Вечер

Вечером бывает очень холодно. Хейм убедился в этом, когда дотронулся до горячей кожи любовника. Шики всегда был холодным на ощупь, но сейчас его словно что-то грело изнутри, где-то там, глубоко... Словно бы какое-то всепоглощающее чувство подпитывало его своим теплом.
Красноволосый страж мягко опустился на край кровати и дотронулся кончиками пальцев до белоснежных волос старшего стража. Волосы Ши всегда казались Хейму немного жестче, чем у любого другого. Они были на ощупь словно бы драконий волос, но их белоснежная чистота обманывала зрение и заставляла верить, что волосы мечника такие же, как у всех - мягкие и шелковистые.
Вальхейм опускает ладонь ниже, к щеке, и неожиданно осознает, что Шики не спит. Ярко-голубые с вертикальными зрачками глаза смотрят на его с явно долей ехидства, но каким-то странным огоньком тепла. Странным, потому что прежде Шики на Хейма так еще не смотрел. Белянка мягко поднимается, садясь, и вот уже его вторая рука скользит к щеке красноволосого мечника, а губы мягко и ненавязчиво касаются щеки. И щека словно бы горит адским огнем, заставляя желтоглазого выдохнуть и отвернуться, не в силах терпеть подобного соблазна.
Шики ведь не знает, что Хейм давно хочет попробовать смену ролей. Нет, он вовсе не устал. Он просто хочет подарить любимому все те тепло и ласку, нежность и заботу, которые испытывает всякий раз, как только неутомимые руки старшего стража проникают под одежду и начинают оглаживать тело.
И словно бы происходит Чудо. Голубоглазый, как будто читая ход мыслей своего младшего напарника, улыбается и падает на спину, увлекая молодого парнишу за собой. Что-то коротко и уверенно шепчет на ушко, отчего Хейм недоверчиво распахивает глаза и смотрит словно бы невидящим взором.
И оковы Неуверенности спадают, а Вальхейм, подобно оголодавшему волку, словно бы в неистовстве набрасывается на Шики, подминая его под себя. Горячие и алчные поцелуи, укусы, которые сразу же зализываются теплым шершавым языком, багровые засосы - все эти "метки" говорят о том, что Шики уже чей-то, что он занят, и что Вальхейм ни при каких условиях не расстанется со своей... Нет, не добычей. Со своим сокровищем. Со своим лучом света в этой полной мглы и темноты жизни.
Страсть накатывает с каждым движением все сильнее и сильнее, и кажется, что прижиматься ближе уже просто невозможно.
"Хейм!.." - слышит красноволосый бес и словно бы в тумане тянется за поцелуем, пока...

Не получает весьма неприятный удар под ребра, который заставляет его вздрогнуть, что-то проурчать и лениво разлепить глаза, чтобы увидеть немного недовольное лицо Шики.
- Ты всю подушку обслюнявил, засранец.
И правда. Младший страж виновато сглатывает слюну и приподнимается на локтях, чтобы увидеть весьма немаленькое влажное пятно на подушке. В смущении, чего не видно в темноте, Вальхейм переворачивает подушку и ложится на нее обратно как ни в чем не бывало.
- Что тебе снилось?
- Ничего, - тихо ответит красновлосый бес и отвернется, чтобы судорожно выдохнуть и зажать свою часть одеяла между ног, пока тело наконец не выдаст его, заставив дико взвыть от не отступающего возбуждения и коротать остаток ночи под холодным душем.