Могло быть и так, или Эльфы тоже люди. Глава 58

Алтай. Замок.

Атмосфера на кухне замка стремительно накалялась. Наконец, Сайлас не выдержал, одним глотком допил чай и гаркнул Гриму:
– Всё, поехали. Раньше отчалим – раньше вернёмся.
Грим всё-таки буркнул что-то насчёт «спящих дурнушек», но послушно встал, и они с Сайласом утопали по коридору.
На место колдуна тут же плюхнулся Наван, пустив на стол белку, которая мигом сунулась в пакет с остатками печенья.
– Ребят, куда это они? – спросила Тель с набитым ртом.
– В город за продуктами и к какому-то Кириллу, – ответил маг, потягивая чай, – и по мелочи.
– А что это за парень приходил?
– Из полиции, – Пашка тоже подсел к столу. – Ты же не знаешь. Это было в тот день, когда я с ними познакомился…
– Самое плохое, – вздохнул Сайлас, выкатывая «ГАЗельку» на относительно асфальтированную дорогу, – что мы все, считай, бомжи, и на нас сейчас могут повесить не только этого думского сынулю, но и все нераскрытые дела…
Грим задумчиво молчал, Сайлас начал развивать свои идеи:
– Деньги у меня ещё есть, можем сделать фальшивую прописку в городе, только умельца надо найти, у меня на примете нет… Или попробовать следака подкупить…
Грим встрепенулся, приняв какое-то решение:
– Что твои деньги против депутатских?.. Документы – не проблема, я на обычную газету морок наведу – не отличишь… Я вот думаю, не с руки нам с полицией тягаться, они многое могут. Надо что-то провернуть, обдурить их разочек сильно, чтоб сам папаня в них разочаровался… Насколько я понял, он там по сути «старший зам младшего дворника», с его наездами церемониться не будут особо, если это деньгами не светит. Они его разок пошлют, он их разок пошлёт. И наймёт какого-нибудь частного сыщика, который, даже если до нас докопается, то не повесит лишних дел.
– Подожди, то есть ты хочешь подставить ментов перед депутатом? – Магистра удивило, как легко Грим об этом говорит, будто всю жизнь власти обманывал.
– Видишь ли, в чём прикол, – продолжал колдун, – они на нас всё повесят не потому, что мы бомжи…
– А почему?
– А ты сам подумай: загородный… ээ… особняк, в нём кучка не родных друг другу людей, явно анархично настроенных, баба с тату на всё лицо (хорошо, лохматая пришла – уши не видно), несовершеннолетний (которого, небось, ищет собес). На что живут – не понятно. Лидер харизматичный…
– Это ты про себя?
– Иди ты… Нет, конечно! Куда ж мне-то! – фальшиво вскинулся Грим.
– М-да. Секта.
– А вот уже на сектантов можно повесить, что угодно.
– Но у нас же нет листовок там, рекламы, пентаграмм на полу…
– Думаешь, это сложно подбросить и подрисовать?.. Мне кажется, что именно на эту тему нас и будут раскручивать, уже забыв про то, что депутатский сын в коме.
– Вышел бы он из комы – было бы легче, была бы статья другая. А то «лыжи отбросит», и «умышленное убийство» впаяют, не задумываясь.
– ...А блондинка наша тебе на что? – хитро хмыкнул Грим.

