Жук

  Как обычный человек относится к   тараканам?
  Да никак не относится. Конечно, раздавит, если успеет. Именно так вел себя и наш герой до наступления очередного вторника.                               
Впрочем, начинался вторник вполне обыкновенно. Нужно было умыться, почистить зубы, позавтракать, зашнуровать кроссовки. Перед всем этим предстояло самое сложное – проснуться. С просыпанием всегда трудно, особенно если засыпаешь за пару часов до звонка будильника. А как заснуть раньше? За соседней дверью компьютер, волшебный мир эльфов и пиратов в мониторе, родители крепко спят, ну как тут заснуть самому?
Еле продрав глаза в очередной вторник, Миша поплёлся в сторону кухни. На пороге ванной комнаты сидел и, по-видимому, умывался громадный, жирный и, скорее всего, наглый таракан. Какой там таракан – инопланетное чудовище! Миша, мигом проснувшись, снял тапку, присел на корточки и уже занёс своё смертельное оружие над омерзительной тварью, как вдруг таракан прекратил умываться, поднял то, что, наверное, являлось у него головой, и с укоризной взглянул в Мишкины сонные глазки. От удивления Миша промедлил, и когда, наконец, тапка опустилась, таракана на этом месте уже не было. Этот гад со скоростью света преодолел коридор и шмыгнул в кладовку. Вообразив себя как минимум Бэтмэном, а то и вовсе всеми суперменами, вместе взятыми, Миша бросился спасать свою квартиру, а заодно и весь земной шар от нашествия «инопланетных чудищ», которые имеют наглость умываться в его ванной по утрам. Конечно же, тараканы и не подозревали о смертельной угрозе, нависшей над их спинами в виде Мишиных супертапок.   
Напевая гимн победителя, наш герой распахнул двери кладовки и …чихнул. Сначала один раз, потом ещё и ещё, ещё и ещё.… Наконец, прочихавшись от вылетевшей на него пыли (в кладовку никто, даже Мама, не заглядывал много лет), Миша решил, что пылевое облако – это ничто иное, как первая ловушка на пути в логово инопланетного разума. Улыбнувшись тому, с каким блеском он преодолел это препятствие, наш герой продолжил выполнять свою нелёгкую миссию. В полумраке полок покоилось множество бесполезных с человеческой точки зрения предметов: чайник без ручки; кастрюля с дыркой на дне; битые горшки из-под давно вымерших цветов; стиральная машина, жизненный путь которой прекратился задолго до Мишкиного рождения, и ещё много всего. Но внимание нашего героя привлёк старый короб для белья. Хотя мерзкие инопланетные чудища могли основать свою базу абсолютно в любом из хранящихся в кладовке предметов, чутьё борца за спасение земного шара подсказывало Мишке, что живут пришлые твари именно в коробе. 
Холодок пробежал по Мишиной спине. Причиной секундного страха стала мысль, что не зря Мама складирует здесь то, чему, по идее, место на свалке – Мама в заговоре с гадкими усатыми страшилами, а может и сама уже давно не Мама, а коричневое чудовище, носящее Маму, как костюм. Отогнав подступивший к горлу комочек, Миша вспомнил, что он супермен и сегодня утром просто необходимо спасти свою квартиру, весь мир, да и вечно недовольную им самим Маму от паразитирующих на людской цивилизации инопланетных тварей. Набрав полную грудь воздуха и прикрыв на всякий случай глаза, Мишка резко открыл крышку короба. Она скрипнула, и больше ничего не случилось.
Через минутку Миша открыл один глаз, затем второй… и ничего. Никаких монстров в коричневых панцирях с глазами-лазерами, никаких светящихся ядовитых газов-ловушек, никакого чудовища со сковородкой за спиной, снимающего на бегу костюм из Мамы… ничего. Опешив и немного расстроившись, наш герой заглянул в короб – в коробе было темно.
На цыпочках Мишка прокрался к себе в комнату, достал из стола фонарик и покрался обратно. Двигаться нужно было бесшумно, обходя половые доски-скрипучки, чтобы готовящая на кухне завтрак Мама, или таракан в костюме из Мамы, ничего не заподозрила. Добравшись до мрачного короба, просто излучающего из себя тайну инопланетного вторжения, наш герой задумался. И было над чем. Что, если там, в тёмном нутре, ход в другой мир, или космический корабль пришельцев – такой же, как они сами: противный, многоногий, темно-коричневый, с усами-антенами, а вокруг копошатся червяки – тараканьи рабы…. Они буравят ходы в перекрытиях дома, в стенах, в полах и жрут электропроводку. «Вот почему гаснет свет!»,- осенило Мишу,- «А Мама, или таракан в костюме из Мамы, всё сваливает на пробки, которые якобы вылетают, не выдержав напряжения…. Конечно, какие пробки выдержат, если их жрёт инопланетный заразный червяк!». Набрав в очередной раз полную грудь воздуха, суперМиша включил фонарик и нагнулся над коробом. Никаких признаков внеземных пожирателей электропроводки он не обнаружил. Зато увидел просто нереальное по своей наглости зрелище: на деревянном выступе у дна короба сидел огромный жирный и вполне земной таракан. Он устало смотрел на Мишку, щурился от света фонарика и недовольно шевелил усиками. И, самое главное, даже не пытался убежать!         
От такого нахальства наш герой растерялся, ему даже расхотелось охотиться за этим «инопланетным монстром», что, впрочем, было проблематично само по себе, если учесть размеры короба. Мишка закрыл крышку, которая опять скрипнула, затворил дверь в кладовку, выключил фонарик и пошёл чистить зубы.



