Хмуриться не надо - газетный очерк

       Если ты, мой читатель, заблудился в поисках выхода из сложной ситуации, а жизнь тебе не мила, не пожалей времени и денег на дорогу в Кожурлу. Есть такое село в Новосибирской области. Уверена, побываешь в семье Хмельковых – перестанешь печалиться.
       Если доволен всем, и ничто тебя не тревожит, тем более прочти о семье Хмельковых. Может быть, иначе посмотришь на свою и чужую жизнь.
       Хмельковы – не гадалы, не колдуны. Не экстрасенсы и народные лекари. Так кто они? Всему своё время, читатель.
       Узнал ли ты в названии рассказа слова песни? Когда Анатолий Анатольевич и Валентина Дмитриевна сидят за праздничным столом, часто начинают свою любимую «Ладу». Дети подхватывают. Даже два внука и две внучки знают: для бабушки и дедушки это не просто слова песни. «Хмуриться не надо» – правило жизни этих двоих людей.
       Хмурыми Хмельковых вряд ли увидишь. Совсем не потому, что они из беззаботных или развесёлых людей. Просто оба с детства поняли: уныние – не помощник в их трудной жизни, которая всё-таки прекрасна.

             Что значит случай

      Валентина Черничкина родом из Карачей Чановского района, Анатолий – кожурлинских корней. Родились они обычными детьми. Отметины судьбы Валентина получила на второй год жизни, Анатолий – на десятом.
 Бабушка Валюшки владела секретом класть царицу деревенского дома – печь. Она и подвела мастерицу. Усадила бабушка внучку на печь, девчушка и упади.
       Что плеть болтается ручонка. Одна, другая операция, но… С той отметиной и живёт до сих пор Валентина.
 Черничкины – люди талантливые. Валентина не могла держать аккордеон, баян, как мать и тётя. Не стала художником, как брат и сестра. Ещё много что не могла, к сожалению. Что значит случай!…
       Замечаю: судьба забирает одно – даёт другое. Валентину она одарила умением не только видеть красоту, но и создавать её. С ранних лет девчушка вязала пушистые шали из известного сибирякам карачинского пуха – за козами ухаживала сама. И дело, и деньги. Сейчас Валентине Дмитриевне под силу связать любое, даже самое сложное изделие, недавно каждому из внуков подарила свитер неповторимой работы.
       Другой талант проявился неожиданно и в зрелые годы. Валентина открылась перед земляками как автор стихов, которые мы читали в «районке». Потом замолчала. Наверное, ещё не время убинцам знать, посещает ли Валентину Дмитриевну Муза. Чувствую, что бывает она в доме Хмельковых.
       С Анатолием произошёл такой случай. Парень ухватился за борт машины: ну-ка прокачусь. Недалеко уехал. Борт хлоп – и есть у мальчишки ноги, и нет их. Обули ноги в протезы. Без двух друзей – костылей парнишка уже не ходок. В коляску сел позже, когда по-хмелёвски мощное и красивое тело Анатолию стало тяжело удерживать на костылях. Через пять лет протезы меняли.           Девять раз брали у Анатолия пункцию.
       Родители Валентины и Анатолия определили главное в отношении к детям: любовь, внимание – да, жалость – нет. С мальства ребятишек готовили к нелёгкой жизни. Деревенская доля и без того трудна, а тут ещё такое горе.
       Обе семьи – работящие. Ребятня помогала старшим по хозяйству, ухаживала за скотиной – опорой крестьянской жизни. С весны до осени Черничкины и Хмельковы кланялись на огородах матушке – земле сибирской, чтоб та ответила хорошим урожаем на людские заботы.
       В деревне мужчина – глава семьи, её опора. Значит, ему многое уметь надо. Анатолий косил, пас, чистил, колол, полол. Валюшка рано стала помощницей у родителей.
       Делу время – потехе час. У девочки – куклы, кино, игры, книжки, а у парнишки – хоккей, рыбалка, охота, техника. Случалось, Анатолий дрался своими крепкими не по годам кулаками. Бывало, лазил в соседние огороды: чужие огурцы зеленей и нежней. Ничто ребячье было не чуждо.
       Детство – оно всё в мечтах и планах. А тут – обрыв. Обидно ребятам. Многое задумывать бесполезно. Вот что значит случай!