– Это Змей виноват! – распалился Пашка. – Это он ментам рассказал, что дядя Сайл и Грим ему денег дали – за возможные последствия от возможной драки Шина с кем-нибудь... возможным. И менты поняли, что эльф с ними, и прицепились. Выследили их... нас.
– И что, – Тель казалась рассеянной, – он опять придёт? Когда-нибудь неожиданно, чтобы застать нас врасплох?
– Наверно. И хорошо, если он один.
– А эльф когда вернётся?
– Понятия не имею...
– Съехать от вас, что ли, пока меня никто не видел и с вашей преступной группировкой не связал... – задумчиво произнёс Наван, дождался, пока на него посмотрят, как на врага народа, а потом хитро ухмыльнулся. – Точно, буду съезжать в подвал каждый раз, когда Даймоника увидит их приближение... Да, её так зовут, – добавил маг, а белка гордо фыркнула из пакета, распушила хвост и запихнула за щёку последнее печенье.
– Очень приятно, – кивнула ей Тель.
Та лишь снова фыркнула, рассыпав крошки.
– За что ты меня не любишь? – в шутку удивилась девушка.
Белка, конечно, промолчала. Наван, впрочем, тоже.
– Слушай, – встрял Пашка в эту романтику, – а тебя почему Наван зовут? А то я тут недавно серию книг прочитал, там раса есть, навы: такие все тёмные, высокие-худые-хитрые-загадочные1...
Тель не узнавала Пашку: он вёл себя с магом на правах хозяина замка, пришедшего сюда раньше, считавшего себя выше... Но только спокойно, по-хозяйски, не по-Гримовски.
Наван улыбнулся, поёрзал, подпёр подбородок кулаком и вздохнул:
– Устраивайся поудобней. Это длинная история, покрытая паутиной, пылью и дохлыми мухами...
Белка опять фыркнула и сиганула в окно, не намереваясь в очередной раз слушать длинную историю, а Пашка посерьёзнел и притих.
Патетическим голосом рассказчика Наван продолжил:
– Это началось в те года, когда я был таким же юнцом, как и ты, мой друг... Не было тогда российских компьютерных игр и почти совсем – российских сериалов... И вот в то далёкое смутное время я тоже прочитал эти книги и, действительно, взял образ оттуда!
Пашка миг держал снисходительное лицо, как бы говоря: «Вот ты... неумный человек! А я был прав!», потом прыснул и всласть рассмеялся. Наван взглянул на Тель в ожидании такой же реакции, но та лишь подняла брови и помотала головой: «Мальчишки!»
– Слушай, – отсмеявшись, сказал Пашка, – тебе моя гитара ещё нужна?
– Нет уже, спасибо, верну, – судя по интонации, продолжать тему маг не хотел.
– Получилась песня? – не унимался менестрель.
– Угу...
– Ты песню написал? – встряла Тель.
Наван отвечал уже с явной неохотой:
– Ну да.
– А спой! Спой! – начали теребить будущие слушатели.
Маг только вздохнул, попытался возразить, что нужны две гитары – акустика и электруха, которой нет, – но всё-таки встал и отправился наверх за текстом и инструментом.

Через два часа творчества, правок песни и музыкального баттла на тему «кто из парней круче» вернулась «ГАЗель».
– Ребята, мы привели «хвост», – с порога выдал Сайлас.
– Что вы там опять натворили? – ещё не вышел из образа хозяина Пашка.– Ничего, просто наши лица в участке засвечены, и они решили... а, я не знаю, что они там решили...
Грим молча протиснулся в дверь и отдал Навану белую элегантную электрогитару и сумку с комбоусилителем, проводами и маленькими колонками.
Пашка просто задохнулся от восторга и зависти.
– Спокойно, – просиял Наван, – мы всё придумали! Мы ни разу не при чём! Грим кастует документы, что мы – звукозаписывающая компания, Сайлас авторитетно покивает головой, а мы в соответствующем интерьере песенку споём!
– Песенку! – передразнил Сайлас. – В «обезьяннике» до суда петь будете...
– Это шито белыми нитками, но если постараемся, то докажем, что не секта... И хозяин этой площади пусть будет китаец – не подкопаются... Хорошо, дальше?
– Что – «дальше»?
– С ушастым что делать?
– А что с ним делать? Его уж неделю как нет...
– Если они всё-таки выбили себе ордер на обыск, – вмешался Сайлас, – мы можем погореть на какой-то мелочи... Начиная со светлых длинных волос...
– Мои, – парировала Тель.
– ...и заканчивая порезами на стенах, идентичными порезам на жертвах...
Тель пожала плечами.
Через окно шмыгнула белка, зашептала что-то хозяину. Тот выслушал, задумался, потом улыбнулся и пробурчал под нос: «Да, съехать в подвал уже в любом случае не получится».

Тихо зашуршал «УАЗик», тихо зашагали берцы по каменному полу...
Морок был наведён: одна из лестниц на второй этаж отсутствовала вовсе, люк в подвал тоже, а в предпоследней перед кухней комнате была оборудована иллюзорная студия. Вполне достоверное прозрачное стекло отделяло пульт от закутка с микрофонами и тремя наушниками... Оттуда доносились гитарные старательные переборы и очень красивый мелодичный женский голос:

С губ сорвется последний вздох,
Когда враг всё ж возымеет успех.
Прорычит: «Наконец-то он сдох», -
Прошу тебя, вспомни мой смех.

Осторожно и тихо вступила электрогитара, набирая силу, всё более агрессивно.

