Движение по краю...

Движение "по краю"...

(всё придумано, любые ассоциации или совпадения совершенно случайны)


 ***

   Она захлопнула входную дверь, включила свет. Сейчас хотелось, чтобы светильник включался и выключался, как в кино, по хлопку ладоней. Конечно, она спокойно пользовалась и простым вариантом, но настроение просто требовало чего-нибудь эдакого…
   Сбросила весенние туфли и замерла, четко осознав, что в квартире что-то не так. Потребовалась пара минут, чтобы понять, что именно. Обычно, здесь царил запах дыма, легкий шлейф кофе и стойкие ноты Givenchy, и остро чувствовался дух необжитого, лишь иногда использующегося места, так часто ощущаются гостиничные номера. Сейчас же в нос ударила целая волна из смеси совершенно сумасшедших запахов. Аромат чеснока и каких-то ещё специй, свежая нотка укропа тонули в запахе кофе, дыма и где-то в конце чуть улавливался, казалось, впитавшийся в стены Givenchy. Она щелкнула выключателем и свернула в кухню, из проема двери которой лился свет.
   Он что-то просматривал в ноутбуке, рядом топорщилась забитая пепельница и лежала почти пустая пачка сигарет. Подняв голову, вопросительно взглянул на неё поверх стекол очков в тонкой золотистой оправе.
- Привет, - она улыбнулась ему радостно, даже довольно, как кошка улыбается при виде свежей рыбы, старательно маскируя этим одолевшее её удивление и стараясь не очень нарочито его рассматривать.
- Привет, ну и как, твоя душа довольна? Как все прошло?
- Чудесно, хотя даже это не то слово. Ты носишь очки?... Я и не знала… Тебе очень идет.
- Я их редко ношу. Только, когда глаза совсем устают. Ты вообще многого обо мне не знаешь.
- Может быть.
- Ладно, я так думаю, у тебя масса впечатлений и тебе нужен ноутбук.
- Ты же в нем чем-то занят.
- Возьму свой.
- Солнце, а чем так замечательно пахнет? Кроме кофе?
- Ужином. Не знаю, как ты отнесешься, но думаю, что положительно, - поймав её удивленный спрашивающий взгляд, добавил, - я не о еде, а о Совиньоне.
   Он поправил на переносице очки, полностью изменившие. Казалось, до каждой морщинки знакомое лицо, нагнулся и достал из шкафчика уже открытую, темную стеклянную бутылку. Выдернул пробку, налил, протянул ей бокал. Она взяла, сделала глоток, и, слегка отстраненно взглянула на него. Усталое, сильно постаревшее, серое, словно потерявшее внутренний свет, лицо, растерянный, немного отрешенный взгляд, опущенные плечи, сбившиеся на глаза волосы… Привычным жестом поправила его челку. Он поднял на неё взгляд, вновь поверх стекол очков:
- Сними это, пожалуйста.
- Что снять?
- Железки с пальцев, - он аккуратно обогнул её и вышел с кухни.
   Она повернулась, собираясь что-то ответить, но промолчала, проводив удивленным взглядом его спину.