*     *     *

Кончилась зима, потом кончилась весна, вместе с ними кончилась школа. Конечно, сама школа стояла на прежнем месте, завершились занятия. Мишка уже не вставал по утрам чистить зубы и почти спокойно проводил ночи рядом с компьютером. Про «инопланетное чудище» он и думать забыл.
Тут и наступило обычное утро обычного летнего дня. Что-то нашло на Маму. Мигая спросонок, плохо понимая, чего от него хотят, Миша слушал истеричные вопли. Примерно через полчаса криков до нашего героя дошло, что родительница им недовольна. Для того чтобы она стала довольна, нужно всё бросить и немедленно поехать с ней на дачу, чтобы дышать там воздухом. Миша плохо понимал, чем же тогда он дышит вне дачи, но мир в семье требовал жертв. Скрежеща нечищеными зубами, наш герой стал собираться на войну с сорняками, захватившими клубничные грядки и угрожавшими Маминому спокойствию, а, следовательно, благополучию всей семьи и ночным посиделкам у компьютера.
После часовой езды в душном автобусе, по соседству с жирными бабками-огородницами, нагруженными тележками, лопатами, мешками непонятного назначения, и вслух причитавшими о том, какие чудесные у ребёнка голубые глазки, да как бы были необходимы такие глазки девочке, да если б с такими ресничками, да девочка и так далее. Мишка бы отошёл, да автобус был забит до всех мыслимых пределов. Осталось молча выразить протест, то есть открыть форточку. Это имело и практический смысл, ведь бабки распространяли жуткую вонь здорового пота, смешанного с запахом аптеки и с чем-то, смутно напоминающим запах навоза. Бабки тут же развопились о невероятной невоспитанности ребёнка. В общем, к концу поездки, Миша выглядел в их словах малолетним преступником, наследником всех маньяков, умственно-отсталым по которому просто рыдает каторга. Наверно, старушенции родились до начала «Истории СССР», раз пророчили не тюрьму, а каторгу и адские муки.
После увеселительной поездки в приятной компании, наш герой воссоединился с Мамой, и, краем глаза увидев, что бабки зашагали в другую от остановки сторону, вздохнул с облегчением. Наивный Миша не знал, что облегчаться рано.               
               
