно», - не выдержал Паша, его лицо светилось, он знал, что и ему немного перепадет.
Больше радовался Вася. У него было, где взять паленую водку, а значит, у него будет свой доход. Каждый строил свои планы. Думал об этом и Остап, но это он считал мелочь.
- «Зато работать будет веселей. Надо решить с Андреем», - говорил он сам себе.
Еще в машине пока ехал домой он позвонил Андрею и договорился о встрече на завтра.
- «Есть идея, вот только не знаю, одобришь», - говорил он своему другу.
- «Завтра встретимся и решим», - говорил он в телефон.
- «Что ж тогда я тебе ближе к обеду позвоню. Спокойной ночи».
- «До завтра».
Остап откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза, он немного устал. Вскоре машина подкатила к дому и через несколько минут Остапа встречала его жена.
- «Ужинать будешь», - спросила она.
- «Да, я голоден как волк. Я сделал сегодня большое дело, заключил договор с авто деталь есть такой завод в этом городе и мы теперь от туда потянем деньги, которые нам очень нужны», - рассказывал он жене.
Весь вечер Остап без умолку говорил о своих планах по отношению торговли водкой, поначалу Ольга была против, но потом и она согласилась в доме Бендера наступила ночь, потух, светила лишь луна своим бледным лучом шарила по комнате Остапа.

ГЛАВА 6.
Утро для Остапа наступило слишком быстро, как он говорил: - «Только лег и уже надо вставать, даже тебя мое солнышко поцеловать некогда, сегодня мне надо многое решить.
- «Да, ладно уж иди, отпускаю, - с улыбкой произнесла жена, - завтрак, надеюсь, сам себе сделаешь, а я немного еще полежу, вставать не очень хочется».
- «Сделаю куда деваться, ты отдохни тебе спешить некуда».
Остап вышел из спальни на кухню, поставил чайник и в ванную, через полчаса он был уже в машине и ехал к Паше на точку. Там он еще раз должен будет все взвесить и про­считать, потом поехать к Андрею. Паша встретил Остапа заспанный и неумытый.
- «В чем дело мой друг, почему ваше милое личико слегка помято и неумытое?»
- «А, что умываться то, жениться, что ли идти».
- «Надо», больно прошипел заместитель.
- «Все равно краше не буду, ну если надо умоюсь», - продолжал, бубнит Павел.
- «У вас голубь была сложная ночь?» - донимал Остап его вопросами.
- «Ночь как ночь, только спал плохо, девка всю ночь снилась, я аж несколько раз просыпался. Проснусь, рукой пошарю один, и так мне делается плохо, потом опять засну и снова сниться оно, но как назло, опять проснусь, и ее нет и так несколько раз. Может мне жениться, а Остап?»
- «Может надо, - поддержал его Бендер, - на примете что ли кто есть».
- «Да, есть тут одна вроде ничего, правда с ребенком, но работать любит, а мне главное, чтоб работать хотела, сразу поросенка и курей заведу, люблю живность в доме».
Бендер смотрел в упор в глаза Павла и внимательно слушал и когда он замолчал, сказал.
- «Ты очень изменился мой мальчик в хорошую сторону. Я помогу тебе обрести се­мью, а пока за работу бумаги в кабинет и полный отчет за сутки».
- «Ага», - засуетился Паша, в нем вспыхнула искра надежды и чувство перемены в его жизни в хорошую сторону.
Ему очень захотелось угодить Бендеру и затем вновь вернуться к мысли о женитьбе. Пока Бендер занимался бумажными делами, зам привел себя в порядок и приготовил не хитрый завтрак к этому времени подошел Василий. Он сразу заметил перемены в лице Паши.
- «Что случилось», - осторожно спросил консультант.
- «Да, ничего я просто решил жениться, хочется пожить семьей. Что я хуже других что ли»?
- «Да нет, не хуже, почему сразу хуже, - с ехидной улыбкой, говорил Вася, - и невеста есть»?
- «Найдется, - гордо произнес зам,- правда с ребенком, но она мне нравится. Попро­бую Остапа сегодня уговорить, вечером к ней скататься, чтоб посмотреть может совет какой даст, я ведь в бабах не очень», - полушепотом говорил Паша.
- «Меня возьмете, или без меня», - поинтересовался Вася.
- «А кто здесь-то останется, дом без присмотра нельзя оставлять, сарай металлом за­бит, перетаскают половину, нет, ты нас тут подождешь».
- «Ладно, уговорил», - произнес Василий.
Из кабинета вышел Остап.
-«О чем разговор, Василий. Доброе утро», - протягивая консультанту руку, произнес Астан.
- «Здравствуй шеф. Паша то у нас жениться собрался, сегодня вечером смотрины».
- «Ну, что жениться я слыхал, а про смотрины нет».
- «Да, я сейчас вот тебя хотел попросить, то есть поговорить, чтоб съездил со мной к ней, может, что присоветуешь, а то я в бабах не очень», - с волнением говорил Паша.
- «Если нужен совет, ты его получишь», - Остап одобряюще хлопнул Пашу по плечу, - не волнуйся, осечки не будет».
- «Ну, что значит вечером, доедим»?
- «Доедим, обязательно доедим, как я могу тебя несмышленыша одного пустить на такое дело. Вечером едим. Я сейчас отлучусь, по нашему общему делу, а вы занимайтесь делами, я скоро приеду и что-то вам скажу. Миша заводи, - не сразу услышал команду Остапа, он сидел на диване и слегка задремал, - Миша заводи, еще раз скомандовал Бен­дер, на этот раз водитель услышал команду, и они уехали на встречу к Андрею.
Андрей давно их поджидал в небольшой кафешке и пил пиво с креветками, он их очень любил.
- «Да, Остап слово надо держать, обратил внимание на время, я собрался уже ухо­дить», - с укором говорил Андрей Бендеру, когда тот вошел в кафе и сел за его столик.
- «Не обижайся, я немного посчитал, чтоб сразу обрисовать картину», - проговорил виновато комбинатор.
- «Ну, ладно выкладывай время у меня в обрез, надо скоро быть на работе с области проверка едет, кстати, как раз по цветному металлу. У вас бумаги все в порядке, я, конечно, постараюсь, чтоб к вам не ехать, но кто их знает, начальство их не поймешь», - говорил Андрей.
- «Да, вроде все нормально с бумагами. Я вот что тебя позвал. Родилась у меня идея одна шальная, попробовать водку продавать не плохой навар можно получать вот посмотри», - Остап передал Андрею бумаги.
Тот углубился в их изучение, прошло минут десять, прежде чем Андрей заговорил.
- «Да, деньги, конечно, не такие как от Металла, но все же интерес есть. Здесь в городе этим заниматься исключено, это я тебе сразу говорю, надо подумать насчет района. Я так думаю, - продолжал Андрей, - у тебя это единственный пункт»?
- «Да, больше нет», - сказал Остап.
- «Так вот поездий по району и организуй еще пару, троечку пунктов там и будем реализовывать водку, это самый надежный вариант и металла оборот увеличиться и этим дерьмом поторгуем немного хоть заработаем. Знаешь Остап, - Андрей на несколько секунд замолчал и затем продолжил, - я давно работаю в милиции и вижу, какие деньги проворачивают чиновники и кругом у них все схвачено. Кого ни будь, копнем, а тебе утром следующего дня звонят отставить, и утираемся, порой зло брало по началу, сейчас, правда привык, да и стараюсь по возможности ни куда не лесть». - Андрей смолк.
- «Ну, что я тебя понял, сделаю, как ты сказал, завтра смотаюсь по деревням, есть у меня несколько человек которые, на мой взгляд, более менее надежные пусть поработают нормально, будем расширяться. Ну, пока до встречи», - Остап протянул руку Андрею, они попрощались, и Бендер покинул кафе. Андрей допил пиво, расплатился и вернулся на работу.
Пока Остап ехал до Паши, он обдумывал план действий, в его мозгах связалась цепочка, которая, по его мнению, должна быть надёжной, а план был прост, постоянный контроль и доверие.
- «Когда человеку доверяешь, в нем просыпается чувство ответственности, конечно, это не ко всем относится, - думал Остап, - но в большинстве своем это так, а потом если эти люди будут работать на мои деньги, значит, я на них могу влиять и пока человек должен денег он твой это так и никак иначе».
За своими мыслями Бендер не заметил, как подъехал к дому Паши. Тут как всегда было людно, работа кипела, при виде скопления людей у Остапа радовалась душа.
- «Есть клиенты будут и деньги», - размышлял комбинатор.
Глаза Остапа горели огнем, и это сразу заметил Паша.
- «Ну, что шеф, все нормально», - крикнул он, через толпу взвешивая металл.
- «Все хорошо работай, работай, потом поговорим».
Через несколько минут к Паше подошел Василий.
- «Ну, что он тебе сказал»?
- «Говорит все нормально, потом поговорим».
- «Это хорошо, что все нормально, значит, будем жить».
- «Конечно, будем, да еще как», - с Пашиного лица не сползала улыбка, кроме того, что все хорошо Паша еще готовился к смотринам, это его больше всего радовало, он был счастлив.