***

   Забравшись с ногами в угол диванчика, она зябко повела плечами. Не глядя на содержание, позакрывала открытые им окна, свернула браузер и кликнула по ярлыку нужной ей программы. Закурила. Сделала ещё глоток вина. Хотелось переодеться и закутаться во что-то теплое и уютное. Или просто прижаться к нему и задремать. Но её/его рубашка осталась на диване, там же был и плед, а тревожить его она не собиралась. Сама, очень трепетно относясь к собственному личному пространству, настроению и праву на одиночество. Она бесконечно уважала и ценила его право на это же.
   В голове поползли мысли. Их встречи стали слишком частыми, ей это не нравилось. Не столько из-за опасения рано или поздно быть застигнутыми так, что уже просто нельзя будет закрыть на это глаза, не столько из-за этого страха за него, его сложившуюся из множества условностей, обязательств и ещё чего-то жизнь. Не из боязни за свою, её жизнь уже была сломана, радовало лишь, что немногие люди стали свидетелями этого, да и те немногие скорее, восприняли все, как само собой разумеющийся факт… Все таки театр, даже «погорелый». Всегда театр… Её пугала возрастающая привычка. Привычка к его теплым сильным рукам, смеющемуся лучистому светлому взгляду… К цветам и подаркам, к постоянному, неослабевающему даже на расстоянии, вниманию… К постоянному чувству защищенности и ощущению праздника, к радости, которую он каждый раз привозил с собой… К счастью. В идеальном для неё варианте. А она очень не хотела привыкать. Очень боялась однажды воспринять его, как что-то обыденное, само собой разумеющееся…
   А ведь он был и другим. Мог быть в дурном настроении, мог плохо себя чувствовать и даже очень плохо…Мог вскрикивать в коротком сне, среди череды бессонниц… Много чего еще …мог. Не то чтобы она его идеализировала и ни разу не сталкивалась со всем этим, так сказать, бытом… Просто, не хотела знать эту сторону отношений. Именно с ним – не хотела. Совсем. А чем чаще и дольше они были рядом, тем отчетливее проявлялись «не сказочные» приземленные моменты…
   Она вздохнула, затушила истлевшую сигарету, встала, вытряхнула пепельницу. Вернулась в уголок дивана, подвернула под себя ноги. Возможно, сегодня она поступила неправильно. Но это пойдет на пользу, как ему, так и ей. В последнее время оба стали забываться, а. точнее, терять нить реальности. Да и, в конце концов, она прекрасно провела время. Он ведь никогда не ждал, что она станет сидеть у окна в смиренном ожидании. День прошел даже лучше, чем если бы она провела его, встретившись с подругой в длительной прогулке по магазинам и оживленном обсуждении сплетен потом, за парой чашек кофе и тортиком.
   Очень давно она столько не разговаривала и не слушала, ловя каждое слово. Видя глаза собеседника, жесты, чувствуя интонацию, а не догадываясь о ней, ощущая живого человека. А не прохладный огонек монитора или пластик телефонной гарнитуры. Конечно же, она всегда разговаривала с ним. Особенно, когда он был далеко… часы ни о чем в телефоне, дым сигарет в предрассветном окне… Но это было не то. Страсть, даже такая странная, как их, это всегда упоительно, но, как это не банально, иногда хочется просто поговорить и послушать. Не часто, конечно.
   Очень умные люди, встречи с которыми похожи по пережитым эмоциям на путешествия, такие люди хороши время от времени, как прививка. Как вспышка. Как поездка на отдых после монотонного рабочего года. А постоянно…Это просто невозможно. Потому что, слишком высокая планка, которую не потянуть, не надорвавшись. Потому что – постоянное напряжение из-за собственного желания соответствовать, из-за попытки такого соответствия, потому что все равно не получится. Слишком сложно и требует многих усилий, слишком утомительно. Но такое «путешествие» незабываемо, если случается единожды, или, хотя бы, редко.
   Она усмехнулась своим мыслям. Странно, когда-то был момент, когда она почти так же думала о, не то что отношениях, о возможности редких встреч с тем, кто сейчас, так же, как и всегда, заставляет её сердце биться сильнее. Она была ему очень благодарна, за многое, что он сделал для нее за последние полгода.
   Усмехнулась, достала сигарету, предпоследнюю в оставленной им на столе пачке. Вставать с дивана не хотелось. Было очень зябко. На улице серьёзно похолодало, может поэтому, а может и из-за чего-то другого… Прекрасно зная, что когда холодно, нужно расслабиться, она никогда так не делала, потому что, парадоксальным образом, замерзала ещё сильнее, наоборот, сжавшись, хоть немного согревалась…
   Мысли хаотично бродили в голове, словно иллюстрируя учебник физики, уйдя в совершенно противоположную сторону по сравнению с тем, что было в её голове ещё в подъезде. Она кликнула по папке с фотографиями и вновь унеслась в потоке раздумий, не заметив, когда именно он к ней подошёл.
- Приподнимись, Звезда моя.
- Ой… Ты меня напугал, не слышала, как ты подошел.
- Ты часто ничего не слышишь, - он накинул на неё пушистый плед, появившийся в квартире в зимние холодные вечера.
- Спасибо, значит, действительно, холодно… Я подумала, что меня знобит.
- Нет, просто холодно, - он скользнул взглядом по столу, усмехнулся, добавил в её бокал вина. Налил себе, подошел к подоконнику, пару минут смотрел в окно, потом взял новую пачку сигарет, открыл, положил рядом с ноутбуком.
- Солнце, спасибо.
- Я же знаю, что тебе будет лень выпутываться из-под пледа, даже ради сигареты.
Она внимательно на него посмотрела.
- Солнце моей жизни, что с тобой?
- Ничего. Может, устал. Все хорошо, Звезда моя, все очень даже хорошо.
Он передернул плечами, потянулся и быстро вышел из кухни. Она недоуменно вскинула бровь, прикурила сигарету и продолжила просмотр снимков.