Нет, душу не пустят в рай,
Да и в аду места ей нет.
Молю, часть себя мне отдай,
И, мёртвый, исполню обет.
...Уберегу...2

– Стоп! Ребята, стоп! – командовал Грим.
Музыка прекратилась.
В комнату тихо вошёл парень в серой форме:
– Старший лейтенант Васильев, – лениво представился он, с любопытством оглядывая комнату.
– Да виделись, – в тон ему ответил Сайлас.
Все поняли, что маскарад не удался.
– Кароче так, ребятки. Вы мне выдаёте вашего дружка, и я развязываюсь с депутатом, а я не пишу о вашей секте в Барнаул. А они не докладывают в Москву... Премия мне обламывается, – протянул он почти жалобно.
– Нет у нас денег, – отрезал Сайлас.
– Не кипятись, служивый, а то прилетит вдруг волшебник на броневертолёте и названьем на борту «ОМОН»... Эх, нескладно получилось. Ладно вам, ребятки. Вы мне – насильника и душегуба, – нехорошая улыбка, – я себе – «капитана». Все довольны.
– Где гарантия, что ты с нас слезешь, если мы его сдадим? – фразы Сайласа были короткими, но очень острыми, металлическими. От страха за свою шкуру Васильева удерживала только надежда на своих четырёх рядовых в коридоре...
– А нет гарантии... Только это буду уже не я, а местные братки, которые за депутатом. Сечёте, во что влипаете? А ведь я к вам, считай, по-дружески пришёл.
Он хмыкнул, самодовольно подпирая дверной косяк. Сайлас уверенно молчал, но это лишь нагнетало обстановку. Тель рассеянно смотрела мимо микрофона, Пашка вспоминал детдом. Грим медленно зверел. Старлей рисковал превратиться в пылающий факел...
– Да, это наш знакомый, – выдал вдруг Наван, и все подскочили. – Он вообще-то сейчас должен был вернуться... Но, наверное, вас стесняется...
Васильев напрягся, пытаясь прочитать в голосе незнакомого парня нотки лжи или издёвки. Не получалось.
Девушка с размалёванным лицом подхватила:
– Тут недалеко. У него там место есть любимое укромное, он там подолгу сидит.
– И что делает? – попытался раскрутить её на разговор старлей.
– Ну, уж не книжки читает, – сморщила она симпатичный носик.
– Показывай, – настороженно кивнул Васильев. – А вы, ребятки, тут сидите, за вами присмотрят.
Девушка, потупившись, вышла, за ней утопал старлей, но в дверях появился на удивление бравый рядовой.
Гнев Грима лавиной обрушился на мага:
– Я знал, что вы заодно! Ты в курсе, где он прячется...
– «И, небось, еду ему носишь, как Бэрримор Сэлдону»... – подсказал Наван.
– По фиг! Ты, Баскервиль незаконнорожденный, втесался ко мне в доверие...
– Тебе, бедняге, энергию аккумулированную девать некуда? – сочувственно протянул маг. – Разрядиться надо – вот и срываешься на мне? Развей лучше по ветру всю эту замечательную команду, – Наван спокойно снял с плеча гитару и аккуратно водрузил на подставку.
– «Алтайская секта вырезала всё отделение полиции в маленьком городке»? Красивые заголовки, – Грим с усилием сбавлял обороты.
– Вот и не бузи тогда. Лучше воду погрей в баке – хоть газ сэкономим... Мне разведчица моя аккурат перед налётом властей сказала, что к нам два дроу чешут. А эльфёнка их по аурам видит, и сейчас они наверняка идут прямо к одному из эльфов. Которые, уж прости, но, как некоторые народы, все на одно лицо. По крайней мере, для меня.
С ехидной улыбкой Сайлас спросил:
– Как они вовремя, вам не кажется? А если бы они не пришли?
– Мы поехали бы к их логову и выманили бы... дудочкой... они бы лапки кверху и друг за другом... «Поймана секта блондинов с красными линзами»! – паясничал Наван, и парни облегчённо улыбались.
– Стойте, – спохватился Пашка, заметив, как рядовой в дверях принялся переминаться с ноги на ногу, – а мы не много при нём наговорили?
– Он другое слышит, – отмахнулся Грим.
– А что?
– Сальные шуточни про нашу блондинку.
Наван недовольно прищурился.
– А мы же как раз этого старлея и подставим, – продолжал Грим. – Он депутату куклу привезёт: по всем данным – раскрашенный анимешник, а не отмывается и линзы не выковыриваются...
Парни улыбнулись, рядовой в дверях тоже гоготнул, но напоролся на недовольный, очень недовольный взгляд Навана.