С лицом Василия этого не происходило, в нем кипела черная зависть.
- «Почему этому дураку везет, - думал он, сверкая крысиными глазами, - что я хуже его». Василий съежился, от чего стал выгладить еще меньше и злее и пошел в дом.
День был на исходе, солнце давно закатилось за горизонт и теперь очень быстро темнело. Остап вышел на крыльцо.
- «Паша, ты где», - крикнул он.
- «Тут я в сарае». Услышал в ответ Остап.
- «Закрывай все, и поехали жениться».
- «Я сейчас, - быстро суетился Паша.
Вскоре перед Остапом стоял человек, совершенно не похож на того Пашу, которого Остап привык видеть. Чисто выбритый и хорошо одет и пахнувший одеколоном.
- «А ты красивый парень Павлик, невеста будет нашей, вперед друг мой карета у ворот».
Девятка давно их поджидала у калитки. Через минуту они уже ехали к дому невесты, в салоне автомобиля каждый думал о своем. Паша о невесте, Остап как наладить торговлю водкой, а Миша о том скорее бы закончился рабочий день.
- «Вот и дом где тебя Паша ждет счастье».
Машина остановилась, первым вышел виновник, за ним Остап, Миша оставался в машине.
- «Ну, веди в дом жених знакомь с невестой».
Паша забежал вперед и подошел к двери. Едва он коснулся звонка, дверь раскрылась, в дверном проеме стояла женщина Пашиных годов, она приветливо улыбалась гостям.
- «Заходите в дом», - приглашала она.
Это была простая женщина не красавица, но и не дурна, ее лицо было настолько приятным, что внушало доверие и надежность, это Бендер уловил сразу. Женщина усадила гостей за стол, поставила не хитрую закуску, огурчики, грибочки, картошечку жареную, немного порезала колбаски и в цент стола поставила бутылку водки.
- «Вы, конечно, догадались, зачем мы здесь», - начал Остап, разливая водку по рюмкам.
 «Да, уж догадалась», - смутилась женщина.
- «Значит, не будем ходить вокруг да около. Паша меня позвал для того, чтоб я выполнил роль свата, а тут и сватать нечего вижу, вы оба этого хотите, а значит, будете счастливы».
Остап осушил стопку и закусил огурчиком.
- «Огурчики очень вкусные», - говорил Остап, пережевывая и похрустывая огурцом.
Далее разговор был обо всем. И Остап понял, не часто счастье улыбалось этой женщине, так может сейчас будет по-другому. Паша и Тамара о чем-то говорили между собой, а Бендер сидел молча и наблюдал за ними, он вдруг вспомнил, как встретил Пашу на берегу озера и каким он был, вспомнил себя и ужаснулся, мотнув головой, он отогнал эти мысли от себя.
- «Ну, что я вижу, что вам я здесь больше не нужен, значит, я убываю. Спасибо за хлеб, за соль. До свиданья», - Остап попрощался и покинул дом, где так тепло его встретили.
Очень скоро Остап приехал к себе домой, там ждала его жена.
- «Я сейчас скажу тебе новость, начал Остап с порога, - и ты обалдеешь».
- «Да, и что это за новость»?
- «Паша женится, и я ездил сегодня с ним ее сватать».
- «Кого ее»? - переспросила Ольга.
- «Ну, невесту кого же еще. Ты знаешь, они пара, подходят друг к другу, и я искренне буду рад, если у них получиться семья»,- говорил Остап.
- «Дай бог, - согласилась жена с Остапом. - Ужинать будешь?»
- «Да, конечно, разве я когда-нибудь, отказывался от твоего ужина. Накладывай все что есть».
- «Иди, мойся», - Ольга указала Бендеру на ванну, а сама отправилась на кухню.
Уснул Остап не сразу, ему предстояло сделать большое дело, именно этим была забита его голова перед сном. В эту ночь ему ни чего не приснилось, он спал как младенец, во сне слегка постанывал и причмокивал губами.
Утро наступило для Остапа как-то неожиданно. Когда его разбудила жена первое, что он спросил было:
- «Что уже утро? Так быстро кончилась ночь, я даже выспаться не успел».
- «Тебя Миша ждет. Вы куда-то собрались ехать», - не отвечая на вопрос, проговорила жена.
- «Ах, да, конечно, я сейчас, - заторопился Остап. - Поставь, пожалуйста, чайник, я пока умоюсь».
Через полчаса Остап сидел рядом с Мишей, и машина их уносила из города в намеченный Бендером населенный пункт. Это сравнительно большая деревня, где он не очень близко, но все же знал паренька.
- «Трезвый молодой человек любит деньги и очень хочет иметь их много, как раз то, что надо. Езжай не спеша, дорога скользкая, так что скорость тут не нужна, - говорил комбинатор водителю, - тише едешь дальше будешь».
- «Я и так почти пешком», - возмущался Михаил.
- «Вот и хорошо». - И Остап, закрыв глаза, углубился в сладостную дремоту.
- «Приехали, вот его дом», - тронул за плечо Михаил Остапа.
- «Иди, пригласи его в машину, тут поговорим».
- «Ладно, сейчас», - Миша выпрыгнул из машины и ушел.
Через несколько минут он вернулся с молодым человеком.
- «Здрасти», - поздоровался Юра, так звали парня.
- «Привет, как у тебя дела? - поинтересовался Остап. - Металл-то есть еще в колхозе или уж все вытаскали»?
-«Все вытаскать невозможно», - говорил Юра, - столько лет бросали, закапывали так, что и нескольких лет не хватит, чтоб все собрать».
- «Это точно», - согласился Бендер. – Сам-то сейчас чем занимаешься»?
Юра чуть подумал и сказал: - «Может вы, что предложите»?
- «Предложим Юрий, открывай тут пункт, по приему цвет метала».
- «Откуда у меня деньги такие, на жратву то едва хватает, а тут металл покупать».
- «Ты не понял парень, деньги я тебе дам, но от тебя нужны гарантии, ну ты понял, о чем я говорю».
- «Ну, я не знаю»! - протянул Юра, обдумывая предложение Остапа. - Попробовать, конечно, можно, а вот вопрос, если участковый тогда так»?
- «Тогда будем решать вместе, и я думаю, решим, это ему даже, кстати, будет, во­руют по деревням так»?
- «Так», - подтвердил Юра.
- «Вот и поможешь ему в раскрытие колхозных краж. Он же еще и спасибо скажет».
- «А люди, что скажут», - переспросил Юра.
- «А люди пусть не воруют, воровать стыдно Юра и преступно и ты это знаешь. В об­щем, решай пять минут на принятие решений, время пошло», - с улыбкой проговорил Бендер.
- «А, что думать то, согласен я»
- В таком случае слушай дальше. Будем тебе поставлять паленую водку. Получаешь по нашей цене, а будешь, реализуй, как хочешь это твой дополнительный заработок, но чтоб все было по-честному».
Остап замолчал. В машине воцарилась тишина.
- «Но, в общем, я все понял», - нарушил молчание Юра, через несколько минут.
В таком случае вот деньги пересчитай и распишись в журнале. Водку Миша позже привезет. Можешь приступать к работе. Возникнут вопросы, звони. И главное заведи се­бе журнал, и фиксируй все, каждого кто принесет тебе что-то и в каком виде обязатель­но. Это тебя обезопасит. Потом привезем тебе документы, подтверждающие о совмест­ной деятельности. Ну, все пока, удачи».
Юра получил деньги небольшой инструктаж, вышел из машины, и они уехали в сле­дующую деревню, где также нашли еще одного человека, но на этот раз была женщина. Хоть женщинам Остап не очень доверял, но все же решил попробовать.
- «Может это и лучше, не так на нее будет наседать милиция, все же мать одиночка, - размышлял Бендер, возвращаясь, домой. - День прошел не зря все хорошо, теперь будем ждать результат. Что ж мой друг, - хлопнул Остап Михаила по плечу, - вот тебе и еще прибавка к зарплате».
- «Я только за, - улыбнулся Михаил, - мне нравиться такая работа, главное чтоб не на одном месте».
- «Вот и дерзай. Завтра я себе устрою выходной, а ты поедешь и посмотришь все и мне, потом позвонишь, расскажешь, как и что. Хорошо»!
 - «Конечно, Остап все сделаю как надо».
- «Я на тебя надеюсь, Михаил, и знаю, что не подведешь».
Машина подкатила к дому Остапа.
- «Да, вот еще, что не в службу, а в дружбу заскочи к Паше сейчас, я уж не поеду, и отзвонить мне, я спать спокойно буду, и можешь быть свободным. Машину можешь оставить у себя, завтра ты мне не нужен, но только позвони обязательно».
- «Все будет нормально», - заверил Миша и умчался.