***

   Он лежал на животе, отрывисто щелкал по клавиатуре, глядя в монитор. Она забралась на диван, максимально элегантно сложив ноги, стараясь принять наиболее красивую позу. Провела пальцами по его спине в немом вопросе. Он приподнялся на локте, взглянул на неё поверх ободка золотистой оправы. Она рефлекторно протянула руку к его волосам, но тут же отдернула.
- У тебя глаза красные… давление?
Он закрыл глаза, сжал до жилки на лице челюсти, открыл, отвел взгляд:
- Звездочка, что ты от меня сейчас хочешь? Я не хочу…не хочу объяснять тебе то, что у меня в голове и в душе. Потому что не хочу пугать тебя или отталкивать.
Она долго смотрела на его затылок, плечи… Отвела взгляд и сосредоточилась на том, чтобы максимально эстетично перебраться на пол, что было весьма непросто из занятой ею позиции.
   Он обернулся, почувствовав ушедшее внимание, взглянул на её шею… пришло ощущение физической боли, напоминающей острую зубную… Момент осознания последнего мгновения, очередного последнего…
   Резко поймав её руку, удержал, едва не опрокинув. Она подняла на него взгляд. Где-то в глубине, он хотел увидеть, если не слезы, то, хотя бы грусть… Нет. Надменность, заученная легкая загадочность. И всё. Совершенно пустые, холодные и отстраненные глаза. Через минуту уже был готов отпустить… Но она протянула руку и осторожно сняла с него очки. Положила рядом и легким прикосновением пальцев поправила сбившиеся волосы. Прижав её ладонь к лицу, коснулся горячими губами запястья, уткнувшись в следующую минуту в её колени. Она запустила пальцы в его волосы. Не понимая, что именно происходит с ним сейчас, она не хотела даже задумываться об этом. Во-первых, было лень. Во-вторых, её догадки могли быть верны и это её пугало. А в его мыслях могло быть все, что угодно. Главное, чтобы это состояние не было вызвано здоровьем, а все остальное… не нужно знать. Не зачем. Она всегда отказывала ему в наличии мыслей и чувств, так было проще.
   Он перевернулся на спину, дотянулся до сигарет, прикурил две, отдал одну ей, старательно избегая встречаться взглядом.
- Солнышко, скажи, тебе будет проще, если я сейчас уеду?
Вопрос застал его врасплох, заставив вздрогнуть всем телом.
- Ты хочешь уехать?
- Я хочу. Чтобы тебе стало проще. Лучше, то есть.
Он затушил сигарету, и, глядя на уголек в пепельнице, спросил:
- Тебя куда отвезти?
- Не усложняй. Я в состоянии сама разрешить свой транспортный вопрос.
   Она с максимальной грациозностью, на какую только была способна, встала с дивана. Получилось как-то по-кошачьи. Не обернувшись пошла в коридор. Пару мгновений он смотрел ей в спину, потом спрыгнул на пол, чуть не уронив пепельницу.
   Она открывала шкаф, собираясь достать пальто. Остановив это движение, сдвинул зеркальную дверцу обратно. Поймал её спокойный, немного надменный взгляд. Этот, полный безразличия, какой-то отстраненности взгляд просто вывел его из себя. Взяв в ладони её лицо, пытаясь удержать всю силу сжатия внутри собственных рук, чтобы ей досталась лишь ласковое прикосновение, он чуть нагнулся и осторожно, словно вопросительно, коснулся её все ещё накрашенных губ. Тут же утопив в необузданности, в незнающей границ злой страсти, как только она по-прежнему неумело ему ответила. Ошпарив этой нежданной яростью, будто бы вкладывая в ласку волны боли и бешенства…
   Она уперлась ладошками в его грудь, попробовав отодвинуться. Обычно чуткий даже к полунамеку на движение, сейчас даже не попытался остановиться, словно и вовсе не заметил. Вновь попыталась вырваться уже более явно, но с таким же успехом можно было пытаться плыть вверх по отвесно падающей стене водопада.
   Перестав отталкивать его. Тихо всхлипнула. Скатившаяся по щеке соленая струйка, встретившись с его губами, моментально успокоила, словно растворив всю непонятную злость, вымещаемую в поцелуе. Он перевел дыхание и очень бережно коснулся им же закусанных в кровь губ. Провел расслабленными пальцами по её лицу, прижал к себе, молча извиняясь. Она подняла голову, поймала его взгляд:
- Солнце, да ты же… ревнуешь?
В его светлых, немного грустных глазах мелькнул упрек:
- А что тебя удивило?
- Меня всегда это удивляет, - она ласково посмотрела на него, поправила назад непослушные волосы обеими руками. Очень осторожно, тихо коснулась его губ, не отводя взгляда от таких близких и все-таки всегда далеких светлых глаз.
   Так хотелось отдать ему всю радость, всю нежность, которую он будил в её сердце. Всю теплоту и все цветы, расцветающие в душе под его смеющимся взглядом, от которого всегда пробегали вдоль спины разряды шаровых молний, уходящие куда-то в дрожь ног…