*     *     *

Кое-как доковыляв до дачи, путь то неблизкий, почти час ходу по песчаной дорожке, да ещё рядом с Мамой, ведущей воспитательно-нудящий монолог, Миша залез в домик, надеясь там отсидеться до вечера. Но бдительная родительница вытащила нашего героя из укрытия «на воздух». Более того, выделила ему самую дальнюю и заросшую грядку рядом с канавой, изображающей пруд. Честно поковырявшись пару минут, Миша решился изобразить внезапное сумасшествие от солнечного перегрева. Правда, солнышка не было, и, вообще, дождик собирался, но такая мелочь не могла остановить нашего героя. Первым делом он начал разговаривать с лягушками, восседавшими вдоль канавы-пруда. Общался Миша с ними вполне серьёзно, по-взрослому. Лягушки этого не оценили. После очередной реплики нашего героя про преимущество использования кодов во время компьютерной игры и вопроса о мнении собеседниц на эту тему, лягушки вполне организованно прыгнули в пруд-канаву. Миша расстроился. Он подумал, что, вероятно, у его собеседниц нет компьютера, или нет кодов к играм, или они принципиально не используют эти самые коды.   
Оглянувшись в поисках новой жертвы, Миша увидел сидящего на тропинке у грядки огромного Жука. Жук внимательно разглядывал нашего героя и, кажется, сочувствовал ему. Кого-то он напоминал, и это ощущение было не особо приятным. Миша даже забеспокоился о серьёзной возможности перегрева своего организма. Жук пошевелил усиками-антенами и передвинулся в сторону нашего героя на пару своих Жуковых шагов. Мише стало стыдно. Он боится Жука, а Жук его не боится. Наш герой вооружился тяпкой, выданной Мамой для борьбы с атакующими клубнику сорняками, и прошёл на один человеческий шаг к страшному зверю-жуку. Жук шевельнул усиками (или антенками?) и засеменил к Мише, смешно переставляя множество ножек. Наш герой, с трудом удержавшись от постыдного бегства, присел на корточки и поднял тяпку. «Привет»,- услышал Миша и упал. Сначала на задницу, потом, не удержав равновесия, на спину, весело дрыгнув в воздухе ножками. Он решил изобразить обморок. 
Очень глубокий обморок, почти клиническую смерть от перегрева под серыми тучками. Конечно, многие мальчишки, да и девчонки, презрительно сморщили бы носы. Но разве им попадался говорящий Жук?!! Миша вовсе не был трусом, он не был готов к таким событиям. Ладно бы ещё кошка заговорила, или собака, ну, в крайнем случае, ворона или воробей…. А тут – Жук!!! Подозрительно похожий на таракана…. Да, не чему тут радоваться, чего хорошего с тараканами разговаривать? Хоть бы что побольше, да посимпатичней.   
Миша ощутил сильную щекотку в ухе. Может, туда заполз Жук? Совьёт в Мишином уме гнездо, будет вещать Мишиным ртом и голосовыми связками. Он представил себе свой череп изнутри. Вот Жук-таракан убирает мусор, вот вешает занавесочки в горошек, именно красные в белый горошек, выгрызает в мозгах полочки и разводит на них герань в горшках, а по вечерам сидит в кресле-качалке, смотрит из Мишиных глаз телевизор и вяжет крючком белые салфеточки…. В ухе щекотало. 
Миша открыл один глаз. Увидел серые тучки, подумал и открыл второй глаз. Между тучками блеснул светлый лучик. Щекотка  прекратилась. Миша скосил глаза в сторону, но ничего не увидел. Пришлось повернуть всю голову. Прямо напротив носа сидел Жук, держа в лапках, непонятно верхних или передних, сухую травинку. Вид у Жука был усталый. «Привет!»,- услышал Миша и потерял сознание по-настоящему.

*     *     *

Грядка-то была самой дальней, да ещё и за домом. Поэтому Мама не заметила случившегося несчастья. Где ей заметить, она всем организмом чувствовала ответственность за освобождение культурного огорода от некультурных растений, нагло поселившихся на грядках, клумбах и вокруг кустов. Ощущая прилив вдохновения, Мама отвоёвывала сантиметр за сантиметром с дотошностью и трудолюбием, достойными английских садовников.
Миша тем временем очухался и сел. Тучки потихоньку расходились, показывая солнечные лучики. Решив, что он перегрелся и перетрудился, наш герой собрался сбежать в домик-укрытие и обдумывал способ проникновения. Ведь пройти мимо Маминого носа было трудно. «Привет!»,- услышал Миша. Падать снова в обморок было совсем стыдно и, вообще, опять падать, он просто зажмурился, посчитал до десяти и разжмурился.
«Привет!»,- снова услышал он. Жук сидел на прежнем месте, Мишке пришлось повернуться, чтобы его видеть, но вступать в переговоры наш герой не спешил. Жук тоже молчал. Миша начал думать. Во-первых, как обратиться к насекомому? На «Вы»? Как-то не очень. «Дорогой таракан! Что Вам угодно?». Смешно. Да и вдруг Жук решит, что над ним издеваются. Оказывается, контакт с насекомым – трудная штука. Образования для этого Мише не хватало, он чувствовал, а звать Маму? Опять же, как? «Иди сюда! Тут Жук разговаривает, по-русски и без акцента!». Нет, не надо говорящих тараканов афишировать.   
«Ты больше не хочешь меня убить?»- услышал Миша. Ну вот, приехали. Когда это он хотел кого-то убить? Может, это монстр из какой-нибудь игрушки материализировался?
Ситуацию спасла Мама, ей надоело воевать с некультурными растениями, и, решив, что на сегодня хватит, она звала Мишку собираться. «Досвиданья»,- вежливо попрощавшись с Жуком, наш герой поспешил в домик.