Весь свой следующий день Остап посвятил жене. Ольга была счастлива. Целый день они ходили по магазинам накупили и нужных и не нужных вещей. Обошли весь город, и вечером когда все магазины были закрыты, Остап пригласил Ольгу в ресторан в тот самый, где они познакомились. Этот жест произвел на жену особое впечатление. Они танцевали и веселились как в первый раз. Ольгу часто приглашали другие мужчины и Остап, конечно, ревновал но, как только жена оказывалась рядом и касалась своими губами его колючей щеки, он забывал о ревности и вновь пылко и страстно любил свою жену. Так они провели этот день. Домой вернулись усталые и счастливые.
Дни летели быстро и не умолимо. Подходил к концу февраль.
- «Скоро весна, - думал Остап, - увеличится объем металла. Надо деньги подкапливать, чтоб не упустить момент. Как снежок сойдет, так пчелки полетят и полетят по оврагам, да по свалкам и ко мне в улей» - рассуждал Бендер, и в его глазах светилось загадочной улыбкой, и удалялся он в своих фантазиях далеко от реальности, и получил Остап от этого особое удовольствие.
В этот момент он не хотел никого видеть, и был предоставлен самому себе. Прошла волна голубой мечты, наступило реальное время и вновь суета, и вновь поиски новой добычи. Деятельность свою Бендер развел не на шутку, деньги к нему текли рекой. Остап не был жадным человеком и всегда помогал нуждающимся. Просили у него все. Начиная, с простого работника и кончая чиновниками, и он щедро их всех одаривал. За это он стал уважаемым человеком в этом городе, его все узнавали и первые протягивали ему руку. Жил Остап без нужды и заботы, дом, полная чаша, денег достаточно, чтоб красиво жить. Казалось бы, все достиг, вышей точки человеческого бытия. В отличие от других коммерсантов он не рвался и не выдвигал своей кандидатуры в народные депутаты. Он не любил этих людей и относился к ним с большей осторожностью. Жил он своей жизнью и его все устраивало. Но жизнь полосата и тут белая полоса сменилась черной. И все началось с Василия, опять этот человек нарушил кодекс чести и зависть, жадность и глупость сделали свое дело.
Рано утром Бендер разбудил телефонный звонок. Звонил Паша.
- «Остап срочно приезжай, быстрей».
Через полчаса Остап был у Паши. Заместитель был бледен.
- «Так, что случилось? Только спокойно и по порядку».
- «Ладно, сейчас, - проговорил Паша. - В общем, я с Васькой договорился, схожу я к Тамаре и приду, побудь, пожалуйста, за меня в сарае как обычно много металла, как бы не грабанули, я с обеда еще заметил двух мужиков около моего дома, все крутятся и не заходят, и Васька к ним подбегал раза два. Ну, я и подумал, может, кто свои и забыл, значит, а вечером ушел, а когда пришел, денег нет, Васьки нет и меди в сарае тоже нет.
Я сразу звоню тебе».
- «Так ладно, я все понял, - взволнованно проговорил Остап, - сколько волка не корми, он все равно в лес смотрит. - Остапу вдруг вспомнились крысиные глаза консультанта. Крыса она крысой и сдохнет», - вслух произнес Бендер.
- «Что ты сказал»? - проговорил Паша.
- «Да, ничего, иди чаю попей горячего».
- «А у меня заварки нет».
- «Тогда просто водицы испей».
- «Ладно, попью, только я не хочу».
- «Паша все равно попей, я настаиваю, - сказал Бендер. Паша вышел из кабинета. -Ну, и где же эта сука? Сейчас его точно нет дома, это сто процентов, значит у своей бывшей жены, последнее время он о ней часто вспоминал».
- «Миша, едем к его возлюбленной».
Михаил понял о ком речь, о не стал переспрашивать. Сердце Остапа колотилось, кровь в венах кипела. Остап был зол, ему не деньги было жалко и не металл, он был обманут и кем получиновником. Было задето его самолюбие, он решил, во что бы то ни стало найти эту крысу.
- «По-моему она тут живет», - прервал Михаил, Остаповские рассуждения.
- «Что ж нанесем визит. Они наверняка давно нас ждут».
В дверь стучались долго. Соседи проснулись все, что жили в этом подъезде, да они-то в обще-то и не ложились, всю ночь спать не давали, жаловались они Остапу.
- «А, вы откуда из милиции»? - интересовались другие.
- «Да, мы почти из милиции».
- «Тогда избавьте нас от этих людей», - просили третьи.
- «Я выполню все ваши просьбы, как только войду в эту квартиру».
- «Что не открывают? - расталкивая собравшихся соседей локтями пробиралась вперед старушка, - ну-ка вот попробуй ключом они мне оставили, чтоб я кошку у нее кормила, да так и не забрала, попробуй, спят наверное пьяные, всю ночь похоже пили».
Ключ, что передала старушка, выполнил свою функцию, и дверь распахнулась. То, что Остап увидел, зрелище было не для детей даже до 20 лет. В очень грязной постели лежали совершенно голые три человеческих тела, два мужчины по сторонам и женщина посередине. В кухне под столом отвергнутый муж с разбитым лицом.
- «Ну, что будем ждать, пока проснутся или попробуем, разбудит, а Миш»?
- «Мне кажется, не разбудим, - засомневался водитель, - и все же пытаться надо».
Остап пробовал кричать, пиная ногами, но трое в кровати лишь громче начинали храпеть, и Вася так же не поддавался пробуждению.
- «Что за дерьмо они пили», - в злобе прокричал Остап.
- «Да, спирт, что же еще. Врача надо», - подсказал один из соседей. - И милицию, -добавил другой, - а то чего доброго подохнут, люди все же».
- «Да, пожалуй, надо вызывать спецслужбы», - согласился Остап.
Вскоре прибыла скорая и милиция, разбудить их так и не смогли, перенесли в неотложку, а квартиру опечатали. Остап отказался, что-либо говорить о своем деле, когда его спросили, как он оказался тут, ответил, что просто искал своего работника и все. Оставив разборки с Васей на потом, когда тот будет спасен и ответит за свои поступки. В больнице консультант пролежал почта две недели, если бы Остап не вошел к ним в квартиру и не вызвал скорую помощь, то они все четверо погибли так, сто консультант да и все остальные его подельники обязаны Остапу.
- «Прости, Остап, - входя к Бендеру в кабинет, еле слышно проговорил он, как побитый щенок.
- «Заходи и все по порядку, только честно», - проговорил комбинатор.
- «Рассказывать особо-то нечего, черт попутал. Ты же знаешь, живу один бабы нет, а ведь хочется, пробовал тут к одной в гости напроситься, да видно мордой не вышел отворот поворот получил. Иду, на душе кошки скребут, и тут как назло жена бывшая попадается. Разговорились, видит она, что хочу очень бабы, это быстро замечают и говорит, денег мне много надо, влипла я в одну историю, если не заплачу, убьют, помоги, а я с гобой неделю жить буду, больше не могу уехать, надо будет. Ну, я и подумал и говорю ей денег у меня нет, а вот если медяшку сдать то и деньги будут, и она мне говорит, все равно лишь бы было, значит поможешь. Ну, я и согласился и говорю, может ко мне зайдем, а она не в какую сначала говорит, поможешь. Через день ко мне подходят два мужика, как бы от нее, я дождался пока Паша уйдет, и отдал им медь, они ее сдали, наверное. Потому что когда я со своей бывшей пошел к ней, только мы открыли бутылку шампанского, как явились они со спиртом, ну тут и началось. Я-то сначала пытался возмущаться, но их же двое так, что дальше я ничего не помню».
Остап выслушал внимательно, немного помолчал.
- «Ну, я про металл понял, а деньги», - спросил он.
- «Деньги я спрятал, - Вася нырнул под диван и извлек оттуда пачку денег.
- «Вот они, - протягивая Бендеру деньги, проговорил консультант. Не выгоняй, я отработаю, мне плохо будет без вас, я привык к вам. Прости Остап».
Остап долго молчал, обдумывая как поступить с Васей.
- «Если бы я не увидел всей картины, - рассуждал Остап, - я б конечно ему не пове­рил. Пожалуй, надо простить, в конце концов, деньги то он тут спрятал, а не где-то на улице, не совсем значит крыса, просто захотелось Васе любви. А в этом состояние мужик непредсказуем. Значит так голубь мой сизокрылый, плохой ты человек и много плохого в тебе. Слушай меня, даю тебе два месяца на отработку металла, малейший срыв и ты в болоте, ты меня понял»?
- «Спасибо Остап, я все исправлю».
- «Надеюсь, иди».
Вася вышел из кабинета, Остап остался один. Чутье ему подсказывало, что на этом его беды не закончатся, и он был прав. Случилось еще одно событие, от которого Остап ушел в себя и забыл про работу и про все, что с ней было связано. Единственный человек который в этот момент был всегда рядом с ним это его жена, если бы её не было Бендер не нашел бы себя. Настолько плохо на него подействовал этот случай.

ГЛАВА 7.
Прошло две недели с того момента, когда консультант явился к Бендеру с повинной и был помилован, после чего он работал и ничего не знал кроме работы, был аккуратен и честен. Бендер успел выучить характер этого человека, как минимум два три месяца он будет тише воды ниже травы и выполнять все, что ему прикажут или попросят. Так что это время Остап особо-то и не копался в бумагах у него появилось побольше времени для жены. Они наслаждались друг другом и были безгранично счастливы. Но вот одним утром Остапа вновь разбудил телефонный звонок, он вновь услышал взволнованный голос Паши.
