Луна и любовь

 Ей не спалось. День был не трудным, может, поэтому в сон и не клонило.
Накинув на плечи махровый халат, вышла на крылечко. дома.
Ночной воздух, отличающийся от дневного искристой чистотой и какой-то первобытной свежестью, насыщал легкие. до упора.
Свежий ветерок игриво разносил насыщенный аромат матиолы, посаженной перед домом в палисаднике.
Шумно вдохнув его. простелила коврик на порожек и присела, вытянув ноги.
- Господи, хорошо-то как! -  скрестив руки на груди, придерживая халатик, выдохнула она.

Ночь была светлой. Круглолицая луна, величаво оставляя за собой светлую полосу, плыла по небу.
Причудливые темные пятна на ней зачарованно притягивали взгляд.
Может, лунатики точно так же, как она, сидят на крылечках своих домов и так же смотрят на нее - смешливо подумала она.
Эта мысль развеселила ее, и она приглушенно рассмеялась.

 Скрипнула дверь. Вышедший муж присел рядышком.
- Что не спишь, лунатик - прищуривая в улыбке глаза, спросил он.
- Да вот как раз недавно с ними пообщалась, -  развеселилась она ещё больше. делясь халатом, прикрывая его голые плечи.
Он пододвинулся, своим бедром касаясь её, обнял, притягивая ещё ближе.
Его тёплые губы за блуждали по её лицу. Наткнувшись на её, остановились, выделывая замысловатые коленца.
Она, захватив его нижнюю не сильно прикусила.
- Ай, не кусайся, лунатик! -  принял игру он.
- Ты мой, что хочу, то и делаю, -  поддразнила она его.
- Тогда пошли в дом. - он привстал, намереваясь взять её на руки.
- Серёж, не надо. Я ещё посижу немножко, -  просяще проговорила она.
Он, внимательно посмотрев ей в глаза, проговорил. - Хорошо, твоя взяла. Один  ноль в твою пользу.
Целуя ещё запахнул на ней халатик и прошёл в дом.

 Посидев ещё некоторое время, стараясь ни о чём не думать, вошла следом.
После того, как поцеловала спящего мужа в плечо, улыбаясь своим мыслям, прилегла рядом.
- Отыгрываться когда будешь - совсем не сонным голосом спросил он.
- Да хоть сейчас, -  целуя нежным касанием губ его спину, смеясь, ответила она.
Ночь была светлой.
Круглолицая луна величаво, оставляя за собой светлую полосу, плыла по небу.
Пряный аромат матиолы сладким туманом укутывал землю.