*     *    *

С Мишей что-то произошло. Он не стал играть на компьютере, почистил добровольно зубы и ушёл спать. «Свежий воздух»,- мечтательно и удовлетворённо думала Мама. «Чёртов таракан»,- ворочаясь и одновременно притворяясь глубоко спящим, думал Миша.
Он не спал почти всю ночь. Стоило заснуть, как перед глазами мелькали красные занавески в белый горошек, и хихикающий Жук в старом накрахмаленном чепчике и очень модных солнцезащитных очках с фильтром против ультрафиолета.
Промаявшись до рассвета, он побрёл на кухню. Попил воды, съел бутерброд с «Докторской» колбасой и, подумав, сделал ещё один, завернул в пакетик и убрал в карман. Посетив туалет, Миша стал будить Маму. Ей было в диковинку поведение нашего героя, поэтому в сторону дачи они отправились лишь после двенадцати. Естественно, в переполненном автобусе. Хорошо, что хоть старушенций с тележками не было.
Песчаную дорогу преодолели быстро. Мишка сжимал пакетик с бутербродом и почти не слушал огородные наставления Мамы. Она показалась ему похожей на клохчущую курицу. Миша улыбнулся и снова пожал бутерброд.
Придя на участок, наш герой опять приятно удивил Маму-курицу. Быстренько схватив тяпку и бутылку с минеральной водой, он объявил о намерении доделать «свою» грядку и попросил его не беспокоить. «Свежий воздух!»,- восторженно подумала Мама. «Где же этот Жук? Вдруг ушёл…»,- беспокойно думал Миша.
Жука на тропинке не было. Миша растерялся. Он пожал бутерброд и почувствовал себя несправедливо обиженным. Даже потихоньку посвистел, но таракан не появился. Лишь вчерашние лягушки попрыгали в пруд, похожий на канаву.
Вздохнув, Миша стал воевать с сорняками. Через какое-то время стало ясно, что сорняки, выступив объединённым фронтом, побеждают одинокого героя с тяпкой. К тому же предназначения хитрого инструмента «тяпка» в этой огородной битве Миша так и не понял. Он тяжело вздохнул и присел на грядку. «Хуже ей всеравно не станет»,- подумал он. «Привет»,- Миша подпрыгнул, как от укуса в место, что чуть ниже спины, и скосил глаза. Вчерашний знакомый Жук сидел на упавшей клубничной ягоде и дружелюбно шевелил усами. «Здравствуйте»,- выдавил воитель с сорняками, то бишь наш герой, и более уверенно промямлил:               
- У меня тут вот бутерброд есть, на завтрак…
- С колбасой или с сыром? – уточнил, шевеля усами-антенками, Жук, похожий на таракана. 
- С колбасой, с «Докторской»…
- Значит, с колбаской, а где он, бутерброд?
- В кармане.
- Ты думаешь, что я стану завтракать в твоём кармане?
Миша моргнул глазами и достал мешочек с бутербродом. Развернул и положил на грядку.
- А ты? – услышал наш герой.
« Да я… тебе, я уже завтракал дома»,- подумал Миша.
- Ну, тогда я приступаю,- сказал Жук и стал отламывать то ли верхними, то ли передними лапками крошки колбасы. Миша смотрел на чавкающего Жука и недоумённо думал: «А хлеб?!».
- Хлеб потом съем. Рот маленький, хлеб с колбасой не умещаются,- жуя, то ли сказал, то ли подумал Жук.
- Ты читаешь мои мысли?- Миша был изумлён, хотя, казалось бы, куда дальше изумляться, хотя, казалось бы, куда дальше изумляться, и так тараканы разговаривают, мыслят и колбасу едят без хлеба, потому что рот у них маленький. 
- Дай поесть,- услышал Миша.
Наш герой честно ушёл на другой конец грядки и даже выдернул пару сорняков, почти с корнем. Но бродившие в Мишиной голове мысли мешали войне с некультурными растениями. Поэтому третьей он выдернул многострадальную клубнику. Тоже с корнем. Испуганно оглянувшись, наш герой убедился, что Мама не видела бесславной гибели ягодного кустика. Решив, что на любой войне без невинных жертв не обходится, он положил тяпку, и, присев на грядку, начал думать. А думать было о чём.
