Переплетение душ - 29

«Сумасшедшая жизнь. Нет времени и на минуту с тобою, любовь... Да и смелости», – усмехнулся в своих раздумьях Генрих, когда, наконец-то, после долгого отсутствия, вернулся во дворец.
Его усталый взгляд оглядывал двор, а ноги медленно плелись вновь во дворец,... по его роскошным коридорам...
–Генрих, – прошептала вдруг Мария, выйдя неожиданно навстречу.
–Ваше Величество, – поклонился он, но прошёл мимо к дверям королевского кабинета, которые тут же раскрылись стоящими по обе стороны слугами.
–Чудесный вечер, Генрих? – с улыбкой приветствовал вошедшего Карл, и двери к ним закрылись, скрыв и уставившуюся на них с коридора королеву.
–Ваше Величество, – поклонился Генрих.
–Снять розовые очки, – ухмыльнулась с обидой Мария и отошла к тёмному окну.
Продлившееся в тишине и ожидании время, наконец-то, прошло, и Генрих вышел из кабинета её супруга. Он спешил уйти, будто не видел больше ничего и никого вокруг. Видя его состояние, Мария бросилась в кабинет:
–Ваше Величество, прошу о времени... поговорить.
–Прошу, – указал Карл ей на софу. – Я во внимании.
–Этот крест тяжёл, – села она, не удержалась и прослезилась.

–Мария, о каком кресте вы говорите? – в привычном спокойствии спросил он.
–Неизвестность, – призналась она. – Что за тайны у вас с Генрихом?
–Ваша задача следить за воспитанием растущего наследника, милая Мари, который ожидает того в руках нянек, – улыбнулся Карл. – А сейчас, – подал он ей руку. – Приглашаю на бокал вина с Генрихом в каминном зале...
Проследовав в зал, королевская чета остановилась у порога. Там, в каминной их верно ожидал Генрих и сразу застыл, уставившись на свою милую... королеву...
–Приятно вино вечером, не так ли, Генрих? – расслабленно улыбнулся Карл и отошёл к столику с напитками, где принялся разливать вино в три хрустальных бокала.
–Да, Ваше Величество, – кивнул в подтверждение тот, не скрывая смятения.
Он несмело взглянул на молчаливую и так же робко стоявшую на месте возлюбленную..., свою королеву, свою Мари...
–Прошу, – улыбнулся им король, протянув по бокалу. – Ваше Величество, – продолжал он, нежно обратившись к супруге. – Я вам даю полный бокал, чтобы вы испили за удачу и великое будущее!
–Несомненно, – кивнула та и опустила полные печали глаза.
–Я произнесу, пожалуй, тост за принца Кристиана, за наследника престола, и, надеюсь, – говорил довольный король Генриху. – Надеюсь, сын будет государству достойным правителем!
Впитывая сказанное королём, душа Генриха сжималась в непонятном страхе. Его удивлённые глаза следили за добротою взгляда правителя, но верить в эту доброту было сложно... Да и о чём он?... Душа странно сжалась...

–Да, Генрих, – кивнул ему Карл, отпив вина, и устроился в кресло перед пылающим огнём камина. – Сыграйте про шипы роз?... Я очень люблю музыку, как всем известно.
–Как?... Вы слышали эту песню, Ваше Величество? – удивился тот, испробовав вина, и неуверенно сел к стоявшему в центре зала клавесину.
–Прошу, Мари, – указал Карл супруге присесть в соседнее кресло и после продолжил. – Да, Генрих, я иногда слышу, как вы одиноко в музыкальном зале творите... У вас есть талант, и он мне по душе. Если бы я мог петь, – усмехнулся он и взглянул на внимательного и удивлённого Генриха. – Но я могу слушать... Исполните?
–С удовольствием, Ваше Величество, – отставив бокал на пол, Генрих принялся наигрывать красивую мелодию.
Нежно зазвучавший с тихой музыкой его голос уносил каждого в их мысли,... чувства... И невольно возвращающиеся мечты словно заново рождались...

По шипам роз,
По шипам роз из лет шагать
И только лишь боль знать.
Иного пути
Не может и быть.
Не лежит другой тропы.

Густые леса
И болота зла
Окружают жизни года,
Не дают свернуть никуда.

По шипам роз,
Роняя сотни слёз,
Идти быстрей вперёд...

Невозможно найти
Иной, безболезненной тропы,
Не идти по шипам лет
И достичь успех.

Доброго друга рука
Может поддержит когда
И упасть не даст
Умереть на шипах.

На шипы роз,
На шипы роз из лет ронять
Следы льда и огня....

Два пути
Сразу не пройти.
На два фронта воевать -
С памятью не совладать.

Воспоминания о былом
Вечно будут со мной.
Я с памятью погрущу
И с ней же дальше пойду.

На шипах роз,
На шипах роз из лет одна,
Одна лишь память верна:

У слепого огня
Побуду с ней я;
И друг, и враг с ней заодно,
Но она ото всех так далеко.

И спать, и есть с ней не могу.
Я с нею только и грущу.
Зная все секреты, она одна
Года в могилу свела...



Продолжение - http://www.proza.ru/2014/06/12/1190