Азбука жизни Глава 11 Часть 41 Непобедимая сила

Глава 11.41. Непобедимая сила

— Браво, сестричка! Потрясающий концерт!

Вероника, обычно сдержанная, на этот раз не скрывала эмоций. Она видела, как нас сегодня в зале встречали стоя — восторженные, благодарные лица. Американцы оценили силу искусства, а Россия предстала перед ними во всей своей мощи и красоте. Мы с оркестром ошеломили зал, и публика не хотела отпускать нас со сцены, будто стараясь продлить это редкое чувство единения.

Теперь мы в гостиной, и все пока молчат — переполненные, понимая, что последний концерт превзошёл все ожидания. Дедуля, появившийся в зале прямо перед началом вместе с отцом Дианочки, смотрит на меня по-новому. В его взгляде — не только гордость, но и тихое удивление, будто он впервые видит во мне не просто внучку.

Александр Андреевич не скрывает своих чувств — его глаза говорят больше любых слов. А я смотрю на восторженного Игорька и понимаю: это поколение уже другое. Оно сможет изменить мир, очистить его от накопленного убожества. В них есть та самая сила, которой так не хватает другим.

Постепенно гостиная опустела — все деликатно оставили нас одних, заметив, что дедуля хочет поговорить со мной наедине.
— А ты? — тихо спросил он, когда дверь закрылась.
— Боюсь задавать тебе вопросы, — призналась я.
— У тебя их и в детстве не было, — улыбнулся он. — Поэтому тебе так тяжело видеть несовершенство вокруг.
— А я… я не считаю несовершенством ненависть и апломб, за которым прячется абсолютная непробиваемость. Это уже нечто иное.
— Виктория, — произнёс он задумчиво. — Тебе и имя соответствующее дали.
— Кто был инициатором?
— Мариночка. И все сразу с ней согласились. У тебя с рождения были удивительно открытые глаза — будто ты уже тогда видела мир насквозь.
— И все разглядели в них будущую победительницу? — я усмехнулась.
— Не напрасно. Сегодня на концерте ты доказала это каждому. И теперь пытаешься понять, почему люди иногда так нетерпимы к тебе.
— А я уже знаю причину, — тихо сказала я.
— Но ты добрая. Поэтому всё прощаешь, находя объяснение их раздражению.
— Добрая? Скромная? — я покачала головой. — Это не про меня, Александр Андреевич.
— Но ты через свою героиню объяснила причину. Поэтому Марк и сказал тебе как редактор: ни одно издательство тебя не примет.
— Именно поэтому он и пытался договориться с теми энтузиастами, докторами наук… Но у них отобрали лицензию ЮНЕСКО.
— Их время ещё не пришло, — мягко сказал дедуля.
— А они всё равно верят, что когда-нибудь придёт.

Он встал, положил руку мне на плечо.
— Иди, родная, отдохни. А мне нужно с ребятами поговорить о проектах.

Я осталась одна в тихой гостиной, ещё полной отзвуками недавнего триумфа. И поняла, что непобедимая сила — это не про аплодисменты и не про признание. Она — в тихой уверенности, в том, чтобы продолжать идти, даже если твоё время ещё не пришло. И, кажется, я наконец это приняла.