Миг длинною в жизнь

 Рассвет пурпуром окрасил горизонт и хитрыми глазами по озорному заглядывал в окно спальни.
Его отсвет. нарисовав на тюлевой занавеске ярко-красочную радугу, отбросив ее контуры на пол, постелил веселым ковриком.
Сегодня выходной и размягченное в неге тело не желало подчиниться разуму, повторившему не раз, что пора вставать.
С силой до хруста потянувшись, она тихонько выпустила набранный легкими воздух.

 Муж спал, чему-то улыбаясь во сне. Или кому-то, -  подумала она и прикрыла глаза, пряча там заплясавших чертиков.
"Тук-тук. Кто там?" -тихонько постучав по его спине, прошептала ему в ухо и, сдерживая смех, добавила уже повернувшемуся к ней мужу: "Лежи, лежи, я сама открою."
Муж приглушенно рассмеялся, щуря ещё не вышедшие из сна глаза.
- Поцелуй меня, -  прошептала она жарким шёпотом, пододвигаясь к нему вплотную. - Недавно во сне целовал ещё. даже губы тёплые. Попробуй, -  расплываясь в улыбке, ответил он.
- Ну. ну. попробую. А точно меня! -  шепча, она уже захватывала его губы, целуя тихим продолжительным поцелуем.

 Оторвавшись, блеснув глазами, проговорила: " Не распробовала с первого раза". и припала к нему, опять вплетая в поцелуй всю любовь и нежность к мужу.
Отстранившись немного он провел рукой по её волосам, убирая их с лица, и тронул пальцем её припухшие губы.
Неожиданно она, шутя, клацнула зубами, заставив его резко отдернуть палец.
Вторя ей смехом и притягивая ближе к себе он проговорил: "Я даже во сне боюсь подумать о ком-то другом, зная, что у моей жены в этой головке может созреть черт знает что".

Ему вспомнился случай, виновато-саднящий его душу. до сих пор.
Наотмечавшись после работы день рождения сына у друга, он с трудом пришёл домой и, засыпая, рухнул в прихожей на пол.
Пытаясь сквозь уплывающее сознание найти удобную лежачую позу, дернул ногой и зацепил по лицу свою жену, пытавшуюся стащить ботинок с его ноги.
Утром ничего не помнящий заметил на кухонном столе возле приготовленного завтрака записку, что она ушла по делам к родителям.
Наскоро перекусив только чтобы жена не обиделась, ушёл на работу.
Придя с работы, всё ещё с раскалывающей головой, изумлённо уставился на распиленную пополам вместе с матрасом двухспалку.
Фиолетовый расплывшийся синяк на лице жены протрезвил голову быстрее хорошей таблетки.

 Два дня, вымаливая у неё прощение, спал на голом полу возле её половинки кровати. На третий день её сердечко не выдержало и она, простив его, слезла к нему со своей половинки.
- Поцелуй меня, -  облизнув пересохшие губы, вновь попросила она.
Улыбнувшись и целуя её, он заглянул в её с поволокой туманные от желаемой страсти глаза.
- Еще. сто раз ещё. Слушая её горячий шепот, он приподнялся на локтях, пропуская её под себя.
Жаркая волна, обдав ложе любовью, занавесила его мягким покрывалом. Рассвет, скатив весёлый радужный коврик, переступил порог нового дня.