Миша точно знал, что говорящих жуков, подозрительно похожих на тараканов, не бывает, никогда не было и не будет. Значит, или он действительно перегрелся на солнышке, которое явно было, хотя и пряталось за тучками, или просто сошёл с ума, переместившись из «компьютерного мира» на реальную грядку. А, если это так, то Жук не существует, нет его, он только в Мишиной голове сидит галлюцинацией. Что бы убедиться в правильном ходе своих мыслей, Миша поднял маленькую палочку, подошёл к жующему Жуку и легонько ткнул во что-то, вероятно бывшее спиной.
Жук вполне реально поперхнулся, прокашлялся, укоризненно посмотрел в Мишины глаза и, даже, покрутил то ли верхними, толи передними лапками около того, что, вероятно, было у него головой. После чего шевельнул усиками-антенками, поднял колбасную крошку и продолжил завтрак. Мишке стало стыдно. Он отошёл к брошенной тяпке и продолжил мысленный процесс. В голову лез всякий сумбур, наверно из-за того, что наш герой очень сердился на собственную бестактность.
Убедившись в том, что Жук вполне материален, а, следовательно, реален, он пришёл к выводу: таракан – посланник далёкой космической цивилизации. Возможно, его планета на краю гибели, и, прилетев за помощью, из всех землян Жук выбрал его, Мишу. А он, Миша, тыкает его палкой и не даёт завтракать.
Что подумают в далёких галактиках? Космический разум будет возмущён таким поведением землянина! Мишка даже зажмурился в ожидании массированной атаки инопланетных кораблей-капсул с разгневанными жуками, представляющими карательный отряд космического разума, внутри этих самых капсул.
Наш герой отчётливо слышал жужжание, звучащее всё ближе и ближе, и, наконец, взорвавшееся на его носу. Миша машинально хлопнул себя по дыхательному органу и почувствовал что-то липкое. Распахнув глаза, он взглянул на ладошку. Конечно, кровь! И какая-то биомасса. Миша заикал от ужаса: по видимым останкам получалось, что он только что уничтожил карательную экспедицию разгневанного космического разума, да ещё вместе с кораблём! Или это был только первый инопланетный десантник с внеземным парашютом? Нет, наверно корабль, если десантник, что же тогда жужжало?!
- Комар,- услышал Миша невнятное чавканье,- тебя укусил в нос комар, или, может быть, слепень…. Такая большая муха.
Скосив глаза в сторону, но ничего не увидев, наш герой повернул голову. Жук продолжал жевать, сидя на клубничной ягоде. Он щурился и, вообще, выглядел очень довольным. Вспомнив, что не дал этому говорящему таракану воды, Миша отвинтил крышку, налил в неё минералки и аккуратно пристроил рядом с чавкающим насекомым.
Впрочем, налил – громко сказано. Если не половина, то две трети объёма пластиковой ёмкости достались клубничной грядке. Интересно, как ягоды относятся к минеральному поливу? Может, сорняки хоть умрут своей смертью…. 
- Спасибо,- прочавкал Жук,- сорняки не умрут, а пара ягодок теперь вымыта и сполоснута, будет, чем поужинать.
- Ты откуда прилетел?- Миша решил сразу «брать быка за рога», как говаривала Мама, или же «не откладывать дело в долгий ящик», как она тоже говаривала.
Жук всем своим лицом, или тем, что у него, вероятно, было вместо лица, выразил удивление. Даже отложил недоеденную крошку.
- Я не умею летать. У меня крылья атрофировались много миллионов лет назад. Ну, как у вас хвост.
Миша подёргал себя за штаны.
- У меня нет хвоста!
- А у меня нет крыльев. Я сюда в сумке приехал, вместе с удобрениями.
- Ты мутант?!
- Почему?! Я, что, позеленел? У тебя есть зеркало?
- Зачем тебе?
- Посмотреть! Пил тут нефильтрованную воду, вдруг заболел.
Жук уставился на Мишу, Миша уставился на Жука. Они оба не были похожи на мутантов, как, впрочем, и на инопланетян смахивали мало.
- Ты кто?- решился Миша.
- Таракан,- рассердился Жук,- дашь, наконец, зеркало?!
- Причесаться хочешь?- съязвил Миша.
- У меня нет волос,- нахохлился Жук-таракан и поднял колбасную крошку не то верхними, не то передними лапами.

