Тюремный роман

Известный поэт Николай Некрасов дал яркую характеристику русским женщинам, посвятив им свои лучшие поэтические строки. Сестра моего мужа, Антонина, олицетворяет героинь русского поэта. Она не только «коня на скоку остановит, в горящую избу войдёт», но, если надо, под откос с поезда сиганёт. Но всё по порядку.

Как-то мы с мужем гостили у Антонины. Время пролетело незаметно, наступила пора возвращаться домой. В обратную дорогу нас собрала заботливая племянница, старательно наполнив сумку едой и питьём. Муж – противник всякого рода авосек, наотрез отказался взять дополнительную поклажу.
- Какие вы ленивые, всё-то вам в тягость. Как же я с тремя огромными сумками и тремя малолетними детьми ездила? – возмутилась Антонина.
Дочь поинтересовалась:
- Куда это ты ездила, такая груженая?
- Куда-куда? В тюрьму, к твоему отцу, - уточнила мать.
- Ну, хорошо, что ты поехала навестить мужа, а зачем детей-то прихватила? – удивился мой супруг.
- Федя хотел увидеть ребятишек, очень скучал по ним.
- Хотел бы видеть детей – сидел бы дома. Из тюрем не вылезал твой благоверный, а на свободе пьянствовал да нарушал законы. Как у тебя ещё терпения хватало?

Тоня потупила взор, упрямо промолвила:
- Вообще, в душе он добрый был, просто у него жизнь не складывалась. Наверное, друзья попадались дурные, вот и затягивали его на плохой путь. Но потом, когда он тяжело заболел, совсем другим стал. Пить и курить бросил, а перед смертью даже прощение у меня попросил.
Смахнув накатившиеся на глаза слёзы, Тоня вдруг вспомнила одну из своих многочисленных поездок в тюрьму.

В письме Фёдор подробно проинструктировал её, как добраться до мест не столь отдалённых, где можно найти и увидеть его персону. Ехать Антонине предстояло на обычном поезде до определённой станции целые сутки, потом пересесть на товарный состав, проехать на нём до ближайшего разъезда около десяти километров, спрыгнуть на ходу и отправиться через лесок до близлежащего посёлка. Возле магазина её должны были встретить охранники на «газике» и отвезти в тюрьму.

Поездка предстояла сложная, поэтому в этот раз дочек с собой Антонина не взяла. Упаковав пару объёмных сумок c гостинцами и перекинув тяжёлую ношу через плечо, отправилась женщина в дальнюю дорогу. Она выполнила всё, что было написано в письме: приехала в нужный город, забралась в открытый вагон товарного поезда, но не сразу заметила, что внутри всё было запорошено угольной пылью. Перебираться в другой вагон времени не было, решила остаться. Когда поезд тронулся, ветер поднял чёрные клубы пыли, глаза запорошило, а белоснежные пушистые рукавицы, гордость её вязального мастерства, в считанные минуты превратились в чёрные. Холод пронизывал женщину сквозь старенькое ветхое пальтецо. Подъезжая к разъезду, поезд сбавил скорость, наступил кульминационный момент. Вначале Антонина сбросила сумки. Наблюдая, как они, кувыркаясь, летят под откос, она замерла. Страх сковал её. Хотелось остаться в вагоне и проехать до ближайшей станции, но сумки, с таким трудом собранные, было жаль. Приходилось на всём экономить, отказывая во многом себе и ребятишкам, чтобы купить Феде теплые вещи и вкусные продукты. Перекрестившись, она спрыгнула. Земля была покрыта в ту пору толстым слоем снега, и после выполненного прыжка голова и грудь её оказались в глубине сугроба, а ноги и всё остальное на поверхности. Долго барахталась она, чтобы освободиться. Вылезая из сугроба, женщина заметила, что снег, с которым прикасалось её лицо и руки, почернел. Наскоро обтёрлась она носовым платком, нашла свой багаж и направилась через лесок в назначенное место. Как и обещал Фёдор, возле сельмага стояла служебная машина с людьми в военной форме. Антонина подошла к ним, представилась.
- Мы-то думали, что молодуха приедет, а тут баба с чёрным лицом, - захохотали охранники.
Женщина поспешно достала платок и, покрыв его снегом, попыталась очистить лицо от сажи.
- Да, ладно поехали. Для своего мужика и такая сгодишься.

Встреча с Фёдором должна была произойти в специальной комнате для свиданий. Антонина вышла в коридор и остановилась в ожидании своего благоверного. Наконец, он появился, бритоголовый, улыбающийся в сопровождении двух охранников. Его лучезарная, довольная улыбка неожиданно возмутила Антонину. Она с горечью вспомнила свои жизненные мытарства, тяжёлую дорогу и деток, оставленных на попечение соседей. Волна протеста и негодования поднялась в её израненной душе. Когда Федю подвели к ней, она закричала: «Ты ещё улыбаешься, скотина!» - и наотмашь ударила супруга по физиономии. Охранникам пришлось защищать узника от рассвирепевшей жены.

В эту ночь в комнате для свиданий Антонина спала одна. На другой день, волна обид схлынула, и она с любовью и гостинцами приняла своего мучителя в горячие объятья.