Сафин. Мастерство воспитания

     В крохотной командирской каюте жарко. Без устали грохочет, гоняя горячий воздух и уставших от жары нервных мух, прикрученный к переборке вентилятор.  Молодой лейтенант Перфильев неделю назад прибывший после окончания Высшего Военно-Морского училища служить на должность помощника командира в застёгнутой на все пуговицы новой форменной рубашке с черным галстуком, сидит на койке и, потея, заинтересованно слушает своего командира.

     Командир, старший лейтенант Сафин, всего лишь на один год раньше закончивший то же самое училище что и  Перфильев, выглядит солидно: маленький, с прямой спиной, полноватый, с покатыми крепкими плечами и с животом. На нем белая майка и  синие военно- морские трусы. Такого же цвета-синие, почти до колен, носки и форменные полуботинки с развесистыми, бантиком завязанными шнурками. Загорелый, круглолицый, с большими залысинами и маленькими, живыми,  коричневыми глазками.

    Корабль уже месяц на приколе, в навигационном ремонте. Это значит можно погулять.

    Вчера Сафин в очередной раз сходил на берег.  И судя по его сияющей физиономии, на этот раз боевой поход в ресторан завершился его полной победой. Теперь он радостно делится со своим молодым помощником деталями вчерашнего приключения. Рассказывая, он все время радостно смеется, откидываясь назад и поднимая вверх короткие мясистые ноги. Судя по его блестящим глазам, вчерашний хмель еще не до конца оставил его.

     - Ты представляешь,-я ей говорю,- а что, если я вас приглашу танцевать?

     - А она, ты не поверишь, говорит,- а может пойдем ко мне и там потанцуем?

     - Вот это скорость, думаю. Ай да я!

     - Ну а куда ей деваться? Я такую поляну накрыл. Короче, мы с ней в такси и...

     Сверху на трапе грохот матросских башмаков, стук в дверь и в каюте дежурный по кораблю,- товарищ командир, Моргунова привезли.

     - Давай его сюда.

     Моргунов, молодой матрос, торпедист. Вчера в увольнении его задержал патруль и он ночь провел в комендатуре.

     Снова грохот на трапе.
     - Разрешите войти. Товарищ командир, матрос Моргунов по вашему приказанию прибыл. Высокий, сутуловатый, худой, с бледным лицом и большими красными рабоче- крестьянскими руками парень. На вид ему не больше двадцати лет, он неловко топчется у порога.

     - Закрой дверь.

     - Ты где был? Тихим, вкрадчивым голосом спросил, в миг подтянувшийся и посуровевший командир?

     - В увольнении, товарищ командир.

     - В увольнении. Значит ты был в увольнении. Хорошо. И что же ты там делал, в увольнении?

     - Отдыхал, товарищ командир, обреченно поведал Моргунов.

     - А почему тогда ты оказался в комендатуре? Голос командира вырос на полтона. Он встал и, заложив руки за спину, глядя снизу вверх, начал внимательно всматриваться в потупившегося матроса.

     - Я спрашиваю, почему ты оказался в комендатуре? Голос становился все выше. Во всем облике приосанившегося военачальника, несмотря на отсутствие штанов, проступало раздраженное величие. Он важно прохаживался перед сникшим моряком и в упор расстреливал его словесными очередями.

     - Так, это что же,- задавался вопросом командир,- родина послала тебя в увольнение, а ты вместо того, чтобы отдохнуть культурно и потом служить с утроенной силой, привел себя в непотребное состояние?

     - Товарищ командир, какое непотребное состояние? Они просто увидели как мы пиво в парке пили. Я даже не допил.

     - Заткнись!

     - Заткнись, вражеская морда!

     - Ты предатель! Вот ты кто.

     - Ты родину предал! Ты хоть понимаешь это или нет?

     - Ни хрена ты не понимаешь. Ты корабль вывел из строя. Вот что ты сделал! Мы из- за тебя потеряли боеготовность. Ты же торпедист. Забыл? Ты знаешь, что такое торпедное оружие?

     - А если бы вчера вражеская лодка прорвалась в наши воды? Если бы она атаковала главную базу? Это же война! Война! Ты понимаешь это, мать твою, козья  ты рожа, или нет? Мы все значит родину защищать, а Моргунов у нас в комендатуре, пьяный валяется.Очень хорошо!

     - Товарищ командир, какой пьяный, я даже...

     -Замолчи. Замолчи, я не отвечаю за себя. Я...

     Голос командира загремел во всю мощь. Вены на висках у него вздулись. Лицо покраснело. Глаза вылезли из орбит. Он кричал все громче прямо в лицо напуганному матросу:-  Предатель! Ты предатель! Это же удар всем нам в спину. Натовские лодки атакуют, все на боевых постах, рискуют жизнью, бьются с врагами, а Моргунова нету. Где, я спрашиваю, где наш доблестный торпедист матрос Моргунов? Где он? Нету его ни хрена. Его нет на корабле. И где же этот негодяй? Оказывается он напился до скотского состояния, до невменяемости, так что его был вынужден патруль подобрать и бросить в камеру. Это как называется, я тебя спрашиваю?

     -Товарищ командир...

     - Молчи!

     - Товарищ командир, я...

     - Замолчи, взревел на всю мощь раскрасневшийся, разъяренный как бык на арене командир.

     - Помощник, - неожиданно обернулся он к перепуганному лейтенанту,- что по закону положено предателям? Расстрел? Да, в военное время расстрел! Расстрел! Гремел Сафин, размахивая коротким толстым пальцем перед носом Моргунова. Тебе повезло, что сейчас не война. Мы тебя тогда быстро шлепнули бы.

     - Где твои родители живут?

     - В деревне.

     - В деревне, передразнил командир. Ясно, что в деревне. Где они еще могут у тебя жить. Я спрашиваю, где они живут?

     - В Могилевской области, в ...

     - Всё! Мы вместо расстрела их сюда вызовем и все им расскажем. Будешь знать.

     - Товарищ командир...

     - Все Моргунов, ты потерял доверие родины. Если хочешь еще пожить чуток, убирайся с глаз моих долой. Мое терпение лопнуло, хрипел командир, Я не могу ручаться за себя. Я не отвечаю за свои ...
     Сафин вдруг согнулся пополам, схватился за грудь и рукой показал ошалевшему, бледному как смерть Моргунову на дверь.

     Когда тот вывалился за порог и прикрыл за собой дверь, Сафин вздохнул, устало присел на кровать и улыбнулся онемевшему от увиденного помощнику.

      - Ну так вот, весело и как ни в чем ни бывало, продолжил он свой увлекательный рассказ,- как только мы в такси сели, я ей говорю...