- «Остап срочно приезжай, у меня милиция хотят закрывать нашу приемку металла».
Это известие на Бендера подействовало как гром среди ясного неба. Он чувствовал, что это серьезно. Андрею звонить не стал, оставил на крайний случай. Вскоре Остап прибыл к Паше и получил новый сюрприз. Ту медь, что Вася передал мужчинам, раньше была кабелем, который срезали добытчики цветного металла на стройке с козлового крана, нанеся тем самым значительный ущерб организации, и теперь милиция ищет воров. И они их найдут, чего бы им это не стоило. В откровенной беседе с опером Остап понял, что за их точкой давно следят.
- «Тут не только водка, но и марихуана появляется, эта информация правдива на 100%», - уверил опер.
Более того, он указал человека с кем все эго связано, конечно же, это Вася. Остап был шокирован такой новость, он, конечно, слышал про наркотики, но чтоб вот так вплотную столкнуться с ними такого не было.
- «Как мне поступить с Василием»? - обратился Остап к оперу.
- «Ваш работник вам и решать. Но очень вас прошу, вы нам помогите, и мы вам по­можем надо выяснить, где он берет траву, перекупает или сам выращивает. Уверяю вас Остап этот человек, т.е. Василий ваш для вас не имеет ни какой ценности, рано или поздно он вас так подставит, что и вы не отмоетесь».
- «Да, я, конечно, понимаю, вот, негодяй, за моей спиной, что вытворяет. Хорошо я не буду вмешиваться в ваши дела, но и вас попрошу посодействовать, чтоб точку не закры­вали, а с Васей делай те, что хотите, я умываю руки. Пусть работает, если он продает тут, - Остап задумался, он не знал, как продолжить сказанное, помолчав, продолжил, - главное, чтоб дело мое не страдало», - все что он смог добавить.
- «Я же вам сказал, вас не тронем, мы же знай не вы, не Паша ваш не приделах про­сто не мешайте нам довести дело до конца».
- «Хорошо я сделаю, так как вы просите».
- «Ну, вот и договорились. Им скажите, что вам штраф дали большой за то, что приняли кабель и обязали собрать информацию на тех, кто его принес. Ну, вот вроде и все пока».
Остап был подавлен.
- «Ах, крыса, ах негодяй, - думал Остап, - до наркотиков докатился. Ну ладно, пусть теперь покрутится. Надо ведь сам горит и нас в огонь тащит».
Остапу стало как-то не по себе, у него страшно разболелась голова, поднялась температура.
- «Миша отвези меня, пожалуйста, домой, что-то я себя плохо чувствую, - попросил он водителя, когда уехала милиция, - а с вами я буду говорить вечером, - через небольшую паузу, - он добавил завтра, и чтоб ни вот что со двора и найдите мне тех, кто принес вам этот кабель. Все поехали».
Михаил отвез Остапа домой. Всю дорогу Остап молчал, лишь у самого дома он обратился к водителю.
- «У тебя с Васей, какие ни будь, дела есть»?
Михаил был ошарашен этим вопросов.
- «За кого вы меня держите Остап, этот человек Вася для меня не человек, да он и сам понимает, что я его терпеть не могу, и вы думаете, он мне что-то может предложить, а потом мне что так плохо живется что ли, чтоб я за вашей спиной чем-то занимался».
Все что произнес Михаил, убедило Остапа.
- «Ладно, я тебе верю, просто сегодня такой плохой день. Да и вот еще что, уже от порога своего подъезда, он прокричал, - доедь прямо сейчас до Паши, и понаблюдай как там у них дела, и мне позвони».
- «Все сделаю. Выздоравливай Остап».
Михаил уехал Остап поднялся домой и лег в кровать. Жена не стала донимать его вопросами и, напоив чаем с малиновым вареньем, оставила в комнате одного. Бендер долго не мог уснуть, он не понимал, почему он вдруг так близко это все принял к сердцу.
- «Я же знал, что он этого человека можно ожидать даже самое мэрское и плохое, и я практически к этому всегда был готов, так почему же мне так больно я чувствую себя таким идиотом. Какая-то мокрица, за моей спиной пользуясь моими же деньгами, зарабатывает себе капитал, да чем наркотиками. Негодяй ты Вася, очень плохой человек».
Этими мыслями Остап себя в конец расстроил. И чтоб хоть как-то успокоиться и уснуть, выпил снотворного, и только после этого смог уснуть.
Ночь для Бендера была кошмаром. Ему все ночь снился Василий, почему-то во всем красном, но вот его глазницы были пусты. В его руках был огромный шприц, заполненный какой-то зеленой жидкостью. - «Один укол, Остап, и ты в пролете, а Остап». Без умолку вторил эти слова Вася, в кошмарном сне комбинатора, затем картина резко сменилась, более изысканным ужасом. Откуда-то взялся огромный бык, который во что бы ни стало, должен был убить Остапа, и он пытался спастись бегством, но ноги его не слушались, и вот когда наступил самый опасный момент погони, Остап проснулся, но стоило ему только уснуть, погоня возобновлялась с большей агрессией.
Очнулся Остап рано утром больной и разбитый, страшно болела голова, и очень хотелось пить, постель его была мокрой от пота, с большим трудом Остап поднялся с кровати и прошел в ванную. Услышав, что Бендер проснулся, жена поспешила к нему, она слышала, как он стонал всю ночь ее муж, и чтоб его не тревожить она легла в другой комнате, но ее сон не был глубоким, она не раз вставала и заходила спальню проверить Остапа.
- «Ты так плохо спал, что произошло, ты болен»? - встретила Ольга вопросом своего мужа, когда тот вышел из ванны.
- «Поставь чайку, сейчас расскажу», - проговорил Бендер, поцеловав заботливую жену.
Ольга умела приготовить чай как ни кто другой.
- «Чтобы приготовить чай надо знать, - говорила она, - немало тонкостей и этому меня постоянно учила моя мама и не только чай все, за что она бралась, когда-либо все­гда получалось прекрасно».
- «Мне повезло», - думал Бендер, всякий раз, когда его жена суетилась на кухне, он усаживался за стол и с удовольствием наблюдал за ней.
Но, это утро его не радовало. Выпив несколько чашек ароматного чая, он поведал жене, что произошло. Ольга расстроилась не меньше его.
- «Главное, что не прикрыли, а этот сморчок пусть получает то, что заслужил», - вот и все, что она смогла ответить.
Весь день Остап пролежал в спальне и слушал доклады Михаила.
- «На вновь открытых приемках то же было не спокойно, там взялась за дело мили­ция, - но это не так страшно думал Бендер,*- с ними я пожалуй договорюсь».
Но все равно не спокойно и на душе серо и мрачно, словно грозовые облака опустились над Остапом, и беспрерывно сверкают раскаты молний, не надеясь в дальнейшем услышать что-то доброе, хорошее. Бендер выключил телефон и немного уснул, закутавшись с головой под одеяло. И так весь день.
- «Я устал, - говорил он, просыпаясь после короткого сна. - Может коньяку выпить немного, расслаблюсь».
Ольга принесла ему в постель коньяк, опрокинув несколько стопок его, бросило в жар, в голове как-то посвежело, проблемы мало-помалу начали растворяться, алкоголь сделал свое дело. Остап немного повеселел, вновь включил телефон и получил так же в какой-то мере успокаивающую информацию.
- «Давно бы мне надо было принять эти капли, - шутил комбинатор,- был бы уже на ногах. Ну, да ладно, хоть температуру согнали, может и, не разболеюсь, рассуждал он. - Сейчас мне надо быть начеку и еще раз начеку. От Васи я боюсь, как бы он нас с водкой то бы не заложил».
- «Я думаю, ему будет не до этого, - успокаивала Ольга Остапа, - его там с травой будут крутить на полную катушку».
Остап пролежал дома еще два дня, за это время Вася все же попался с травой. И больше у себя, его Бендер не видел, только на суде.
На 9 лет уехал Вася в лагеря. Но единственное за что он был благодарен Васе, то, что он не стал говорить про водку, то есть про не легальный бизнес и на том спасибо. Последний раз он взглянул в Васины глаза, там, в зале суда.
- «В них не было раскаянья, только злость и зависть, это в нем засело навсегда, - подумал Остап. - Ну, что ж, каждому свое».
Со временем Бендер упокоился и вновь все пошло как по маслу, на место Васи ни стали брать никого. Паша сам справлялся, тем более, что в его дом переехала жена и присутствие постороннего мужчины в доме было бы излишне, так что работа налади­лась. Потекли деньги и с других точек. Капитал вновь начал расти.
- «Ну, вроде бы все наладилось, все пошло как прежде», - как-то утром за завтраком проговорил Остап.
- «Да, уж вижу, - повеселей, согласилась жена, и на лице появился румянец. - Ну, и дай бог, чтоб все было хорошо».