             Встретились и не расстались
 
      Жизненные тропинки Валентины и Анатолия пересеклись в Новосибирском училище для инвалидов и слились в одну дорогу. Оба учились на мастеров пошива верхней одежды. Специальность не нравилась, но выбирать не приходилось.
 Черноволосой и чернобровой Валентиной с ладной фигурой нельзя было не любоваться. На ясноглазого Анатолия с мускулистыми мощными плечами и руками, натренированными нагрузкой, засматривалась не одна девушка. Валентина предпочла здоровому парню кожурлинского красавца-колясочника. Они объединились под одной фамилией и одной крышей, сыграли свадьбу.
       В Кожурле молодых приняли в комплексный приёмный пункт. Валентина трудилась по специальности, которую так и не полюбила. Анатолию повезло: переквалифицировался. Встретил мастера-золотые руки Александра Черенкова и стал таким же.
 Знают Хмелькова в и нашей, и Кемеровской, Омской, Томской областях. Даже в Казахстане. А всё они, унты. Ты, читатель, знаешь, что это такое. Но те, которые мастерил Анатолий, особой работы. Уважающий себя селянин не представляет зиму без унтов, а убинец – без хмелевок. Земляку в них очень даже уютно. Нога дышит и шагает легко. Надёжно в унтах на зимней рыбалке, охоте. Тепло не только в лютый морозище, но и северный буранище – проверено вахтовщиками. Поэтому и ехали с заказами к Анатолию в Кожурлу отовсюду.

      Если ты, мой читатель, молод, то не помнишь или не знаешь: твои родители, не имея власти или блата, многое в магазинах не могли купить за свои кровные рубли. Сколько сразу «не»! Сапоги, туфли, ботинки тоже были дефицитом. Только не для жителей нашего района. Сапоги, изготовленные Черенковым и Хмельковым, руководство Убинского Дома быта возило на областные выставки. Мастерам – награды за труд, почёт и уважение, фотографии в местной газете, а людям – обувка.
       Сшил Анатолий даже кроссовки. Мастер впервые увидел чудо-обувь, когда её принесли в ремонт. Залюбовался, задумался – сделал Леночке, что глазами в маму, лицом в папу, характером в обоих. Конечно, получились полуботиночки спортивного типа, но в селе их называли кроссовками.  Упорный он, Хмельков. Да и дети такие.
       Работа, дом, общественная нагрузка – то удел Валентины Дмитриевны. Не было в Кожурлинской средней школе лучшего председателя родительского комитета. Помощница педагогам, советчица и организатор интересных праздников. Вот ещё один талант, дарованный Валентине судьбой.
       У Хмельковых дети и внуки все с особым даром. Дочь рисует, сын вылепит любую фигурку, экспериментирует на даче. Внучата танцуют, выжигают по дереву и металлу. А ещё создают акварельные шедевры для картинной галереи, которые Хмельковы хранят в папках.
       Недавно приехавший в гости Славик удивил бабушку с дедушкой:
       — Пойду в магазин и куплю подарок самому дорогому человеку.
       Пришло оно, первое чувство, решили те. Возвращается внук и… протягивает деду зажигалку.
       Сын в своё время не только Хмельковых удивил. В армию захотел. Не положено: мать с отцом инвалиды. Но характером Владимир тоже в родителей. Значит, не переубедишь, коль что задумал. Приехала мать к облвоенкому:
       — Сын хочет в армию попасть.
       И не потому решил служить, чтобы родителям не помогать – к работе с детства приучен. Решил себя испытать. Получил Володя повестку. Да ещё как служил младший Хмельков!
       А родители никакой работы не боятся. Это недавно у них хозяйства поубавилось. Во дворе было всё то, что кормит деревенскую семью. Сам понимаешь, читатель, это и здоровым нелегко. Надо подоить, почистить, накормить, отремонтировать, напилить, накосить. Анатолий, как мог, усовершенствовал, облегчал свой труд. Например, смастерил косарку. Конечно, кожурлинские мужики помогли.
       Деревенские люди в основном добрые. Спросят, не надо ли что сделать, хотя Хмельковы стараются ни от кого не зависеть. Зацепит Анатолий флягу на коляску, привезёт в сарайку. Тут Валентина поможет. Когда ребята дома, легче. Но разъехались: дочь в райцентре, сын в городе. Впрочем, они частенько приезжают, молодцы.
 Дрова Анатолий уложит на коляску, довезёт до подъезда. Дальше самому до квартиры на первый этаж доставить бы. Соседи – на помощь. Хорошие люди живут рядом.
       Картошку копает Анатолий на коленях. Её, родимой, садят не чуток. Много не мало. Дети просят, мол, берегите себя. Куда там! Скотину надо бы всю перевести, так тоже ни в какую – крестьянская закваска.
       Если скажу тебе, читатель, что всё и всегда гладко в этой семье, не поверишь. И правильно сделаешь. Да, прошли Хмельковы проверку на прочность семейных отношений. Были и другие испытания. Выдержали, устояли. Вот уж на самом деле: встретились и не расстались.

