Былое. Бидончик сметаны...

                БИДОНЧИК СМЕТАНЫ.

      Прочитала у знакомого автора в рассказе такое тёплое слово «бидончик» и вспомнила, что в каждой семье такой был в те советские времена, когда о пластике и слыхом не слыхивали. Были они и в моей.


      Главным, «старшим» бидоном заведовал папа: это был бидонище! В него входило пара сотен яиц! Жили мы в маленьком горном селе, на базар ездили «на низа», и вот в этот самый бидон-великан папа и укладывал яйца, проверяя каждое! Бедные торговки: как видели его, старались сбежать! Но выгода делала своё дело – оставались, если не надеялись дождаться других покупателей. Пока он величественно и строго перекладывал товар, женщины лишь матюгались тихо под нос.

      Был и «средний» бидон – этот только для кваса – закон. Литра на три, кажется.

      Имелся и эмалированный, на пару литров, в цветочек – для сметаны, покупаемой всё на тех же «низах».

      Но был и самый маленький, «младший», на литр, алюминиевый.

      Вот с похожим его собратом и случилась смешная история, правда уже в Москве. Сама наблюдала картину.


      Москва, начало восьмидесятых, тихий и сонный микрорайон Нагатино, перекрёсток улиц Судостроительная и Затонная, пятачок возле универсама-«стекляшки», несколько точек торговли: на углу в тенёчке притулилась бочка с квасом, у входа в магазин идёт бойкая торговля яйцами по 90 копеек за десяток, а под окнами, под большой полосатой матерчатой маркизой нервничает очередь за сметаной и творогом. Очередь немаленькая, в тени лишь трое-четверо покупателей, остальные жарятся на июльском пекле, спасаясь, кто чем может: тут и газетные пилотки на головах, и кокетливые капроновые шляпки, и простые хлопковые панамки. Не до красоты и моды – макушка лета, напечёт макушку и не извинится!

      – Чего тебе, мальчик? – уставшая и угрюмая продавщица, склонившись вперёд, сурово рассматривала шкета лет пяти, в руках которого был маленький бидончик.

      – Сметаны, – едва слышно выдавил покупатель.

      – Полный?

      – Да.

      Протянув руку, она практически вырвала из детской несмелой ручонки посуду и ловко налила-навалила до самого верха требуемый продукт – щедрая. Взвесив, уже неспешно обтёрла его замурзанной тряпицей, уловив недовольство очереди, выполоскала её где-то под прилавком, и протёрла ещё раз, суетливо отерев влажные остро пахнущие кислым молоком руки о затёртый неопределённого цвета фартук. Спасибо, что нарукавники и колпак на голове кипельно-белые имелись, сглаживали неприглядную неопрятную картину.

      – С тебя руб девяносто! – изрекла сурово, склонившись к покупателю, почему-то изумлённо таращившему на неё испуганные карие глазёнки «в блюдечках». – Деньги куда мама положила? В карман? Вытаскивай!

      Повисла напряжённая тишина, потом соседняя по очереди женщина опустилась на коленку и тихо стала шептаться с мальчуганом. Тяжело вздохнув и кивнув, он смело поднял пунцовое личико навстречу продавщице и громко изрёк:

      – А деньги в бидоне!

      Очередь рухнула на раскалённый асфальт, держась за животы! Долго не могли успокоиться. Смех остановила свара, которую устроила продавец, накинувшись с упрёками на шкета. Очередь не дала пацана на растерзание, отослав его за мамой, оставив несчастный бидончик, как заклад, в углу прилавка.

      Чем закончилось противостояние, я не дождалась, но, надеюсь, с того случая мать мальчика стала внимательнее.


      Вот и вспомнилась эта забавная история, благодаря прочитанному рассказу.

      Кстати: сама после этого никогда детям не клала денег в сумки или корзинки, только в кармашки – научена была тем самым событием на будущее.

             Апрель, 2015 г.

               Фото из Интернета.

                http://proza.ru/2014/02/12/1377