И вновь потекла размеренная жизнь, работа, дом и ни каких проблем. Бендер начал подумывать о деньгах, их надо было куда-то вкладывать, скопился значительный капитал. Обговорив вечером об этом с женой, они решили построить кафе.
- «Сейчас многие строятся, у кого есть деньги, и потом металл может кончиться или дополнительные требования какие будут, что не выгодно будет с ним работать, придется бросить, деньги быстро кончаться без работы, - проговорила Ольга, - и ничего у нас не останется, так что надо, пожалуй, строиться».
В этот вечер они приняли окончательное решение, строить кафе с началом весны, а пока подготовка. У них появился обоюдный интерес. Ольга занималась подготовкой документов, собирала необходимые справки, подписи, а их нужно было не мало, так что теперь они были вместе только ночью, с утра до позднего вечера были дела и дела. На сбор подписей ушло много времени. Кто хоть что-то строил, тот знает, как нелегко до­быть ту или иную подпись и тем более получить разрешение на строительство, что стоит не малых денег. Но, тем не менее, все же подошли вплотную к проекту, сумма определилась буквально на следующий день.
- «Дороговато, но это навсегда будет нашим, - убеждала Ольга Бендера,- дешевле не получится».
Слова женщины были убедительны, а Остап сломлен. Через определенное время проект был готов, теперь главное разрешение администрации. И тут возник финансовый барьер. Чтобы получить разрешение нужно подписать договор с администрацией города о добровольном сотрудничестве и внести кругленькую сумму в бюджет, не понятно в какой. В противном случае разрешения не будет, и строительство признается незаконным. Такая новость возмутила Остапа.
- «Почему я должен платить и за то, что буду строить на свои деньги и ради чего я должен платить, - метался Остап по квартире, выкрикивая эти лозунги, - да, это незаконно».
- «Все знают что, незаконно и все равно платят. Выбора нет Остап, - убеждала жена мужа. Я тут в администрации встретила юриста знакомого, так она мне вот что рассказала. Судился один человек, как раз именно по этому вопросу и у него не было как раз этой бумаги, и ты знаешь, что сказал судья».
- «Ну, что она может сказать»? - выкрикнул Остап.
- «И что они хотят за копейки построить магазин, вот что она сказала и признала что строительство не законное, хотя все было в порядке и документы тоже кроме разрешения, конечно, я думаю надо заплатить, проблем не будет».
- «Как жалко мне для них денег как жалко, - повторил Бендер, ходя из угла в угол, но, в конце концов, все же решил заплатить, - пусть подавятся, заплати».
- «Да, они не подавятся у них, отличный аппетит глотают они, не спеша, так, что бог им судья».
- «Вот именно я лучше на восстановление, какого-нибудь храма, денег перечислил, чем им. Ну, ладно делай, как считаешь нужным, - отмахнулся Остап, - мне эта тема надоела, иди, я лучше тебя поцелую, время уже позднее».
- «Да, уже около полуночи. Как мало мы с тобой последнее время бывали вместе, - подошла Ольга к мужу и обвила его шею руками. - Давай сейчас забудем о делах. У нас сейчас есть более важное дело, - женщина шептала в ухо Остапа, - я так по тебе соскучилась».
От этих слов у Бендера закружилась голова, и рука как-то непроизвольно потянулась к выключателю, и свет потух.
Зима была на исходе, ярче светило солнце, длиннее становились дни. Пахло весной, днем было совсем тепло и по дорогам бежали шумные ручейки, унося с собой мусор, что скопился за зиму по обочинам. В это время года приятно побродить по парку послушать птиц, с приближением весны они ожили и запели на разных голосах.
С приближением тепла Остап начал готовиться к стройке, все шло просто отлично, все было под рукой, все рядом. Желание работать просто бурлило в Бендере. Строительный материал был заготовлен, работа началась. Деньги, что Остап собирал, начали убывать потихоньку. Остап неохотно расставался с деньгами, торговался как последний турка за каждую копейку, и бывало, что покупал или платил за работы дешевле, тогда на его лице появлялась улыбка, и глаза его выражали такое удовольствие т порой как у сытого тигра. Но вдруг ему не удавался торг, это был лев на охоте, как бы он не рычал, но на не­го мало кто реагировал. Строили быстро и красиво, Остап был доволен, он вставал, где-нибудь в стороне, и наблюдал за работой, в его голове кружились фантазии как мотыльки у лампы.
Он отчетливо видел, как ему вручат ножницы, и он Остап Бендер перережет алую ленту своего личного заведения, приглашая гостей к столу. Что ж порадовались его удачи вместе с ним, затем гости сытые и пьяные разбредутся по домам, он неспешна, выйдет из дверей спуститься со ступенек и, оглянувшись на свое сооружение, сядет в автомобиль и тот его умчит домой, где его будет ждать жена. «Стоп, почему ждать, - поправил себя Остап, - она, конечно, тоже будет со мной в шикарном вечернем платье и доступна только мне одному».
От этих мыслей Остапу было очень хорошо, настолько хорошо, что он даже не замечал усталости в ногах, как долго он мог стоять и смотреть мечтая. Открытие было запланировано на начало августа, а пока были и другие дела, про которые Остап не забывал ни на минуту, это металл и липовая водка. Ему удалось расширить свою деятельность, открыли еще несколько точек, оборот увеличился, а вместе с ним и доход. Появилась новая связь среди влиятельных людей. Бендеру всячески помогали, но эту помощь он принимал, неохотно, потому, как понимал рано или поздно и он должен чем-то отплатить, но жизнь есть жизнь. И не обмануть.
Все чаще Остапу приходилось лично самому ездить по точкам беседовать с людьми, с теми, кто работал на него. Это было необходимо, чтоб люди чувствовали заботу и контроль. Михаил так же выполнял положенные на него обязанности. Паша просто полностью изменился и в духовном и физическом смысле. Стал опрятен, подтянут и аккуратен в делах, с удовольствием занимался работой, у него все клеилось, в его руках был главный инструмент это деньги. Особых происшествий, и каких либо неприятных случаев не было за все время пока шло строительство. Казалось, что все работает на хозяина, единственное что случилось, но это настолько мелко, что вопрос был решен практически сразу.
Был такой случай. Обратился к Бендеру участковый.
- «Остап у меня к вам дело есть», - заговорил он, когда они встретились.
- «Я вас внимательно слушаю», - с иронией в голосе произнес Бендер.
- «С пожарной вышки сняли лестницу алюминиевую, есть данные, что эту лестницу сдали на ваш приемный пункт. Надо бы ее вернуть, не то не приятности вам обеспечены. Начальство заинтересовалось. Я говорил, чтоб на железо сменили, снимут, а они мне не посмеют и вот результат».
Остап выслушал милиционера.
- «Что ж я вас понял, одну минуту», - Бендер позвонил Михаилу.
Вскоре подъехала машина, и они отправились на приемный пункт. Там они действительно обнаружили эту лестницу, а вместе с ней и тех, кто ее похитил, у приемщика были записаны все данные на того, кто ее привез. Участковый был на высоте.
- «Возможно, его за это наградят премией», - подумал Остап, отдавая клочок бумаги на которой были начерпаны адреса паспортных данных.
- «Большое спасибо. Обращайтесь, если возникнут вопросы по нашей части, чем смогу помогу», - говорил милиционер, когда они прощались.
Правда, о деньгах, что были отданы за лестницу, он ничего не сказал.
- «Да, ну, и ладно с этими деньгами не так уж там и много, - отмахнулся Бендер. - Зато теперь работать будем поспокойней и действительно».
Все шло прекрасно, на эту точку ни кто из властей больше не приходил. Время бежало катастрофически быстро. Бендера охватило беспокойство, ему казалось, что за лето кафе не построиться, что рабочие работают не в полную силу и дело затягивается, но бригадир каждый раз его успокаивал
- «Если не поспеем к сроку, можете пересмотреть договор по оплате строительных работ».
Такие слова как-то успокаивали Остапа, и на его лице вновь появилась улыбка, и глаза горели энтузиазмом. В своих необузданных фантазиях Бендер иногда заходил очень далеко и вовлекал Ольгу, она слушала его с восторгом, она вообще любила его слушать, особенно когда Остап говорил о будущем, которое неразделимо было связано с ней. Когда она прижималась к нему всем телом и нежно дышала ему в ухо, и вот сейчас же они лежали в постели, и Бендер рассказывал ей:
- «Как хорошо бы построить что-то вроде бани. Ты знаешь, милая так много грязных людей, - говорил он, - что просто необходимо строить баню с бассейном и хорошей парилкой. К нам бы ходили целыми семьями или просто влюбленные, чтоб потратиться, и вообще. А какие бы мы там деньги заработали, у нас была бы самая лучшая баня, а для себя мы бы построили отдельную. И построим, дай только срок я тебя посажу в машину и повезу на берег озера, где растет много белых лилий и они все будут твоими, жаркая парилка и прохладная чистая вода озера будет прибавлять тебе каждый раз несколько лет жизни и мне конечно. Потому что я же не могу оставить тебя без присмотра в этом не понятном и странном мире».