*     *     *

Поняв, что разговора не получиться, наш герой, который не таракан, а Миша, отправился в домик, твёрдо решив близко не подходить ни к одной грядке, во избежание общения с разными насекомыми.
Маршрут бегства пролегал мимо копающейся в клумбе Мамы. Она наивно поинтересовалась, закончил ли Миша «свою» грядку. Пришлось сказать о том, что очень разболелась голова и хочется немного полежать.
- Немудрено,- запричитала родительница,- всё взаперти, без воздуха, бледненький какой, слабенький. Всё у компьютера сидишь, нет бы, погулять сходил, если не у компьютера, так у телевизора, всё подряд смотришь, а надо книжки читать. Вон сколько в школе задали, ничего не успеешь, один из всего класса будешь двойки получать….
Финала этой душераздирающей тирады Миша не узнал. Он успел шмыгнуть в домик, забраться на второй этаж и прикинуться тяжелобольным или быстро умирающим, как кому нравится. Сам он не определился в своём состоянии.
«Свежий воздух» всё-таки сделал своё дело: наш герой заснул и видел сны. Ему грезились далёкие миры, тараканы в париках перед огромными зеркалами. Они нежно расчёсывали искусственные локоны и поливали стоящую рядом герань в горшке, герань была одна, а жуков с лейками очень много, они толкались, отпихивали друг друга, вода из носиков леек лилась и лилась, не попадая в герань, но, затапливая всё вокруг, стала просто тропическим ливнем…. Стучали по далёкой планете вёдра космической воды, угрожая всем галактикам….
Мишка резко открыл глаза и сел. За окошком домика стучал дождь. Небо чернело, громыхая совсем близкой канонадой. Штормовые тучи прорезала почти тропическая по длине и яркости  молния. Ливень шёл такой силы, будто собирался пробить землю насквозь и повыкидывать все некультурные растения с грядок. Ветер видимо решил, что он, как минимум, смерч, и всерьёз пытался сорвать домик с фундамента.
- Вот чёрт!!!- заорал Миша и в два прыжка оказался в коридоре-кухне первого этажа, сбив с ног идущую к печке Маму.



*    *     *


Распахнув дверь, наш герой, как был, босиком, поскакал к дальней грядке, на ходу перепрыгивая многочисленные кусты смородины и пару клумб. В прыжке от цели Мишу свалил порыв ветра. Он не был слабеньким, но даже домик еле держался перед бушующей стихией…. Миша пополз по месиву из воды и грязи, с ужасом понимая, что уже залиты все тропинки, прибиты к земле стоящие когда-то по пояс человеку сорняки, оторваны и растисклявлены клубничные ягоды….
- Где ты?!! Ты не умрёшь!- Миша орал во всё горло, но грохот грозы перекричать не мог, он ревел, не утирая слёз кулаками, впадал в истеричное отчаяние, если можно было куда-то впасть ползущему в месиве грязи.
- Привет,- услышал Миша, услышал вопреки грохоту, царившему вокруг. Повернув голову, он с огромным трудом разглядел запутавшееся в прибитой траве тельце. Оно дрыгало лапками.
«Не дёргайся»,- подумал Миша. Таракан замер, поджав многочисленные не то ручки, не то ножки. Наш герой, можно сказать, вырвал своего насекомого друга из пасти стихии, потому что распутывать траву не стал, а просто оторвал её вместе с Жуком. Подняться на ноги было очень трудно, поэтому до стены домика Миша добирался ползком. Под окошками он наконец встал и со всей возможной скоростью прошлёпал в домик. Там его встретила грозно изрыгающая звуковые потоки стихия, именуемая Мамой.

