Оптика души...

Оптика души, или Почему чудовища живут только в чужих глазах

«Где любовь видит красоту, завистнику мерещатся чудовища»

Этот афоризм из «сашечкиных узелков» — как узелок на память, который не развязать, можно только перерезать. Он держит на себе всё полотно: и самооборону, и самоиронию, и ту самую «тупую несерьёзную серьёзность», которая и есть, пожалуй, единственно возможная оптика для разговора о любви.

1. Сашечка vs Чудовища

Итак, поприветствуем автора. «Всем приветик!» — звучит как взмах детской ладошки из окна поезда, уносящегося в пропасть. «Почитайте ради смеха» — просит он. Но смех здесь — защитная реакция. Это способ сказать о главном, не подавившись пафосом.

Любовь Сашечки или Сашечки ко «всему прекрасному» — это не сумма слов. Это не арифметика, это алхимия. С другой стороны, это не просто стечение обстоятельств. Это такое сочетание слов и духа, при котором их нельзя отделить друг от друга. Как свет от тени, как дыхание от воздуха.

Они — любовь и дух, красота и страдание — так сложно переплелись, так проросли друг сквозь друга, что образуют подобие навязчивого бреда. Повторяющегося кошмара. Но кошмар, если присмотреться, оказывается сном, в котором тебя целует та самая девочка-Загадка из предыдущих эссе.

Это инфантильная музыка. Которая без слов непонятна и наоборот. Она звучит внутри, её невозможно записать нотами, потому что ноты — это для музыкантов, а здесь — для святых или безумцев.

2. Мораль для ленивых

«Вы хотите продолжения? Помилуйте, неужели вам и так не всё ясно?»

Сашечка издевается. Он знает, что ясности нет и не будет. И поэтому он выдает мораль, которая звучит как приговор:

Чтобы быть несчастным от любви — не надо напрягаться.

Это легко. Это удел всех, кто однажды проснулся и понял, что его не любят в ответ. Страдание само приходит, как дождь, как осень, как налог на доверчивость.

Но:

Чтобы быть любимой или любимым — нужно любить без ожидания на взаимность. Без надежды вообще.

Вот здесь начинается магия. Не страдать, а любить. Причём любить так, чтобы не ждать ничего взамен. Не надеяться на письмо, на звонок, на взгляд. Любить в пустоту, как космонавт, который посылает сигнал на необитаемую планету и знает, что ответа не будет.

Только тогда и получается большая любовь. Любовь до конца, до края. Потому что она не ищет себе оправданий, она не требует дивидендов. Она есть — и этого достаточно.

3. Девчонка, которая не врала

И здесь Сашечка вспоминает девчонку. Она любила «одного» два года безответной любовью. И у неё что-то сложилось.

Но он, хитрец, тут же ставит под сомнение её правдивость: «Если только она не врала, нагоняя пафосного тумана для дальних друзей и близких подруг».

Сашечка знает, что мы все чуть-чуть вруны. Особенно когда рассказываем о своей любви. Мы приукрашиваем, мы додумываем, мы превращаем быт в эпос, а измену — в трагедию. И в этом вранье — тоже правда. Правда о нашей потребности в красоте.

«А если не врала, пусть помнит», — заключает он. И бросает в душу читателя главный камень:

Где любовь видит красоту, завистнику мерещатся чудовища.

Эта девчонка, если она действительно любила безответно два года, видела в своём объекте красоту. А кто-то другой, глядя со стороны, видел лишь чудовище — неблагодарное, холодное, жестокое. Кто прав? Оба. Просто они смотрели через разные линзы. У любви — линза увеличительная, высвечивающая детали, превращающая родинку в звезду. У зависти — линза кривая, превращающая звезду в родинку.

4. P.S. Как итог

«А по-другому никак...»

Это последний узелок. И он самый тугой. Никак. Нельзя любить и не быть смешным. Нельзя любить и не быть уязвимым. Нельзя любить и не превратиться в объект для чужой зависти, чужого смеха, чужого непонимания.

Но если ты любишь — тебе всё равно на чужой смех. Ты видишь то, чего не видят другие. Ты слышишь ту самую инфантильную музыку, которая для остальных — лишь шум.

Сашечка, читая свои записи, смеялся от своей «тупой несерьёзной серьёзности». Но этот смех — не самобичевание. Это признание: да, я такой. И я выбираю быть таким. Потому что в этом «таком» есть жизнь. А в «нормальном» и «взрослом» — только чудовища, которые мерещатся тем, кто разучился смотреть с любовью.

Так что пусть будет так. Приветик всем, кто дочитал. Почитайте ради смеха. А если не смешно — значит, вы уже начали видеть чудовищ. А это, как известно, зависит только от вас.