Остапу очень захотелось, чтоб Ольга улыбнулась, но этих последних слов она уж не слышала, она уснула, а Остап задумался, давно не вспоминал о своем перемещении. Да и он теперь не был похож на того Остапа, что жил где-то там за розовым туманом.
 «Что ж все-таки произошло? - задал комбинатор этот вопрос себе вслух и не нашел на него ответа, лишь одна пугающая его мысль мелькнула в голове, - а вдруг еще вновь придется вернуться в свое время. Нет, нет, - отогнал он эту мысль прочь, - это смерти подобно. Там меня ни кто и ни что не ждет, я не хочу туда». - С этими дремучими и тревожными мыслями он уснул.
Сон слегка поправил его настроение. Как обычно его разбудила жена поцелуем в колючую щеку.
- «Да, ну их к черту, давай сегодня отдохнем, смотри, как солнце светит, поедем в лес, грибы пособираем, я никогда не собирал грибы, и шашлык пожарим, хорошего вина возьмем. Скоро лету конец, а мы и не отдыхали,
Ольга села на край кровати и задумалась:
- «Может, и правда поедем в лес за грибами. Если честно мне тоже все надоело, я немного устала».
- «Все решено сейчас звоню Михаилу, чтоб заехал на рынок и купил мяса, он нас и отвезет, а потом приедет за нами».
Позавтракав и собравшись, они отправились на природу. Было совсем рано, и в лесу пахло сыростью, немного прохладно, сквозь густую начавшую желтеть листву с трудом пробивались лучи восходящего солнца. Остап долго ходил по лесу в поисках подходящего места для отдыха и, наконец, он увидел огромный дуб. Настолько были мощными его ветви, что ему вспомнилась сказка А.С. Пушкина.
-«У лукоморья дуб зеленый,
Златая цепь на дубе том,
И днем и ночью кот ученый
Все ходит по цепи кругом, - в слух он произнес эти строчки, затем задумался и продолжил в своей форме:
- У нас тут лукоморье есть,
И дуб стоит зеленый,
Но только вот не ходит там
По кругу кот ученый.
И нет цепей на дубе том,
Русалки разбежались.
Там царь кощей с кривой ягой,
Сексом занимались».
- «Это ты. чего сказку такую прекрасную испортил, поэт-недоучка», - шутила жена.
- «Да, это ведь шутка. Ты знаешь, как-то само в голову забралось, как будто продиктовал кто-то».
- «Ну, ладно, так бывает, особо-то не обольщайся, а то вообразишь себя поэтом к тебе, потом и не подступишься, - продолжала шутить жена. - Давай-ка лучше костер разводи, а я вокруг тут похожу, грибы поищу».
Остапу делать ничего не хотелось.
- «Зачем я Мишку отпустил, он сейчас бы и костер развел и грибов насобирал, а я бы вот так сидел под дубом и отдыхал».
- «Ну, что расселся, лодырь, жалеешь, что Михаила отпустил», - окрикнула Ольга Остапа.
- «А как ты догадалась?»
- «Да, у тебя в глазах написано, - засмеялась она, - давай, давай, приду, чтоб костер горел».
 «Слушаюсь и повинуюсь моя госпожа», - с поклоном произнес Остап и отправился за хворостом.
Набрав немного сухих веток, Остап развел огонь. Пламя жадно пожирало ветки, и поэтому огонь скоро потух, Остап вновь отправился за хворостом, теперь он потрудился, набрав достаточно дров, уселся под дубом, ожидая жену поддерживая огонь в костре.
Остап сидел и смотрел на пламя, оно играло, извиваясь, отрывалось небольшими язычками и растворялось в сизом дыму.
- «На эту игру можно смотреть часами и не надоест», - проговорила Ольга за спиной Остапа.
- «Надо ведь я даже и не слышал, как ты подошла, да действительно в этом есть что- то завораживающее», - согласился Остап. - Ну, ладно, это все лирика, вот костер и вот ваши руки, госпожа я жду обед вкусный и неповторимый, я вам не мешаю и никуда не лезу.
- «Да, на твою помощь я особо-то и не рассчитывала, сиди уж ладно», - с улыбкой проговорила жена.
- «Вот спасибо, вот хорошо, сижу и не мешаю».
Для Остапа этот день был действительно отдыхом для души. Ему нравилось смотреть, как суетится его жена у костра, вдыхать чистый воздух, любоваться природой.
Давно он этого не испытывал. Думать ему в это время ни о чем не хотелось, и поэтому он как-то незаметно для себя задремал, его убаюкала суета жены, пламя костра, а главное ему было спокойно и хорошо. Проспал он немного. Ольга его разбудила.
- «Эй, засоня, давай-ка за хворостом».
От этого оклика Остап вздрогнул.
- «Да, действительно, задремал»,- пробубнил Бендер.
- «Не задремал, а захрапел, да так что и меня, глядя на тебя, в сон потянуло, - шутила жена. - Ну, иди быстрей, огонь совсем затух», - поторапливала она.
- «А что ты там готовишь?»
- «Запах приятный? Потом увидишь».
- «Ладно, удаляюсь».
Остап ушел. Ему совершенно не хотелось, что-либо делать, ноги были ватные, с великим трудом он все же насобирал веток и принес к костру. И тут он увидел его любимые оладьи на сковороде.
- «Оладьи, да еще с дымком. Это что-то, ну ты у меня и молодец, никто еще не догадывался, наверное, на природе жарить оладьи, умница, дай я тебя расцелую, - Остап поцеловал жену в щеку. - Я пока не нужен?».
- «Иди уж, ладно под свое лукоморье. Может еще, какой бред придумаешь».
- «Может, и придумаю, и чувствую, во мне просыпается поэт».
Остап вновь занял свое место, но теперь он разгулялся, и сон просто как-то не приходил. Бендер лежал под дубом и смотрел на облака, совершенно не о чем не думая. Скоро обед был готов. На свежем воздухе вкус приготовленной пищи удваивался, они обедали не спеша, спешить то было не куда. В этот день комбинатор получил достаточно энергии, чтобы вновь работать и работать плодотворно.
Осень как-то не заметно подкатила на золотой карете, покрыв парки и леса золотом, затем проливные холодные дожди, и вот, наконец, наступил день, к которому Бендер шел все это время, строительство завершилось. Здание получилось красивое и солидное, каких в городе не много. К этому дню приурочили еще одно событие. Андрей закончил службу и уходил на пенсию, не то чтобы совсем не работать. А работать в удовольствие.
- «Подвернулось местечко на оном небольшом, но перспективном заводе так же по линии экономических преступлений, только в рамках этого завода, место теплое и не пыльное, почему бы и не поработать, а потом работа в милиции настолько надоела, что просто глаза не глядят», - говорил Андрей в беседе с Остапом.
- «Ну, что ж в таком случае отпразднуем сразу два события: уход на заслуженный отдых и открытие кафе. Так что заказывай меню, расходы беру на себя, ты мне очень помогал, позволь и мне сделать для тебя что-то».
- «Да, нет, Остап, давай хоть пополам, приглашенных будет много, зачем так тратиться, а потом все это хлопотно», - пытался сопротивляться Андрей, но Остап взял все на себя, на том и порешили.
День был назначен. К празднику готовились тщательно, был заказан оркестр, фейерверк, пригласили артистов. Бендер не поскупился, ему это было необходимо для дальнейшей его работы. Приглашенные влиятельные люди города как не противны Остапу были некоторые из гостей, но ни чего не поделаешь, эти люди у власти и он мирился.
Настал день торжества. У входа в здание обрались гости в центре внимания Остап и Ольга, была произнесена торжественная речь о том, как хороша и прекрасна пара людей, что построила столь нужное в этом городе заведение. Настолько грамотно все продумано, затем священник в присутствие всей толпы освятил здание, после чего Ольга разрезала алую ленту и гости прошли вовнутрь. Столы просто ломились от угощенья, там было все, что можно купить и чего практически не было на прилавках местных магазинов. Праздник начался. Как обычно поначалу все смирненько и культурно, но потом алкоголь сделал свое дело, и все, что буквально час назад были просто не видимыми, оказались теперь в центре внимания. Некоторые из гостей рвались на сцену исполнить свой любимый романс, чтоб поразить своим талантом публику, но, успев прохрипеть лишь несколько фраз, был лишен микрофона, следующим гостем, желающим пощеголять своим талантом, и так весь вечер. Мирный и нежный вальс сменил современный ритм, что в таком состояние души, что находились гости как-то воспринимался чувствительней и охотнее. Артисты отодвинулись на второй план, и позволяли развлекать гостей только тогда, когда все сидели за столами и закусывали. Другое время в них просто не нуждались, так как гости сами превращались в артистов, да в таких, что профессионалы бы позавидовали. Вот только один пример: Мужчина весом около двухсот килограмм, лысый, тот самый директор мясокомбината пытался петь на непонятном никому языке, хотя он уверен, что это чисто английский язык, слова и музыку сочинил он сам, словами это невозможно рассказать и лишь прислушивание может полностью передать всю «прелесть и мастерство» исполнения. Среди гостей носились и гимнасты, и легкоатлеты, и, конечно, не обошлось без обольстительниц чужих мужей, что пользовались огромным успехом среди гостей мужского пола. Правда, некоторые из них были безжалостно избиты ревнивыми женами и выставлены вон за дверь.