*     *     *

Пряча за спиной руку со спасённым тараканом, наш герой узнал о себе много нового и интересного, даже познавательно-ознакомительная поездка в одном автобусе с доисторическими бабками-огородницами не шла ни в какое сравнение с буйствующей Мамой. Миша не понимал, что на неё нашло. Может, слепень укусил? Такая большая муха…. Да, конечно, он её сбил с ног, да, она налетела лбом на печку-буржуйку, да, могла расколоть этот самый лоб и умереть от протечки мозгов сквозь трещину…. Но ведь лоб то цел! Только шишка наметилась, и очки разбились, слетев с носа. Так очки всё равно старые, оправа совсем не современная. Хотя она, кстати, цела, только стёкол нет.   
Да, он промок и испачкался, так ведь можно обтереться, или выйти на крыльцо. Это даже лучше. Крыши над крыльцом нет, дождь вон как льёт, всю грязь быстро смоет. А чтоб не шлёпнуться, можно за перила держаться, они то на крыльце есть. Потом развесить одёжку над печкой, всё за полчаса высохнет и никаких проблем.
Да, Мама явно не скаут, даже не юный сурок. Пионерки, наверное, обучались искусству воздействия на окружающий мир с помощью издаваемых звуков. Чем больше децибел, тем лучше. Интересная методика, может, так можно и костры разжигать?
Миша вытер босые ноги об тряпочку, лежащую у входной двери, и бочком пробрался к лестнице. Дождавшись, когда Мама на пару секунд отвлеклась, он пулей шмыгнул наверх. Бережно уложив Жука вместе с выдранной травой и комками грязи под свою спальную лавку, Миша стянул безнадёжно перепачканную одёжку и залез под одеяло. «Наверно её укусил бешеный слепень. Такая большая муха…». Под грохот стихии за окном и бушующий рокот другой, но не менее грозной, стихии внизу, наш герой крепко заснул. Во сне он улыбался, значит, не видел кошмаров.


*     *     *

Удивительно, но утро встретило Мишу тишиной, прерываемой звонкими птичьими трелями, постукиванием молотка вдали и кудахтаньем соседских куриц. Самым радостным было сияющее в окошке солнышко и абсолютно голубой кусочек неба с белым облачком. И совершенная тишина в домике. Наш герой слез с дачной «кровати» и, потянувшись, тихонько спустился вниз. Мамы нигде не было.
«Вдруг её смыло ливнем? Или «криком изошлась»?!»- Мишка где-то читал или слышал эту фразу, но точного её значения не знал. Предположительно, Мама должна была потерять голос, раздуться и лопнуть с громким хлопком. Но тогда где же ошмётки? Не могла же она их прибрать после взрыва самой себя?! Значит, кричала-кричала, постепенно делаясь всё бледнее и бесплотнее, а потом растаяла….Но, где же лужа?!  Может, растворилась в воздухе, или, благодаря своей энергетической активности, попала в параллельный мир и бродит там среди кактусов?
Миша увидел лист бумаги рядом с «искусственными» китайскими макаронами местного производства, но со вкусом креветок. Этот листочек ясно объяснял, что родительница не самоликвидировалась различными способами, а уехала рано утром домой за чистой одёжкой для нашего героя, оставив ему на завтрак «быстрорастворимые» макароны со вкусом морских жителей и подробное описание способа использования электрического чайника и воды для заваривания этих самых макарон. 
Миша недовольно фыркнул. Уж как нажать кнопку и залить лапшу, он бы и сам сообразил. Но, что поделаешь, родительская забота…. Включив чайник, наш герой поднялся на второй этаж и заглянул под лавку. Под ней всё было по-прежнему.
- Эй,- сказал Миша. Тишина. Разволновавшись, он вытащил на свет нечто, смутно напоминающее гнездо какой-то птицы-неумехи, которая никогда гнёзд не видела, но горела желанием его свить. Жук находился в том же положении, что и вчера. «Я его слишком сильно сжал в кулаке…, может, сломал что-то, ну, как позвоночник, и его парализовало? Или задохся?! Вот чёрт»,- Мишка схватил карандаш и стал тыкать Жука в то, что, вероятно, было брюшком.
- Ты когда-нибудь прекратишь пытаться меня умертвить?!!- услышал он и засмеялся. Преодолев вприпрыжку лестницу, что-то напевая, наш герой устремился к макаронам. Залив их водой и прикрыв сверху, Мишка выглянул за дверь. На тропинках сверкали многочисленные лужи, но, решив, что терять нечего, он весело пошлёпал вдоль грядок. Навестив недавно построенное и неизвестно как устоявшее во вчерашней буре небольшое строение рядом с забором, наш герой пошлёпал к домику, по пути найдя пару целых клубничных ягод.
Он по-братски поделил самоприготовившиеся макароны со вкусом креветок, положил в каждую порцию по ягоде и хотел было позвать жука завтракать, но почему-то передумал, взял обе порции и осторожно стал подниматься наверх. Таракан находился в прежнем положении.   
- Завтрак!- торжественно объявил Миша, поставив рядом с жуком миску с едой. - Как ты себе это представляешь?
- Очень просто, как бутерброд.
- Не понимаю.
- У тебя стресс, это пройдёт,- тоном знатока заявилнаш герой, опасаясь, что придётся кормить таракана с ложки. А рот у него маленький, где такую ложку взять? До ветеринарного магазина далеко, да и Миша не был уверен, что отечественная промышленность выпускает ложки для насекомых. Да и импортная вряд ли. 
- Что пройдёт?
- Амнезия. Ты забыл, как кушать. Поспишь, успокоишься и вспомнишь.
- У меня нет амнезии, а вот у тебя дефект зрительного восприятия.
- Я хорошо вижу, не ври.
- Я не вру. Я запутался в траве. Если ждать, когда она высохнет, станет ломкой и, наконец, выпустит меня, то превращусь в мумию. А я не скарабей, я простой таракан, домашний. Лёжа кверху брюхом выпутываться из природной среды не умею.
- Прости, я щас… Чёрт, не получается…
- Ты почти отломал мне крыло. Может, ты идейный уничтожитель тараканов?
- Да подожди, сейчас найду ножницы.
- Конечно, проще отрезать крылья, чем их ломать, панцирь всё-таки, не отрывается…