***

   … когда он откинулся на спину и дотянулся до сигарет, она провела кончиками пальцев по его груди, и очень тихо прошептала:
- Солнце, все-таки, поговори со мной… Не ни о чем и обо всем… Поговори со мной о себе, пожалуйста.
Щелкнул зажигалкой, выпустил тонкое облако дыма… Он замолчал тогда, когда синь неба за стеклами уже стала ярче, предсказывая близость рассвета…

***

   Она открыла глаза. Солнечные лучи ловили или запускали по комнате теплые пятна зайчиков. Потянулась. Окинула взглядом комнату, чтобы убедиться, что одна. Не заботясь о красоте движений, скатилась к краю дивана, встала. Нашла рубашку, туфельки и отправилась в ванную.
   Выключив воду, услышала небрежный стук в тут же открывшуюся дверь.
- К тебе можно? - он улыбнулся своей невероятной улыбкой, меняющей весь мир, - Выпрыгивай, - сняв с полотенцесушителя пушистое мягкое и горячее полотенце. Через мгновенье уже завернул её в него.
   Она прижалась к нему спиной, удерживая это волшебное мгновенье, изогнула шею, коснулась губами его подбородка. Так хотелось простоять целую вечность в теплых сильных руках, кроме которых ничего и не было в этот миг.
- Девочка моя, - он скользнул губами по шее, плечу, сжимая её сильнее и задыхаясь от нежности, почувствовал, что она отозвалась на его порыв, передавая ему свою легкую дрожь…
   Он подал ей рубашку с изяществом истинного джентльмена, словно самое элегантное манто.
- Я ещё чуть задержусь, - она провела пальцами по его лицу, он перехватил движение, горячо поцеловал её ладонь, улыбнулся и вышел.

***

   Когда она появилась на кухне, он уже сварил кофе и, протянув ей чашку, хитро прищурился, совсем, как кот в теплом солнечном луче. Она взяла свой ристретто, вопросительно изогнув бровь.
- Звездочка, ты знаешь, чем хорош забытый ужин? – взяв полотенце, он открыл дверцу духовки, - Так как, есть идеи?
- Вообще никаких.
- Тем, что забытый ужин становится или поздним завтраком, или ранним обедом… Забирайся в уголок.
   Они весело позавтракали, болтая ни о чем, перебивая друг друга, обмениваясь колкостями, шутками, он зачитывал забавные цитаты из сети, она даже не притронулась к гаджетам.
   Зазвонил его телефон. Он ответил, она же сосредоточенно выискивала вилкой баклажаны и маленькие кочанчики брюссельской капусты.
- Звезда моя, чуть не забыл, я ненадолго тебя оставлю, не прямо сейчас… Это быстро.
Она подняла на него серьезный взгляд. Отложила вилку, погладила по руке, все ещё держащей серебристый телефон. Встала, обошла диванчик, обняла его сзади за шею и «зарылась» лицом в волосах. Он слегка сжал её руку:
- Что, Звездочка?
Она продолжала молчать, лишь глубже «зарываясь» в мягкие пушистые волосы.
- Мне сходить за машиной? – он осторожно развернулся к ней, не нарушая объятия, приподнял ладонями опущенное к низу лицо, ласково поцеловал. Она продолжала молчать, виновато глядя ему в глаза, такие близкие, лучистые, добрые, будто светящиеся изнутри.
- Я понял тебя. Сейчас отвезу.
Она виновато отвела взгляд:
- Тебе же нужно заняться делами…
- Успею, - ответил он, взглянув на цифры времени в телефоне, - собирайся, милая.
Поцеловал ещё раз, очень тепло и спокойно, пошел одеваться, попутно куда-то звоня.

***

   Хотя, он изо всех сил старался не гнать, просто не умел ездить медленно. Очень скоро, совсем скоро, уже открыл ей дверцу машины, небрежно, с разворота, остановившейся напротив подъезда. Она попробовала выйти максимально элегантно и правильно, но не учла высоту джипа. Он поймал её, аккуратно поставил на потрескавшийся мерзлый асфальт, ожидающе глядя в глаза. От испуга секундного чувства падения, она потеряла на мгновенье контроль и этого оказалось достаточно. Он успел увидеть в серых глазах и панику, и грусть… Осторожно, но очень уверенно коснулся уголка идеально накрашенных губ.
- А теперь, сокровище мое, забирайся обратно в машину. Можешь сделать это некрасиво, я отвернусь.
- Солнце, но…
- В машину, - он ещё раз поцеловал её, разрушая все, приходящие в мысли аргументы.
   Через мгновенье джип летел по пустынной утренней дороге назад….

История не закончена….