Остап наблюдал за всем этим весельем и никуда не вмешивался с одним лишь желаньем, чтоб поскорее это все закончилось и, наконец, дождался. Далеко за полночь гости начали потихоньку расходиться утомленные и счастливые. Супруги не раз принимали поздравления и, прощаясь, желали спокойной ночи. Последним уехал Андрей. С ним Бендер опрокинул стопочку на посошок. Закрыв и сдав под охрану свое заведение, отправился на отдых домой.
 «Как могут меняться люди под воздействием алкоголя, ужас».
 «Это точно», - согласилась с ним жена.

ГЛАВА 8.
Прошло несколько недель с того дня, когда было открыто кафе. Вроде бы все было нормально. Вроде бы все шло как надо, как должно было идти, но только вот в сердце к Остапу забрался червячок сомнения. Он сомневался во всем: в Паше, в жене, в Михаиле. И не было ему покоя на сердце, он стал плохо спать, он часто просыпался мокрым от пота, именно поэтому, как объясняла ему Ольга, она и перешла спать в другую комнату. Так что ночи были для него как наказания. Сколько он терпел во сне от кошмаров, только ему одному известно.
Но и это еще не все. Паша стал понемногу заедаться. Остап понимал, это влияние жены. «Он сам никогда бы не поднял хвост», - думал Остап. Единственное, что пока не очень огорчало Бендера, это Михаил. Он беспрекословно выполнял все его команды. Но и тут Бендер сомневался, ему казалось, что Миша приворовывает бензин, и от этих мыслей ему было плохо. Нет, ему не бензин было жалко, хотя и его нельзя было списывать со счетов. Самолюбие! Как это так, его, Остапа, и вдруг обворовывают!
Но и это были еще цветочки. Со стороны жены потекли какие-то непонятные разговоры. Спустя месяц после открытия кафе, Ольга попросила у Остапа денег, чтоб закупить товар. Он, конечно же, дал без вопросов, а вот когда он спросил у жены денег на металл, разразился страшный скандал, Остап даже опешил.
  – Отчего, отчего ты так поднялась, милое создание? - расширив глаза от удивления, произнес Остап.
– Так вот что я думаю! - резко заговорила женщина.
Остап не узнал в ней той горячо любящей Ольги, что так щедро дарила ему ласки бездонными ночами.
– И что же ты думаешь, милое создание?
– И не надо вот этой иронии – «милое создание»! – передразнила его жена. – Я вот что думаю. Нам надо что-то делать.
– С чем или с кем? – удивился Остап.
– Так, ладно. Давай присядем и все обсудим, –  более спокойно произнесла жена.
– Да, давай, милая моя.
– Ой, ну пожалуйста, можно без этого «милая», – лицо Ольги обезобразила очередная гримаса.
– Ну, хорошо, я слушаю, – сердце Остапа колотилось, как кузнечный молот. Он это чувствовал своим желудком, он с трудом себя сдерживал.
– Так вот что я решила, – начала Ольга, – только, пожалуйста, не перебивай и пойми меня правильно.
На этот раз Остап смолчал.
– Я вот что решила. Чтоб сохранить наш, мой, – поправила себя Ольга, – бизнес, нам надо разойтись. Твой бизнес – это сплошной криминал. Ты можешь себе представить, что вдруг случится, если тебя вдруг возьмут за это, – Ольга хлопнула себя по пышным ягодицам, – у нас все отберут, и тогда мы останемся ни с чем.
Жена замолчала, у нее дрожали руки, и дергался правый глаз. Это Бендер в ней увидел впервые.
– О, деньги, деньги! Сколько в Вас силы могущества. Какова магия скрыта в этих бумажках! – Остап извлек из кармана довольно объемную пачку новеньких купюр и небрежно бросил на журнальный столик. Жена машинально потянулась к ней.
– О нет, многоуважаемая жена, это не вам, – далее Остап продолжил, – какой гипотетической силой Вы обладаете, и как трудно противостоять всему этому. И мы, людишки, повержены перед Вами и поставлены на колени. – Остап рухнул на колени и лбом коснулся пачки. – А посему я объявляю: мы больше не муж и жена! И здание, что было построено мною, оно также принадлежит этой женщине. – Остап ткнул пальцем Ольге в полуоткрытую грудь, от чего она вздрогнула. Затем Остап встал и уже спокойно и серьезно произнес – Завтра же мы все оформим под законом.
– Ты это серьезно. Вполне коварная женщина.
Пока Остап говорил, Ольга молчала и лишь хлопала своими огромными глазами. Всерьез это или обыкновенно дурачество Остапа. Но теперь она была уверена, что это было вполне серьезно. И после непродолжительного молчания она вновь заговорила.
– Я так и знала, что ты меня не поймешь, – обиженно произнесла жена.
– Не надо реплик. Ужин при свечах отменяется. Все, утро вечера мудренее. До завтра. – Остап ушел в комнату, хлопнув дверью. После чего Ольга не решилась туда войти, хотя ей этого очень хотелось. Но, увы!
Утром Остап сделал все как обещал. Их развели по блату в течение 15 минут, и еще быстрее он отписал свое кафе на Ольгу. Отдавая ей документы, он произнес:
– За любовь надо платить, уважаемые! – и гордо покинул адвокатскую контору, у входа его ждал Михаил. Он сел в машину, и они умчались к Паше, оставив Ольгу у дверей конторы  удивленным лицом.
– И что такого, что вообще произошло-то! Я всего лишь хочу, чтоб было как лучше… – произнесла она вслух.
– Чего, дочк, ты говоришь, повтори, не слышу, – дернув Ольгу за рукав, проговорила старушка, что проходила мимо.
– Да это я так, сама себе.
– Блаженная что ли, – удивилась старушка и пошла дальше.
В эту ночь Остап не пришел домой, он остался у Паши. Объявив ему, что теперь иногда он будет спать тут в связи с ненадежной экономической политикой. Паша лишь пожал плечами, ему было, в общем-то, все равно. У них с женой было еще одно жилье, где они могли жить, если вдруг это им захочется. Но им этого не захотелось, Остап им не мешал, а наоборот внес в их дом свежесть мысли. Каждый вечер Паша отдавал журнал Бендеру на проверку, после чего получал в знак благодарности несколько купюр, как премию.
К Ольге он стал ходить все реже и реже. Однажды, когда он пришел в очередной раз в бывший свой дом, потому что квартиру он также подарил жене и выписался оттуда, в целях конспирации, убеждала его жена. Так вот, когда он в очередной раз пришел в свой бывший дом, Ольга своим вопросом едва не свалила его с ног.
– За тобой никто не шел?
Остап схватился за сердце:
– Мы, что, революцию сделали? – удивленно произнес он.
– Да нет, просто всякое может быть…
–  Нет хвоста за мной, не было. Я шел тремя кварталами и затем еще двумя, чтоб вернуться к третьему, –  быстро произнес Остап. Пройдя в комнату и взяв, что ему было необходимо, он направился к выходу.
–  Ты что, уходишь? –  удивилась жена.
–  А как же, иначе и быть не может! –  и вдруг Остап поднял палец вверх и затем, согнув его в сторону окна, предложил жене посмотреть.
Та подбежала и выпалила:
–  Никого нет.
В этот момент Остап хлопнул дверью и вышел на улицу. «Она сошла с ума. Это я виноват, –  подумал Остап. – К деньгам ее надо было приучать постепенно, а я что наделал. И вот, пожалуйста, результат! Все, больше ей ни копейки. Надо обеспечить себе беззаботную старость, а это возможно только с золотым запасом», – решил для себя Остап и начал с этого дня скупать золото. Как только появлялись лишние деньги, он бежал в ломбард или на рынок и покупал ту или иную вещь. Деньги он держал и это успел заметить Паша.
– Ты что, Остап, деньги, что ли потерял,____ на работу так мало, раньше-то вон поскольку отвешивал.
– Да, Павлуша, раньше не сегодня, а сегодня не раньше. Сейчас все намного сложнее. Ты Паша, вовремя задал мне этот вопрос про деньги, до обеда еще есть время успокоиться.
– Это почему? – удивился Паша.
– Слово «деньги» у меня вызывает обратную реакцию, я теряю аппетит, Паша.
Паша стоял перед Остапом посреди комнаты и, не понимая, о чем говорит Остап, хлопал глазами.
– У Вас что, Павел, нервный тик? – неожиданно сменив тему, задал вопрос Остап.
–  Не знаю, – Паша пожал плечами.
– Вот, Павел, это тоже слово «деньги», – Бендер растянул это слово, чтоб Паша смог уловить, о чем они все же говорят.
Остап подхватил Пашу под локоть и увлек вокруг стола, при этом он, не переставая, говорил:
– Деньги, Паша, как я говорил уже одной особе, это страшная сила, которая может сломать человека или свести с ума. И чем больше ты употребляешь это слово в своем лексиконе, тем больше глупеешь. Поверь, Паша, это действительно так. Вот раньше как ты жил, сколько раз в день ты произносил это слово?