В конце концов, после долгой словесной перепалки и неуклюжей возни, разнокалиберные друзья принялись поедать замёрзшие растворимые макароны со вкусом креветок, который свернулся в рыжие круглые плёночки и плавал в макаронном бульоне. Было вкусно. 



*          *            *


Ближе к вечеру объявилась Мама. Наверно, Мишкина одежда была спрятана в центре лабиринта, и на всех подступах к ней разместились непреодолимые препятствия, но всё закончилось благополучно, и, с началом сумерек, Мама выбралась из лабиринта и добралась до дачи. Наш герой быстро переоделся, сунул возмущённого подобным обращением жука в карман курточки и застегнул его на молнию. Родительница попричитала над  ободранным смородиновым кустом, но на автобус они успели. Наверное, это был последний автобус, так как, кроме Миши, Мамы и жука в нём никто не ехал, а толстая пожилая кондукторша удивлённо хлопнула сонными глазами, тяжело вздохнула и, уже через пару минут, наполнила салон бодрым жизнеутверждающим храпом.
Минут через сорок наш герой уже был дома и сидел в ванной, думая о том, почему поздно вечером автобус ездит гораздо быстрее, чем днём. Жук от водных процедур категорически отказался и сидел в ящике Мишиного стола в ожидании ужина. Это был очень прожорливый жук.
За столом наш герой схватил свою тарелку, вилку и хлеб, громко объявив, что удаляется к себе, читать заданные на лето книжки. Он даже честно прихватил одну с собой, ещё когда шёл мыться, и теперь триумфально потряс ею перед бдительным носом родительницы. «Свежий воздух творит чудеса»,- подумала Мама, - «надо бы его на недельку с книжками увезти на дачу, может, окрепнет, подрастёт…».  «Интересно, все жуки столько едят?!» - нахмурился от пришедшей в голову мысли Миша,- «может, корм какой, для насекомых.… Надо почитать до утра, чтоб на дачу эту меня завтра не потащила»,- взглянув на сияющую родительницу, подумал Миша.
               



*         *         *


Жук тем временем наводил  в ящике нашего героя порядок. С точки зрения таракана, конечно. Точкой тараканьего зрения наш герой не обладал и предложил другу переселиться в коробку из-под обуви. Оскорблённый жук молча уполз в сторону шкафа.
- Ну и чёрт с тобой,- Миша с силой захлопнул книжку и погасил свет,- вот и ползай в потёмках, может, шею свернёшь….
Он очевидно забыл, что Жук был тараканом, а, значит, отлично чувствовал себя в темноте, и, к тому же, как-то существовал до знакомства с Мишей и, судя по размерам, весьма неплохо. Ещё он обладал упрямым характером, потому что наш герой нигде больше не встречал огородного знакомца, хотя был готов извиниться и вглядывался в каждого, случайно попадающегося на глаза таракана. Миша больше не убивал их тапками, но они, почему-то не спешили с ним разговаривать и бросались наутёк при звуке шагов. Ни у одной из этих мерзких маленьких тварей не было шикарного блестящего тёмно-коричневого панциря из двух атрофировавшихся крыльев.      
Глядя в полное звёзд осеннее небо, Миша часто думал, что ушедший друг, наверное, всё-таки был пришельцем, покинувшим нашу не очень гостеприимную планету.

Продолжение следует….