Каламбуры 3247

 Каламбуры 3247

   Пусть та ту повела в пустоту, где на всю стенку,
 пусть, тату.
   Говорит писатель: – Я прозевал момент, когда
прокатился по прозе вал.

   Вот бьёт тот ключ чаем и мы, имея ключ его,
отключаем.
   А он к нам пожаловал, словно, прокатился по
жалу вал.
   Дайте жалу уют и они к вам пожалуют.
   Ним решения принимаются, а народ при нём
мается.
   Явил мысли ты, что мы слиты. О, слиты, да не
осли ты!
   Не видел я вил, но мысли явил. И мысль свою я
развил, тем что ДНКа пружину развил.

   А она выступает за разное, когда общество
заразное.
   Смотрел ас в обода, смотрел ас в оба да и заявлял,
что то не ложь а мысли свобода.

   Из свинца небо лей и не болей!
   Надо дать прав и не более им, есть иммунитет, и
мы не болеем.
   А еже ей дать ежей, она не станет свежей.
   Визжи с вежи, что все свежи!
 
   Они визжали, что нет – виз жали.
   В приезд дочерей, они приложат тампон до чирей.

   На фирме дочерней, пришлось обратится до черни
ей и от того родилась – ночи дочь черней.

   Хотел поп лести, для этого полуправду хотел
поплести.
   Светофор мил! – сказал я! А полицай, на меня,
штраф света оформил.
   Не открывай штор Мить, значит: море будет
штормить.
    Мить на улице штормит, хорошо я не буду сегодня
шторы мыть.
   Штормило и не открывала штор Мила.
   Блестит ишь тор мило, а она не поняла – её
штормило.

   Я еду чтобы забрать еду. У меня есть, что я буду
есть.
   надо бы и думать, чего он сказал: – Я иду мать!

   Не маши марлей, а тампоном и полетит с него атом
по нам.
   И станет атом паном и выйдет идиотским планом и
ударит по нам.
   Дочерь ноты затёрла до черноты.
   С какого тома рассказы берёт Тома?

   А то мы мячик бросали у Томы.
   А то мы – резвимся как атомы.
                3247