Дорога к самому себе

                Как сложится судьба, никто не знает.
                Живи свободно и не бойся перемен.
                Когда Господь чего-то забирает,
                Не упусти того, что Он дает взамен.
                Омар Хайям

       С незапамятных времён и по сей день бытует у людей поверье: природа в тяжкие минуты посылает нам знаки для того, чтоб щедро вознаградить тех, кто средь сует мирских разгадает их и обратит себе во благо.

       И сказанное легко подтвердить примером.

       Мой знакомый — человек с ровным, мягким нравом, в котором так много задушевности, искренности и простоты (кстати, редкие качества в наше время), — поссорился с женой. Так, ничего серьёзного, из-за банальных пустяков, по глупости, но всё же — размолвка произошла. И горькая досада тотчас заполнила всю душу.

       Гонимый ею, он едет в автобусе — невесёлый! — в отеческий покой, чтобы там оттаяла душа. Всю дорогу сидит, исполненный печали, глядит под ноги и в который раз прокручивает в памяти детали недавнего спора, пытаясь понять, в чём же заключалась та «ложка дёгтя», из-за которой вспыхнул ненужный конфликт.

       «Я с откровенностью и добродушием стремился помочь другим, — размышлял он сам с собою. — Не помышлял о личной выгоде, тогда за что же обвинять меня в том, в чём я не виновен?»

       И так больно было на душе от этих гнетущих мыслей, так горько от нежелания жены внять доводам его чистосердечных намерений, что в какой-то момент к глазам подступили непрошеные слёзы.

       И в самое это время, когда слеза была готова скатиться по щеке, у водителя автобуса зазвонил мобильный телефон. А вместо обычного гудка звучал жизнеутверждающий припев из старой доброй песни: «Не надо печалиться, вся жизнь впереди! Вся жизнь впереди, надейся и жди!»

       Услышав эти слова, знакомый на мгновенье отвлёкся от мрачных дум и вполголоса машинально повторил за мелодией:
       — Не надо печалиться, вся жизнь впереди...

       «Интересно! — подумал он. — Я весь в печали, а кто-то словно подслушал мои мысли и призывает не грустить...»

       Автобус продолжал свой путь, а он вновь погрузился в раздумья, молча вопрошая себя: «Что же я сделал не так, чтобы избежать подобных ошибок впредь?..»

       Мысли текли рекой, и вдруг перед его внутренним взором возник образ оставленного дома, где жена, досадившая ему, безмятежно отдыхала на диване. Он мысленно оглядел их совместную жизнь, увидел всё то, что незаметно тревожило и ранило обоих. От этого щемящего чувства он мысленно унёсся прочь — в иной, прекрасный край. Там, в воображении, забрезжил светлый образ той единственной, ради которой хотелось заново начать жизнь...

       И вдруг он почувствовал, как где-то глубоко внутри оборвалось что-то тягостное, отжившее. На душе впервые за всю дорогу стало отрадней.

       А автобус между тем катил всё дальше от прошлого. Сердце ещё саднило, и на глазах снова блеснула слеза. И, вероятно, он снова погрузился бы в тоску, но в ту же секунду телефон зазвонил опять, и снова полилась знакомая песня: «Не надо печалиться, вся жизнь впереди! Вся жизнь впереди, надейся и жди!»

       Знакомый замер от удивления. Утёр слёзы и на этот раз откликнулся на слова с живым интересом:
       — Так, если допустить, что этот призыв обращен ко мне, что он означает? «Не надо печалиться...» — это понятно. А дальше: «Вся жизнь впереди...» Какая жизнь, где и с кем? Если меня уверяют, что впереди лишь стоящая жизнь, то с кем она будет?..

       Размышляя так, он впервые за всю поездку поднял глаза и посмотрел в окно.

       А за окном стояла чудесная январская погода. В прозрачной вышине приветливо сияло солнце. Накануне выпал пушистый снег, и теперь он великолепным ковром сверкал и переливался под лучами. Пред взором проплывали зимние пейзажи: за белокорой рощицей темнел хвойный лес, на опушке красовалась резная деревянная избушка с искрящейся на крыше снежной шапкой. За лесом простиралось поле с зеленеющими из-под снега озимыми, где безмятежно паслись косули. А вдали, в лощине, дымила дымками деревенька, и на её окраине ребятки весело катались с холмов на саночках. Казалось, эту неоглядную красоту мог сотворить лишь Великий Мастер.

       — Какая благодать! — выдохнул знакомый, широко огибая взглядом простор.

       Он прижмурился от солнечного луча, потянулся, расправляя затёкшие плечи, и улыбнулся солнцу. И эта божественная красота согрела сердце, смягчила грусть. В страдающей душе росток любви пробился сквозь пласт обид с новой силой.

       Ему так живо захотелось обнять свою любимую жену, сказать ей заветное «люблю», прижать к себе и рассмеяться от переполняющего счастья! Поехать вместе в заснеженный лес, слушать тишину, вдыхать морозный воздух, пить из термоса горячий чай и радоваться самой жизни — просто и по-настоящему.

       Когда же воображение утихло и он вернулся в реальность, то вдруг отчётливо понял: он уехал из дома не ради разрыва, а потому что жаждал душевного покоя, мира и любви. Всё очень просто!

       И снова защипало в глазах. Он готов был заплакать в третий раз, но телефон зазвонил снова. Настойчиво, уверенно, как подсказка свыше: «Не надо печалиться, вся жизнь впереди! Вся жизнь впереди, надейся и жди!»

       — Да надо же такому быть! — воскликнул он в изумлении. — Словно кто-то свыше указывает путь. Знаки эти — как мостик на тот берег, где истинная жизнь.

       Сумерки опускались на землю. Поборов остатки сомнений, знакомый ясно осознал: нужно просто жить. Жить без ненависти, без лишних нервов и истерик, делать то, что должен, и любить.

       Как только эта мысль озарила его, он словно заново родился. Обиды рассеялись, уступив место чистым заботам и надежде. Ему невероятно понравился тот новый человек, которого он обрёл в самом себе!

       Он понял: старая жизнь, со всеми её тяготами, отпала от него сама собой, как ветхая одежда. Больше он не переступит порог старых обид — многое можно простить, но не низость. С этим ему больше не по пути.

       Автобус плавно катился по дороге, миновав мосток, перекинутый из прошлого в светлое будущее.

       А за окном уже сгущалась волшебная Рождественская ночь. Высокое небо усыпали яркие звёзды, а луна заливала серебром алмазную равнину. И в ту минуту ему показалось, что луна улыбается именно ему — глазами его любимой жены, его нежной половинки. В душе разлилось такое ликующее чувство свободы и счастья, будто он видел всё это впервые в жизни.

       Телефон больше не звонил. Но в тишине наступающей ночи, погружаясь в сладкий сон, он отчётливо слышал внутреннюю музыку и знание: в будущем всё будет хорошо.

       А то ещё и лучше!