Адские псы

Псарня.
Нередко я захаживал сюда. Я практически жил здесь, ибо больше в Шио мне податься некуда. Что толку мне сноваться по цитадели, пропахшей гарью, серой и кровью, если я могу прийти сюда? Поверьте, запах псины куда приятнее.
Псарник - высокий, плечистый и жилистый демон с чёрными как ночь глазами и всегда угрюмым лицом - никогда не запирал клетки. По своему обыкновению он привык доверять каждой гончей в этой псарне. «Собакам, пусть и двухголовым, можно доверять» - именно так он всегда говорил. И я проникся его словами. Вообще, его общество я предпочитал куда больше, чем общество Высших демонов. Высокомерие, заносчивость, гордыня... Может, отец и ценит эти качества, но не я.
Недавно ощенилась одна из гончих. Сейчас эти маленькие и забавные существа сидят в своей клетке и кусают друг друга за спинки и ушки своими беззубыми ртами. Я с улыбкой наблюдаю за ними и беру одно щенка в руки. Он тут же заливается своим писклявым лаем, после чего начинает тихонько поскуливать и сжиматься. Да, он боится. Они все сейчас бояться, поскольку не понимают, какую именно опасность вскоре они будут представлять для живых существ, что обитаю в Верхнем мире. Щенок слабо дёргает лапками и жмется ко мне своим пока ещё хрупким телом, покрытым жёсткой грубой чёрной шерстью.
- Ничего, малыш, ничего... Скоро и ты вырастешь, - тихо шепчу я, чтобы не пугать животинку ещё сильнее, и мягко поглаживаю по маленькой головке, очень осторожно, чтобы ненароком не сломать щенку шею.
Щенки адских псов имеют обыкновение рождаться с одной головой. Лишь позже, по достижении совершеннолетия, их разум начинает раздвойняться, как и их тело, после чего такую гончую можно считать полноправной боевой единицей. А когда головы начнут выть в унисон и не мешкать во время тяжёлой битвы, дёргая тело из стороны в сторону, их облачать в боевые доспехи из самого твёрдого и закалённого огнём Шио камня, и такую гончую нарекут Цербером.
- Когда-нибудь и ты станешь Цербером. Сильным, свирепым, опасным. Твои когти не будут знать пощады, зубы - мольбы, а тело - боли. Когда-нибудь ты станешь Цербером, который прославит всех гончих и псов Шио. Когда-нибудь.
Я отпускаю щенка обратно в клетку, ведь уже вернулся псарник. Он слишком трепетно относится к своим детищам, чтобы оставлять чужих с ними так надолго. Странный ты, Лорхиш. Мы ведь с тобой так сблизились за последние двадцать лет, а ты всё ещё не можешь доверить мне ни одну собаку из своих казематов.
Впрочем, спустя пару лет я понял, что слишком сильно ошибался в нём. Он вручил мне щенка, которого я когда-то держал на руках. И я обучал пса, поначалу веря, что когда-нибудь он сослужит мне службу. Затем я начал верить, что именно этот пёс будет моим самым близким и верным другом на всю мою жизнь.
До конца моей смерти.