Переплетение душ - 30

Ночная темнота, как плотное покрывало, скоро вновь накрыла день. Полная бессонницы молодая королева лежала в постели. Она смотрела в потолок, прослезившись вновь о судьбе, и не верила, что ещё может стать светло...
–Ваше Величество, – голос Генриха, прокравшегося к ней в покои, заставил вздрогнуть.
Мария тут же приподнялась на постели и взволнованно молвила:
–Генрих?
–Да, – прошептал он. – Простите за вторжение, но имеется на то причина, Ваше…
–Хватит, – прервала королева, раздражаясь от его обращения. – Что за причина?
–Сын,... наследник престола... Я... Мне не очень, порою, ясны намёки, которые высказывает Его Величество.
–Это неважно. Вы всё в разъездах. Какая разница? – усмехнулась и опустила взгляд Мария.
–А как же отец? – тогда усмехнулся он.
–Зачем вам это, Генрих? –  с осуждением взглянула она. – Вы свободны делать, что угодно, как и все эти годы. Вечно пропадаете. Вы стали ищейкой!
–Это угодно королю, – резко выдал он и склонился над ней. – Я выполняю его приказы. И служба моя усложняется тем, что I have to do the same things, as in England before!… (Я должен делать то же самое, как было в Англии!)
–О чём Вы, Генрих? – поразилась Мария, оттолкнула его, вскочила с постели и села на кушетку. – Скажите мне уже всё.
–Я устроил слежку за домом и событиями вашей дорогой подруги, – шептал Генрих, сев рядом. – Поэтому всё, поэтому...
–Поэтому вы исчезаете, не бываете почти, – кивала та и отвела взгляд в сторону. – Желание короля знать о дорогой подруге... При этом в ночах быть с женою друга... А вы... Вы далеко от меня, так отчего же я должна была беспокоить и говорить о сыне?
–Вы неправы, Мари, я должен знать... И что, супруга Артура всё ещё навещает Карла? А что же сам Артур?
–Ему всё равно. Вы же знаете, по кому страдания его, – тихо пояснила Мария.
–Диана родила не от Артура?!... И я бы желал знать... Знать, кто же родной отец тому, кто под вашим сердцем был и теперь стал наследником престола.

–Я не... Всем известно, – задрожал растерянно её голос, а глаза забегали во избежание взглянуть на милого сердцу собеседника.
–Я пойму всё... Я пойму, если вы зачали его для блага... Но если это мой сын, пойму и тайну для сохранения быть наследником престола, – выдал Генрих, пятясь к выходу. – Не претендую, но знать обязан... Не дурак.
–Не  дурак?... Зачем спрашивать тогда? – прослезилась Мария, тоскливо следя за ним.
–Жестоко, – ушёл Генрих, по пути задув последнюю горящую свечу на стене в коридоре.
–Зачем тебя беспокоить? – вымолвила Мария, оставшись в тишине чёрной ночи вновь одна...
Именно беспокоить милого Мария не хотела. Она знала своё место в этой жизни и знала, что её любви не сбыться так, как она о том мечтает. Порою Мария задумывалась, как люди могут полагать, что нет выхода из несчастья:
«Ведь случается так, что кто-то правит своими судьбами и может их изменить...»

Теперь она стояла в этом же «болоте», а выхода из него не виделось. Кому бы он привиделся, Мария бы нашла и просила бы помощи, но... нет. Есть только тот бог, в которого она верила, и верила, что его воля – держать её в оковах королевских обязанностей.
Она верно подчинялась, но ту любовь, которые благословляют все верующие, которой любят своего высшего бога, Мария уже не испытывала. Она проклинала своё положение, проклинала, что никогда не быть в руках любви с милым открыто и в совместном счастье, о котором все так мечтают, но которое не всем удается ухватить... А почему?...


Продолжение - http://proza.ru/2014/06/13/820