***

Тель ещё ни разу не приходилось сниться таким далёким от фантазий людям. Как должна выглядеть кома парня – сына местного властителя? То есть, считай, как она сама в своём мире. Интересно, что бы ей снилось, попади она сама в продолжительный глубокий обморок. Пещеры Хар’ол-Велдрина?..
…Огромная, двухуровневая станция-переход метро. Монументальность камня, по секундам расписанное движение металла… И человеческие потоки, волны, круговороты, склоки, встречи, сон и нервы. Без лиц, лишь движение. Как артерии, кровь в которых повинуется невидимым ударам огромного сердца: поезд – удар – волна людей – ушли – поезд – удар… В этом подземном мире сходят с ума: двое стоят, облокотившись на перила, погрузившись в тишину себя… Она ищет не их.
Тель решила сесть на поезд, не важно, в какую сторону. Вагон, куда она зашла, оказался почти пуст, вдалеке сидел лишь один человек, мальчик лет десяти. Тель подумала, что ошиблась, но двери уже закрылись.
– «А на сердце твоём надпись: «Не прислоняться», да, красотка? – мальчик встал и развязной походкой гориллы, припадая на поручни, направился к ней.
Девушка насторожилась, настолько слова и движения существа не вязались с внешностью. Она почти вжалась в закрытые двери, решив сначала изобразить трусиху и изучить парня, а потом выйти.
– Слышь, подруга, химия какая есть?
Она помотала головой.
– Вот и у меня нету, а мне тут скучно. Как приглючился мне с «Крокодила» этот дятел мелированный, так с тех пор метро и не отпускает…
– Какой дятел? – насторожилась Тель.
– С ножами! Клёвый улёт! Как реальность! – выпалил пацан с азартом в глазах. – …А ты ничего, может, подружимся? – он снова начал наступать.
Тель разглядела своё отражение в противоположной двери: пляжная мода, если не показ нижнего белья.
– Ты себя в зеркало видел?
– Ага, – самодовольно приобнял её парень и развернулся к той же двери. – Но на самом деле мне двадцать. Ровно двадцать, слышь, днюху в клубе отмечали.
– А, ну, раз двадцать, тогда ладно, – она выгнулась так, что руки парня напряглись и вспотели. – Тебе двадцать и ещё чуть меньше двух недель, которые ты провёл в коме… – парень всё так же улыбался, не осознавал или было начхать. – Наружу хочешь?
– …Не-а. Что там? Реанимация? Заботливый папочка? Дорогие девочки?.. Мне тут интересней, с тобой. Без тебя двери не открывались, думаю, больше не откроются, так что…
Тель зажала кулак на уровне его груди.
– Ой, боюсь!.. – фальшиво вякнул парень и замолк.
В кулаке девушки появился тонкий лёгкий стилет, направленный в сердце между рёбер.
Парень посерьёзнел:
– Батя денег не даст. Он на тебя братву натравит. Я – лучше, чем они, нежнее… – голос сорвался от напряжения.
– Ты выглядишь на десять лет, потому что так ведёшь себя по жизни – будто мир создан вокруг тебя…
– Училка нарисовалась! А у меня есть выбор, как себя вести? Мне отец ничего не позволяет, развлекайся, типа, я сам всё за тебя… Даже маленькой фирмочки организовать не даёт, говорит, деньги на ветер пущу…
Тель пробило дежа-вю…
– Я тебя из комы вытащить хочу!
– Из чисто альтруистических побуждений! – передразнил парень.
Пару секунд они смотрели друг на друга.
Он опустил руки.
Она опустила стилет.
– Нет, конечно. Упроси отца забрать заявление из полиции.
– И всё?! Он же не успокоится!
– Да, всё. Это для тебя и так непосильная задача…
Парень задохнулся от негодования, хотел было уже налететь на Тель, но вновь напоролся взглядом на стилет.
– Хорошо. А ты мне… приснишься ещё?
Тель под его взглядом чувствовала себя так, словно вылезла из деревянного общественного туалета, который выгребная яма.
– Если будешь себя хорошо вести…
На следующей станции они беспрепятственно вышли из вагона и поднялись на поверхность.

***

Парень очнулся без единой раны на теле.

***

Тель проснулась, всё ещё зажимая в руке стилет.
Рядом сидел Наван:
– Я успел?
– Да, всё отлично, – улыбнулась она. – Но для того антуража пистолет подошёл бы больше…
– Чтобы ты в него там случайно выстрелила, а попала здесь в меня?
Тель размахнулась, и в Навана полетела подушка.

Примечания:
1 В.Панов. Серия «Тайный город»
2 (с) Наван «Уберегу».

* Шевчук Ю. и ДДТ «Поэт»