Паша на минуту задумался, потом с улыбкой выпали:
– Какое в день, я, по-моему, и в месяц-то ни разу не говорил.
– Вот именно, и ты был счастлив правильно!
– Ну… – протянул Паша, – ну был, только иногда жрать правда хотелось. И когда ты, наконец, поешь, тогда, конечно, хорошо.
– Вот именно, хорошо! И что сейчас, как ты чувствуешь себя сейчас?!
– Когда? – удивленно спросил Паша.
– Ну, вот сейчас! Плохо!
– Почему? –  вновь задал вопрос Паша.
– Потому что нет денег.
– А люди стоят, и мне жалко их отпускать, ведь там товар все же.
– Ну, ладно, потом договорим. – Остапу надоело нести этот бред, тем более Паша все равно ничего не понял, да и понимать-то нечего было. – На, Паш, вот иди, рассчитай людей, и завтра давай будем вывозить.
– Ладно, я все подготовлю.
– Давай, Павлик, а то у меня голова что-то разболелась.
Паша ушел. Остап закрылся в своем кабинете и рухнул на диван. Ему было плохо, что-то скребло под лопаткой. «Какие все-таки бабы! Как червь какой залезет в душу и ничем ты его не вытравишь… Может сходить к ней…», – задумался Остап и через минуту произнес:
– Нет, не пойду, вдруг опять про слежку спросит. Пусть лучше немного отойдет.
Зима вошла в свои права, затрещали морозы каких, как говорят старожилы, давно уже не было. Беспрерывно мела пурга, тем самым нагоняя еще большую тоску. Но Остап был крепок к сердечным заболеваниям и сносил все муки достойно, не забывая при этом скупать золото. Ольга неоднократно обращалась к нему за деньгами, и каждый раз получала отказ. Ее это бесило, она была вне себя от ярости. Кафе приносило больше проблем, чем радости. Нужны были вложения, но они не поступали, и женщина бросалась из крайности в крайность. Как лиса она ходила вокруг Остапа, но он был непреклонен. С первого их скандала Остап был разочарован в Ольге. Единственное, что оставалось, это привязанность, но и она теперь гасла с каждым днем. Ольга это все понимала, и ее это все пугало. Однажды она испытала настоящий шок, когда Остап ее просто выставил за дверь из Пашиного дома, и тогда она поклялась ему отомстить, и отомстить очень жестоко.
Минули новогодние праздники, затем и февраль отшумел со своими метелями. Надвигалась весна, было начало марта. Все эти месяцы Остап не подпускал Ольгу к себе, но тут весна сыграла свою роль. И вот в день 8 Марта Остап послал Мишу купить огромный букет алых роз и отвезти бывшей жене.
– Праздник все же, – произнес Бендер, отдавая деньги Михаилу.
Тот умчался и приблизительно через час приезжает к Паше не один, а с Ольгой.
– Сегодня, надеюсь, не выгонишь.
– Сегодня не выгоню.
– Давай хоть этот праздник вместе отметим, – с какой-то болью произнесла Ольга. – Давай, может,  к нам, в кафе?
– К кому это, «к вам»? – переспросил Остап.
– К нам – это ко мне и к тебе.
– Так… Давай так, – обрезал Остап бывшую жену, – не надо никаких телячьих нежностей. Все обыденно, как всегда.
– Ну, как знаешь, – согласилась Ольга.
Накрыть стол Остап не поскупился. Паша был просто счастлив, что Бендер вновь с Ольгой. В глубине души Паша надеялся, что Остап уйдет к ней и тогда все пойдет как по маслу. Но он просчитался. Михаил увез Ольгу одну, Остап остался у Паши. Когда Ольга садилась в машину, она заплакала.
– Наверное, мы больше с тобой не увидимся. Я сегодня надеялась все вернуть как раньше, но ты не захотел. Прощай, Остап.
– Прощай, Ольга, – проговорил Бендер, когда машина скрылась за поворотом.
Бендер вернулся в дом в хорошем расположении духа.
– Итак, Паша, Вас ждет сегодня супруга с подарком, вот деньги и не скупись, Паша, купи что-нибудь стоящее.
Пашу этот жест удивил:
– Ладно, куплю, – протянул Паша и оставил Остапа одного.
– Итак, надо подсчитать, что же мне удалось скопить, – подойдя к зеркалу, произнес Остап. Он достал свою секретную тетрадь, и подсчитал, сколько в наличии у него золотого запаса. Получилась огромная сумма, если перевести в денежный эквивалент.
– Итак, я не настолько беден, чтобы жить с женой! – торжественно произнес Бендер и спрятал тетрадь подальше в стол.
Закончился март и наступил апрель. Всюду чувствовалась весна. У Паши в саду в скворечнике поселилась семья скворцов.
– Труженики, – говорил Остап, наблюдая за птицами, – вот кабы люди так, как бы мы жили… – и, вдохнув, уходил в дом считать свою прибыль.
И она росла, денег катастрофически не хватало. Остап никак не хотел расставаться с золотом. И вот в один из дней он решил взять кругленькую сумму у Романа. Тот без вопросов отвалил столько, сколько просил Остап. И надо же ему было на обратном пути заехать на рынок. Там то и сгубила его любовь к презренному металлу. Вещь, которую предложили Остапу, стоила в два раза дороже той цены, за которую ее отдавали.
– Беру, – сходу выпалил Остап и удовлетворенный своей покупкой вернулся к Паше.
Там стояла огромная очередь. Все ждали деньги. Остап раздал что осталось, но этого не хватило.
– Итак, надо включать мозги.
И тут Бендер делает великую ошибку. Он принимает решение продать металл в другое место, тем самым отработать потраченные деньги. Остап понимал, ему обязательно зададут вопрос, куда уплыли остальные, если он свезет Роману. А тут был шанс.
Как решил, таки сделал. Два раза Михаил отвозил в другое место и продавал по большей цене, чем покупал Роман. А вот третий ему не удалось. Не успел он въехать на чужую базу, как к нему подъехал Роман. Машину, конечно, развернули, а Остапу забили стрелку, так называли разборки. Остап впервые услышал это слово, поэтому не сразу понял.
Там была определена точная дата, когда Бендер должен будет вернуть деньги.
–  И если этого не произойдет, то тебе очень плохо будет, – предупредил его Рома, – за крысятничество, сам понимаешь, – развел он руками и уехал.
Остап, конечно, мог бы продать золото и вернуть деньги.
–  Но все, хватит, мне надоело в этой провинции, хочу туда, где много огней, где много витрин и магазинов, где меня будет встречать мой швейцар в малиновых штанах, и белоснежный теплоход.
Он был готов бежать, но Рома тоже не лох и за домом Паши следили. Кто-то где-то пронюхал, что Остап скупает золотишко, и теперь его ждут, когда он сорвется.
Была ясная апрельская ночь. Собрав остатки денег, так как золото было в другом месте, Остап решил покинуть Пашин дом. «Хорошо, что Паши нет, а то слезы расставания я не люблю. Пожалуй, надо ему оставить немного денег и записку», – размышлял Остап. «Продолжай работать. Скоро вернусь», – написал Остап и положил записку рядом с деньгами.
И вышел из дома. Осмотревшись, он вдохнул полной грудью свежий весенний воздух и шагнул с крыльца. Тут из темноты ему навстречу вышли три молодца.
– И куда это мы собрались, да еще с чемоданчиком?
Остап первым набросился на парней, он дрался как лев, не уступая своим противникам. Но силы все же были неравны, и он был вынужден бежать. На какое-то время Остап оторвался от погони и успел забрать свой заветный мешок с золотом. И тут он услышал голоса. Это была погоня, нападавшие вызвали подмогу. И теперь у Остапа был один путь – в луга. «Они не подумают, что я туда пошел, и будут меня искать по поселку», – размышлял Остап. И он пошел туда, откуда когда-то шагнул в эту жизнь. В лугах еще кое-где лежал снег, были огромные лужи с ледяной водой, через которые Остап уходил от погони. Когда он достиг сухой точки, Остап остановился и прислушался. Никого и ничего не было слышно, тогда он произнес:
–  О, как сильны оковы страсти, как горек мед любви!
Остап замолчал и через минуту добавил:
– Нет, я непременно буду писать стихи где-нибудь на крутом берегу Красного моря.
Затем он почувствовал, что его окутывает малиновый туман, Остап хотел бежать, но бежать было некуда, он был всюду.
– Что ж, раз тут мне места не нашлось, так пусть меня несет этот малиновый туман, – и он шагнул в плотную массу малиновой влаги.
 И вновь Остапа закружило и понесло. Через какое-то время он потерял сознание. Очнувшись, Бендер осмотрелся и узнал то место, откуда совершил свое путешествие в 21 век.
 – О, Родина, я пленник твой, ты властна надо мною! – произнес Остап эти слова и нащупал мешок с золотом.
– И что я тут буду с этим делать, – сказал Остап и задумался.