             Мгновения
 
      Хмельковы ценят жизнь уже за то, что она дана. Пусть разная. Хорошая и трудная. Трагичная, потому что конечна. Прекрасная, потому что полна чудесных мгновений. Просто надо их не только чувствовать и ждать, но и создавать.
 Ты, читатель, устраиваешь для родных, знакомых или для себя праздник листопада? Давай поучимся у Хмельковых-старших.
 Родители усаживали детей в машинку-«инвалидку». Лена на коленях матери, Володя у ног отца.
       Берёзы, осины качают потихоньку ветвями, с которых бесшумно опадают листья, окрашенные осенними расцветками. Они летят, торопясь друг за другом, гонимые сентябрьским ветром. Ребятишки ловят листья. Радуются родительские сердца. Остановись, мгновенья, ты прекрасно!
       Ты, читатель, бывал на охоте? Если да – тебе известна её прелесть. Если нет, сейчас узнаешь. Хотя охота – дело вкуса.
 Праздник у Хмельковых начинается задолго до выезда в лес. Уже с ожидания, с приобретения охотничьего билета, с подготовки оружия. Оно у Анатолия штучной работы, подаренное родителями Валентины зятю на свадьбу.
       Заядлых охотников в семье двое. Конечно же, он. И… она.
       Одному Анатолию на охоте было бы трудно. Застрянет машина – Валентина находит вагу (палку), подложит под колесо – дальше отправляются. Есть и «техническая» трудность: Анатолий же остаётся в машине. И вот выходит жена из машины, идёт в лес. Находит цель, подаёт мужу знак. Наступает время меткого стрелка. Анатолий прицеливается. Прекрасно то мгновенье, когда лесное эхо раскатывает победный залп.
       Зять, сын, внуки переняли у дедов охотничью страсть. Валентина Дмитриевна смеётся:
       – Есть у меня теперь заместители. Бегать за дичью.
       Катался ли ты, читатель, по озеру на лодке и не любовался ли перекатывающими волнами? Не сидел ли на берегу реки? У Хмельковых много любимых мест, где они, заядлые рыбаки, сидят в ожидании клёва. Наконец-то удача! Прекрасное мгновенье.
 Ты знаешь, читатель, как замирают сердца, когда под аккомпанемент отцовской гитары поют жена, дети, а теперь и внуки? И слышатся тогда слова: «Хмуриться не надо…». У Валентины Дмитриевны скоро юбилей – споют  , конечно, же «Ладу». Прекрасные то будут мгновения!
       Хотя боль часто вызывает слезу, а силы, кажется, на исходе, Хмельковы стараются не печалиться: жизнь даётся один раз. Какая бы трудная она ни была, уже не повторится. Повторимся только мы. В тех, кому сами подарили жизнь. И так, как этому их научили.
       А всё-таки жизнь прекрасна! Жаль, что коротка…